Г. А. Харазов, Н. М. Олейников, М. С. Альтман: стихи из блокнотов Е. А. Миллиор (1960, 1962)

Каждая поездка ЕАМ в Москву, Ленинград (Комарово, Звенигород), Сухуми, Коктебель и др. отмечена не только записной книжечкой (с указанием года), где по дням расписаны все дела и встречи; адреса, телефоны; фразы, заметки на память, строчки стихов; но и блокнотом, у которого было иное назначение — конспектирование (в научных и частных библиотеках), библиографические выписки, развернутые мысли «по поводу» (то, что ЕАМ называла МЫСЛЬ ОБКАТАТЬ), и в каждом — стихи (полные тексты) с обязательным указанием либо источника и даты (автор не везде), либо, если неопубликованные, имя автора (не всегда), дата и город, где переписывала.

Из воспоминаний Ф. Б. Ажимовой:

<. > Храню специально для меня заведенную записную книжечку 1961 года. В ней стихи, которые она мне открыла и ставшие для нас любимыми. Ходасевич, Олейников, Кузмин. А ведь мы тогда и имен этих не знали.

Здесь же строки Нелли. Она настояла, чтобы я так называла ее, и предлагала перейти на «ты». Я не смогла. Она так и осталась для меня — Нелли Александровна.

Эпиграфом служат мои слова: «Вы меня выдумали и так заигрались, что не можете остановиться». А вот ее строки (каждая буква отдельно, печатная, что-то от клинописи):

В этой книжечке на букву M один адрес: ул. Свободы, 167, кв. 5. Тел.37-91. <. > мы вместе были в Киеве <. > На Крещатике мы вошли в магазин «Крымские вина», там вино продавали и в разлив. Она очень обрадовалась, увидев розовое масандровское:

— Ты должна это попробовать.

Мы выпили по глотку под неодобрение мужчин, резко осудивших Нелли. Кажется, по этому поводу и появилась запись в книжечке:

И все-таки отношения наши были сложными. У нее — материнская любовь, у меня — свое «половодье чувств». Обе были нередко несчастны. В ее записях страстное желание меня оправдать и даже обвинить себя:

А кто меня простит, ставшую ей ровесницей?

(август 2000)

Ажимова Фира Борисовна — из ближайших ижевских друзей БАМ, в 1956—61 гг. студентка Удмуртского пединститута, ученица БАМ; преподаватель литературы в школах и лицее г. Ижевска до

выхода на пенсию. В последние семь лет в числе организаторов и активная участница Общинного центра еврейской культуры Удмуртской Республики. В 1999 г. переехала на постоянное жительство в Израиль (Нетанья).

один адрес — это адрес и телефон Е. А. Миллиор.

Для настоящей публикации мы выбрали стихотворения трех авторов: Г. А. Харазова, Н. М. Олейникова и М. С. Альтмана. Все тексты написаны рукой ЕАМ (автографы наверняка хранятся в соответствующих архивах). Стихотворения Г. А. Харазова и М. С. Альтмана не публиковались (три текста последнего мы печатаем с согласия его наследника, В. А. Дымшица, за что выражаем ему свою благодарность). Стихотворение Н. М. Олейникова «Карась» появится в «Неве» 60 лет спустя после написания (1987. № 10. С. 204). Мы же здесь сопоставим «список» ЕАМ 1960 г. с публикацией «Карася» в сборнике поэта «Пучина страстей: Стихотворения и поэмы» (Л.: Сов. писатель, 1991. С. 55—57 / Вступит. статьи Л. Я. Гинзбург и А. Н. Олейникова. Сост., подготовка текста и примеч. А. Н. Олейникова).

Феномен «списывания» характеризует обстоятельства эпохи, но также и владелицу блокнота (выбор имен и стихов, а главное — то, что со всеми авторами стихотворений она была так или иначе связана биографически — см. Справочник имен).

