Русские фразеологические средства нравственной характеристики человека Николюкина Татьяна Михайловна

Одна из главных тенденций развития современной лингвистики - это разработка проблем человеческого фактора в языке (Ю. Д. Апресян, Н. Д. Арутюнова, Ю. Н. Караулов, Г. В. Колшанский, Е. С. Кубрякова, В. И. Постовалова, Б. А. Серебрянников, Ю. С. Степанов и др.). В научный оборот вошли такие важные понятия, как «языковая личность» и «языковая картина мира».

Данная работа посвящена анализу фразеологических наименований нравственных качеств человека, которые представляют определенный, достаточно устойчивый фрагмент языковой картины мира и требуют глубокого рассмотрения и изучения.

Фразеологический корпус языка - одно из ярких и действенных средств нравственной характеристики человека, так как в нем «концептуализированы не только знания о собственно человеческой, наивной картине мира и все типы отношений субъекта к ее фрагментам, но и как бы запрограммировано участие этих языковых сущностей вместе с их употреблением в межпоколенной трансляции эталонов и стереотипов национальной культуры» [Телия 1996,9].

Актуальность работы определяется следующими моментами.

1. Фразеология является одним из наиболее активно развивающихся направлений современной лингвистики. В современных исследованиях отмечается повышенный интерес к изучению взаимосвязи фразеологизмов и языковой картины мира, что, в свою очередь, дало возможность считать одним из основных свойств фразеологизмов их способность репрезентации языковой картины мира того или иного народа [Дидковская 1997; Добровольский 1998; Шанский 1996 и др.].

Вместе с тем, проблема фразеологической семантики относится к числу наиболее спорных моментов в этой области. Лингвисты высказывают

5 различные интерпретации фразеологического значения, однако многие из этих вопросов недостаточно изучены, в том числе и вопрос взаимодействия фразеологизма и синонимичного ему слова.

2. Обращение к вопросу отражения нравственности в языке обусловлено проблемой мировоззренческой ориентации человека, осознания им цели и смысла жизни, выбора форм и направлений своей деятельности в условиях глубинных перемен во всех структурах политики, экономики, культуры современного общества. Этому явлению посвящены отдельные исследования в области философии, социологии, психологии, культурологии и др., однако в рамках фразеологической науки данный вопрос рассмотрен недостаточно. По нашим данным, системного описания фразеологизмов нравственной характеристики человека (со знаком «+») на материале русского языка не проводилось.

Интерес к теме предпринятого исследования представляется нам обоснованным, так как анализ фразеологических словарей свидетельствует о том, что группа фразеологичеких единиц нравственной характеристики человека отражена в них неполно, в некоторых случаях противоречиво, а также часто остаются не отмеченными отдельные семантические компоненты в структуре указанных словарями единиц. Данные факты обусловлены, на наш взгляд, динамикой фразеологической номинации указанной тематики, которая требует тщательного анализа и описания.

Переломные моменты в периоды кризиса культуры и идеологии общества оставляют глубокие следы в языке. В условиях современной лингвистической ситуации исследователи отмечают «высокий уровень агрессивности в речевом поведении» [Крысин 1996], что проявляется в активном употреблении грубо-просторечных, жаргонных и даже арготических слов. По мнению В. Г. Руделева, кризис в обществе начинается с кризиса языка. «Человеку сегодня не хватает выразительных средств для того, чтобы выплеснуть свои чувства, описать состояние души, внутреннего

мира. Но при этом он желает сделать это более экспрессивно. Вот и обращается к запрещенным вариантам. » [Руделев 2006]. А. А. Марцелли отмечает, что сниженный стиль речи, размывающий нормы языка, становится привычным не только в повседневном общении, но и в средствах массовой информации, текстах песен и даже произведениях современных писателей [Марцелли 2003, 6]. Участники Международного симпозиума, проводимого в Оломоуце в августе-сентябре 1995 года, констатируют, что названные явления наблюдаются во всех славянских языках [Функционирование фразеологии в тексте в периоды кризиса идеологии и культуры 1995,3].

На фоне современных тенденций к огрублению речи фразеологические единицы с мелиоративной оценкой, представляющие в русской языковой картине мира человека, наделенного определенными добродетелями, представляют собой «своего рода коммуникативную лакуну» (термин А. А. Марцелли), требующую глубокого и системного описания.

Состояние и степень разработанности проблемы.

В современном отечественном языкознании представляется перспективным подход к описанию фразеологии, связанный с реконструкцией и экспликацией языковой картины мира, ее отдельных участков.

