Не списывайте «эпидемию» групп смерти на всемирный заговор

Все конспирологические теории — от бессилия… Когда нет чёткого ответа на вопрос, нет решения проблемы или даже элементарного понимания процессов, сразу возникают идеи про всемирный заговор, мировую закулису или ось зла. Именно к этому свелись все дискуссии про суициды: «Против наших детей ведётся война», «кто уничтожает наших близких?» и т.д. Общий ореол таинственности и непостижимости зла становится отличным оправданием некомпетентности в этих вопросах.

Голос профессионалов теряется в обсуждении этой проблемы: есть врачи-суицидологи, психологи, психиатры, специалисты по интернет-безопасности, юристы. Надеюсь, что у нас в стране достаточно специалистов, которые компетентно ответят на вопрос: почему в России так много суицидов? И как с этим бороться?

Конечно, мы, родители, готовы придумать всё что угодно, лишь бы не признаться: в этом есть и моя вина. Легче поверить во всемирный заговор, нежели в довольно банальную вещь про недостаток внимания и психологические отклонения, которые были у большинства людей, покончивших жизнь самоубийством.

Невозможно рассматривать проблему подростковых суицидов, не обращая внимания на взрослые самоубийства.

Сегодня всё чаще мы сталкиваемся с таким явлением, как двойные суициды. В 2016 году в Старом Осколе женщина выбросила восьмилетнюю дочь с балкона девятого этажа, а затем и выпрыгнула сама. Мать и девочка погибли. В 2015 году в Иркутске женщина вытолкнула из окна своей квартиры детей, а затем выпрыгнула сама. Мать на месте погибла от полученных травм. Двое её сыновей — мальчики двух и четырёх лет — были госпитализированы. Вскоре оба скончались в реанимации.

В августе 2015 года 27-летняя жительница Башкирии, прошедшая лечение в психиатрическом стационаре, находясь дома со своими сыновьями четырёх и двух лет, утопила их в душевой кабине. Она сказала, что дети испачкались в песке и их невозможно было отмыть.

В прошлом году на северо-западе Москвы женщина с ребёнком на руках выпрыгнула из окна восьмого этажа. Мать скончалась в автомобиле скорой помощи, ребенок выжил. Аналогичный случай был в Санкт-Петербурге.

Знаете, что общего во всех этих случаях? Психиатрический диагноз у родителей, в подавляющем большинстве случаев — шизофрения… Как и у зарезавшего позапрошлым летом всю свою семью Олега Белова из Нижегородской области.

Все эти люди страдали психическими расстройствами, большинство из них состояли на учете в психоневрологических диспансерах (ПНД). Но сегодня никто не может принудительно лечить людей или обязать их проходить программы реабилитации, более того, информация о диагнозах неприкосновенна. ПНД не может передавать данные сотрудникам органов опеки, например. Хотя многие отечественные наркологи говорят о том, что это могло бы дать положительный эффект, если бы медицинские ведомства и социальные службы обменивались информацией. Возможно, тогда подобных трагедий можно было бы избежать.

Сегодня нужно говорить о совершенствовании оказания психиатрической помощи, об изучении причин совершения суицидов и оказании помощи пострадавшим — об отдельной программе предотвращения самоубийств (соответствующие наработки есть у Центра им. В.П. Сербского), а не о всемирном заговоре неведомых сил.

Пока многие размышляют о том, как запретить пропаганду самоубийств в социальных сетях, а заодно и сами социальные сети, ускользает возможность использовать соцсети как платформу для борьбы с самоубийствами. Например, в европейском сегменте Facebook была успешно внедрена целая программа по борьбе с суицидальными настроениями подростков. Так, если пользователь осведомлён о том, что его товарищ грустен, не в себе, планирует суицид, он может нажать кнопку в интерфейсе — и специалист попробует связаться и помочь этому пользователю. Такой подход эффективен, потому что работа должна вестись на площадке, понятной и близкой тинейджерам.

Во многих странах есть положительный опыт оказания психологической помощи каждому, кто предпринимает попытку совершения суицида. В особом фокусе внимания — дети, пережившие смерть близкого человека. Подобные утраты накладывают отпечаток на всю жизнь и могут привести к трагическим последствиям.

Вообще, создание эффективной системы психологической помощи — ключевой вопрос сегодня. Семьям, попавшим в трудную жизненную ситуацию, нужно оказывать адекватную поддержку, а если это потребуется, помощь в реабилитации от зависимостей. Граждане должны знать о «горячих линиях», на которые можно позвонить, и о кризисных центрах, куда можно обратиться в тяжёлый момент.

Если говорить о подростковых суицидах, то с каждым детским коллективом (классом, группой), ученик которого совершил самоубийство, должна вестись работа, потому что все дети испытывают шок, не знают, как на это реагировать. И нередки случаи, когда одноклассники предпринимают аналогичные попытки суицида. Им надо помочь это пережить, а их родителям — рассказать, как правильно себя вести.

Только просвещение поможет развеять страхи перед этой темой. Иначе и в дальнейшем вся дискуссия будет вестись вокруг «мирового заговора» и «оси зла».