Текст книги "Каменное убранство Петербурга"

Санкт-Петербург был столицей не просто страны, а многонациональной империи. Веротерпимость была основой внутренней государственной политики в стране. Без нее невозможно было бы представить сосуществование населяющих огромное пространство народностей. И Петербург стал городом, дающим равные возможности представителям различных национальностей и религиозных конфессий. В столице создавались культурные национальные центры, начальные школы и другие образовательные учреждения с преподаванием в них на родном и русском языках, представители других народов имели свои церкви, костелы, мечети, синагоги, свои кладбища. В национальных провинциях люди спокойно говорили, учились, молились на своем языке и жили по своим традициям.

Итак, в Петербурге имелись храмы всех религий и конфессий народов России. Незадолго до Первой мировой войны возводится несколько храмовых сооружений, в отделке которых особо обильно применен естественный камень. Это соборная мечеть, буддийский храм с дацаном (монастырем), французский костел и Феодоровский собор. К их числу относился также храм Спасения-на-Водах, уничтоженный в 1930-х гг.

Оригинальной доминантой юго-восточной части Петроградской стороны являются стройные минареты и голубой купол соборной мечети на Кронверкском проспекте, 7, – недалеко от станции метро «Горьковская». Она построена в 1910–1914 гг. на деньги, собранные верующими (500 000 р.). Конкурс на проект мечети был объявлен еще в 1907 г. Согласно канонам ислама, перед архитекторами ставились определенные задачи: алтарная ниша должна быть обращена к Мекке, изображения живых существ не допускались. В конкурсную комиссию вошли такие известные зодчие, как Л.Н. Бенуа, А.И. Гоген, Ф.И. Лидваль и др. Лучшим оказался проект Н.В. Васильева. Впоследствии в доработке проекта приняли участие С.С. Кричинский и А.И. Гоген.

Соборная мечеть

За образец для петербургской мечети авторы взяли мавзолей Тамерлана в Самарканде, но одновременно архитектура здания несет черты и северного модерна. Этот эффект создает прежде всего суровая каменная облицовка из серого тиурульского гнейса и ковантсарского гранита, обработанных в разных фактурах и потому имеющих разнообразные оттенки. Рустованными плитами тиурульского камня отделаны углы здания и часть стены южного фасада. Грубая, скальная фактура придает этим плитам мрачный темно-серый цвет. Гамма серого ковантсарского гранита, покрывающего большую часть мечети, меняется: в мелкобугристых плитах с неровной шероховатой поверхностью цвет камня становится насыщенным серым, а в гладких – светло-серым.

Вся резьба выполнена в граните

Гладкие плоскости гранитных стен над окнами украшены восточной резьбой. В граните же высечены угловатые арочки, а два круглых медальона на заднем фасаде покрыты, как орнаментом, арабской вязью – в камне вырезаны изречения из Корана. Эффектно выглядят и изящные высокие минареты. Они облицованы светло-серым гранитом и сплошь декорированы резным орнаментом, состоящим из крупных ромбов.

Строгий серый камень дополняется великолепной отделкой из цветной майолики и фарфора. Этот красочный материал использован в орнаментальных композициях портала, оригинальном ковровом декоре на стенах северного и восточного фасадов, в башнях минаретов и покрытии купола. Создателем цветной плитки и фигурных деталей орнамента был известный художник-керамист П.К. Ваулин. Свою керамику он изготовил на небольшом заводе в Кикерине под Гатчиной, из обычной для окрестностей города синей, так называемой кембрийской, глины.

Огромные мозаичные орнаменты на фасадах выложены из фарфора. Фрагменты мозаики имеют разнообразную форму, цвет их характерен для стиля модерн: это синие, голубые, изумрудно-зеленые, сиреневые, фиолетовые, розовые, вишневые тона, складывающиеся в сложный восточный узор. Фарфоровая мозаика хорошо сохранилась до нашего времени. Майоликовые же выпуклые синие, фиолетовые, зеленые изразцы в облицовке купола оказались нестойкими, стали расслаиваться и отваливаться. Сейчас они заменены фарфоровым. Поверхность купола площадью 1000 м 2 покрыта тремя тысячами цветных фарфоровых блоков сложной формы.

