Конкурс «Есть такая профессия! — 2006»

Село Новоселенгинск. Обычная провинциальная глушь. Время - ближе к обеду. Яркий сентябрь звенит в куполах старинной церкви, по улицам спешат мамаши с колясками, ребятня гоняет футбол, у местного магазинчика – о чем-то гутарят аборигены, подняв столб пыли, проносится трескучий мотоцикл, пыльные дворняги несутся вслед…

Мы едем к сельскому фельдшеру, заведующей Ново-селенгинской амбулатории, Светлане Жимбуевой. Врачебная амбулатория – почти на краю села. Одноэтажное деревянное здание. Аккуратный палисадник, у которого приткнулись несколько «москвичей» и «жигуленок». Народ побогаче еще с советских времен предпочитает добираться до больнички на колесах, даже если живет в двух шагах. В коридоре амбулатории – оживленно. Дети, женщины, старики. Кто-то за уколами, кто-то за справками для получения льготных лекарств. Кабинет фельдшера и заведующей Ново-селенгинской амбулатории Жимбуевой С. Ш. Навстречу поднимается высокая миловидная женщина, чем-то напоминающая героиню мексиканских сериалов.

- А мы к вам Светлана Шараповна! Из газеты…

- Ой, а мы подумали, что Вы из санэпидстанции – сегодня обещали приехать с проверкой…

Светлана Жимбуева. Дочь врага народа. Отличник здравоохранения СССР. Фельдшер с 36-летним стажем. Мужественная женщина. После трагической гибели мужа, она осталась с тремя сыновьями на руках. Младшему тогда было всего пять месяцев. Она выстояла, вырастила детей, всем дала образование, но замуж так и не вышла - осталась верна детям и своей профессии. «В 1969 году я окончила улан-удэнское медучилище и по направлению поехала в Кижингинский район», - волнуясь, рассказывает Светлана Шараповна, - «Мне досталось «поющее село» - Усть-Орот. Там почти все замечательно поют. Меня туда привез главный врач районной СЭС. Мой первый рабочий день? Никогда не забуду. Скорей это была первая рабочая ночь. Меня привезли, дали комнатку. И вот я сплю, и стук в окно и крики. Какой-то мужчина хрипло кричит: «Фельдша-а-ар! Фельдша-а-ар!». От этого крика было не по себе. Думала: случилось что-то страшное. Побежала, а оказалось, что у бабушки поднялось давление. Вот так начиналась моя трудовая деятельность. Там же в Кижинге я нашла свою первую и единственную любовь. Родила сыновей».

ЕСЛИ В СЕРДЦЕ ЖИВЕТ ЛЮБОВЬ

«Проходят дни, пролетают года, высыхают океаны. А ты одна. В твоей душе и в глазах. Эти слезы. Эти раны»

- Светлана Шараповна, вы сейчас живете одна?

- Простите за вопрос, но все-таки… Вы такая красивая, умная, добрая. Стоит ли оставать одинокой?

- Моя мама умерла в 85 лет. Вот как-то она посадила меня с детьми пред собою и объявила: «Я хочу, чтобы ваша мама вышла замуж и под старость сидела с кем-нибудь чай пила. Вы подрастете, разъедетесь кто куда, а мама останется одна. Вы хотите этого?». А дети мои тогда в школе учились, маленькие еще были. И все втроем в один голос закричали: «Нет-нет, ни за что! Мы всю жизнь только с мамой будем жить»… И потом у меня была, наверное, любовь на всю жизнь. И все.

Тут сельский фельдшер улыбнулась сквозь слезы: «Мне есть, для кого жить. Мои дети. Мои односельчане. Мои друзья. Я за них всегда молюсь. У меня есть Бурхан. Я каждый день с ним разговариваю. И мне легче».

БЕЗ ВРАЧА СТРАДАЮТ ЛЮДИ?

