«Я не умру, пока не увижу, как ты поднимешь Кубок Стэнли над головой»

«Питтсбург»вместе с Евгением Малкиным может выигратьвторой Кубок Стэнли за два года. «Советскийспорт» перевел колонку генеральногоменеджера «пингвинов» Джима Рутерфордана ThePlayer's Tribune, чтобы все поняли, как емуудалось собрать такую мощную банду.

Ястоял на синей линии рядом с тренерскимштабом, глядя на то, как джентльмен вбелых перчатках выносит Кубок Стэнли.Я мечтал об этом моменте 10 лет, с техпор, как выиграл этот трофей, будучигенеральным менеджером «Каролины».

Нашкапитан - Сидни Кросби поднял Кубок надголовой, и в этот момент славы я былбесконечно рад за него, так как знал,сколько сил он вложил в то, чтобы привестинас к победе. Но еще больше я был счастливза парня, которому Сид передал трофей.

ТреворДэйли вышел на церемонию награждения,хромая после перелома лодыжки. Он вышелна лед в клубной форме и с традиционнойдля плей-офф бородой. Сид направилсяпрямо к нему, сказал несколько слов ивручил Кубок.

Этобыл один из самых эмоциональных моментовза мою 30-летнюю карьеру менеджера.

Многиедумают, что капитан выбрал Тревора,потому что он был 32-летним ветераном,который пожертвовал своим здоровьемради команды и только что выиграл свойпервый Кубок Стэнли в карьере.

Нодля этого была гораздо более важнаяпричина. Мать Тревора, Труди, следилаза игрой по телевизору из своей больничнойпалаты в Торонто, где она боролась сраком. Она кое-что пообещала Тревору, ион выполнил свою часть уговора.

Настарте плей-офф Дэйли узнал кошмарнуюновость: его маме осталось жить совсемнедолго. Он попросил меня отпуститьего, чтобы побыть рядом с ней. Если мойигрок сталкивается с семейными проблемами,я всегда даю ему время со всем разобраться– даже если он пропустит несколькоматчей.

Такчто Тревор отправился домой к маме.Через несколько дней, когда он вернулсяв Питтсбург, я спросил у него, как всепрошло. Он рассказал мне, как мама егонапутствовала. Эти слова я не забудуникогда: «Не беспокойся. Я буду здесь,чтобы увидеть, как ты поднимешь КубокСтэнли над головой».

Ксожалению, по ходу финала Восточнойконференции Тревор попал под силовойприем за воротами и неудачно врезалсяногой в борт. Это был несчастный случай.После игры нам сообщили неприятныеновости - перелом лодыжки. Сезон дляДэйли был закончен. В тот момент враздевалке каждый старался поддержатьего, потому что все видели, как онотдавался в каждой игре ради команды.Тревор был прекрасным партнером. Онлишился шанса сыграть в финале КубкаСтэнли, и это была катастрофа.

Ночто ни делается – все к лучшему. Так какТревор не мог играть, у него появиласьвозможность несколько раз навеститьмаму в больнице. Поэтому, когда мужчинав белых перчатках вынес трофей, я сразуже подумал о Труди Дэйли. Она держаласьи ждала этого момента. Труди умерласпустя две недели, но она увидела, какее сын исполнил детскую мечту и поднялКубок над головой.

Будучигенеральным менеджером, всегда задаешьсявопросом, как построить чемпионскуюкоманду. Безусловно, тебе нужны быстрые,талантливые и умные парни. Но ты несможешь обойтись без ребят с железнымхарактером, ведь хоккейный сезон можетподкинуть тебе проблемы, о которыхты не задумывался летом.

СледомТревор передал Кубок Паскалю Дюпуи,который полгода назад был вынуждензавершить карьеру из-за тромбоза. Эторешение далось мне очень тяжело. Поэтомудля такого профессионала, как Паскаль,подобное окончание сезона сталонаилучшим.

ЗатемДюпуи передал трофей Марку-Андре Флери.У этого парня лучший характер в лиге.«Цветок» тащил нас на протяжении всейрегулярки, но плей-офф целиком провел за спиной Мэтта Мюррея. Флери никогдане жаловался и не переставал помогатьМюррею. Хотя обычно вратарям сложнопобороть свой эгоизм (знаю по себе, таккак сам играл в воротах).