Находится в Ковенском переулке, 7. Построен в 1908–1909 гг. по проекту Л.Н. Бенуа и М. М. Перетятковича. Суровый, как у средневекового замка, фасад костела, почти лишенный декоративных элементов, на всю высоту облицован красным гранитом – валаамским и рапакиви. На фоне мощных стен, декорированных плотно подогнанными друг к другу прямоугольными грубо околотыми плитами, выделяются центральный портал, наличники окон и входных дверей, сложенные из плит гранита с гладкой фактурой. Такими же гладкими плитами облицованы высокая башня и вертикальные столбы, оформляющие угловые части фасада.

Все детали портала и стены костела – гранит. Ковенский пер., 7

Это костел или рыцарский замок? Ковенский пер., 7

Был храмом-памятником морякам, погибшим без погребения в Русско-японской войне 1904–1905 гг. Он воздвигнут в 1910–1911 гг. по проекту М.М. Перетятковича, взявшего за образец знаменитый памятник древнерусского зодчества – церковь Покрова на Нерли. Подобно этому храму, здание Спаса-на-Водах облицовано белым камнем – старицким известняком с Валдая – и декорировано каменными резными изображениями, выполненными М.А. Микешиным. Внутри церковь была светлой.

Иконостас мастера вырезали также из белого известняка. Сильное впечатление на верующих производила центральная мозаичная икона «Иисус Христос, идущий по водам», благословляющий «героев долга на дне океана» и посетителей храма. Эта мозаика исполнена по картонам художника Н.А. Бруни. На стенах были укреплены бронзовые доски с названиями судов, сражений с их участием и именами всех погибших – «летопись ужаса», как их называли.

Храм Спасения-на-Водах. Фото 1910-х гг.

Храм, возвышавшийся в конце Английской набережной и красиво смотревшийся с Невы, взорвали в 1932 г., чтобы освободить место для постройки заводского цеха. По рассказам очевидцев, на развалинах еще долго лежала мозаичная глыба с изображением головы Христа. Вместе с безжалостно уничтоженной церковью постепенно уходила в прошлое и память о героях-моряках. Но не ушла…

Собор, возведенный в 1911–1914 гг. по проекту С.С. Кричинского в стиле ростовских церквей XVII в. (Товарный пер., 13) и посвященный 300-летию дома Романовых, также облицовали белым старицким известняком. Один из его фасадов украшала майоликовая икона с родословным древом Романовых, исполненная по эскизу С.В. Чехонина. Строительство велось на пожертвования, собранные по всей стране. В конце 1920-х гг. здание храма передали молокозаводу, и оно до неузнаваемости переделано и снаружи, и внутри. Сейчас реставрируется.

Построен Г.В. Барановским в 1906–1915 гг. в Старой Деревне (Приморский пр., 91) в стиле старой тибетской архитектуры. Вопросы, связанные с его строительством, решал специальный комитет из ученых-востоковедов и художников В.В. Радлова, С.Ф. Ольденбурга, Ф.И. Щербатского, Н.К. Рериха. Необычны для Петербурга формы здания, необычен и его каменный наряд. Храм словно собран из мощных блоков красных гранитов. Цоколь здания, ступени и пол портика, пилоны сделаны из розового финского гранита рапакиви, стены облицованы валаамским гранитом. Наличники окон сложены из блоков черно-серого крупнозернистого естественного камня. Возможно, это лабрадорит, но не полированный, а с матовой поверхностью. Подпятники дверных окладов главного входа в храм сделаны из коричнево-красного массивного мелкозернистого гранита.

