«Обычно я не участвую в делах, связанных с убийством и бандитизмом», — адвокат Анна Ставицкая о том, почему она согласилась защищать краснодарского бизнесмена Зиринова и как ее отстранили от процесса

В Северо-Кавказском военном суде в Ростове-на-Дону 6 октября возобновятся слушания дела бизнесмена и экс-депутата Законодательного собрания Краснодарского края Сергея Зиринова. Дело слушают присяжные. Зиринова обвиняют в бандитизме и убийствах. На скамье подсудимых шесть фигурантов. Судебный процесс начался полтора месяца назад, но уже отметился громким скандалом. 9 сентября судья Олег Волков удалил из процесса известного московского адвоката Анну Ставицкую, которая представляет интересы главного фигуранта дела. По мнению судьи, адвокат «проявляла пренебрежение к правосудию, подрывала воспитательное воздействие судебного разбирательства». Кроме того, Ставицкая, по словам судьи, «зарождала сомнения» у присяжных относительно достоверности показаний одного из свидетелей. Удаление адвоката с такими формулировками — случай беспрецедентный. Зиринову назначили других защитников, а Ставицкая будет присутствовать на процессе в качестве зрителя. Зоя Светова поговорила для Rus2Web с Анной Ставицкой о том, почему она верит в невиновность человека, которого обвиняют в серии убийств, а также — чем хорош суд присяжных и можно ли вернуть в процесс отстраненного адвоката.

НЕСТАНДАРТНОЕ ДЕЛО

Чем дело Сергея Зиринова, которым вы занимались последние полтора года, отличается от всех других , которые вы вели?

Дело Зиринова — очень нестандартное. Во-первых, оно было искусственно создано следователями конкретно под Зиринова. Цель — посадить его на длительный срок. Его не смогли посадить по экономическим статьям, по мошенничеству, или чему-то вроде этого — просто не нашли нужной фактуры. Вот и решили «подобрать» ему уголовное дело. В этом деле столкнулось много интересов. Прежде всего, это интересы тех людей, которые бы хотели, чтобы Зиринов находился под стражей как можно дольше. И с помощью уголовного дела это достаточно просто сделать: потерпевшие по делу заявили баснословные иски. Я за свою 20-летнюю адвокатскую практику ни разу не видела, чтобы потерпевшие заявляли такие огромные суммы.

О каких суммах идет речь?

Каждый из семи потерпевших заявил иск о возмещении морального вреда на сумму порядка 600 миллионов рублей. Общий размер заявленного иска составил почти 4 миллиарда рублей. Такие иски позволили наложить арест на все имущество Зиринова. Насколько я знаю, представители правоохранительных органов убеждают потерпевших в том, что они обязательно получат эти суммы, поскольку недвижимое имущество будет распродано (у Зиринова в собственности гостиницы, аквапарк, рестораны в Анапе и др. — прим.). Потерпевшие — это родственники убитых, а Зиринова обвиняют в организации убийств, совершенных в 2002, 2004, 2013 годах. Несколько лет о Зиринове никто из родственников в своих показаниях не вспоминал, и вспомнили только в 2013 году после заявления исков на эти баснословные суммы.

Прокуроры заранее уверены, что будет обвинительный приговор?

По крайней мере в этом они убеждают потерпевших.

Обычно вы защищаете людей, пострадавших от произвола власти. А в этом процессе вы адвокат человека, обвиняемого в страшных преступлениях.

Я не сразу согласилась защищать Зиринова. Обычно я не участвую в делах, связанных с убийством и бандитизмом. Это не моя стезя, но потом меня уговорили посмотреть материалы дела и почитав их, я пришла к выводу, что дело искусственно создано под определенного человека — Зиринова. Именно поэтому я его и защищаю. Я считаю, что дело возбуждено исключительно для того, чтобы отнять у него бизнес. У тех, кто инициировал против него дело, была еще и другая цель, но к сожалению, в интересах своего подзащитного, я не могу об этом говорить.

Заказные убийства редко раскрывают, а если раскрывают, то редко на скамье подсудимых оказывается заказчик. Зиринова же обвиняют именно в том, что он заказал четыре убийства и покушение. Можете рассказать поподробнее?

Обвинение строится исключительно на признательных показаниях киллера, который пошел на сделку со следствием и в результате этого получил минимальный срок. Как правило, когда речь идет о заказных убийствах, исполнители, а часто и организаторы убийств не знают, кто заказчик. Здесь же, согласно материалам дела, о том, что Зиринов — заказчик преступлений, «знала каждая собака».

УБИЙСТВА

Зачем, по версии обвинения, были совершены все эти убийства?