КогдаКубок передавали из руки в руки, егоподнимали над головой те, кого считалислишком маленькими. Ребята, про которыхговорили, что «их время прошло». Парни,которых обменивали, игроки, чьи лидерскиекачества ставились под сомнение, и дажете, кто сталкивался с куда более серьезнымипроблемами, чем хоккей: рак, инсульты исмерти в семье.

Когдаты генеральный менеджер, празднованиечемпионства напоминает тебе о том, каксложна и в то же время щедра может бытьигра.

Меняпопросили объяснить смысл моей работы– и это настоящий вызов для меня. Есливы спросите об этом моего восьмилетнегосына, то он скажет, что быть генменеджером– это подписывать свободных агентов исовершать обмены (за завтраком ончастенько предлагает отличные вариантыобмена. Например, игрока уровня Матчавсех звезд на хоккеиста четвертогозвена). Но в реальности это лишь 10% отобщей работы.

Твояосновная задача – собрать вокруг себяграмотных специалистов, предприимчивыхменеджеров и убедиться в том, что клубфинансово стабилен (это очень скучная,но крайне важная часть работы).

Яначал свою карьеру генерального менеджерав 1994 году в «Хартфорде», всего за тригода до того, как команда перебраласьв Каролину. В то время Хартфорд переживалтяжелые времена. Страховые компании,которые спонсировали клуб, началиуходить с рынка и закрываться, поэтомуу нас оставалось всего три года на то,чтобы вывести клуб на самоокупаемость.Многие люди в Хартфорде пытались помочьнам, но вскоре стало ясно, что финансоваяситуация вряд ли наладится.

Этобыл невероятно трудный период. Сотрудники клубатеряли работу, игроки вместе с семьямибыли вынуждены срываться с насиженныхмест и переезжать в незнакомые города.У нас было 12 тысяч преданных фанатов,но в то же время этого было недостаточно,чтобы пережить финансовые потери. Мыбыли вынуждены распрощаться.

То,что произошло в Хартфорде, всегданапоминает мне, что речь идет о бизнесе.Генеральный менеджер должен жить нетолько сегодняшним днем или текущимсезоном. Ты должен построить стабильныйклуб. Понимая это, ты испытываешьсерьезное давление.

Еслиу тебя появилось предложение, ты долженпроанализировать его со всех сторон:характер потенциального новичка, какпройдет его адаптация в коллективе и,конечно, оценить ситуацию с твоимпотолком зарплат, причем не только вэтом сезоне, но и экстраполируя ее надва, а то и три года вперед.

Иногдая смотрю матчи по ходу регулярногосезона и вообще не думаю об игре. Я могуразмышлять о дедлайне. Могу даже думатьо следующем сезоне. Мои мысли почтивсегда связаны с будущим.

Когдая был в Каролине, то у меня в офисе быламаленькая клюшка для гольфа, поэтому вте моменты, когда мы продумывали вариантыочередного обмена, я брал эту клюшку ивыходил в холл. Наверное, она помогаламне лучше думать. В офисе доводилосьслышать разговоры: «Если вы видите Джимас клюшкой, то что-то грядет».

Будучигенеральным менеджером, вы постояннопытаетесь решить головоломку. Как ямогу построить команду, которая можетвыиграть КубокСтэнли? Не просто попасть в плей-офф. Непросто побороться. Выиграть.Если не в этот раз, то уже только черезпять лет? Нет, ждать слишком долго.

Есливы хотите решить эту задачу, то должныследить за всем, что происходит в лиге.Это очень важно. Обе мои чемпионскиекоманды сложились после того, как в игренаметились серьезные перемены. В 2006-мв «Каролине» мы знали, что судить послелокаута станут по-другому. Лига началаборьбу с зацепами и задержками игры,ставшими неотъемлемой частью хоккея в90-х, поэтому мы сделали ставку нахоккеистов, которые могут проявить своилучшие качества в новых условиях.

Лигавсегда движется по кругу. И победы можнодостичь разными способами. Когда япришел в «Питтсбург» в 2014-м, один трендсменял другой. «Лос-Анджелес» выигралза счет мощи и силы. «Чикаго» выигралза счет таланта и дисциплины (для меня«Блэкхокс» были любимой командой, накоторую мне хотелось смотреть и учиться).Затем «Кингс» опять выиграли за счетфизики. А следом вновь настала очередь«Чикаго» – и снова им помог талант.Когда Кубок берет команда с определеннойфилософией, то другие команды пытаютсялибо копировать этот стиль, либо найтиему противовес.

