Вениамин Смехов: Стихи это своеобразный тест интеллектуальности и человечности

Стоит ли сегодня всерьёз сказать: прощай, речь? Чьи имена в современной поэзии становятся открытием? Какой видится Пермь после фестивального бума? Наконец, есть ли у деятелей культуры универсальный рецепт, как быть без государственной поддержки? Вениамин Смехов поделился с нами своим восприятием настоящего момента пермской действительности во время посещения выставки Дмитрия Пригова в Музее современного искусства PERMM.

Вениамин Смехов побывал в Перми с коротким визитом, успев провести не только запланированный поэтический вечер, но и прочитать стихи военных лет специально для аудио-сопровождения выставки «Тыл. Железные башмаки» в Пермской художественной галерее. Известного актёра, режиссёра, сценариста связывает с нашим городом эхо поэтического фестиваля «СловоNova» и «Текстуры»: Вениамин Борисович участник советов обоих форумов с 2009 года.

Стоит ли сегодня всерьёз сказать: прощай, речь? Чьи имена в современной поэзии становятся открытием? Какой видится Пермь после фестивального бума? Наконец, есть ли у деятелей культуры универсальный рецепт, как быть без государственной поддержки? Своим восприятием настоящего момента пермской действительности поделился с нами во время посещения выставки Дмитрия Пригова в Музее современного искусства PERMM Вениамин Смехов.

Фото: Константин Долгановский

Вениамин Борисович, в 2014 году вышел фильм Годара «Прощай, речь» своеобразная констатация утраченной коммуникации между людьми. Вы наблюдаете сегодня явление утраты связей, взаимопонимания людей, языка, способности владеть словом?

вы меня сейчас слышите? Я слышу вас. Поэтому с речью всё в порядке, особенно у Годара ведь он киношник, игрок. И его идея в моём мозгу сейчас отражается воспоминанием о том, что ещё в пятидесятых годах XX века велись археологические раскопки, во время которых был найден артефакт, созданный на тысячелетие ранее Христовой эпохи, древние скрижали. Люди вписали на них свои последние слова примерно следующего содержания: «Очевидно, мы наблюдаем закат цивилизации. Язык и культура пребывают в упадке, торжествует грубость и невежество, дети не слушают своих родителей и идут в жизни своим путём. И всё, чем мы были так горды, кончается».

Тема циклично повторяется, как и сама история? В чём заключается ваше участие в исторической выставке «Тыл. Железные башмаки»?

Записать в моём исполнении стихи поэтов военного времени это была идея Надежды Владимировны Беляевой, президента Пермской художественной галереи. Чтение военных стихов мне особенно близко сейчас, поскольку связано с проектом, над которым я работаю. Сразу после моего возвращения из Перми в московском Доме музыки при полном зрительном зале начнутся съёмки серии фильмов о поэтах, которые жили в посёлках Переделкино и Пахра. Один из фильмов так и будет называться «Поэты Переделкино». Этот проект телеканала «Культура» моё совершенно незаслуженное счастье контактов с потрясающей съёмочной командой Сергея Шумакова. С ними я сотрудничаю давно. Первая серия фильмов называлась «Я пришёл к вам со стихами». Потом был снят цикл фильмов «Золотой век Таганки». Три новых фильма снимаются в июне, ещё три запланированы на октябрь.

И вот, держа в руке несколько листочков сценария из моей поэтической программы «Война и мы», я записал для пермской выставки стихи Константина Симонова, Давида Самойлова, Александра Межирова, Бориса Слуцкого.

Фото: Константин Долгановский

А чем живут сегодня современные поэты? Кого вы читаете?

Мы ничего не знаем про собственную страну. Знаем, но ничего не знаем. Всё в ней есть. И современные поэты тоже. Новости такого рода волонтёрские, персональные, часто исключительно благотворительным образом возникающие. Поэзия, мне кажется, одна из таких вот важных причин, инициирующих множество фестивалей, которые сегодня проходят по всей стране. Кстати, фестивали как организационная форма это спасительная идея сегодня. Потому что фестивали поддерживают жизнь во многих сферах культуры. Ведь у нас, как всегда, нищенская зарплата сопровождает лучшее, что есть в стране. А лучшее в стране это врачи, педагоги, музыканты, театральные актёры, поэты.

Год тому назад, в марте 2014 года, Клуб кураторов литературных фестивалей России, сообщество замечательных поэтов, которых мы знаем и слышали и в Москве, и в Перми: Андрей Коровин, Андрей Родионов, Вера Полозкова, Елена Фанайлова, Александр Кабанов, учредили Всероссийскую литературную премию имени Валерия Прокошина. Этого поэта уже нет, он ушёл из жизни, но его друзья создали такое вот умотворческое дело в его честь. К стыду своему, я не застал Валерия Прокошина. Оказалось, огромный поэт.

