автореферат диссертации по филологии, специальность ВАК РФ 10.02.07 диссертация на тему: Морфология форм имени существительного (Н-овые говоры эрзянского языка)
Полный текст автореферата диссертации по теме "Морфология форм имени существительного (Н-овые говоры эрзянского языка)"
Т-1 I . I ^'/ТЧТ тПТГППТПП пт>п Д ППП Л » ГТ/ГТ ПЛППТЛ^Щ 'Г\т> ГГГ^П А ТТТ/Т/
I 1 У у иогноиснглл гиьиуши-г.иу! ^'Е-дигаД^'т
МОРДОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н.П.ОГАРЕВА
на правах рукописи
ХАРИТОНОВА АНАСТАСИЯ МИХАЙЛОВНА
МОРФОНОЛОГИЯ ФОРМ ИМЕНИ СУ15ДЯВИТЕЛЬКОГО (Нг-овке говоры эрзянского языка)
10.02.07 - финно-угорские и самодийские яаыки
диссертации к я соискание уче ной степени кандидата филологических наук
доктор филологических наук профессор Д. В. Цыганкин
доктор филологических наук О. Е. Поляков
кандидат филологических наук доцент Н. И. Рузанкин
Научно-исследовательский институт языка, литературы и истории имени В.М. Васильева при Правительстве Республики Мэрий Зд
Ззлщта состоится 30 июня 1998 г. в 10 час. на заседании специализированного совета К 063.72.01 по защите диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук при Мордовском государственном университете имени Н.П. Огарева (430000, г. Саранск, ул. Большевистская, 63).
С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Мордовского государственного университета имени Н.П.Огарева (430000, г. Саранск, ул. Большевистская, 68).
Автореферат разослан 30 мая 1993 г.
Ученый секретарь специализированного совета кандидат филологических наук ^
ОГШШ У1П11ГГГП11ГГГ1Л/» П1ГЛ-П1
ЫэщАл Л1чл1\ч\1 т,1ги\Л Глш1Л)
Реферируемая диссертация посвящена морфонологии форм имени существительного в эрзянских говорах с согласным нг (Республика Мордовия, Республика Чувашия, Нижегородская область).
Актуальность темы обуславливается тем фактом, что■ несмотря на достаточно основательную изученность морфологического строя эрзянского языка, в последнем обнаруживается одна из таких областей как морфонология словоизменения, которая остается до сих пор недостаточно исследованной. Именно этот аспект эрзянского языка является объектом исследования данной диссертации. В ней в аре-адъном плане подвергнуты анализу морфонологические процессы, происходящие. в словоизменительных парадигмах ¡мен существительных в эрзянских диалектных кустах, сохранивших финно-угорский согласный нг. Настоящую диссертации можно рассматривать как первую работу, посвященную морфонологическому анализу парадигм форм тлен существительных в пяти диалектных кустах, объединенных общими фонематическими и морфологическими особенностями северо-западных диалектов. Диалектные кусты расположены в разных точках ареала эрзянского языка: Республика Мордовия, Республика Чувашия и Нижегородская область. Для полного и более объемного представления о морфонологии именных словоизменительных форм исследуемых говоров приводятся данные и из других эрзянских диалектов. Таким образом, актуальность исследования и выбор его темы определяется недостаточной разработанностью морфонологии именных частей речи в аре-альном аспекте.
Цель работы. Диссертация ставит своей целью:
1) изложить в краткой форме основы морфонологии эрзянского языка на материале говоров, охваченных заднеязычным согласным нг;
2) привести парадигмы форм имени существительного, учитывая при этом все диалектные кусты, являющиеся предметом исследования настоящей диссертации;
3) определить фонематические особенности морфем (корнегых и суффиксальных);
4) еыявить различные морфонологические преобразования, происходящие как в самой словоизменительной осноЕе, так и на стыке морфем.
Научная новизна диссертации заключается в Еыборе теш исследования, в рассмотрении проблем эрзянской морфонологии на материале именных форм, принципиально Еажных с точки зрения дальнейшего развития мордовского языкознания. Новым для эрзянской диалектоло-
гии является ранее никем не исследуемый диалектный материал, связанный с ареальным функционированием парадигматических форм имени существительного, в рамки которых включены различные структурные типы основ.