Новерный ответ заключается не в том, чтобыслепо следовать тренду. Главное – найтинаилучший вариант для твоей команды.

Послепроигрыша «Рейнджерс» в первом раундеплей-офф-2015, я понял, что мы должны статьбыстрее, если хотим претендовать наКубок. В составе команды из Нью-Йорказапомнился реактивный парень из Швеции- Карл Хагелин, изрядно повозивший насв той серии. Наши защитники просто неуспевали за ним. Я отложил это в свою«коробочку» (мы вернемся к этой теме ик самому Хагелину через минуту).

Цельна межсезонье была поставлена – намнужно было стать быстрее. Ну и прописныеистины тоже никто не забывал: чем большехарактерных игроков, которые смогутподдержать Сида, будет у тебя в раздевалке,тем больше у тебя шансов выжить вплей-офф.

Виюле, когда стало очевидно, что естьшанс заполучить Фила Кессела, мы должныбыли принять важное решение. ОбменКессела стоил бы нам не только молодыхталантов и драфт-пиков, но и привел бык радикальным изменениям в платежнойведомости. За все надо платить. В этомслучае мы должны были быть уверены, чтоФил впишется в команду, в нашу систему.

Втакие моменты ты должен положиться насвою «коробочку». В ней есть то, чтонельзя найти в интернете. Когда тыпутешествуешь из города в город, изотеля в отель, то встречаешься с разнымилюдьми. Слышишь много разговоров, узнаешьинформацию об игроках и откладываешьвсе это в свою «коробочку». За 30 летработы генеральным менеджером информацииу меня накопилось предостаточно.

Явсегда знал, что Фил Кессел – хорошийпарень. Моя менеджерская философиягласит – всегда нужно дать второй шанс.Если хоккеист сам по себе хороший,талантливый парень, и ты дашь ему второйшанс, то он выложится по полной, чтобыоправдать твое доверие.

Решениепо Кесселу свелось к одному непреложномуфакту: в НХЛ тяжело забивать голы. Оченьтяжело. Но Фил забивает из года в год. В«Торонто» он находился под огромнымдавлением, но все равно забивал по 30голов за сезон. Я чувствовал, что еслидам ему второй шанс, то в «Питтсбурге»у него получится.

Филвлился в наш коллектив и, понаблюдав заним пару недель, я кое-что понял.Оказывается, Фил не просто хорошийпарень, он – отличный парень.

Тогдая этого не знал, но теперь понимаю, чтобез Фила мы бы не выиграли Кубок. КогдаЕвгений Малкин выбыл из-за травмы, мыбились за попадание в плей-офф и намсрочно был нужен тот, кто сможет заменитьего в роли главного бомбардира. Эту ношувзвалил на себя Кессел и был простовеликолепен, так как оказался в звенес нужными людьми. Это было звено - «ХБК».

«Х»в этой тройке - Карл Хагелин.

«Анахайм»смог заполучить его прошлым летом, нохоккей - забавная вещь. Здесь нужноподстраиваться под ситуацию. В первойполовине сезона игра у Карла не шла, иуже в январе в нашем офисе заговорилио нем, как о потенциальном варианте дляобмена.

Втот момент всем было ясно, что скоростинам по-прежнему не хватает. Когда напост тренера пришел Майк Салливан, мыстали играть более агрессивно, и поэтомунеобходимость в хоккеисте, которыйспособен действовать на высокихскоростях, стала еще более острой.

Хагелиндля этого отлично подходил.

Нопочему он играл так слабо на Западе? Чтоможет пойти не так, если мы его возьмем?Я провел несколько длительных собранийс моими коллегами по отделу хоккейныхопераций. Кроме того, практически каждыйдень у нас было по 20 мини-заседаний, накоторых мы обсуждали разные кандидатуры,стараясь вытащишь из наших «коробочек»все, что в них было.

Есликандидат проходил первый этап, то дальшеследовал по полному циклу: аналитика,хоккейные операции, скауты и, наконец,мы интересовались мнением тренерскогоштаба.