Гранитные пилоны в портале буддийского храма

В России буддийскому вероисповеданию принадлежат буряты и калмыки. В 1905 г. далай-лама обратился к царю с просьбой помочь построить в Петербурге буддийский дацан. Укрепление деловых и культурных связей с Тибетом сдерживалось отсутствием официальных дипломатических контактов, и строительство храма оживило бы их. Его решили создать вблизи городской черты. Треть средств на строительство пожертвовал Бадмаев.

Монгол Жамсарон (Петр Александрович) Бадмаев (1841–1920) был известным врачом, практиковавшим методы тибетской медицины, и просветителем бурят. Он родился и рос в семье народных целителей, в 1871–1875 гг. учился на восточном факультете Петербургского университета и параллельно в Медико-хирургической академии. Одно время был чиновником 8-го класса в Азиатском департаменте Министерства иностранных дел, затем занимал почетный (без жалованья) пост члена попечительского совета приюта герцога Ольденбургского. Организовал бурятскую школу с программой классической гимназии на Поклонной горе под Петербургом, имел аптеку и вел врачебный прием в своем кабинете в доме № 16 по Литейному проспекту. Его образ прекрасно воссоздан Борисом Гусевым в публикации «Мой дед Жамсарон Бадмаев»[17] 17 Новый мир, 1989. № 11. С. 199–226.

В 1915 г. в храме служили 90 лам, ими исчислялись все буддисты в Петербурге, но связи с Тибетом – и хозяйственные, и культурные, и научные, и политические – оживились. Это было как бы скрытое посольство страны, расположенной на ближайшем пути в Индию.

В 1926 г. для извлечения золота сняли бронзовую позолоченную крышу (ганджир) с башни, убрали из алтаря и распилили золоченую статую будды, изъяли ритуальные вызолоченные бронзовые диски на фризе. А храм оказался закрытым в 1934 г.

Сейчас он действует. Буддисты в нашей стране по-прежнему есть среди калмыков и бурят. Храм высоко чтится ими.

Невозможно кратко охарактеризовать все разнообразие приемов использования камня в оформлении набережных стрелки, Невы Большой и Малой, памятников, фасадов старинных государственных зданий и жилых домов Васильевского острова. Это город в городе, со своей историей, планировкой, архитектурой и жизнью. Здесь мы дадим лишь некоторые примеры каменного декора жилых домов для среднего сословия, купеческого особняка и трех зданий общего назначения – Морского корпуса, табачной фабрики и научного института. Но начнем рассказ с двух небольших садов.

Сад расположен на площади Шевченко между Университетской набережной, 1-й и 2-й линиями. Сквер, собственно, занимает всю эту площадь. Наше внимание привлекает Румянцевский обелиск, на нем написано в старой орфографии «Румянцова победам». Внебрачный сын Петра I генерал-фельдмаршал П.А. Румянцев (1725–1796) был выдающимся русским полководцем. Он известен участием в Семилетней войне и знаменит победами в Русско-турецких войнах 1768–1774 и 1787–1791 гг., форсированием Дуная, присоединением Бессарабии. Был генерал-губернатором Малороссии. Новые формы ведения войны и боя П.А. Румянцевым оказали большое влияние на служившего под его началом А.В. Суворова.

Постамент обелиска

Обелиск вначале стоял на Марсовом поле, перенесен на Васильевский остров в 1818 г. по проекту К.И. Росси и установлен вблизи Кадетского корпуса, в котором учился Румянцев. Росси поставил монумент на стилобат со ступенями из розового финского гранита рапакиви. Нижний монолит пьедестала – серый сердобольский гранит, выше – рускеальский мрамор. Видны его неоднородность и складчатое строение, и потому – непрочность. Выше использованы розовый тивдийский мрамор и равномерный белый высокосортный мрамор с высеченной в нем воинской арматурой. Четырехгранная (как в Древнем Египте) стела собрана из трех блоков серого сердобольского гранита. На ней – бронзовый шар с орлом. Получилось так, что в этом памятнике собраны воедино почти все знаменитые камни старинного Петербурга, нет только известкового туфа и известняковой плиты.