В теоретическом отношении диссертация опирзется на достижения отечественной морфонологии, в частности, на исследования Д.В.Бубриха (1933), A.A.Реформатского (1955), И.А.Бодуэна де Кур-тенэ (1963), Н.С.Трубецкого (1967), М.Д.Имайкиной (1972). В.Б.Ка-севич (1987), Л.Р.Зиндер (1973), В.ГЛургаевой (1973), Д.В.Цыган-кина (1977, 1978), М.В.МОсина (1989),
Исследование конкретного мзтериада проводилось с помощью описательного, синхронно-сопостаЕительного, сравнительно-исторического метода. Эти методы позволили рассмотреть все морфонологи-ческие явления на фоне словоизменительной системе языка в целом.
Источники исследования. В качестве основного источника исследования были использованы:
1) личные полевые наблюдения и диалектные записи, сделанные автором более чем в 30 населенных пунктах Республики Мордовия, Республики Чувашия и в Нижегородской области;
2) диалектный материал, хранятся в словарном кабинете филологического факультета Мордовского государственного университета имени Н.П.Огарева;
3) опубликованные текстовые материалы Х.Паасонена (изданы в 1938 - 1981), Ф.П.Маркова (1961, 1963), Д.В.Цыганкина (1961), Г.И. Ермушкина (1968), Д.Н.Надькина (1968).
При работе над диссертацией использованы труды отечественных и зарубежных финно-угроведов: Пзасонена (1893), Д.В.Бубриха (1935), Л. Грузова (1957); Ф.П.Маркова (1961), Г.И.Ермушкина (1968, 1984), Д.Т.Надькина (1969), Л.Керестеш (1985), Д.В.Цыганкина (1990).
Теоретическая и практическая значимость исследования заключается в том, что в ней предлагается ряд новых данных, важных для дальнейшего развития морфонологической науки. Материалы диссертации можно использовать при практическом преподавании эрзянского и мокшанского языка, при чтении курса по диалектологии, истории языкз. Кроме того, результаты исследования могут способствовать активизации работы по собиранию диалектного материала.
Апробация работы. Основные положения и результаты исследования излагались на внутривузовских конференциях Мордовского госу-
дарственного университета имени Н.П.Огарева (1992 - 1998), на Всероссийской научной конференции финно-угроведов в г. Йошкар-Ола (1995,. 1996). По теме диссертации имеется 1D публикаций в научных журнзлах и сборниках.
Работа обсуждалась на заседании кафедры эрзянского языка филологического факультета Мордовского государственного университета имени Н. П. Огарева.
Структура и объем работы.. Диссертация состоит из предисловия, введения, пяти глав, заключения, списков использованной литературы, сокращений и приложения в виде таблиц. Объем работы имеете с приложением составляет 210 машинописных страниц.
Содержание и результаты исследования. В предисловии дается обоснование актуальности теш, выбора ареала исследования, излагаются цели и задачи, источники, научнзя новизнз и практическая значимость работы.
Введение "Из истории изучения проблемы" посвящено обзору литературы, в которой специальна или в связи с изучением тех или иных проблем лингвистики рассматриваются вопросы морфонологии, определяется место морфонологии в описании языков.
Морфонология в отечественном языкознании рассматривалась в качестве самостоятельного промежуточного яруса, расположенного на рубеже ярусов фонем и морфем. Проблеме морфонологии в русистике посвящено немало работ. Среди них можно выделить работы Н.С.Трубецкого (1969, 1967), А.А.Реформатского (1955, 1975), И.А.Бодуэна де Куртенз (1963), В.Г.Чургановой (1973), В.В.Касевич (1986), Л.Р.Зиндера (1973), В.И.Золхоева (1980), Э.А. Макаева, Е.С.Кубря-ковой (1969).
В вышеперечисленных работах даются основные понятия морфонологии, ее элементов, таких, как морфема, морфонема, чередование фонем и т. д.