Фото: Константин Долгановский

Благодаря «СловоNova» и «Текстуре» многие имена современных поэтов, режиссёров, писателей, сценаристов стали известны и в нашем крае. Курс культурной политики теперь изменился. Насколько это чувствуется со стороны? Какой вам показалась Пермь сегодня?

Я принципиальный дилетант, поэтому безответственно скажу: у меня есть серьёзное сердечно-сосудистое чувство благодарности к тому, что я и моя жена Галина Аксёнова близко познакомились с культурной жизнью Перми. То, что в 2009 году здесь замыслили создать третий культурный центр России, замах совершенно отечественный, правильный, рациональный подход к делу. Если уж делать что-то, то делать так, чтобы это было лучшее, чтобы иметь возможность говорить: в Тюмени лучший путепровод, в Туле лучшие самовары и пряники, а в Перми лучший в стране культурный климат. Первым был фестиваль «СловоNova». Уже тогда проект вызвал изумление: полный зал двадцатилетних людей, которые пришли слушать современную поэзию. Если кого-то волнует проблема будущего, то всё наше будущее уместилось в том зале. И символически, потому что слушатели были совсем юные. И метафорически, потому что в зале были поэты весь цвет российской современной поэзии. Поэты чувствительные, стихолюбивые. Я дал им продегустировать от Пушкина до Пригова. И отклик был стодвадцатипроцентный! В зале сидели мои «агенты» жена и ещё двое моих знакомых. И они были поражены тем, что молодые пермяки оказались столь чувствительны к поэтическому слову и умны. Почему я с уверенностью говорю, что умны? Потому что стихи это своеобразный тест интеллектуальности и человечности.

Руководитель Фонда «Новая коллекция» Надежда Агишева и Вениамин Смехов Фото: Константин Долгановский

Потом был фестиваль «Текстура», который тоже натворил много хорошего. Я узнал замечательных пермских интеллектуалов, кого по праву считаю сердцевиной пермской культурной революции.

У меня вызвала удивление структура фестиваля, очень представительная команда волонтёров. Один из них выдающийся человек Мария Лямина. Она называла себя куратором. Да как ни назови, Москва может завидовать тому, какие бывают пермские интеллектуалы душевные, чистые, искренние люди. Позже я видел подобное в разных местах, на других российских фестивалях.

Я вообще исчисляю время своей меркой: до 2004 года были 90-е. Мы, актёры, мотались с гастролями по стране, но ещё больше по миру. У меня было множество контрактов, я ставил спектакли. И понял, что культура это то, что вытягивает тему России в мировое пространство. Нам всё время кажется, что о нас все думают. На самом деле у каждой страны свои заботы, особенно у Америки, которая весь земной шар считает Америкой с примыкающими к ней маленькими землями. Правда, после трагедии 2001 года американцы стали лучше видеть, что происходит вокруг них.

Фото: Константин Долгановский

Возвращаясь к Перми, подчеркну: волонтёров, людей самостоятельных, сознательных у нас было много. Говорю «у нас», потому что мы с женой оба были членами совета фестиваля «Текстура». Ужасно это было интересно! Фестиваль собирал лучшие творческие силы страны поэтов, критиков, литераторов, драматургов, киношников, актёров. Заглохло «спасибо» губернатору, больше ничего не скажешь. Но не заглохла, к счастью, интеллектуальная и культурная жизнь в городе. За какие-то два-три дня здесь я успел насмотреться чуда.

Что вы подразумеваете под этим?

Выставка «Тыл. Железные башмаки» в Пермской художественной галерее произвела ни с чем не сравнимое впечатление и по эстетике, и по глубине, и по проникновению историческому. Музей советского наива в Перми это тот проект, вслед за которым идут другие. Потому что здесь многое происходит впервые. Выставка Пригова в Музее современного искусства мне интересна и потому, что я лично был знаком с поэтом, читаю его стихи, и потому, что музей собирает много молодёжи. Музей «Пермь-36» тоже необычайность. Обычайность заключается в том, что такие проекты закрывают и препятствуют их развитию, здоровью страны, что, в моём понимании, культура и есть. Бог с ними. Чернозём культуры нашего Отечества плодоносит независимо от властей. Помогают власти спасибо. Нет, что чаще, всё равно прорвёмся.

Фото: Константин Долгановский

Вы считаете, авторам культурных проектов не нужно реагировать на ограничения, на отмену государственного финансирования?

«Не обращайте вниманья, маэстро, не убирайте ладони со лба. ». Рецепт Булата Шалвовича по-прежнему действенный.