Проблемы левшей ⁠ ⁠

И это. Все! С этими вещами еще кое-как можно освоиться. Дальше начинается уже хардкор.

О да, как же я люблю собирать часть чернил с тетради и затем обратно их размазывать по всему листу.

Да да, те самые сраные ручки на цепочках, что стоят в правом углу каждого, сука, банка. Конечно, можно взять свою, но находятся мрази, что говорят 'пишите нашей'. А можно вашей кровью подписать?

Сначала ты думаешь, что это миф. Но когда ты сам заходишь в аудиторию с такими партами, то надеюсь, у тебя железные нервы. ИБО ЭТО ПИЗДЕЦ. Серьезно, каждый седьмой человек на планете - левша. Какого хуя все парты под правшей?

Ну и как же без этого. Ладно, когда можно поменяться местами - все нормально. Но когда дохуя умный преподаватель считает, что посадить левшу справа хорошая идея - горит сильно.

Это верхушка того звездеца, что творится на самом деле. Дальше я приведу фразы, которые отличаются своей оригинальностью и находчивостью, сказав их, вы покажете себя как человека умного и проницательного (нет).

— Ничегосебе, ты левша? ( нет, просто выебываюсь )

— А правой можешь? ( конечно, только напиши эту просьбу левой рукой )

— А тебе удобно? ( нет, конечно, всю жизнь, блять, мучаюсь )

— А почему левой пишешь? ( а почему у тебя так мало извилин? )

— Почему не переучился? ( потому что иди нахуй )

Опять же - данные фразы, что сразу всплыли у меня в голове, таких отбитых вопрос еще не меньше сотни.

В заключение, хочу сказать - не будьте мудаками и уважайте левшей.

P.S. Пиздострадания мои, тег [моё]

Эммм. а почему нельзя блокнот с пружинкой просто перевернуть?!

Касательно чернилъ и тетрадей проблема и для правшей.

Меня в детстве и юности напрягала мясорубка. Тоже неудобно было крутить.

Меня в первом классе (86г) переучивали. До сих пор на среднем пальце левой "нервная" мозоль и ноготь неправильной формы из-за нее: из принципа и "поперешности" перекладывала ручку в левую, училка орала и дергала меня, постоянно надо мной "висела". Из-за стресса с тех пор, когда пишу, ручку сжимаю неосознанно сильно, до боли в пальцах. И почерк ужасный (для девочки))))) - буквы "прыгают". Зато училку победила 😆😆😆 Она была старой закалки, всех переучивала, а тут сломалась. Йес, я необучаема в правшу 😆

А папа у меня амбидекстер (и правой, и левой одинаково). И он художник+скульптор. И я леплю, самоучка. Из левшей талант не выдавишь))))))

Пишу снизу вверх: тетрадь/лист кладу на бок, а текст снизу вверх появляется. Тогда и рука почти чистая получается))))

Бесят только "эргономичные" мышки. Они в м-нах только для правшей, леворукие только в инете(((( А так привыкла и не замечаю "правости" мира. Парт таких у нас не было, вообще дурость, даже в обычном кабинете, ящщитаю. Были нормальные римские аудитории с длиннючими столами (на всю ширину аудитории).

первое правило левшей - говори всем, что ты левша

Есть ножницы для левшей и ручки. У меня сын левша, единственной моей проблемой было показать ему, как держать ручку. Мы все правши.

Неудобства да, но я чувствую себя каким-то особенным:)

Развивайте правую руку. Я переученный в раннем детстве левша. Ничё, дело практики. Моя знакомая переучивалась уже в школе. Теперь одинаково владеет обеими руками. Непиздострадайте, пиздопреодолевайте %)

У меня брат левша. В настольный теннис "два на два" нас ни кто не мог победить, это было круто.

Левша в этой паре белая. Есть какой то подтекст?