Сад находится между 2-й и 3-й линиями внутри квартала, занятого Академией художеств. В 1840-х гг. в центре сада была установлена по проекту А.П. Брюллова колонна. Ее гранитный монолит остался свободным после строительства Казанского собора; в нем гранитные колонны стоят в центральном нефе. В саду колонна установлена на базу из рускеальского мрамора и поставлена на ступенчатый пьедестал из того же что в самой колонне гранита. Здесь очень удобно вблизи рассмотреть известные камни Петербурга – финский гранит рапакиви и рускеальский мрамор. В граните видны трещины по всей высоте колонны, они заделаны мелкозернистым материалом. Такие трещины типичны для любых гранитов и образуются в них уже в природных залеганиях. Женские фигуры на капители олицетворяют муз живописи, скульптуры и архитектуры, колонну венчает лира.

Памятник П. Клодту в саду Академии художеств

Невдалеке от колонны, ближе к 3-й линии, находится небольшой памятник «Скульптору Петру Клодту» работы В.Э. Горевого. Он установлен на пьедестале из кузнечнинского гранита в саду в 2007 г. около бывшей художественной мастерской Клодта. Она располагалась в здании с классическим колонным портиком.

3-я линия, дом № 20. Доходный дом Л.Н. Бенуа. Построен в 1897–1898 гг., надстроен в 1914 г., архитекторы А.И. Гусев и Л.Н. Бенуа. Белый старицкий (с Валдая) известняк применен для отделки этого яркого нарядного дома. Из него сделаны наличники окон и порталы, вырезаны орнаменты, но сейчас все закрашено, нижний этаж облицован мелкими кусками темно-красного гранита рапакиви, соединенными по мозаичному способу. Очень эффектно среди каменного декора смотрятся майоликовые изразцы с изображением синих лилий на желтом фоне.

Жилой дом № 20 на 3-й линии Васильевского острова

4-я линия, дом № 9. Этот особняк купца П.П. Форостовского, построенный по проекту К.К. Шмидта в 1900–1901 гг., является одним из самых первых петербургских сооружений в стиле модерн. В здании находились хозяйская квартира с зимним садом и контора, имевшие отдельные входы, поэтому план и фасад его сложны, а форма подъездов и окон весьма разнообразна; асимметричность фасада подчеркнута граненой башней с высоким куполом и шпицем.

Фрагмент фасада дома № 20 по 3-й линии

В наружной отделке особняка преобладает желтый облицовочный кирпич, камня – красного гангутского гранита – значительно меньше. Из этого гранита выполнены рустованная облицовка низкого цокольного этажа и многочисленные архитектурные детали. Каменные плиты разной формы и фактуры обработки так умело использованы архитектором, что вместе с орнаментальными вставками из керамики, оконными витринами и изысканными решетками из кованой бронзы придают дому особую живописность и индивидуальность, столь свойственные модерну.

Главный вход в особняк П.П. Форостовского

Гангутский гранит здесь не полирован, поэтому цвет его не красный, а темно-розовый. Узкие каменные плиты скальной фактуры образуют горизонтальные «прокладки» среди кирпича, которые тянутся по всему фасаду, выделяя верхний этаж. Из таких же плит выложены наличники окон и арки подъездов и ворот. Фактура подоконных плит и опорных камней эркеров гладкая. Особенно оригинально обработаны опорные камни арок главного подъезда и ворот, представляющие собой крупные глыбы гранита характерных для модерна текучих, плавных очертаний, с затейливыми, словно бы курносыми выступами.