На материале финно-угорских языков проблемы морфонологии разработаны слабо. Интерес к ним у финно-угроведов появился в последнее время в работах таких- ученых, как М.Хинт (1977),-Д.В.Цыганкин (1975, 1977), Н.Г.Зайцева (1977), Л.М.Зайков (1987), Е.П. Больдт (1986, 1989), Aro Кюннап (1989), Г.И.Лаврентьев (1982), В.А.Черных (1981), Л. Ф. Маркиановз (1985).
Вопросы морфонологии в мордовском языкознании освещены крайне недостаточно. До сих пор мы не располагаем специальным исследованием, посвященным проблеме морфонологии. Нельзя сказать, од-
нако, что вопросы морфонологии вовсе не затрагивались в работах мордовских лингвистов. В связи с исследованием тех или иных проблем фонетики и морфологии мордовских языков собственно морфоноло-гические модификации в словоформах наши отражение в ряде работ. Д.В.Вубрих впервые обратил внимание на чередование основ эрзянского языка. Он обосновал, что наряду с тента существительными с изменяемой основой имеются именз с неизменяемой основой. В качестве доказательства он приводит парадигму форм основного склонения, где одно и то же слово выступает в рззных морфонологичес-ких видах: им. п. сельме "глаз", сельть "глаза"; мест. п. сельм-сэ; вн. п. сельм-с.
В статье М.Д.Имайкиной (Имайкина 1972) рассматриваются фу-зийные процессы, возникающие на стыке осноеы и суффиксов падежей. В работах Д.В.Цыганкина (Дыганкин 1975, 1977) впервые термин "морфонология" применен при анализе словоизменительных парадигм, где в широком плане освещаются морфонологическне явления в основном, указательном и притяжательном склонениях (Цыганкин 1975: 82 - 90).
В трудах Г.И.Ермушкина (Ерыуикин 1984, 1989) довольно последовательно выявлены морфонологическне чередования согласных на стыке основы и суффикса.
Исследования М.В.Мосина (Мосин 1988, 1989) в основном посвящены структуре финно-угорского слова в мордовских языках. Исходя из положения о двусложной финно-угорской основе слова, ш проводится анализ структурных типов именных и глагольных основ, морфо-нолагических явлений в основе слова и аффиксальных морфемах.
В диссертационной работе Л.И.Кокнаевой (Кокнаева 1995) отдельная глава посвящена морфонологическим процессал при суффиксальном образовании имен существительных в мокшанском языке, анализируются морфонолагические процессы, происходящие в основе слова, на стыке основы и суффикса, в суффиксальных морфемах.
Нами предпринята попытка проанализировать морфонологические процессы при словоизменении имени существительного в тех диалектных ареалах, где имя существительное со стороны морфонологии проявляет значительное разнообразие по сравнению с другими эрзянскими говорами.
ПерЕая глава "Фонематическая структура словоизменительных морфем" содержит постановку проблемы, в ней дается характеристика фонематической структуры словоизменительных морфем, ' составляющих
парадигмы форм склонений.
Такая характеристика необходима в связи с выявлением в последующих главах морфонолоГических изменений, происходящих в структуре склоняемой основы, на морфемном шве, между основой и суффиксом, а также в суффиксальных морфемах. Особенно взжен фонематический анализ склоняемых основ и суффиксов при описании мотивированных консонантных групп, возникающих на морфемном узле.
Суффиксы падежей. Они обладают разнообразной фонемной структурой, от однофонемной до пятифонемной: С: кудо-н' "домашний", пенг-е-н* "зубной"; СГ: мода-ва "по земле", пир'е-вз "по огороду"; ССГ: бод'а-н'ен' "деду", вий-н'ен' "силе"; СГСГ: кил'ен*-т'еме "без березы", пенк-т*еме "без зуба"; ССГСГ: кше-вт'еме "без хлеба", вел'е-вт'еме "без села"; СС: энг-кс "в лед", "как лед", ой-ко "в масло", йам-кс "в суп".
Суффиксы указатель ности. Фонематическая структура представлена следующими типами: С: с'ел'ме-с' "глаз (этот)",пар-д* "кадушка (эта)"; СГ: с*ел*ме-т"-н*е "глаза (эти)", човар-т-нэ "ступы (эти)"; СС: вел'и-н'т' "села (этого, того)", пир*е-с'т' "огород (тот), "огорода (этого)", ломан'-ц'т' "человека (того)".