Еслибы вы смотрели только на статистику, томогли бы посчитать, что Хагелин -рискованное приобретение. Но если бывы посмотрели хотя бы 10 минут матча«Дакс», то сразу бы поняли, почему он неподошел под их методичный и силовойстиль игры. Я же вспоминал то, как онзабивал нам важные голы в плей-офф ивыматывал наших защитников форчеком.

Влице Давида Перрона у нас был отличныйпарень, который нуждался в переменах.Перрон агрессивен. Хагелин быстр. Обоимпо 27 лет. Это был отличный обмен дляобоих клубов. После таких трейдов тычувствуешь, что жизнь удалась.

Втот день, когда мы оформили сделку, сразупоняли, что это верный шаг, потому чтокогда я наткнулся на Патрика Хернквиста,он спросил: «Мы заполучили Хагса?» –«Ага». – «А вы в курсе, что он мой лучшийдруг?»

Хагелинстал отличным дополнением к команде нетолько на льду, но и в раздевалке. Конечно,всегда есть риск. Огромное количествообменов оказываются слабыми. Каждыйраз, когда ты идешь на сделку, существуетвероятность того, что ты ошибешься.Всегда важно помнить, что игроки тожелюди.

Аналитики– очень важная часть отдела хоккейныхопераций и у нас отличные специалисты,которые оценивают игроков со всехсторон. Но, как человек, принимающийрешения, ты должен мыслить глубже, неопираясь на одни лишь цифры.

Почемуу него не идет игра?

Какойу него характер?

Какиетактические маневры исполняет на льду?

Чтопроисходит за пределами ледовой арены?

Этимысли возвращают меня к Тревору Дэйли.

Вдекабре, за месяц до того как мы заполучилиХагелина, у нас в офисе кто-то озвучилимя Дэйли. Я был восхищен его игройза «Даллас». Он был быстр, силен и отличноразгонял атаки. У меня не было сомнений,что он подойдет «Чикаго», когда они еговыменяли.

Нопо какой-то причине у Тревора там неполучилось. Как обычно у нас состоялосьнебольшое собрание. Мы пристальнонаблюдали за ним. Главная проблема сразуже бросилась в глаза. Тревор находилсяна левой стороне экрана телевизора.

Тревор– игрок с левым хватом. В «Чикаго» еговыпускали слева.

Большинстволюдей спросят: «И что? Это же его фланг?».

Таки есть. Большинство защитников предпочитаютиграть под удобную руку, чтобы в техслучаях, когда один игрок обороныпередает шайбу другому за своимиворотами, оба могли нормально ееобработать.

Нов моей «коробочке» было записано, чтоТревор предпочитает играть с неудобнойстороны. В «Далласе» он действовал направом фланге. Наблюдая за его игрой в«Чикаго», я заметил, что ему приходитсятяжело при выходе из зоны.

Ониграл не на той позиции, на которой могбы приносить максимальную пользу. Такжесуществовал еще один фактор, о которомя помнил еще со времен работы в «Каролине».Если вы стали новичком в команде, котораятолько что выиграла Кубок Стэнли, товам не всегда удается стать своим.Вписаться очень сложно. Команду ждетчемпионский банкет, торжественнаяцеремония открытия, да и разговоры враздевалке постоянно возвращаются кодному и тому же: «А помните, как мы впрошлом сезоне…».

Какбы игрок ни старался, в такой ситуациисложно не чувствовать себя изгоем. Ядумал, что Тревор столкнулся с чем-топодобным, и поэтому смена обстановкиможет пойти ему на пользу.

Вконце концов, я знал, что у Дэйли естьдве черты, которые всегда его отличалив любых ситуациях: решительность именталитет лидера. Если игрок обладаетэтими качествами, то надо дать ему шанси посмотреть, что из этого выйдет.

Тогдая не знал о его семейных проблемах. Равнокак и то, что он превратится в лидеранашей команды. Я не знал, что эта историязакончится одним из самых эмоциональныхмоментов в моей карьере – наблюдать затем, как Тревор поднимает Кубок надголовой ради своей мамы.

Окончательнооценив сделку со всех сторон, преждечем набрать номер Стэна Боумена в Чикаго,я задал себе вопрос, который задаю всякийраз на протяжении более чем 30 лет: «Уэтого парня есть сердце?»

Называйтеменя старомодным, но я считаю, что этотвопрос может дать ответы на все вопросыв этой игре.