Фразеологические единицы (ФЕ) являются отражением интеллектуально-эмоционального способа освоения мира. И несмотря на огромное семантическое разнообразие фразеологизмов в любом языке, они «укладываются» в четкую классификационную семантическую карту, соответствующую определенному мировидению человека. Как отмечает Е. А. Добрыднева, «Фразеологические единицы как знаки вторичной номинации «покрывают» самые разнообразные сферы языковой картины мира» [Добрыднева 2000, 54] и «номенклатура номинируемых фраземами духовно познанных и «оцененных» фрагментов действительности очень

7 обширна, что позволяет подчеркнуть важность исследования этого корпуса номинативных средств в антропологических исследованиях, в познании человечеством самого себя через духовно-ценностное в языке (по Гумбольдту)» [Там же, 51].

По подсчетам исследователей, семантика около 80 % фразеологизмов связана с человеком, его деятельностью и отношениями с окружающим миром [Ратушная 2001, 5]. Таким образом, весь фразеологический материал характеризуется «антропоморфичностью», так как концентрируется прежде всего вокруг разнообразных характеристик человека, его внешности, психических и эмоциональных состояний, физических действий, отношений с другими людьми и т, д.

Р. X. Хайруллина предпринимает попытку представить достаточно полный перечень фразеосемантических групп тематического поля «Человек»: внешние (физиологические) характеристики человека (возраст, пол, внешность, физическое состояние, ощущения и способы восприятия действительности), личностные качества и черты характера человека, духовный мир человека (эмоции, ум, способности, воля, память), деятельность человека (физическая, интеллектуально-речевая), социальное происхождение, семейное положение, социальное положение, отношения людей в обществе и поведенческая деятельность [Хайруллина 2001, 74].

В работах исследователей систематизированы ФЕ, отражающие такие важные понятийные зоны сферы «Человек», как «Психические процессы и свойства личности» [Багаутдинова 1986], «Психическая деятельность» [Якимов 2004], «Эмоциональное состояние лица» [Кашина 1981], «Психическое состояние человека» [Глотова 2004], «Процесс речи» [Кудрявцева 1982], «Интеллект» [Малыхина 2005], «Трудовая деятельность человека» [Зуева 1989].

Ж. А. Зубова выделяет и рассматривает тематическое поле «Отношения между людьми», куда включает фразеосемантические группы:

8 отношение партнерства, отношение зависимости, отношение неприятия [Зубова 1996].

ФЕ, характеризующие человека, стали объектом изучения Ю. П. Солодуба [1985], М. С. Горе [1988], М. Овезовой [1986], С. А. Бойцова [1986], Н. В. Богдановской [1988], Т. В. Бахваловой [1995] (на материале орловских говоров), 3. В. Сметаниной [1997] (на материале ярославских и костромских говоров), Е. Р. Ратушной [2001], Е. В. Радченко [2004].

В сопоставительном аспекте с другими языками ФЕ данной тематики изучали: Нирмала Шакунтала (в сопоставлении с языком малаялам) [1988], Н. Л. Гоголицына [1979] и Е. Ф. Арсентьева [1989] (в сопоставлении с английским), А. Э. Чумакаев [2002] (в сопоставлении с алтайским), А. А. Марцелли [2003] (в сопоставлении с французским), Л. А. Мирсаетова [2004] (в сопоставлении с татарским), Ж. X. Гергокова [2004] (на материале карачаево-балкарского, английского и русского языков).

Изучение всей фразеологической системы характеризуется сложностью и противоречивостью и может быть успешным лишь при тщательном анализе ее отдельных микросистем. При всем многообразии реальной действительности и средств ее языкового выражения, ФЕ, характеризующие человека, представляют особый интерес для исследователей фразеологии.

С учетом всего вышесказанного, нами выбрана для анализа группа ФЕ, выражающих нравственную сущность человека.

ФЕ со значением «нравственные качества» так или иначе включались во многие исследования по фразеологии. Отметим два основных направления описания фразеологизмов интересующей нас тематики:

1) ФЕ нравственной характеристики человека рассматриваются в рамках различных объединений и не выделяются в разряд самостоятельной семантической группы. Например, А. Э. Чумакаев рассматривает данные ФЕ в группе фразеологизмов, выражающих оценку внутренних свойств

9 личности. В этом семантическом разряде выделена категория положительной оценки, включающая ФЕ разных тематических групп, например, подразряды: доброжелательность, отзывчивость, доброта (добрая душа, большого сердца, большое сердце, золотое сердце, с золотым сердцем), искренность, откровенность, простодушность (открытая душа, простая душа, душа нараспашку), безупречность в чем-либо (святая душа, рыцарь без страха и упрека, чист душою, чист на руку), а также - способность к сильным чувствам, пылкость, страстность (горячее сердце) [Чумакаев 2002,58-59].

