научная статья по теме КАВКАЗСКИЙ ТЕТЕРЕВ, ПТИЦА СКРЫТНАЯ Физика

Текст научной статьи на тему «КАВКАЗСКИЙ ТЕТЕРЕВ, ПТИЦА СКРЫТНАЯ»

Кавказский тетерев, птица скрытная

кандидат биологических наук Москва

Страсть, как известно, сильнее разума, и никакие доводы совладать с ней не в силах. И уж если что втемяшится в голову человеку страстно увлеченному, тому и быть. Вот так и мы с товарищем, как и я, зараженным фотоохотой, оказались в конце апреля далеко от дома — в Тебердинском заповеднике. Предстояло подняться в горы на 1200 м из пос.Теберда, что находится на высоте 1300 м. В общем, мы собирались туда, где живет и весной токует обитатель малодоступного высокогорья — кавказский тетерев ^у-rurus mlokosiewiczi), птица скрытная. Обитает этот вид выше границы леса, в березовом криволесье и на высокогорных лугах, где пологое место сыскать непросто — все больше крутые склоны кругом.

Сам подъем можно означить лишь одним словом — кошмар. Сначала шли, потом лезли и в конце уже ползли. Чем дальше, тем круче, а вещи, что на нас навьючены, все тяжелее. Поначалу двигались вдоль речки Малая Хатипара, но вскоре, перейдя ее по мостику из нескольких бревнышек, ушли тропой в пихтарник. Многочасовой изнурительный подъем, без просвета на его окончание. Поднялись на тысячу метров, сил уже не остается, а нужно еще метров на двести подняться круто вверх. Тут не то что идти, смотреть на вершину склона — «шапка падает». Пять-десять метров карабканья с тяжелым рюкзаком на спине, и уж никакого воздуха не хвата© Булавинцев В.И., 2011

Скрытный тетерев облюбовал каменную плиту, покрытую накипным лишайником.

Здесь и далее фото автора

ет, сердце тяжелым комом в груди бухает, а тут еще и новая напасть — снежник. Снег «гнилой», влагой налитый, нашего проводника А.Н.Бока, прямого потомка прусских тевтонских рыцарей, еще держит, а товарищ мой и спутник по тетеревиной авантюре — человек не щуплый, да еще с рюкзаком себе под стать — выше колен вязнет. Я за ним в снежные колодцы тяжелыми альпинистскими «ботами» в снег ухаю. Мука, да и только.

Но все когда-нибудь кончается. Дошли наконец за восемь часов до полуразрушенной избушки на гребне горы. Слева — крутой свал сверкает свежей зеленью горных сосняков, справа тоже крутизна, но в саване еще не стаявшего снега, с редкими куртинами березового криволе-сья. Показал нам Алексей Нико-

лаевич место, на котором не один десяток лет кавказские тетерева токуют, и ушел вниз — дела не терпят. А мы остались на шесть дней в неустроенности быта (тут даже воды нет, снег топить на горелках пришлось), но с надеждой на удачу.

Склон, на котором предполагался ток, крутой, и только в верхней части полоса метров в сто оттаяла. Ниже талой полосы снежное поле еще метров на семьсот простерлось, тоже отнюдь не пологое. Заходить на ток можно только в одном месте — по узкой тропке, обозначенной в скальном взлобке. Полочка, по которой в полной темноте с налобным фонарем идти следует, узенькая, только ногу поставить. Внизу валуны, оступишься — костей не соберешь. Сам склон покрыт прошлогод-

ней травой. По нему, в той же тьме кромешной, до скрадка метров двести.

Снимали несколько дней, но все не очень удачно. Рано петухи со своего ристалища улетают, темно еще для съемок. Но один раз «повезло». Вышли с утра затемно, около четырех, светает в горах после пяти. Пасмурно, тепло. Добежали быстро, без приключений. Сидим, ждем. Как положено, в начале шестого, еще в сумерках, подали голоса два петуха — снизу, со снежника. Они всегда сначала снизу на заснеженной части склона появлялись. Там и бродили, пока не развиднеется. Светает понемногу, но облачно. Ближний ко мне петух прошел вверх по крутому склону на оттаявшую часть тока, посидел там чуток, пото-ковал самую малость. Это зна-

чит, потоптался, надуваясь, посвиристел тонюсенькой трель-кой, подлетел раз-другой косой свечкой вверх и улетел еще в сумерках. Вот и весь ток, зачем только с утра пораньше сюда тащились?