Лично-притяжательные суффиксы. Фонематическая структура представляет собой такую картину: Г - 0; С: кед'-е-м "рука (моя)", кудо-н "дома (мои)", вед'-е'-н* "воды (мои)", пор-о-т "мел (твой)", с'иве-т' "воротники (твои); ГС - 0-, СС: тол-о-ст "огонь (их)", кудо-нт "дома (твои)", пенг-и-н'т' "зубы (твои)", л'ем-е-нк "имя (ваше)", пр"а-нкк "голова (ваша)"; СГ: чама-го "лицо (его)"; кут*мер'е-зз "спина (его)"; ССГ: вал'ма-нзо "окна (его)", кенкше-нзэ "двери (его)"; СГС: тумо-нок "дубы (наши)", пиче-н'ек "сосны (наши)", вал'ма-зок "окно (его)", вер*-е-зэк "кроеь (его)", ош-о-мок "город (наш)", пейэл'-мек "нож (наш)"; ССГС: тарка-нзок "места (его)", вир'-и-нзэк "леса (его)".
Фонематическая структура корневых морфем. В данном разделе рассматривается структура непроизводных исконных эрзянских слов, сложных или производных слов, воспринимаемых в настоящее время как простые и непроизводные, а также старые заимствования из разных языков.
Простые непроизводные слова исконно эрзянской лексики в основном состоят из одного и двух слогов, открытых или закрытых. Они могут ¡меть следующую структуру:
СГ: ве "ночь"; ГС: ал "яйцо"; ГСГ: юга "год"; СГС: вал "слово";
ГСГ: ат'а "старик"; СГСГ: кон'а "лоб"; СГСС: л'екш "шей"; СГССГ: локшо "кнут"; СГСГС: кон'ов "бумага"; ГССГ: овто "медведь"; ГСГС: оз'аз "воробей"; СГСГСГ: качамо "дым"; СГССГС: лаьтов "плечо"; ГССС: ункс "гроб"; ГССГС: ир'д'еэ "ребро"; ГСГСГ: ацамо "постель"; СГСГСС: палакс "крапива"; СГСССГСГС: шукшторов "смородина"; ССГССС: пр'авкс "глава, оглавление"; СГССС: пинке "обруч"; СГССГСГССС: путкот'евкс "волдырь"; ГССГСГ: йандава "стеклянная посуда"; СГССССГСГ: кевкс'т'ема "вопрос"; СГССССГ: налюпке "игрушка"; СССГССС: пштикст "колики".
Имеются и другие типы корней, но они, как правило, состоят из двух разноструктурных элементов. Первый совпадает в большинстве случаев по структуре с типичными корнями СГС, второй - аффиксальная морфема.
При рассмотрении фонематической структуры словоформ необходимо обращать внимание на мотивированные сочетания согласных. Мотивированными мы будем называть те сочетания, которые возникают на морфемном шве между конечным согласны),! основы и начальным согласным суффикса, а также такие^ которые возникают при столкновении двух или более словоизменительных суффиксов: кал-томо "без рыбы", йам-сто "из супа", кикс-тнз "черты (эти)", вис'кс-тэме "без стыда", л'евкс-тнэ/л'евкс-нэ "детеныши (эти)".
Имена, оканчивающие на -го, -ко, -до, -то, -ге, -ке, -де, -те, -ыо, -ме, -че при словоизменении в одних диалектных кустах сохраняют словоизменительную гласную основу, в других - в результате усечения конечной гласной словоизменительной основы, на морфемном шве образуются мотивированные сочетания.
Такие сочетания могут быть двухкомпонентные, трехкомпонент-ные, четырехкомпонентные и пятикомпонентные: утомо-с/утот-с/уто-ц "в амбар", з'епе-сэ-с'т'/з'ел-сэ-с'т* "в кармане (этом)", нур-до-тнэ/нур-тнэ "сани (эти)", чувто-сто/чув-цто "из дерева", лат-ко-сто/латк-сто "из оврага", калмо-сто/калм-сто "с могилы", л'евкс-э-Ека/л'евкс-шка "величиной с детеныша", пел'кс-з-шка/ пёл'кс-шка "величиной с часть, долю". Данные сочетания в одних диалектных кустах могут быть мотивированные, в других - немотивированные.