Жилой дом № 26 на 7-й линии Васильевского острова

7-я линия, дом № 26. Доходный дом, построен в 1909 г. по проекту архитектора Д.А. Крыжановского. Искусно оформлен серым габбро и гранитом. Крупными плитами габбро с фактурой скалы облицован цоколь здания, а под ним, красиво контрастируя цветом с габбро, идут в пять рядов плиты красного гранита с той же фактурой; над ними располагается один ряд гранитных блоков с простым геометрическим орнаментом, а еще выше, по границе первого и второго этажей, тянется узкий поясок вновь из габбро – он отделяет камень от штукатурки стен верхних этажей дома. Эффектно и изящно использовано габбро и в оформлении парадного входа; благодаря разнообразию в фактурах поверхности блоков, очертаний деталей портала, линий их рельефной обработки габбро, черный и мрачный по своей природе камень, здесь выглядит совсем иначе.

Жилой дом № 53 на 8-й линии Васильевского острова

8-я линия, дом № 53. Доходный дом Е.И. Костицыной. Мощными рустованными плитами черного габбродиабаза облицованы нижние этажи этого красивого дома, построенного архитектором Н.И. Алексеевым в 1912 г. Здесь черный цвет камня еще более подчеркивает декоративность белого глазурованного кирпича, зеленой майоликовой плитки, красной черепицы, использованных в отделке фасада. Применен в отделке дома и красный песчаник – из него высечены изящные столбики, обрамляющие верхнюю часть подъездов.

Деталь фасада

Фасад Николаевской морской академии. Цоколь отделан гранитом, стены на всю высоту – горшечным камнем

Четыре орла из горшечного камня венчают аттик здания

Портал парадного входа в академию. Гранит, горшечный камень, бронза

Стены второго и третьего этажей целиком отделаны горшечным камнем

11-я линия, дом № 8. Здание Николаевской Морской академии (сейчас здесь находится Главное управление навигации и океанографии), архитектор М.Х. Дубинский (1905–1907). Неоклассицизм. Цоколь здания облицован полированными плитами красного гангутского гранита, а отделка фасада на всю высоту стен выполнена из светло-зеленого горшечного камня. Здание богато декорировано колоннами, скульптурой, орнаментами, материалом для которых послужил тот же горшечный камень. Фасад содержался в очень хорошем состоянии: камень был чистым, «ухоженным». К 300-летнему юбилею города его старательно прокрасили, очевидно, не понимая вандализма содеянного. Сейчас краска постепенно отходит.

12-я линия, дом № 15. Доходный дом архитектора Н.В. Смирнова, построен в 1908 г. по его собственному проекту. Пилястры из путиловской плиты декорируют фасад, облицованный скальными плитами розового финского гранита рапакиви. Из этого же известняка высечены медальоны с вазами и фигурами девушек, размещенные в простенках.

12-я линия, дом № 19. Доходный дом О.М. Фогта и Б.А. Попова, построен в 1913 г. архитектором Н.И. Алексеевым. Из темно-серого габбро выполнена рустованная облицовка двух нижних этажей, а верхняя часть отделана бетоном и глазурованным серым кирпичом.

Жилой дом № 19 на 12-й линии Васильевского острова

Здание бывшей табачной фабрики Лаферм (позже – Урицкого) теперь занято разными магазинами и офисами

Известняк в декоративных деталях проезда во двор здания

Реклама удобно расположилась на природном камне

Дом № 38. Здание товарищества табачного производства «Лаферм». Построено в 1899–1911 гг. архитектором Р.И. Кригером в стиле промышленного модерна. Фасады фабрики с большими, красивыми по очертаниям окнами отделаны бетоном и облицовочным кирпичом серого цвета. Из камня – путиловской плиты – высечены порталы ворот, наличники окон и декоративные элементы в простенках. Известняк обработан исключительно чисто и гладко, хорошо сохранился и почти не имеет следов выветривания. Его полосчатый узор, сформированный тонкими буровато-желтыми и зеленоватыми прослоями, искусно использован при кладке порталов и выполняет роль орнамента, но современные вывески магазинов и офисов закрывают камень.

