Замдиректора детдома в Шелопугино, подозреваемый в издевательствах над детьми, объявил голодовку вместе с женой

Скандал вокруг шелопугинского детского дома разразился на фоне всеобщего накала страстей вокруг детских домов Забайкалья. Напоминаем, что в конце января 2013 года стало известно об изнасилованиях детдомовцев. Причем, старшие воспитанники насиловали младших. И все это скрывалось 10 лет. Как грибы после дождя, появились всевозможные комиссии, нагрянула даже проверка из Москвы.

Всплывали новые, не менее страшные истории о насилии в других детдомах. В этот круговорот в апреле 2013 года попал и Андрей Самойлов, заместитель директора Шелопугинского детского дома по безопасности. Сотрудника детского учреждения стали подозревать в истязаниях детей. Якобы, Андрей Юрьевич издевался над ребятишками, бил их и даже приставал к воспитанницам. Сложно сказать, что – правда, а что - вымысел. Тем более, что многие те, кто знают его всю жизнь отказываются верить происходящему.

«Комсомолка» решила разобраться в этом деле, и если не расставить все точки над i, то хотя бы попытаться воссоздать общую картину случившегося.

Недавно стало известно, что супруги решились на крайние меры, а именно 15 июля объявили 10-дневную голодовку. 19 июля оба супруга доставлены в больницу. За несколько минут до этого, нам все-таки удалось переговорить с Викторией Викторовной. Вот, что она тогда рассказала:

- Сегодня уже 5 день нашей голодовки. С минуты на минуту ждем приезда скорой, - ответила тусклым голосом Виктория Самойлова. – Нам обоим плохо. Началась слабость, болит голова, хочется спать. Но у нас есть цель, и это придает нам силы.

- Расскажите, с чего началась ваша история?

- Изначально следователи занимались делом о насилии в нашем детдоме. Среди воспитанников начались серьезные конфликты, которые переросли в издевательства. Мой муж проходил по делу как свидетель. В 9 часов утра к нам приехали следователи и начали обыск. Что искали в течение 7 часов, так и не сказали. Изъяли компьютер и личные вещи, но до сих пор не вернули.

- Что было дальше?

- В этот же день в нашем доме появились представители прокуратуры. Они предъявили моему мужу постановление на задержание. Андрею стало плохо, я настаивала на вызове «скорой», ведь ранее он перенес инфаркт, но следователи заявили, что звонить куда-либо я не имею права. Вопреки их запретам я все-таки вызвала врачей, которые сказали, что у Андрея, похоже, предынфарктное состояние. Когда врачи уехали, мне самой стало плохо, я потеряла сознание. Тогда следователи сами вызвали мне скорую, это было через два часа после первого визита медиков. Когда они зашли в дом и увидели, что муж до сих пор не в больнице, то ужаснулись!

Врачи все-таки настояли на госпитализации. Правда, в больнице Андрея пристегнули наручниками к кровати и поставили рядом двух «охранников» с оружием.

- Вы считаете, что давление оказывается на вас специально?

- Да. Пока велось дело по насилию в детдоме среди воспитанников, мой муж сделал замечание тому самому следователю Горюнову. Разразился конфликт, в ходе которого следователь сказал, что подберет моему мужу статью. И вот чем это закончилось! Дети дают показания, в которых всячески поддерживают моего мужа. Но очную ставку с ними проводить отказались.

ПРОКУРАТУРА КРАЯ РАССМОТРИТ ЖАЛОБУ САМОЙЛОВЫХ

- Супруги подали в прокуратуру Забайкалья свои обращения, в которых рассказали о незаконном уголовном преследовании экс-замдиректора Андрея Самойлова. Причина преследований - побои, которые он предположительно наносил воспитанникам детского дома. Кроме того, Самойловы выступают против нарушений закона, допущенных следователями при расследовании данного уголовного дела в отношении бывшего заместителя директора детдома, - комментирует ситуацию Анатолий Усков, старший помощник прокурора Забайкальского края по взаимодействию со средствами массовой информации и общественностью.

Анатолий Васильевич также пояснил, что обращения супругов рассматриваются, управление по надзору за уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью прокуратуры края проводит по ним проверку.

- В случае если действительно обнаружатся нарушения уголовно-процессуального законодательства, прокуратура примет соответствующие меры прокурорского реагирования. По результатам проверки заявителям будет дан ответ в установленные законом сроки, - добавил помощник прокурора.