Во второй главе "Морфонология словоформ основного склонения" рассматриваются морфонологические процессы в парадигме форм ¡мен существительных. При этом выявляются состав падежных форм, противопоставленных з пределах парадигм тех или иных склонений, и мор-
фонологические явления, возникающие при обозначении ими их грамматических значений.
В исследуемых диалектных кустах различаются три склонения -основное, указательное, притяжательное, каждое из которых имеет определенное количество падежей.
Три типа склонения находят место во всех диалектных кустах, взятых в качестве предмета исследования реферируемой диссертации. Для каждого из них характерны свои морфонологические процессы, каждый имеет неодинаковый состав падежных форм.
Формы падежей основного склонения указывают на предмет вообще, не выделяя его из класса ему подобных предметов. Отличительной чертой данного склонения по сравнению с указательным является то, что в его парадигмах формы единственного и множественного числа различаются только в номинативе, в косвенных падежах морфологически единственное и множественное числа не различаются.
Основное склонение в рассматриваемых диалектных кустах, как и в эрзянском литературном языке, отмечается многопадежностью. Количество падежей в разных диалектных кустах неодинаково. В одних - девять, в других - десять, в третьих - двенадцать.
Основное расхождение в количестве падежей по диалектным кустам объясняется тем, что в них вместо отдельных синтетических форм присутствуют аналитические Форш. Синтетическая форма датива отсутствует, а значение передается послеложной конструкцией: вел'е-йэн* (чук.) - вел'ен' туртонг "селу", "для села" (нал., рнд.), кудо-йзн' (чук) - кудон* туртонг "дому", "для дома" (нал., рнд.).
Схема образования падежных ферм в парадигме основного склонения обусловлена характером морфонологической основы. Как было отмечано в I главе, нами выделено 25 типов корневых морфем. Среди всех этих корней следует различать:
1. Основы с конечным гласным. При склонении гласные основы сохраняются во всех исследуемых падежных формах и во всех диалектных кустах эрзянского языка.
2. Основы с конечньа/! гласным. При склонении в одних диалектных кустах (атр.алт., рнд.) конечный согласный осноеы в них сохраняется во всех падежах, в ряде других (чук., нал.) - выпадает. Такие слова можно назвать двуосновными. К этой группе фонематических основ относятся слова, в номинативе у которых конечный слог образуется по схеме: любой согласный или к/г, или д/т, или м
+ гласный, кроме а, так как а-овая основа сохраняется во всех падежах: парго "лукошко", з'епе "карман".
3. Основы с конечным согласным. При склонении в одних падежах основы осложняются гласным, в других - согласная основа. Ср.: ном. ыастор "земля", "страна", ген. мастор-о-н*, илл. мас-тор-о-нг, дат. мастор-нэн", абл. мастор-до, ин. мастор-со и т. д.
4. Основы с конечным согласным нг: энг "лед", чонг ""пена", киле'нг "береза". При склонении подобных основ происходит чередование ауслзутного звука основы нг, т. е. происходит вэашозамена ауслаутного согласного в разных случаях ее употребления: ном. -кил'ен1" "береза", иллат. - кил'енк-с, ном. - пенг, иллат. -пенк-с, аб, - пенг-т'еме/пев-т'еме.
Анализируя парадигму склонения существительных, мы можем отметить, что морфологическим признаком номинатива единственного числа основного склонения является нулевая флексия: вел'е "село", кудо "дом".
Суффиксом генитива во всех диалектных кустах является -н' (ф.-у. *нг) (ОФУ 1:280). К основе имени он присоединяется посредством интерфиксальных гласных у, о, и, е, э, ы. Ср. :• ном. скал "корова", ген. скал-у-н' (нал.), скал-о-н' (алт.), скал-ы-н* (рнд.); ном. пенг "зуб", ген. пенг-и-н" (нал.,), пенг-е-н* (алт.); ном. вер'гиз ."волк", ген. вер'гиз-ы-н* (над.), вер'гиз-э-н' (алт.).
