Михаил Георгиевич Устинов – доброволец и поэт «русской весны»

Михаил Георгиевич Устинов — поэт, бард (основные темы лирики: историческая Россия, Государь-мученик Николай II, Белое движение).

Родился в 1949 г. в семье советского офицера, который, по подтверждённым данным, происходил из потомственных дворян, а, по данным до конца ещё не подтверждённым (но некоторые документы уже найдены), в 1918 - начале 1920 года принимал участие в Гражданской войне на стороне Белых, в Северной армии ген. Миллера. Влияние отца определило основные жизненные ценности М.Г. Устинова (монархические взгляды, любовь к национальной исторической России и Православию, дворянская честь и т.д.)

За свои стихи, категорически не соответствовавшие духу советской власти, неоднократно арестовывался КГБ. В частности, за поэму «Девушка с глазами Христа» (1977, опубл. в самиздатовском альманахе «Тяжёлые одуванчики» в 1979 г.) был насильно помещён в санаторий для хронических идиотов, не владеющих человеческой речью.

На рубеже 1980-90х гг. в Риге организовал один из первых на территории СССР клубов военно-исторической реконструкции «11-й драгунский Рижский полк».

В 1991 г. участвовал в т.н. «январских баррикадах» в Риге — но, в отличие от латышей под национальным Русским (бело-сине-красным) стягом, с русскими патриотическими лозунгами.

В 1992 г. воевал добровольцем в Приднестровье вместе с Игорем Стрелковым.

Война в Новороссии, в которой его фронтовой товарищ И. Стрелков возглавил ополчение, заставила Михаила Георгиевича, невзирая на солидный возраст, снова взяться за оружие. В июне 2014 г. М.Г. Устинов добровольцем отправился в Славянск.

Михаил Георгиевич Устинов родился в Москве 24 января (11 января по ст. ст.) 1949 года, в день памяти блаженного преподобного Михаила Клопского (Новгородского), в честь которого и был наречен во св. Крещении. Многие знакомые ошибочно считают днем его именин память св. Архистратига Божия Михаила. То, что это неверно, можно заключить даже по самому строю и складу судьбы Михаила Георгиевича, который, очевидно, в течение всей жизни проявлял известную склонность к юродству. Зачастую его облик заставляет вспомнить о выходках и чудачествах великого русского полководца А.В. Суворова, с которым Михаила Георгиевича сближает даже внешний вид (невысокий рост и довольно щуплое телосложение, крупные водянисто-голубые глаза и т.п.) и который, в свою очередь, будучи в действительности не юродивым, а генералом Русской Императорской Армии, заслужил не просто даже репутацию чудака.

Михаил Георгиевич Устинов родился в семье советского офицера, который, по подтверждённым данным, происходил из потомственных дворян, а, по данным не подтверждённым, но весьма правдоподобным, в 1918 - начале 1920 гг. принимал участие в Гражданской войне на стороне Белых, в Северной армии генерала Миллера, попал в плен к красным и таким образом остался в Советской России, окончив уже в более позднее время т.н. "курсы Троцкого" и сделавшись военным инженером. Георгий Николаевич Устинов участвовал в Великой Отечественной войне, был награждён многими орденами и окончил войну в чине полковника инженерных войск (чёрные погоны с двумя просветами, с чёрными выпушками, три звёздочки на погонах).

Не касаясь подробно обстоятельств жизни Михаила Георгиевича Устинова, отметим лишь то, что всю свою сознательную жизнь он активно противостоял коммунистическому режиму тогдашнего СССР - в частности, при помощи поэтического слова, - за что неоднократно арестовывался КГБ и подвергался репрессиям со стороны советской власти. Проживая в г. Риге, в период после обретения Латвией независимости подвергался также преследованиям со стороны националистических кругов Латвии и полиции безопасности Латвийской республики.

Со школьной скамьи посещал храмы Русской Православной Церкви в атеистическое время 1960х - начале 1980х гг., одно время пел в церковном хоре. В стихах своих, преимущественно воспевал Россию как Святую Русь, Православную монархию, Белое движение, активно исповедовал свои монархические взгляды. Глубоко чтил и чтит память св. Царя Николая II и Его Августейшей Семьи, за что неоднократно подвергался нареканиям духовника следующего рода: "Михаил, ты Царя любишь больше, чем Бога!"