Бывший Геологический комитет России

Дом № 74. В 1912–1914 гг. на этом участке по проекту архитектора А.А. Полещука было возведено монументальное здание Геологического комитета России. Высокий цокольный этаж этого дома облицован рустами розового порфировидного гранита. Выше весь фасад выложен плитами светло-серого эзельского известняка, из него же сделаны колонны, объединяющие два этажа. К расположенным между ними трем парадным входам ведет внушительная гранитная лестница.

Мы мысленно прошли с вами, читатель, по парадным магистралям Санкт-Петербурга – Невскому и Каменноостровскому проспектам, Большой и Малой Морской улицам, увидев много прекрасных зданий. Дома, о которых рассказывается ниже, на наш взгляд, тоже прекрасны, но они расположены в таких невыигрышных местах, что уже давно превратились в обыденные объекты города и почти не привлекают к себе внимание. К сожалению, полузабытых зданий много. Их назначение: заводские корпуса, больницы, вокзалы, особняки, музеи, жилые многоквартирные дома, конторы. Доля природного камня в оформлении их фасадов разная, и также различны художественные приемы его применения. Приведем лишь некоторые примеры, они даны в хронологическом порядке, по годам строительства. Так проще соотнести их с архитектурными эпохами в истории Петербурга, вновь оценить контрасты петербургской архитектуры, проследить за эволюцией ее стилей, сопоставить назначение зданий, имена их владельцев и степень богатства отделки домов.

Улица Комсомола, Арсенальная набережная, Арсенальная улица, проект А.П. Гемелиана при участии А.А. Тона.

Хотя промышленные здания отличались строгостью и простотой фасадов, все же в их облике есть своеобразная красота. Нередко кирпичная кладка стен оставалась неоштукатуренной, архитектурные детали выполнялись из камня, чаще всего из известняка. Именно таковы кирпичные корпуса Арсенала. Они имеют отделку из васалеммского доломитового известняка. Из этого светлого и плотного камня выполнены порталы и полусферические арки над окнами, ритмично повторяющиеся на красных кирпичных стенах.

Улица Чайковского, 28, архитекторы В.И. Шене и В.И. Чагин.

Особняк Кельха. Весь фасад декорирован песчаником

Деталь фасада

Деталь фасада

Фасад решен в стиле французского ренессанса и сплошь облицован песчаником: цокольный этаж – красным, а верхние этажи – светло-серым. Проезд через ворота отделан кирновским известняком светло-серого, чуть желтоватого цвета. Рустованные плиты песчаника в облицовке бельэтажа обработаны характерными заколами – округлыми следами от скалывающего инструмента, что сделало камень похожим на туф. Славятся богатством отделки и интерьеры особняка, особенно главная лестница. Ее ступени, перила, балюстрада, парные колонны с каннелюрами высечены из белого мрамора, а стены облицованы разноцветным мрамором. Интересны также фасады особняка, обращенные во двор и имеющие черты готического стиля. Наиболее привлекательно выглядит ажурный садовый павильон (арх. К.К. Шмидт), в котором находится беломраморная девичья фигура.

Улица Труда, 2, построен архитектором М.Д. Быковским.

Здание расположено на видном месте – оформляет слева съезд с Благовещенского моста на площадь Труда. Западный фасад его очень наряден. Большой балкон второго этажа опирается на четыре пилона, облицованные полированным серым сердобольским гранитом. На балконе стоят лепные кариатиды, поддерживающие балкон третьего этажа. Простенки окон над этим балконом отделаны «рваным» камнем – кусками красного гранита различной формы и размером 20–25 см, они уложены в своеобразную мозаику и скреплены малозаметным цементом.

Литейный проспект, 42, архитектор Л.А. Бонштедт.