- В 1975 году мы переехали в Новоселенгинск. С тех пор так и работаю здесь фельдшером-акушером. У нас раньше была номерная больница, потом - стала участковой, сейчас - уже врачебная амбулатория. В нашу амбулаторию входят еще три фельдшерских пункта сел Поворот, Бургастай и Цайдам. И в эти села ездим на вызова. Сразу скажу, что у нас шофера очень хорошие: Юрий Велинский и Андрей Муранов. Очень дисциплинированные, аккуратные, непьющие. «Скорая» у нас всегда в боевой готовности в любой час дня и ночи. Амбулатория у нас полностью укомплектована. ЭКГ мы все время снимаем в любое время дня и ночи. Необулайзер сейчас дали. Есть своя лаборатория. Вроде жаловаться не на что, кроме одного.

- У нас нет врача. Четыре села - и ни одного врача. Недавно наш главный врач Клара Лубсановна уволилась и переехала в Улан-Удэ. Теперь самая главная здесь – я.

-Намного. Кто здесь работает? Вот я фельдшер-акушерка, участковая медсестра, процедурная медсестра. И все. Так и работаем. Как раньше хорошо было! Врачи к нам приезжали с Красноярска, Благовещенска. Отрабатывали три года, уезжали, а сразу другие приезжали. У нас никогда не было дефицита врачей. А сейчас даже ребята с нашего села, окончив вузы, остаются в городах.

- Светлана Шараповна, вы считаете, что жители пострадали, оттого что у вас нет врача?

«Я В ОБИДЕ ЗА ХИРУРГОВ»

- Надо, чтобы к нам приехал врач. С Нового года. Путин же сказал, что добавит зарплату участковым врачам, - продолжила Светлана Шараповна, - Я решила начать самой действовать. Веду переговоры со знакомыми врачами Улан-Удэ и Гусиноозерска. Ну, могут же узкие специалисты к нам приехать и работать здесь на селе. Почему бы и нет?

- А как вы относитесь к тому, что участковым врачам и медсестрам добавили, а остальным нет?

- Ну почему так сделали-то? Нет слов. Дискриминация какая-то. Путин сказал, что повезет «участковым врачам, врачам общей практики, педиатрам, медсестрам», и потом добавил -«акушеркам». Но как это? Не понимаю эту выборочность, да еще сказали ведь такое на всю Россию! Мне обидно за первоклассных хирургов, реаниматологов. Что ж это такое в конце-концов? Почему не добавить фельдшерам? Как это несправедливо! Все относятся отрицательно. И я отрицательно.

- Эта тема у вас здесь в амбулатории обсуждалась?

- Да не раз! Ну, как так? Одним добавят, а другим нет? Мне кажется, война даже какая-то будет между медиками. Зависть и обида. Это же люди! Я надеюсь, что наш Президент примет верное решение, и все будет пересмотрено.

И ЗДЕСЬ ЛЮДИ ЖИВУТ

Новоселенгинск ничем не отличается от тысяч и тысяч деревень России. Придавленная тяготами перестроек многострадальная деревня. Место ссылки великомучеников-декабристов. Потихоньку спивающаяся, позабытая олигархами, а теперь даже и - без главного врача. Здравомыслящая часть села несколько лет назад занялась возрождением церкви, дабы в душах людских пробудить стремленье к высокому, хорошему, доброму. Говорят, что проезжавший как-то мимо известный меценат Бурятии Андрей Туракин взял и без лишних слов подарил местной общине на ремонт церкви огромные по здешним меркам деньги. Сумма называется в 300 тысяч рублей…

- Светлана Шараповна, пьет народ у вас?

- (в ответ она грустно улыбнулась) Знаете, в последние дни такая необычайная тишь.