Датив. К основе шени существительного суффикс дат ива присоединяется непосредственно, он имеет пять морфонологических вариантов: -н'ен', -нэн', -йэн', -н'е, -нэ: ном. вел'е "село", дат. вел'е-н'ен'/вел'е
н'е (нал. к.), вел'е-йэн* (чук.); ном. класс "класс", дат. класс-нэн'/класс-нэ (нал. к.).
Аблатив. Ее морфема реализуется в шести морфонологических вариантах —до, -дэ, -д'е, -то, -та, -т'е. Каждый из них, подчиняясь правилам морфонологии словоизменительных форм, способен присоединяться к определенной склоняемой основе. Например: ку-до-до "о доме", пакс'а-до "о поле", кал-до "о рыбе", лонг-до "о снеге", т'ел'е-д'е "о зиме", кал'-д'е "об иве", т'ев-д'е "о деле", вер'гиз-дэ "о волке", пион'ер-дэ - "о пионере", эмеж-дэ "об овоще", мацт-то "о погребе", сод-то "а саже", каркс-то "о поясе", класс-то "о классе", ош-то "о городе", пил'екс-тз "о сережке", портрет-тэ "о портрете", шивеч-тэ "о портном", кенкш-т'е "о двери", кет'-т'е "о руке".
Инесскв в рассматриваемых диалектных кустах реализуется в пяти морфонологических вариантах: -со, -сэ-, -снэ, -нэ, -н'е. Употребление их обусловлено фонематическим характером основы. Например: кудо-со "в доме", вал'ма-со "в окне", вел'е-сэ "в селе", пизэ-сэ "в гнезде", вир'-сэ "в лесу", тарва-снэ "серпом", ош-снэ "в городе", чакш-снэ "в горшке", кдасс-нэ "в классе", пенч-н'е "ложкой".
Златив в рассматриваемых диалектных кустах реализуется в двух морфонологических вариантах - -сто, -стэ: пакс'а-сто "с поля", кудо-сто "из дома", конг-сто "с луны, киве-стэ "из олова", пан-го-сто/панк-сто "из гриба", с'ел'ме-стз/сел'м-стэ "из глаза".
Суффикс иллатива в рассматриваемых диалектных кустах реализуется в двух морфонологических вариантах —с, -ц: кардо-с/ кар-ц/кар-с "в хлев", кундо-с/кун-ц "в парник".
Суффикс латипл в рассматриваемых диалектных кустах реализуется в виде -нг: Еел'е-нг "в село", сад-о-нг "в сад", В1ф'е-нг "в лес".
Пролаткв реализуется в трех морфонологических вариантах: -ва, -га, -ка. Выбор этих вариантов связан с морфонологическим типом основы: эл'е-ва "по подолу", уро-ва "по шилу", эй-га/энг-га "по льду", йур-га "по корню", мацт-ка "по погребу", палакс-ка "по крапиве".
Суффикс транслатива -кс не имеет морфонологических вариантов: эйкакш-о-кс "подобно ребенку", риве-с'-кс "подобно лисе".
Компаратив реализуется в двух морфонологических вариантах: -шка/-чка: кудо-шка "величиной с дом", взз-о-шка '.'величиной с теленка", пар'-чка "величиной с кадушку", паиман'-чка "величиной со столб".
Абессив имеет пять морфонологических вариантов: -втомо/-фто-мо/-фт*еме, -томо, -т'еме, -т'зме, -чеме: вал'ма-втомо/вал'ма-фтомо "без окна", т'ел'е-вт'еме/т'ел'е-фт'еме "без зимы", вал-то-мо/вал-фтомо "без слова, без слов", вир'-т'еме "без леса, без лесов", пике-тэме/пике-т'еме "без веревки", кил'ей-т'еме/кил'енк-т'еме/кил'ек-т'еме "без березы".
В разделе "Морфонология словоформ множественного числа основного склонения" отмечается, что образование форм множественного числа основного склонения сопровождается различного рода мор-фонологическими изменениями, происходящими на стыке основы и суффикса.
В рассматриваемых диалектных кустах множественное число выражается посредством морфонологических чередований основ (панг-го - пан*к "гриб - грибы", пид'ге - пил'к "нога - ноги"), присоединением специального суффикса множественного числа -т (-т') к основе (вел'е - вел'е-т' "село - села", кудо - кудо-т "дом - дома") .