Этот бывший роскошный (с двумя внутренними дворами и террасами в них, зимним садом, изысканными по планировке гостиными, залами и комнатами) дворец графини Зинаиды Ивановны де Шаво, урожденной Нарышкиной, в первом браке княгини Юсуповой, и сейчас выделяется в ряду соседних с ним зданий. В 1859 г. журнал «Архитектурный вестник» писал о нем как о «почти единственной в Петербурге принадлежащей частной особе постройке из камня». Фасад этого двухэтажного здания имеет всего пять окон, но он обильно украшен колоннами, скульптурой, орнаментами, вазами.

В отделке особняка использованы крупные блоки светло-серого песчаника. Им придана гладкая и рифленая фактуры. Облицовка нижнего этажа выполнена из мощных плит толщиной от 18 до 36 см. Чтобы кирпичные стены выдержали нагрузку этих плит, был дан «срок времени для окончательной осадки здания». Все облицовочные работы производились известной мастерской П. Трискорни и стоили 25 000 р. серебром.

Четыре гермы, поддерживающие балкон над пышным подъездом, десять кариатид у окон второго этажа и другие изваяния вырезаны из особо крупных глыб песчаника скульптором Денейсом. «Исполнение в натуре фигур и кариатид и самые формы их – проявление собственного вкуса Юсуповой, который не вполне согласовывается с художественными взглядами и желаниями архитектора фон Бонштедта», – отмечалось в цитированном выше журнале.

В связи с тем что особняк строился в начале Крымской войны и поэтому произошла частичная задержка в поставках песчаника из Бремена, менее важные детали здания выполнены из гатчинского и ревельского песчаников, имеющих желтоватый оттенок, значительную примесь извести и ноздреватое строение.

Внутреннюю отделку здания закончили позднее, в 1858–1859 гг., и она также отличалась барочной пышностью. Ее былая краса видна теперь только на акварелях В.А. Садовникова, хранящихся в Русском музее. Великолепные резные двери ведут в холл с парадной мраморной лестницей. Стены холла декорированы узорной лепкой, подчеркнуты колоннами с каннелюрами и пилястрами из белого мрамора. Из такого же мрамора сделаны ступени лестницы, резные перила и украшающие их вазы. Этот камень, вероятно, является разновидностью каррарского мрамора, называемой «ordinario» (обыкновенный). Он включает серые пятна и прожилки, из-за которых общий цвет оказывается серовато-белым. Но так как и колонны, и пилястры, и перила прекрасно отполированы, то блеск поверхности мрамора скрадывает его несколько пятнистую окраску, и парадная каменная лестница с изящной чугунной балюстрадой и зеркалами выглядит очень эффектно.

Почти все помещения этого дворца утратили свою красоту, в одной из бывших гостиных до сих пор сохранился замечательный малахитовый камин причудливой формы. Отделка малахитом выполнена способом накладной мозаики: пластинки камня толщиной 0,3–0,5 см подбирались по рисунку и оттенкам цвета и наклеивались на основу специальной мастикой, создавая в целом впечатление камня-монолита. Малахит, как всегда, сочетается с золоченой бронзой. Над камином в позолоченной раме сложного рисунка укреплено зеркало.

Улица Марата, 63, архитектор И.С. Китнер построил дом в затейливом французском духе.

Особняк Зигеля

Это живописное двухэтажное здание со стенами из декоративного темно-красного кирпича, увенчанное высокой крышей со шпицем над одним из выступов фасада, привлекает внимание нарядными фронтонами сложной формы. Все архитектурные детали – облицовка эркера, наличники окон, фронтоны, портал, орнаменты – выполнены из серого песчаника. Портал украшен резными столбиками из красного песчаника, цоколь особняка сложен из крупных плит розового финского гранита рапакиви. Стиль здания подчеркивали резная дверь и кованые решетки.

Сейчас особняк занят офисом «МБА-Москва» (Международным банком Азербайджана—Москва), все заштукатурено, красивенько раскрашено. Природный камень «исчез».

Соляной переулок, 15, архитектор М.Е. Месмахер.