В 2002 году, по его собственному признанию, на Михаила Георгиевича было совершено покушение. Под видом компота ему было поднесено какой-то малознакомой женщиной отравляющее вещество, вызвавшее тяжёлое бессознательное состояние на длительный срок (по свидетельству самого М.Г. Устинова, около двух суток) и кровотечение из горла. Как считает Михаил Георгиевич, жив он остался чудом. Можно предположить, что чудесное спасение произошло по молитвам Св. Царя-Страстотерпца Николая, явившегося Михаилу Георгиевичу в сонном видении спускающимся на погибшую в 2000 г. подводную лодку "Курск". Результатом этого сна впоследствии стало прекрасное стихотворение «На гибель "Курска"», тогда же положенное на музыку.

Следующим из известных фактов, доказывающих особое покровительство Св. Царя-Страстотерпца Михаилу Устинову, следует признать получение последним "Диплома действительного члена Российского Дворянского собрания (РДС)". В течение 12 лет руководство РДС считало недостаточными документы, представленные М.Г. Устиновым с целью получения данного диплома, а именно: анкеты его отца Г.Н. Устинова, в которых последний указывал свою сословную принадлежность до 1917 г. (потомственный дворянин). РДС посчитало анкеты советского периода (за 1924, 1946 и 1953 гг.) недостаточно убедительным источником доказательства "прав на дворянское достоинство", хотя бесстрашие, с которым Г.Н. Устинов свидетельствовал о своем происхождении, скорее говорят об обратном. Однако в 2004 - начале 2005 гг. в руководстве РДС произошли определенные перестановки, в результате которых было вынесено решение о вручении М.Г. Устинову "Диплома действительного члена Российского Дворянского собрания", что и было осуществлено на очередном съезде РДС 25 июня 2005 г. в рабочей (а не торжественной) обстановке. При этом находившаяся при М.Г. Устинове автор этих строк, Дарья Болотина, крайне скептически отозвалась и о РДС, и о его верхушке[1], и о ценности выданного Михаилу Георгиевичу документа, подтверждающего его дворянские права. Однако дата решения Совета РДС, по которому диплом М.Г. Устинову был всё же выписан через 12 лет его настойчивых просьб и обращений в различные инстанции РДС, а также в различные московские и общероссийские архивы, заставила Д.И. Болотину изменить своё мнение. Как указано в "Дипломе", он был выписан 19 мая 2005 г., в день 137-годовщины рождения Св. Царя Николая. После этого Д.И. Болотина заявила: "Михаил Георгиевич, этот диплом Вам выдан самим Государем, который, будучи физически мертв уже целых 88 лет, жив и прославлен у Господа, и по его молитвам творятся чудеса и знамения"[2].

Кроме того, стоит отметить, что в детстве, не приемля службы отца в Красной (Советской) армии, Михаил Георгиевич, по его собственному признанию, с плачем заявлял: "Папочка, я никогда не буду носить такие погоны, как у тебя, а только такие, как у дедушки!"[3] Чин есаула (соответствующий дедовскому коллежскому асессору) М.Г. Устинов получил от начальника штаба Союза Казачьих Войск России и Зарубежья генерал-майора В.В. Камшилова после участия в войне в Приднестровье. Однако промыслительным образом в момент получения дворянского диплома на Михаиле Георгиевиче была гимнастёрка с погонами советского военного инженера (чёрные погоны с двумя просветами, с чёрными выпушками, три звёздочки), т.к. достать в Риге погоны цветов, соответствующих 11-му драгунскому Рижскому полку, реконструкцией которого в военно-историческом движении занимается М.Г. Устинов (голубые просветы, зеленые выпушки) оказалось затруднительным. Таким образом, погоны оказались «как у папы», а не «как у дедушки».

Третий явный случай заступничества Св. Царя и Св. Царственных Страстотерпцев в целом произошел в ночь с 13 на 14 сентября 2005 г. (т.е. в Церковное новолетие) в поезде Рига-Москва. М.Г. Устинов провозил в ручной клади два карабина системы Мосина (учебных, не стреляющих, в чём, однако, в случае необходимости трудно было бы убедить таможенников). На брезентовый сверток с карабинами Михаил Георгиевич положил большую бумажную, на картоне, икону Св. Царственных Страстотерпцев. Таможенная служба, увидев св. образ, проигнорировала свёрток, который частично был лишь частично прикрыт иконой.