Но, на официальном сайте прокуратуры Забайкальского края отмечено, что «прокуратура края полагает, что изложенную в обращении супругов Самойловых угрозу объявления бессрочной голодовки в знак протеста на неправомерные с их точки зрения действия органов следствия следует рассматривать не иначе как попытку шантажа органов предварительного расследования и прокуратуры».

Свою позицию по поводу этого дела огласил Сергей Сиренко, уполномоченный по правам ребенка в Забайкальском крае:

- Как уполномоченный по правам ребенка, я готов сделать акцент именно на том, что при допросе детей из детского дома допущены значительные нарушения со стороны сотрудников полиции и следователей.

Например, девочку-воспитанницу повели на осмотр к гинекологу, чтобы проверить, не подвергалась ли она сексуальному насилию. Но ее заранее не предупредили о визите к врачу и морально не подготовили.

Кроме того, допрашиваемых детей запирали в душной комнате и держали их там некоторое время. Одна из девочек хотела уйти, но ее схватили и порвали куртку.

Другой ребенок играл на телефоне в то время, когда ему задавались вопросы, а значит, внимание его было рассеяно.

Допрос длился слишком долго, дети устали и были голодными. Это не только могло повлиять на результаты, но и, главное, что налицо нарушение прав детей. Именно поэтому я обратился в краевое следственное управление, чтобы его сотрудники должным образом отреагировали на сложившуюся ситуацию.

Ситуацию прокомментировал и старший помощик руководителя следственного управления Егор Марков:

- Информация, изложенная в открытом заявлении Виктории Самойловой, будет проверена, именно поэтому в следственном управлении СКР по Забайкальскому краю назначена служебная проверка, - отметил Егор Эдуардович. - В интересах следствия мы пока не можем сообщать информацию по уголовному делу, однако сейчас можно говорить о том, что следствие призвано объективно расследовать уголовное дело, и проведение тех или иных следственных действий, изъятие каких-либо предметов, избрание меры пресечения – не прихоть следователя, а необходимость. В частности, мера пресечения в отношении Самойлова была избрана как раз потому, что у следствия есть данные полагать, что, находясь на свободе, подозреваемый может угрожать ребятам или иным образом заставить их изменить показания по уголовному делу. С учетом рекомендаций медиков, Самойлов заключен под домашний арест. Кстати, нас в этом поддержал суд, ведь по закону эта мера пресечения избирается судом по ходатайству следствия.

ЗАЩИТА

Анатолий Ходаков, адвокат подозреваемого Андрея Самойлова, предоставил редакции ряд документов, которые заставляют усомниться в законности действий отдельных сотрудников правоохранительных органов.

- У меня на руках имеются письменные подтверждения того, что допрос детей велся незаконно, - начал Анатолий Анатольевич. – Их доставляли на допрос сразу после школы. Допрос проходил в душном помещении, где не было ни психолога, ни законных представителей. Допрашивали всех вместе, что тоже незаконно: ребенок при сверстниках может и умолчать о чем-то важном, и, наоборот, подтвердить то, чего не было. В частности, известно, что их просто заставил подписывать бумаги, закрывая текст, под которым они подписываются. Отмечу, что детского дома в Шелопугино больше нет.

Как только я начал работу над делом, решил, что необходимо поговорить с детьми.

Вот некоторые отрывки из бесед с некоторыми воспитанниками и преподавателями.

Например, Черенцова Ольга Николаевна, младший воспитатель ГОУ «Шелопугинский детский дом» в беседе с адвокатом рассказала следующее:

«Дети рассказывали мне, что их забирали со школы, из детского дома и допрашивали без наших педагогов, девчонки даже убегали с допросов. Среди работников детского дома есть два-три человека, которые негативно относятся к Андрею Юрьевичу, от них и может идти порочащая его информация».

Из показаний Вики Щепак, воспитанницы детского дома взята следующая выдержка: «…нас повезли в прокуратуру. Там в кабинете был мужчина (его фамилию я узнала позже - Горюнов) и две женщины… Горюнов прямо сказал, что ему поступила информация о том, что Андрей Юрьевич приставал к нам - трогал нас за грудь, попу, зажимал в коридоре. Мы вместе с Аленой говорили, что ничего такого не было, и мы говорим правду, тогда они стали (все втроем) говорить нам, что нас отправят в какой-то центр в Читу на три недели и там, мы быстро сознаемся».