Фасад музея Штиглица декорирован песчаником

В 1879 г. богатый финансист, придворный банкир и меценат барон А.Л. фон Штиглиц ассигновал несколько миллионов рублей на устройство в Петербурге училища технического рисования и музея при нем. Сначала за два года построили здание училища (Соляной пер., д. 13), оно кирпичное, оштукатуренное. Музей строился долго. Первым его директором и проектировщиком был М.Е. Месмахер – выдающийся петербургский зодчий, великолепный знаток архитектуры и архитектурных стилей, прекрасный рисовальщик и основоположник русской школы технического рисования. Он возводил в нашем городе великокняжеские дворцы, церкви, особняки для знати, руководил в 1880-х гг. реставрацией Исаакиевского собора, в частности выравниванием его колонн, испытывавших неравномерную нагрузку. Но самым главным делом его жизни стала организация Училища технического рисования и строительство музея, которое заняло десять лет.

Здесь все резные детали – песчаник. Музей Штиглица

Музей представляет собой величественное здание в стиле итальянских дворцов XVI в. Невысокий цоколь выложен крупными блоками розового финского гранита рапакиви, стены облицованы светло-серым песчаником. Нижний этаж отделан рустованными скальными плитами, перемежающимися с плитами гладкой фактуры. Двери и огромные окна окаймлены резными гирляндами из лавровых листьев. Облицовка верхнего этажа состоит из плит песчаника, обработанных в гладкой фактуре, сдвоенные окна украшены трехчетвертными колоннами.

Центральный ризалит фасада завершает треугольный фронтон, на его тимпане высечен горельеф с изображениями аллегорий живописи, скульптуры, архитектуры, декоративно-прикладного искусства и истории искусства.

Основная фигура этой композиции – человек-творец – имеет портретное сходство с М.Е. Месмахером. Фронтон увенчивает скульптурная «Слава». Ее автором является А.Г. Бауман. В нишах боковых ризалитов находятся статуи женщины с книгой и мужчины с молотом в руках работы А.Г. Чижова.

Скульптура и все детали иссечены из песчаника. Музей Штиглица

Все работы в песчанике выполнила немецкая фирма «Zeidler & Wimmel» в Германии, в своих мастерских в Кирхейме к югу от Вюрцбурга. Она добыла песчаник на своем карьере в Силезии. Эта фирма знаменита выполненной ею облицовкой песчаником Бранденбургских ворот, Рейхстага, кафедрального собора в Берлине, различных павильонов и зданий в Потсдаме, Рыцарских ворот в Кенигсберге и многих других сооружений в разных странах. Она успешно существует и сейчас.

Прирожденный педагог, М.Е. Месмахер использовал искусно декорированный и стилизованный фасад здания и в целях просвещения. Фриз музея покрыт горельефными изображениями грифонов, медальонами, в которых высечены портреты великих художников, скульпторов, архитекторов, фигурными плитами с их именами, начертанными золотом на синем мозаичном фоне.

Перед главным входом стоят высокие чугунные фонари, украшенные купидонами с атрибутами искусств в их руках. Массивные дубовые двери, отделанные кованой бронзой, ведут в вестибюль музея. Это великолепное помещение с полированными колоннами из узорчатого красного гранита рапакиви, мраморной лестницей декорировано полихромной росписью. Залы музея воспроизводили стили различных эпох в истории искусства: фламандский зал, залы Медичи, Генриха II, Людовика XIII и др. По-русски колоритен зал «Теремок», декорированный цветными изразцами и росписью.

Особенно впечатляет главный выставочный зал – двухэтажное огромное помещение площадью 1196 м 2 под таким же громадным стеклянным куполом. Лестница из серовато-желтого мрамора двумя полукруглыми маршами ведет на галерею второго этажа зала. На галерее экспонировались произведения декоративно-прикладного искусства, с перил ее свешивались дорогие ковры.