Вопросы знакомые до боли)))

в школе очень бесило,что после каждого урока вставал с синей рукой. и очень больно об эти пружинки,поэтому один раз купил и отдал маме,а с ножницами,кстати,никогда проблем не было.а проблему с едой всегда решал просто-садился самым левым

Плюс тебе как от левши левше. У меня правда проблем не было никаких, кроме как при стрельбе. Какого хрена все оружие с затвором справа ?? НО возможно это потому что я в душе пофигист. Все делаю левой рукой, только мышку в правой держу.

Ну, у меня отец - переученный левша, пишет и левой, и правой. Ест, чистит зубы, бреется тоже обеими, хотя ведущая левая. Поэтому часть вопросов вполне обоснованы.

Жизнь-боль. Про высоких было. Про левшей написали. Ждем постов от полных, худых, невысоких и тд и тп.

С такой формулировкой ответа - сам иди. Твои проблемы - ты и мучайся.

Сам переученный левша. Кроме отвратного почерка проблем не вижу. Как был левшой, уже даже не помню. Возможно, если переучиваться в сознательном возрасте - это тяжело, проблемно или вообще нереально, но при переучке в раннем детстве (до школы), никакого негатива не вижу. Вообще не понимаю, почему практику переделки левшей прекратили. Левши же не геи, с особенностями которых ничего не сделать.

— А тебе удобно? ( нет, конечно, всю жизнь, блять, мучаюсь )

видимо, не совсем удобно, да?)

Товарищ, сейчас в любой магазин можно зайти и сказать "Дайте мне пожалуйста тетрадь/ножницы для левшей"

Тетрадь⁠ ⁠

Объявился однокурсник, с которым не было связи лет 20, если не больше. Набрел в интернете на мои байки и догадался, что я – это я. Выбрали с ним время, чтобы поностальгировать, устроили видеоконференцию с бутылочкой по каждую сторону монитора.

– Как сам-то? – спрашиваю. – Как дети, как Оленька?

Оленька – это Володина жена, тоже с нами училась. У них была такая любовь на старших курсах – стены тряслись. В буквальном смысле тряслись, соседи по общежитию свидетели.

– Сам в порядке. Дети молодцы, внуков уже трое, четвертый запланирован. А Оленька умерла.

– Ой, извини пожалуйста, не знал.

– Ничего, это в целом позитивная история. Жили долго и счастливо и всё такое. Она когда заболела, сын еще в девятом классе учился, дочка в шестом. Они у нас поздние, мы сначала купили квартиру, а потом их завели. Проверялась всегда как по часам, маммограммы, анализы и всё, что положено. Оля вообще очень организованная. Вела дневник всю жизнь напролет, начиная класса с восьмого. От руки, в таких толстых тетрадях с пружинами. Закупила этих тетрадей штук 100 или 200 и каждый день что-то записывала. Ну, не каждый, но раз в неделю точно.

Ну вот, проверялась-проверялась и вдруг – опаньки, сразу третья стадия. Сделали МРТ – там еще и метастазы, то есть четвертая. Операцию делать бессмысленно, прощайтесь. Мы, конечно, туда-сюда, в этот диспансер, в тот, в Германию, в Израиль. В Израиле такой русский доктор, говорит: «Вылечить я ее не могу, поздно, но продлить жизнь попробую. Хотите?». Как в гостинице с почасовой оплатой: «Продлевать будете?» – «Будем» – «На сколько?» – «На все!».

Есть, говорит доктор, протокол химиотерапии, совершенно новый, только-только прошел испытания. Капельница адского яда раз в три недели. По цене, конечно, как Крымский мост. Сколько времени делать? А всю оставшуюся жизнь, сколько организм выдержит. Выдерживают кто год, кто два, больше четырех пока не получалось. Химия всё-таки, не витаминки.