Бояркина Наталья Прокопьевна, работница подсобного хозяйства Шелопугинского детского дома, рассказала следующее: «…От Стафеева Вагипа, он внук моей двоюродной сестры, я слышала, что ему пообещали дать на следующий день ноутбук, если он расскажет следователям подробности о том, как бьют и унижают воспитанников детского дома и его заставляли об этом рассказать. Следователь показывал ему неприличные жесты и спрашивал: «Так было или нет?».

Коршунов Анатолий Константинович, водитель детского дома, рассказал, что «в марте-апреле 2013 года в детский дом приходили следователи, не предъявляя документов. Мне известно, что они увозили детей в прокуратуру без сопровождения преподавателей и законных представителей. Слышал от наших работников, что детям угрожали. Со слов детей и воспитателей мне также известно, что детям давали деньги после допросов…»

Еще одна воспитанница детского дома, Алена Татаурова, подтвердила слова подруги Вики: «Сначала нас с Викой спрашивал Горюнов о том, приставал к нам Андрей Юрьевич, или нет. Мы с Викой говорили, что ничего такого не было и нет. Он (Горюнов) вставал, ходил по кабинету, потом сел на стул близко ко мне, сказал мне: «Зая, помоги нам. Я его закрою. У меня маленькая дочка, я защищу ее и вас от Самойлова». На компьютере он показал мне фотографии примерно 5 мужчин – и мертвого тела девочки. Он сказал, что вот такие как Самойлов делают это. Сказал, что принесет камеру и будет снимать меня, а потом всем показывать. »

На стороне Андрея Самойлова и заместитель директора ГОУ «Шелопугинский детский дом» Алешкова Светлана Алексеевна, в ее показаниях четко сказано, что никто о предстоящем допросе детей, ее не предупреждал: «В марте 2013 года к нам в детский дом пришел сотрудник следственного комитета, спросил, где воспитанники. Ему сказали, что дети в школе. После этого мне стало известно, что детей первый раз забрали на допрос в прокуратуру без педагогов и законных представителей.

Рассказывали им как маньяки насилуют женщин, как нож к горлу подставляют, заводили их в комнату вещественных доказательств, показывали стулья в крови и другие предметы. Как мне стало известно позднее, это был следователь Горюнов. Он им обещал подарить ноутбуки если они им помогут, расскажут всю правду. А если не расскажут, то их отправят в спецшколу и проверят на детекторе лжи. Мы написали жалобу в прокуратуру. Ответ на жалобу мы не получили».

Муратов Виталий Георгиевич, заведующий подсобным хозяйством ГОУ «Шелопугинский детский дом», рассказал вот что: «Горюнов спросил меня, в каких отношениях я с Самойловым, известно ли что-либо мне об избиениях детей Андреем Юрьевичем. Я ответил, что ничего такого в детском доме у нас не было и Самойлов никого не бил. Тогда Горюнов стал возмущаться и сказал, что на меня у него тоже есть информация. Я попросил ознакомить меня с ней, на что ответил, что якобы я по просьбе Андрея Юрьевича подбивал детей - Панфилова, Епифанцева, Никифорова на побег из детского дома. Я возмутился и ответил, что мне делать нечего! и я сначала подбивал их на побег, а потом ночами всем коллективом и милицией искал их по району и краю. Я возмущен такой клеветой и ложью».

Хафизов Денис Александрович, фельдшер выездной бригады отделения скорой медицинской помощи Шелопугинской ЦРБ в беседе с адвокатом Самойлова рассказал о том дне, когда в дом Самойловых нагрянули следователи: «Диспетчер передал мне вызов по адресу с. Шелопугино, ул. Погодаева, д.3.кв.2. При осмотре Самойловой В.В. я зафиксировал высокое АД. Мною также была оказана медпомощь и Самойлову Андрею Юрьевичу, так как он высказал мне жалобы на боли в сердце и что он перенес инфаркт миокарда, наблюдается в больнице с ИБС. Второй раз вызов по тому же адресу был примерно через 2 часа к Самойлову А.Ю. В квартире также находились несколько мужчин и супруги Самойловы. Состояние его за два прошедших часа, несмотря на принятое им лекарство, не улучшилось, он жаловался на боли в сердце. Там, по-моему, происходил допрос Самойлова, его состояние ухудшилось, так как он не выполнил моих рекомендаций по обследованию в стационаре. Я посчитал необходимым отвезти Самойлова в стационар для обследования, однако сотрудники прокуратуры мне отказали, так как они не закончили следственное действие, пообещав, что через 20 минут они сами доставят его в стационар».

Замдиректора детдома в Шелопугино, подозреваемый в издевательствах над детьми, объявил голодовку вместе с женой

Читайте также