Рецензии на книгу « De profundis (Тюремная исповедь) » Оскар Уайльд

Формат удобного дорожного варианта. Листы серые, средней толщины. Что касается содержания, то в этом меня постигло разочарование. Вполне терпимое начало расскрывает перед читателем грустное лирическое настроение автора, но с 8-ой страницы данного издания заключенный начинает свой меркантильный,по-детски обидчивый иеречень событий в его жизни, которая коснулась судьбы лорда Альфреда Дугласа. Одинокими спасительными для письма островами встречаются в тексте отступления от обвинительного разочарования в друге, отступления, с помощью которых читателю дается возможность познать глубину мысли Оскара Уайльда, его философию вещей. Рассуждает автор о таких вечных понятиях как искусство, религия, любовь, страдание, смирение и др. Мне кажется, что строки :" Нашей дружбе свойственна одна глубочайшая психологическая ошибка - полное отсутствие пропорциональности. Ты ворвался в жизнь, которая была для тебя слишком велика, в жизнь, чья орбита выходила далеко за пределы твоего поля зрерия и захватывала пространства, для тебя недосягаемые, в жизнь, человека, чьи мысли, страсти и поступки были необычайно значительны, необыкновенно интересны и их сопровождали - точнее , отягощали чудесные или чудовищные последствия. Твоя маленькая жизнь с мелкими прихотями и пристрастиями была прекрасна всвоем крохотном кругу" является главным лейтмотивом всего инфантильного (а как еще можно объяснить постоянные упамянания о счетах, расстратах, некупленных книгах?)произведения этого известного писателя. Я в восторге от его пьес, рассказов, эссе, но данное творение одного из моих любимых писателей не понравилось. Читать "De profundis" стоит лишь в том случае, если Вы ознакомились с всей мировой литературой или же являетесь безумным поклонриком Оскара Уайльда, во всех остальных случаях это пустая трата времени.

Прочитать еще к сожалению не удалось. Если судить по внешнему виду, то книга сделана качественно, крепление тоже, бумага не просвечивает.

Об этом произведении не кричат на каждом углу, как о "Портрете Дориана Грея"; оно не так известно как сказки Уайльда, которые, если честно, я не понимаю зачем читают детям; основываясь на его сюжете нет мультфильмов, как по Кентервильскому приведению.

Это произведение - не просто фантазии писателя. Не выдуманные персонажи, сюжет. Хотя бы ради этого стоит прочесть "De profundis". Полностью согласна с тем, что после прочтения "Исповеди" ранее прочтенные произведения переоцениваются.

10/10 - слишком низкая оценка для этого шедевра английской классики.

Это одна из моих самых любимых книг Уайльда. Конечно, формат издания - дорожный, карманный, но всё же, главное ведь - это содержание. О нем и хочу поговорить, о своих впечатлениях.

Снова и снова я возвращаюсь к этим страницам исповеди великого эстета, писателя и декадента, нарушителя общественного спокойствия Англии времен её расцвета. Я окунаюсь в пучину чужой жизни, но сам становлюсь заложником этих страстей и противоречий, которые будоражили ум и душу гения, а потом и всех вокруг — недругов и сочувствующих, поклонников и недоброжелателей. Читатель, словно один из свидетелей мук библейского Иова, прислушивается к вечным «проклятым»вопросам, с которыми вопиет человек к Богу; словно чуткий новообращённый, он следует за пером Августина в попытке прикоснуться к сокровенному исповедаемому… И страсть, и высокий ум, и тонкость чувства, и красота речи — это всё есть«Тюремная исповедь» Оскара Уайльда, написанная им в тюрьме Рэдинга и адресованная его другу лорду Альфреду Дугласу (или «Бози», как звал его автор). В оригинале исповедь носит название «De profundis» — начало Псалма 129 на латинском языке: «De profundis clamavi ad te, Domine!» (в переводе: «Из глубины (сердца) я воззвал к Тебе, Господи»). Не вдаваясь в детали того давнего дела, которое закончилось для Уайльда банкротством и тюрьмой, читатель «Исповеди» найдёт для себя весь спектр человеческих чувств и терзаний, глубины размышлений об искусстве и жизни со всеми её горестями и мгновениями подлинного счастья. Я обращаюсь к этому произведению за советом, иногда — за словом надежды, утешения или радости, или сожаления — как к другу в непростые моменты жизни. Вся книжка испещрена метками, подчеркиваниями, «галочками», потому что для меня эта книга как откровение исстрадавшейся и много понявшей души, которая получила силу лечить чужие раны. Со временем начинаешь понимать, что страдание, одиночество, боль потери, разочарование — это такие же универсальные чувства (через которые проходишь независимо от возраста, положения, окружения…), как и счастье, любовь, принятие, радость, наслаждение… Уайльда будут читать и перечитывать во все времена, даже если заслышав про его сексуальные предпочтения ханжи будут отворачиваются, а пошляки глупо хихикать или откровенно ненавидеть! Уайльд и его книги вечны, пока живёт человек на земле — эта раскрытая книга, в которую вносит свою малую и посильную запись каждый из когда-то живших, живущих и будущих поколений. К сожалению, каждый так или иначе одинок, а в тюрьме это ощущение глубже и ярче в тысячи раз, потому и раздумья и пережитые терзания ума и сердца обострены до предела. Среди всего прочего, Уайльд замечает: «Величие души не передаётся при контакте, как инфекция. Возвышенные мысли и высокие чувства осуждены на одиночество по самой своей природе». «Великая душа» писателя попала в зависимость от мелких душонок близких ему, но далёких по сути, людей, которых он считал своими друзьями, но в итоге приведших Уайльда к выводу «сам погубил себя». И хотя перед нами письмо одного человека к другому, мы вправе читать это как литературное произведение, и потому можем видеть в портрете «мнимого друга» не конкретное лицо, а тип. Тот же, в сущности, тип, что выведен, только с другими оттенками, в «Портрете Дориана Грея»… Старая пословица безапелляционно гласит «конец — делу венец». «De profundis» — лебединая песня Уайльда — к сожалению, оказалась последним произведением великого писателя. Это письмо хранит в себе неоценимую информацию, позволяющую глубже понять всё творчество «блистательного Оскара», приоткрыть и найти что-то важное, ценное и вечное. Как заметил Хорхе Луис Борхес, «…И всё же от всего созданного им остаётся ощущение счастья». Возможно, для вас это мнение не останется пустым звуком…