Подписались мы на эту химию. Позже оказалось, что в Москве ее тоже делают, и даже бесплатно, по ОМС. Надо только найти правильного врача и уговорить. Но действительно совсем не витаминки. Понятно, почему люди долго не выдерживают. В сам день капельницы самочувствие нормальное. На второй день плохо. А с третьего по седьмой – только бы умереть поскорее. Тошнит аж наизнанку выворачивает, болят все органы и даже кости, вдохнуть невозможно, ломит все суставы, все слизистые воспалены и кровоточат, ни сесть, ни лечь, ни поесть, ни попить, ни наоборот. А потом две недели вроде ничего, до следующей капельницы.

И вот в таком режиме она прожила не год, не два, даже не четыре, а почти одиннадцать. На ней три диссертации написали, врачи приезжали посмотреть из других городов – уникальный случай. Плакала, что не увидит, как Юрка школу закончит, а он успел институт кончить, жениться и двух детей завести. И Юлька кончила институт и вышла замуж еще при маме. Мы с Оленькой полмира объездили, на всех театральных премьерах были и всех гастролях. Раньше-то всё откладывали, копили то на ремонт, то на будущие машины-квартиры детям, а тут мне стало плевать на деньги. Есть они, нет их – я мужик, заработаю. Хочешь в Париж – поехали в Париж. Надо только подгадать, чтобы улететь на восьмой-девятый день после капельницы, а вернуться к следующей. И маршрут выбирать без физической нагрузки. На Килиманджаро нам было уже не подняться, но на сафари в Кению съездили. Там нормально, машина везет, жирафы сами в окно лезут.

– Володя, – спрашиваю, – как ты думаешь, почему Оля так долго продержалась, а другие не могли? У других ведь тоже дети, всем хочется побыть с ними подольше. Просто повезло или что?

– Повезло, конечно. Плюс правильный образ жизни, был хороший задел здоровья до начала химии. Но главное – это ее дневник. Она же ответственная, любое мелкое дело надо довести до конца. Когда начались химии, в очередной тетради оставалась где-то четверть пустых страниц. И когда она плакалась, что больше не может, от следующей химии откажется, что лучше умереть, чем так мучиться, я уговаривал: «Вот допиши эту тетрадь до конца, и тогда я тебя отпущу, умирай на здоровье». А тетрадь всё не заканчивалась и не заканчивалась, так и оставалась исписанной на три четверти.

– Помнишь, был такой рассказ «Последний лист»? Там девушка решила, что умрет, когда упадет последний лист плюща за окном. А он всё не падал, и она тоже держалась и в конце концов выздоровела. А потом узнала, что этот последний лист не настоящий, его художник нарисовал на стене.

– Помню, мы этот рассказ проходили в школе по английскому.

– Мы тоже. Ну вот, я решил: чем я хуже того художника? Устрою ей тоже последний лист. Стал потихоньку вставлять чистые листы в конец тетради. А исписанные из середины вынимал, чтобы тетрадь не казалась слишком толстой и всегда было три четверти исписанного, четверть пустого. Она постепенно догадалась, что тут что-то нечисто, но не стала ничего выяснять. Восприняла это как маленькое чудо. Так и писала эту последнюю четверть тетради одиннадцать лет.

– Володь, слушай… Я ж типа писатель. Мне очень интересно, что люди чувствуют, когда смерть так близко. Что там было, в этой тетради?

– На эту тему ничего. Если читать, вообще не догадаешься, что она болела. Писала про Париж, про жирафов. Что у Юльки пятерка, а Юрка, кажется, поссорился с девушкой. И какой-нибудь рецепт супа из брокколи.

– Можно я эту историю выложу в интернете?

– Только, понимаешь, люди сейчас не любят негатива. Хотят, чтобы все истории хорошо заканчивались. Давай я не буду писать, что она умерла? Как будто мы с тобой разговаривали не сейчас, а когда Оля была еще жива. Закончу на том, что ей исполнилось 57, а что 58 уже никогда не исполнится, умолчу.

– А какая разница? Что, если не писать, что она умерла, люди будут думать, что она бессмертна? Читатели не дураки, поймут, что это всё равно история со счастливым концом.

– Не понимаешь ты, Володь, принципов сетевой литературы. Но дело твое, напишу как есть.