Блокнот 1960

Хоразов — (так у ЕАМ) Георгий Артемьевич Харазов, как вспоминает ЕАМ в нач. 30-х гг , «замечательный, по словам самого Вяч. Ив-ча, человек с гениальными способностями. Но когда я начала с ним сближаться, то Вяч. Ив. обратился ко мне с категорическим требованием: “Дружите или с ним или со мной. Выбирайте”. <. > Я выбрала Вячеслава. Но дело было не в его ультиматуме. < ..> Я чувствовала, что не разрушительная, а именно разлагающая мысль Хоразова мне, м. б., слишком близка, что я не найду опоры для сопротивления» (Вестник, 1995, с 23, 24, 27): много позднее, в иную эпоху (2.XI.68), ЕАМ писала Н. В. Котрелеву: «Обращаю Ваше внимание на проф. Георгия Артемьевича Харазова, специалиста в области математики и политич<еской> экономии, знатока ант<ичной> философии и литературы, поэта, мыслителя (во многом “антагониста” В.<ячеслава> И <ванова>). Пока не поздно, надо собрать материал об этом замечательном, выдающемся человеке. Работал он в Политехнич.<еском> и-<нститу>те. Лично я не была с ним близка, но молодежь, группировавшаяся вокруг В. И., общалась и с Г. А.» (там же, с 49).

И слышно, Леля вышла замуж — дочь Г. А. Харазова, Леля, Лили, Елена Георгиевна Харазова, поэт; человек трагической судьбы (о ней см.: Пастернак Б. О Лили Харазовой / Вступит. заметка и публикация Е. Б. Пастернака // ЛО. 1990. № 2. С. 17—18).

Стихотворение датировано мартом 1927 г.; полгода спустя (13 сентября) ее не станет. Мужем ее был поэт и искусствовед А. Г. Ромм; им написана биография Е. Г. Харазовой (РГАЛИ, ф. 531, оп. 1. № 20) — эти и другие сведения о ней см. также: Альтман М. С., с. 173.

И скоро стукнет пятьдесят — строка, позволяющая с большой долей уверенности установить дату рождения Г. А. Харазова (1877), которой не было в известных нам Указателях.

Еще годочка три проною — строка, оказавшаяся провидческой: предположительная дата кончины Г. А. Харазова — 1931? (Альтман М. С., с. 172, 358).

В блокноте ЕАМ В сб. Н. Олейникова «Пучина страстей» Карась Н. С. Болдыревой Список публикаций Дорогая рыбка, Миленький карась! Где ж ваша улыбка Что была вчерась.

Бюстики у рыбок Просто красота, Трудно без улыбок В те смотреть места.

В том же блокноте стихотворение «Ты устал от любовных утех. » переписано без названия, но с посвящением Е. Л. Шварцу, тогда как в указанном сборнике Н. Олейникова посвящения нет, но есть заголовок «Начальнику отдела» (с. 53).

Что говорить — я укротитель зверя, Собакой для меня стал бывший волк, Крылатые несут мне пух и перья, И овцы — шерсть, и червь древесный шелк.

Но тварей дань — лишь хитрость лицемерья. В действительности гнев их не умолк. И за собачьим лаем и теперь я Клыков оскал и волчий слышу щелк.

Так царь природы, а, верней, тиран, В рабов я обратил зверей всех стран, Но сам пред ними полон я испуга,

Я знаю, что, предстань я их суду, Средь них на целом свете не найду Ни одного заступника и друга. 5.IX

Дата 5. IX скорее всего указывает на день встречи с автором этого стихотворения, т. к. блокнот ЕАМ 1960 г., начатый 18.VIII, полностью связан с ее пребыванием в Комарово и наездами оттуда в Ленинград. В то же время проблематика стихотворения и характер образности, которые получат продолжение в следующем тексте, позволяют предположить, что стихотворение переписано ЕАМ «по горячим следам» и что оба текста, имеющие форму сонета, относятся к началу 1960-х гг.

Блокнот 1962 янв. Л-д

Будь волком человеку человек, Мои б не дрогнули от страха вежды, Вечней, чем в шкуре зверь, ловец в одежде, И кончит как собака волк свой век.

А если б человеку человек Был дьявол, и тогда б я жил в надежде, Что ангел тьмы, как Ориген предрек, Вновь воссияет ангелом, как прежде.

Сулит огонь сожженье, дым, удушье, Но дыма и огня страшней зола: Так самой злой души и Духа зла

Ужасней то последнее бездушье, Когда уж всё нам в мире всё равно, И человеку человек. бревно.

[приписка] Вариант:

Не любя кочевья, Не боясь застоя, Мудрые деревья Умирают стоя.

И по их-то нраву, Тверд и горд и стоек Умирал на славу Из Эллады стоик.

И с болезни ложа Встав, как триумфатор, Смерти ждал не лежа Римский император.

Так и ты упорствуй Волей неинертной И во весь встав рост свой Час встречая смертный.