5 новых потрясающих стихов Веры Полозковой

"Любовь - это когда ты перестаешь беречь себя, а тратишь все, что у тебя есть, без остатка, на то, что ты любишь и даже этого не замечаешь. И в процессе этого обычно ты абсолютно счастлив и невесом" © Вера Полозкова

Вера Полозкова – удивительный феномен. Ее стихи пользователи социальных сетей прозвали "единицами смысла". Они трогательные, ошеломляющие, иногда жесткие - о жизни, смыслах, вере и любви.Недавно вышел новый альбом Веры "Города и числа". Это альбом, по словам Веры, для ночных перелетов, долгих раздумий и воспоминаний, который делался с огромной любовью. А вот что говорит сама Вера о любви и счастье: "Любовь для меня - это огромное служение. Это глубокая уверенность в том, что есть вещи дороже, важнее, глубже эго. И возможность этим вещам посвящать все силы, ресурсы, возможности, а иногда гораздо больше. А счастье - это слово, которое образовано по тому же принципу, что и слово "Соучастие". Это быть частью чего-то гораздо большего, чем ты. И в ту минуту, когда ты чувствуешь причастность к какому-то огромному, удивительному делу, состоянию, процессу, ощущению - это и есть счастье. Счастье - это то, что больше тебя, и ты оказываешься внутри него и теряешь совершенно себя в этом потоке".Мы подобрали для вас 5 новых стихов Веры Полозковой, которые вы, возможно, еще не слышали и не читали. Она написала их за последние пару лет. Они удивительные. Как и сама Вера.

Когда я прилетел, раджу, я решил: эти люди живут как богисказочные пустые аэропорты, невиданные дорогицелое стекло в окне и фаянсовый унитаз даже в самой простой квартиресчастливы живущие здесь, сказал, как немногие в этом мирепарки их необъятны, раджу, дома у них монолитныно никто из их обитателей не поет по утрам ни мантры,ни киртана, ни молитвывроде бы никто из них не лентяй, ни один из них не бездельник -но они ничего не делают, кроме денег:кроме денег и денег, раджу, как будто они едят их:только пачки купюр рекламируют на плакатахпредставляешь, раджу, ни грязи, ни нищеты, но вот если большая трасса -то во всю длину вдоль нее щиты, на которых деньги и даже - груды сырого мясакроме денег, раджу, как будто чтобы надеть их:нанимают чужих людей, чтоб заботились об их детяхкроме денег, раджу, но как попадется навстречу нищий или калека -так глядят, будто он недостоин имени человекакроме денег, но не для того, раджу, чтоб жене купить на базаредорогих украшений или расшитых сариа пойти и сдать в банк, и соседям служить примером -и ходить только в сером, и жена чтоб ходила в серомженщины их холёны, среди старух почти нет колченогих, дряблыхно никто из мужчин не поет для них,не играет для них на таблахдети их не умирают от скверной воды, от заразы в сезон дождей или черной пыли,только я не видел, чтоб они бога благодарилистарики их живут одни, когда их душа покидает тело -часто не находят ничьей, чтобы проводить ее захотеласамое смешное, раджу, что они нас с тобой жалели:вы там детям на хлеб наскребаете еле-еле,спите на циновке, ни разу не были ни в театре, ни на концерте - люди, что друг другу по телефону желают смертия прожил среди них пять дней и сбежал на шестые сутки -я всерьез опасался, что навсегда поврежусь в рассудкеи моя сангита аж всплеснула руками, как меня увидала:принесла мне горячих роти и плошку дала что с тобой, говорит, ты страшнее ракшаса, бледнее всякого европейца,я аж разрыдался, раджу, надо ж было такого ужаса натерпеться.

(2 мая 2014 года, самолет "Москва-Сургут")

Молодость-девица,взбалмошная царицавсего, что делаетсяи не повторится.чаянье, нетерпение,сладостная пытка -всё было от кипения,от переизбытка.божественное топливо,биение, напряжение -дай тем, кем мы были растоптаны,сил вынести поражение,кем мы были отвергнуты -не пожалеть об этом,а нам разве только верностинашим былым обетам,так как срока давности -радуга над плечами -нет только у благодарностии печали.

Дед владимирвынимается из заполярных льдов,из-под вертолётных винтови встает у нашего дома, вся в инее головаи не мнётся под ним трава.дед николайвыбирается где-то возле реки москвыиз-под новодевичьей тишины и палой листвыи встает у нашего дома, старик в свои сорок трии прозрачный внутри.и никто из нас не выходит им открывать,но они обступают маленькую кроватьи фарфорового, стараясь дышать ровней,дорогого младенца в ней.- да, твоя порода, володя, -смеется дед николай. -мы все были чернее воронова крыла.дед владимир кивает из темноты:- а курносый, как ты.едет синяя на потолок от фар осторожная полоса.мы спим рядом и слышим тихие голоса.- ямки веркины при улыбке, едва видны.- или гали, твоей жены.и стоят, и не отнимают от изголовья тяжелых рук.- представляешь, володя? внук.мальчик всхлипывает, я его укладываю опять,и никто из нас не выходит их провожать.дед владимир, дед николай обнимаются и расходятся у ворот.- никаких безотцовщин на этот раз.- никаких сирот.

(23 октября 2015 года)

Кроме балагуров, унявшихся в прежней наглости,престарелых красавиц, изогнутых боево -кто еще с нами дремлет на ветреных пляжах в августе?только тучи и мидии, более никого.кроме нас, выбывших из правдолюбивых, спорящих(речи обличительны, добродетели показны), кто еще свидетель всей этой роскоши, этой горечи,этой пегости, ржавчины, белизны.потому что воюющий с адом всегда навлекает весь егона себя, тьма за ним смыкается, глубока.только мы проиграли все, это даже весело:мы глядим, как движутся облака.с мокрыми волосами, разжалованные, пешие,бесполезные, растерявшие что могли,мы садимся на берегу пожинать поспевшиеколыбельные, штормы, закаты и корабли.да, мы слышали: хрипнет мир, и земля шатается,как дурное корыто, стремится в небытие.шарлатаны вершат свои шарлатанцы и шарлатаинства.может, только это удерживает ее.

(27 августа 2014 года, Одесса)

Книга набирается, будто чан с дождевой водойпо ночам, что месяц твой молодой,обещает себя, как поезд, гудит, дымитнарастает, как сталагмиткнига нанимается, как сиделка, кормить брюзгу,унимать злое радио в слабом его мозгу,говорить - ты не мёртв, проснись, ты дожил до дня ты напишешь менякнига озирает твои бумаги, как новосёл,упирается, как осёл,не дается, как радуга, сходит, как благодать, принимается обладатькак я отпущу тебя, книга, в эту возню, грызню,как же я отдам тебя, я ведь тебя казнюмой побег, мое пламя, близкое существоне бросай меня одногоя пойду, говорит, живи, пока я нова:не прислушивайся, не жди, не ищи словасделай вид, что не ранен, выскочка, ученик, что есть что-то важнее книг.