При образовании множественного числа основного склонения происходят такие морфонологические явления, как 1) усечение конечной согласной основы: вакан "чашка" - вакат "чашки"; 2) усечение конечной гласной основы: овто "медведь" - овт "медведи", зеке "гвоздь" - зек "гвозди"; 3) усечение конечного слога основы: кел'ме "холод" - кел'т' "холода", с'ел'ме "глаз" - с'ел'т' "глаза"; 4) чередование звонких и глухих соглзсных: кев "камень" -кеф-т' "камни", ведь "вода" - вет* "воды"; 5) чередование основ: тов "ядро" - ток/тонк-т/ток-т "ядра".
Третья глава "Морфонология словоформ в парадигме указательного склонения" посвящена морфонологическим процессам, имеющимся в парадигме указательного склонения имен существительных.
Форш указательного склонения обозначают предмет, в той или иной мере известный говорящему. В качестве морфемы определенности в рассматриваемых диалектных кустах Еыступаот: 1) в номинативе -с'(Ц'): кудо - с' пошл "дом (тот), известный говорящему, большой", ломан'ц' вадр'а "человек (тот), известный говорящему, хороший"; 2) в генитиве - т"; 3) в остальных падежах - с'т*. Везде, где в эрзянском литературном языке, как и во многих диалектах эрзянского языка, имеется компонент - н'- перед - т'-, в рассматриваемых диалектных кустах употребляется компонент - с'- Еместо -н*. Марков Ф.П. (ОВД I: 43) и Давыдов М.М. (ОВД II: 158) отмечают, что "форш косвенных падежей содержат в себе указательное местоимение - с'-, которое проникло из именительного • падежа единственного числз определенного склонения", Надькин Д.Т. (ОВД V: 51) считает, "что проникло оно в косвенные падежи через родительный и не одно, а прихватив, так сказать, с собой еще указательное местоимение - т' (<т'е), и в паре с ним стало носителем признака определенности".
Внутреннее "устройство" указательного склонения в описываемых диалектных кустах несколько"иное, чем в эрзянском литературном языке. В парадигме данного склонения, как и основного и притяжательного, отсутствует единая падежная схема, также неодноэ-
начны морфонологические явления, проявляющиеся как в основах склоняемого имени, так и морфемах определенности и суффиксах пз-дежей.
В целях более наглядного представления о' внутреннем "устройстве" форм парадигмы указательного склонения в реферируемой работе приводится сравнительная таблица образования форм единственного и множественного числа указательного склонения с основой: СГ, ГГ, ГСГ, СГСГ, СГССГ, СГСГСГ, ГС, сгс, сгсс, гсгс, СГСГС, СГССС, СГССГС, типа . *НГ и форм множественного числа указательного склонения с основой на ГСГГ, СГСГ, ГССГ, СГССГ,
СГСГСГ, СГС, СГСС, СГСГС,, основы типа
Нг, парадигма склоне-
ния имен существительных с конечным согласным Нг.
Номинатив. Морфемой определенности в номинативе, как и в эрзянском литературном языке, является с* (ед. число), присоединен ние которой обусловлено характером конечного согласного основы: поп-о-с'/поп-с' "поп (этот)", вед-е-с'/вец* (< вед'+с') "вода (эта)".
Генитив. В рассматриваемых нами диалектных кустах морфемой определенности генитива, как впрочем, и в литературном языке, является
т', которая присоединяется к показателю генитива -с' (< *с'е) непосредственно: кудо-с'т' "дома (этого)", кал-ц'т'/ кал-с'т* "ивы (этой)".
В отдельных говорах нижнепьянского диалекта компонент -с! отмечается во всех падежах. Как было отмечало в реферируемой работе в генитиве, дативе; аблативе, иллативе, пролативе и компара-тиве он Еыступает в своем звонком варианте (-з*): кил'енг-е-з'-и-н' (ак.), кил'енг-с'т' "березы (этой)".
Начиная с датива, во всех остальных падежах суффикс определенности -с'/-з' и -с'т':