2) ФЕ нравственной характеристики выделяются как самостоятельная семантическая группа, но понятие нравственности, на наш взгляд, толкуется очень узко. Например, М. С. Горе, исследуя ФЕ, характеризующие человека (автор использует термин

«антропоквалификативные ФЕ»), выделяет восемь тематических разрядов: «Внешность», «Состояние», «Интеллект», «Характер, поведение» - как индивидуальная характеристика человека, «Жизненный опыт», «Имущественное состояние», «Семейное положение», «Социально-нравственное состояние» - как социально-общественная характеристика [Горе 1988, 10]. В результате такой классификации ФЕ нравственной характеристики человека относятся к двум различным группам, например: большая душа включена в разряд «Характер, поведение», а добрый гений - в разряд «Социально-нравственное состояние». По нашему же убеждению, нравственная характеристика включает и индивидуальные, и социально-общественные черты личности.

Аналогично представлены интересующие нас фразеологизмы и в докторской диссертации Е. Р. Ратушной. Автор включает в группу ФЕ, называющих человека как носителя морально-нравственных свойств, такие единицы, как человек с большой буквы, рыцарь без страха и упрека, святая душа, чистая душа, простая душа, открытая душа, при этом ряд ФЕ со

10 значением «добрый», «отзывчивый»: золотое сердце, доброе сердце, добрая дуиш, золотая душа относит к группе фразеологизмов, обозначающих человека по психо-эмоциональным свойствам, качествам [Ратушная 2001, 80].

Такое распределение ФЕ по семантическим разрядам отражает специфику существующих тематических классификаций. Например, в тематическом словаре - минимуме [Система лексических минимумов современного русского языка 2003,601-602] нравственность рассматривается в рамках характера человека. Данный семантический разряд включает подразряды: а) общие черты характера; б) черты характера, отражающие отношение к другим людям; в) черты характера, отражающие отношение человека к себе; г) черты характера, отражающие отношение человека к труду, делу; д) черты характера, отражающие отношение человека к вещам; е) черты характера, отражающие нравственную сущность человека; ж) черты характера, отражающие волевые качества человека.

Таким образом, нравственный человек - это человек порядочный, благородный, бескорыстный, человечный, гуманный, справедливый, честный, правдивый, искренний, откровенный [Там же, 633]. Но такие, на наш взгляд, безусловно важные характеристики нравственного человека, как доброта, сердечность, чуткость (черты характера, отражающие отношение к другим людям), скромность, самоотверженность (черты характера, отражающие отношение человека к себе), трудолюбие (черты характера, отражающие отношение человека к труду, делу), щедрость (черты характера, отражающие отношение человека к вещам), не отражают, по мнению авторов тематического словаря, нравственную сущность человека.

Обращаясь к данной проблеме в статье «К вопросу о классификационной схеме фразеологического идеографического словаря», Т. Г. Никитина пишет «во многих случаях распределение ФЕ по рубрикам классификации будет затруднено как усложненностью фразеологической

семантики, так и противоречивостью отношений между «формой и содержанием» любого идеографического построения: чем более оно детализировано, к чему в принципе должен стремиться составитель, тем более оно искусственно, удалено от действительности во всех ее взаимосвязях и взаимопроникновениях» [Никитина 1995, 78].

Автор статьи предлагает: «пока идеографами не построена голографическая компьютерная классификация фразеологии, где одна и та же идиома сможет попадать в разные таксоны, а таксоны будут представлены в виде многомерного дерева, что допускает наличие в одной точке более одного параметра [см. Баранов, Добровольский 1990, 12], это противоречие можно в какой-то мере сгладить. отсылками при наполнении схемы, двойной индексацией рубрик, которые одновременно могут входить в два и более разделов» [Никитина 1995, 78]. И далее Т. Г. Никитина указывает на то, что отдельные фрагменты классификации, в частности оценочные рубрики того или иного раздела (к которым отнесена и рубрика «Нравственные качества человека»), могут быть оформлены в виде таблиц, совмещающих в одной точке по крайней мере два параметра и дающих возможность представить общую оценку как совокупность частных квалификаций [Там же, 80].

Впервые группа ФЕ «Моральные качества личности» становится объектом специального исследования в диссертации Е. Г. Коваленко [Коваленко 2002], целью которого является «идеографическое и структурно-семантическое исследование русских фразеологизмов, характеризующих моральные качества личности, выявление их прагматической сущности, когнитивных и лингвокультурных особенностей» [Там же, 10].

На наш взгляд, в диссертации несколько противоречиво трактуется само понятие моральные качества. С одной стороны, по словам автора, моральные качества «есть «сущностные силы» или деятельностные способности личности; они составляют устойчивое ядро «морального

12 облика» человека и не сводятся к сумме его поступков» [Коваленко 2002,67; цит. по: Щербак 1986, 131], с другой, это «временные, неустойчивые его черты, не имеющие прочных оснований в его характере, но все же как-то присущие ему и проявляющиеся в определенной ситуации» [Коваленко 2002, 63; цит. по: Блюмкин 1974, 139]. Такое нечеткое определение объекта, позволяет, наряду с такими качествами как преданность, самопожертвование, бескорыстие, искренность, доброта, чистота души, совестливость и др., включить в исследование качества, на наш взгляд, не являющиеся моральными: авторитетность