-Люди говорят, что спирт в деревне кончился. А так, как и по всей стране – пьют, пьют и к нам в больничку. Только снимем интоксикацию, а он опять к нас поступает. И так по пять-шесть раз. Спасаем, что делать. Такие экстренные вызова в основном по ночам. Колотые раны, ДТП и так далее. С хрониками – все по-другому. Мы стараемся всех обойти днем, чтобы исключить осложнения. Профилактика – вот вопрос, который мы держим на контроле. Самое главное, не допустить обострений. Я даже ругаюсь, когда у них кончаются лекарства. Я им говорю: «вы должны следить за запасом лекарств!». А то лекарства кончатся, два-три дня ничего не пьют, и начинается головная боль, и начинается боль в сердце…

Светлана Шараповна живет почти в полукилометре от амбулатории. И каждый день - пешком до амбулатории. Все медсестры в целях экономии патронируют своих подопечных тоже пешком. Как только Светлана Шараповна вечером возвращается домой – телефон практически не умолкает. Звонят, советуются. Иногда пациенты звонят лишь бы услышать ее голос. Сыновья, приехав к маме в гости, пытаются возмущаться: «Мама, у тебя телефон, как «горячий номер!». Подруги с Улан-Удэ, поражаются: "Что ж это такое? Рабочий день вроде кончился: чего звонят и что вопросы странные «когда мне таблетку выпить?». А Светлана Шараповна лишь улыбнется в ответ: «Я уж привыкла», и бежит к больному. А когда телефон молчит, она нервничает, сидит и думает: «почему ж он молчит?».

С КЕМ ОНА РЯДОМ?

- Светлана Шараповна, не надумали уехать в город к детям?

-Нет. (глубоко задумалась) Нет, конечно. Хотя мои дети давно меня зовут «хватит мама работать, надо отдыхать». Нет, не смогу. Прикипела сердцем. Пока есть силы буду здесь. У нас в амбулатории такой хороший коллектив. Ядреный такой. Почти все – «бабы ягодки-опять». Работаем - на совесть, гуляем - вместе, выступаем в ДК: на день села, на Сагаалган, и от спорта не отстаем, даже на республиканские соревнования ездим. Коллектив очень спаянный, и каждый в своем деле специалист. Вот наша процедурная медсестра. Я вот удивляюсь: вот бывают же у людей такие волшебные руки! Только сделает Наталья Иннокентьевна перевязку – и все раны зажила. Я всегда поражаюсь и ей всегда говорю: «У тебя, наверное, магические руки». Вот моя новая медсестра – очень умная девочка. Я их очень люблю своих. Вот они мои девочки: акушерка, старшая медсестра Любовь Базаровна Цыбикова, участковая медсестра Людмила Цыреновна Бабуева, перевязочная и процедурная медсестра Наталья Иннокентьенва Жданова, патронажная детская медсестра Любовь Юрьевна Суетина, лаборант Долгор Дамбиевна Цоктоева, физиомедсестра Валентина Васильевна Ульянова, школьная медсестра Зинаида Ивановна Серых, наши санитарки Наталья Виликсовна Мангирова и Людмила Раднажаповна Раднаева. А сколько забот у нашего завхоза Ольги Васильевны Хлебниковой! По ночам сторожат амбулаторию и принимают вызова Ольга Муранова и Наталья Татарникова. И все работают на совесть. Хочу чтобы в газте вашей прозвучали имена фельдшеров нашей глубинки. Фельдшер села Поворот - Виктория Цыбденова, фельдшер села Бургастай - Дарима Бадмацыренова, села Цайдам Норжима Очирова.

PS: Светлана Шараповна свято верит в то, что она смогла воплотить в жизнь большую мечту своей мамы – однокашницы знаменитой Баяновой на курсах медсестер 30-х годов, и уволенной из больницы, как жена врага народа. Мама Светланы Шараповны всю жизнь проработала в колхозе…

- Светлана Шараповна, а ваши дети тоже пошли по вашим стопам?

- Что вы, нет! Они же видят, какая у меня работа. «Собачья» - вот так и сказали. Чингис, Батор и Булат выбрали совсем другие профессии: учитель, юрист, инженер.