Следствие считает, что Зиринов заказывал людей, чтобы отнять у них собственность. Но эта мотивация не выдерживают критику. Например, по первому эпизоду: совершено убийство гендиректора санатория — якобы для того, чтобы Зиринов имел возможность завладеть этим санаторием. Обвинение считает, что главным держателем пакета акций санатория было доверенное лицо Зиринова. Если даже исходить из версии обвинения, что Зиринов был бенефициаром (хотя это не так), то захотев избавиться от гендиректора, Зиринов мог бы снять его с этой должности, просто созвав собрание акционеров. Убивать человека, который не является собственником санатория, а имеет лишь выборную должность, нет никакого смысла. Скорее всего, гендиректора убили по другой причине.

Второй эпизод: убийство в 2004 году предпринимателя Набиева. По версии обвинения, Зиринов «заказал» Набиева, чтобы отнять у него магазин в помещении 1 300 кв метров. Но к моменту убийства Набиев уже не владел этим помещением. Собственниками были другие лица.

И последний эпизод — покушение на казачьего атамана Нестеренко. Атаман остался жив, а погиб его водитель. Обвинение считает, что казаки мешали Зиринову строить парк развлечений в Анапе. Но когда случилось покушение на казака, строительство парка еще даже не начиналось, только была куплена земля.

Почему вы с вашим подзащитным выбрали суд присяжных?

Как известно, наши суды оправдательных приговоров не выносят. Не надо обладать способностями ясновидения, чтобы понимать — обычный судья единолично никогда бы не оправдал человека, которого обвиняют в организации банды, в четырех убийствах и одном покушении. Не оправдал бы даже несмотря на то, что нет доказательств, которые бы свидетельствовали о виновности этого человека. Совершенного бессмысленно идти в обычный суд в подобной ситуации. Поэтому мы выбрали суд присяжных — в этом суде можно доказать невиновность человека. И то обстоятельство, что судья Волков вывел меня из процесса, говорит о том, что не все так хорошо складывается у них с коллегией присяжных. Есть надежда, что присяжные хотят разобраться в этом деле, а суду, который нацелен на обвинительный уклон, это не нравится. Поэтому такой адвокат, который избрал активную позицию защиты, является помехой.

АДВОКАТ VS СУДЬЯ

Как вы думаете, на что рассчитывал судья, удаляя вас из процесса?

Честно говоря, мне сложно встать на место судьи и понять чем он руководствуется. Но я думаю, что если говорить не о логике закона, а о желании суда осудить, то здесь все становится понятно: из защиты выводят адвоката, который занимался делом больше года и хорошо знает все материалы дела. Даже если теперь будет найден другой хороший адвокат по соглашению, то ему будет крайне сложно, а вернее даже — физически невозможно изучить это дело так хорошо, как изучила его я. Там больше 80 томов, огромное количество видео– и аудиоматериалов. Видимо, на это и рассчет.

Я слышала мнение некоторых адвокатов, что когда судья в первый раз сделал вам замечание, вы должны были затаиться и не так «порочить» доказательства обвинения.

Конечно, можно было затаиться, но сколько времени я должна была таиться: день, два, месяц? Всем, кто участвует в этом деле, абсолютно понятно, что это была спланированная акция по выведению меня из процесса.

Когда судья вышел из совещательной комнаты и зачитал постановление о вашем удалении из процесса, какой была ваша реакция?

Мне было обидно за моего подзащитного и за адвокатское сообщество в целом. Судья совершенно не вправе удалять адвокатов по своему желанию. В законе написано, что адвоката можно удалить из процесса, если тот нарушает порядок судебного разбирательства. Если бы я показывала судье козьи морды или его всячески обзывала, показывала бы какие-то неприличные жесты или ругалась матом — тогда надо было бы меня удалить. Но я защищала своего подзащитного, и делать мне замечание за то, что я старалась хорошо делать свою работу — возмутительно.

В ТИШИ КАБИНЕТА

Вы теперь сидите в зале заседаний, как простой зритель. Так?

Мы будем бороться, чтобы меня обратно вернули в процесс. А пока, я буду, как говорит один мой друг-адвокат, «работать в тиши кабинета».

А в принципе возможно вернуть адвоката, если судья вывел его из процесса?

В УПК есть такое понятие, как удаление подсудимого. И закон не препятствует возможности его возвращения. Часто бывают такие ситуации, когда судьи на какое-то время удаляют из зала суда подсудимого, а потом обратно возвращают. А почему также не возвратить адвоката? Чем адвокат хуже подсудимого?

Я уже обжаловала решение судьи о моем отстранении от процесса, но дело в том, что судьи считают, что такие жалобы рассматриваются вместе с приговором. В законе, по этому поводу довольно расплывчатая формулировка, что позволяет судьям трактовать закон как им выгодно. Но я, безусловно, буду добиваться обжалования и до приговора.

Вы ждете какой-то реакции от адвокатского сообщества?

К сожалению, адвокаты не могут написать письмо судье, возмутившись тем, как он поступает с неугодным ему адвокатом. Но адвокаты могут говорить в прессе о том, что происходит. Кроме того, адвокатскому сообществу нужно думать как изменить закон, который позволяет вот так просто удалять защитников из процесса.