Сидеть неуютно, скрадок маленький. Он к большому камню притулен на крутом склоне. Вокруг камня куст можжевелового стланика распластан, а поверх него — шапка снега, мной утоптанная. Вот здесь, на снежной подушке, и стоит скрадок, за углы к веткам можжевельника привязанный, чтобы сильным ветром не снесло. Смотрится скрадок со стороны как валун-глыба. Светает, ветерок время от времени засидку дергает, колышет, ветер здесь порывистый, с горным норовом. Совсем уже думалось — зря сижу. Ан нет. Вижу, далеко, метрах в двухстах, снизу бежит по снежному склону, черным шариком катится петух в мою сторону. К палатке не пошел, стороной понизу бежит к кустам можжевельника, по склону редко рассыпанным. Там же и березки криволесья кое-где на круче зацепились, и одинокая сосна виднеется. Добежал петух до сосны и пропал из виду. Потом на дальнем крае травянистого склона объявился, только голова в длиннофокусную оптику видна. Снимать далеко. Метров на пятьдесят выше мой коллега тоже в за-сидке птиц выжидает. Мало-помалу стал петух в нашу сторону поверх косогора подходить. Облюбовал себе глыбу каменную, накипными лишайниками усыпанную, походил по ней и отдыхать уселся. Снимать можно, но остатки прошлогоднего высокотравья все дело портят. То размытым контуром петуха застят, то семенной коробочкой под самый глаз птицы в кадр попасть норовят. У товарища моего «Сапоп Mark 3D», у него затвор в бесшумном режиме не щелкает, а шелестит, но все-таки слышно. Позже встал тетерев и пошел от нас, как и пришел, по верху склона. Про-

пал на краю травянистого укоса и только минут через десять на снежнике объявился. Пробежал по нему и за гребнем снежного заноса скрылся.

Ноги стынут, спина немеет. Кусок «пенки» — не лучшее кресло в тесном скрадке. Совсем уж было начал собираться, камеру со штатива снял — и надо же, снизу, как черт из табакерки, снова тетерев катит в мою сторону. Солнца так и не видно, только зарево красноватой полоской над вершинами гор багровеет, пасмурно. Подбежал петух к луговине, что от меня левее метрах в тридцати пожухшей прошлогодней травой темнеет, стал токовать. Пробежится чуток, надуется, пискнет чуть слышно — и вертикальной свечкой вверх на метр-полтора черным сполохом трепещущих крыл взмоет. Потом поближе — метрах в пятнадцати от меня — на снежнике токовать стал. Снимаю, а самому не верится, что все это наяву. Еще пару дней назад осторожны были птицы, а теперь, видно, привыкли к скрадку. Рядом петух токует, и непогода ему нипочем.

Уж и дождь начался, а тетерев не унимается. Мокну понемногу, плащ-то в избушке оставил, но аппарат полиэтиленом укрыл. Дождь не перестает, а тут еще пара тетерок на снежнике появилась. Петух мой и вовсе ополоумел. Мокну дальше. Запасной одежды с собой в горы не взял, подъем был тяжелый, груз — невмоготу. Одного фото-и видеожелеза полный рюкзак. Сохнуть негде, если непогода затянется, дело плохо. Печка в избушке порушена, там даже в жару полуденную как в сыром погребе. А дождь не унимается. Туман, сыро, неуютно. На мою удачу ушли тетерева за верхний заснеженный гребень склона, тонущий в тумане. Вылез из скрадка, рюкзак на спину, штатив в руки и, согнувшись в три погибели, по нижней части склона восвояси поковылял. Вылез наверх, где поровнее, тут и товарищ меня догнал.

Тетерев на току: подлетит свечкой на метр-полтора и приземляется.

После обеда солнышко выглянуло, обсушился. Вот и поди ж ты, как бывает. Когда ехал в Те-берду и восемь часов в гору лез с грузом, мечтал на птиц хоть одним глазком глянуть. А тут в хлябь и непогоду до того на них насмотрелся, что готов был ко всем чертям послать, лишь бы убрались к себе и дали уйти в лагерь, обсохнуть и согреться в спальнике. И все ж не жалею. Непросто было, хлопотно, но того стоило. Видел и снял-таки кавказского тетерева, удовлетворил страсть фотоохотника. до следующего раза.и

ПРИРОДА • №12 • 2011

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.