Счастливы вместе. История любви смоленских врачей

На окраине поселка Шумячи под красной черепичной крышей стоит небольшой дом. Вокруг него кудахчут куры, гогочут гуси и задумчиво ходит пес Ярослав. Хозяева всего этого великолепия - Вера и Николай Макуха. Он - главврач Рославльской районной больницей, она – руководитель Шумячской больницы. В этом году они празднуют жемчужную свадьбу.

Корреспондент «РП» съездил в гости к удивительным врачам, чтобы узнать рецепт семейного счастья.

С малых лет Вера Миронова мечтала стать врачом. У нее была одна-единственная кукла, которую она день и ночь «лечила»: доставала откуда-то стеклянные шприцы и наливала в них воду… Родители только плечами пожимали: откуда у дочки заводских рабочих такие наклонности? Дальше - больше. В первом классе на даче научилась препарировать лягушек. Наливала в банку эфир и сажала в нее квакушку. Но над живой было жалко опыты ставить: дождется, пока уснет, и берет в руки ножик… «Из-за моего увлечения очень страдал мой младший брат, - вспоминает Вера Михайловна. - Он, добрая душа, всех лягушек потом хоронил. Плакал и в землю закапывал…»

После окончания школы Вера не сомневалась, куда поступать: в мед! Но все оказалось не так-то просто. На вступительных экзаменах Миронова бросилась помогать с русским языком молодому человеку и… получила «автоматом» «двойку». Целый год ходила на курсы для поступающих и работала уборщицей на кафедре физкультуры. Во второй раз абитуриентка Миронова не сдала биологию и вернулась в родной Рославль. Решила пойти по стопам родителей и устроилась на автоагрегатный завод пружинщицей. «Это была такая жизненная школа! – говорит Вера Михайловна. - Завод был огромный: работал в три смены, насчитывал 10 тысяч рабочих… Все получилось как в песне про «ту заводскую проходную, что в люди вывела меня». Там я закалилась и… поступила в институт».

В общежитии Веру Миронову называли по-серьезному «мать» или «Михайловна» - за рассудительность и жизненный опыт. О ее кулинарных способностях слагали легенды. Готовила она знатно - пальчики оближешь! Однажды «на огонек» заглянул студент старшего курса Коля Макуха. Увидел Веру Миронову и… пропал! Он, парень из многодетной семьи из брянского села Супонево, приехал когда-то покорять Смоленск с одним чемоданом в руке. А лежали в нем только носки и… сало - чтобы с голоду не умереть.

«Он, конечно, ухаживал красиво. А я капризничала, - вспоминает Вера Михайловна. - Помню, возвращаюсь в общежитие из Рославля. Тащу тяжеленную сумку – родители сложили туда все, что нашли в холодильнике. А Коля меня встречает. У него шапка с помпончиком – мама связала, ботинки с вывернутыми языками, овчинный тулуп и вся грудь нараспашку - жарко ему, видите ли, было! Я как посмотрю на него… А он мне: «Пойдем в кино?» Отвечаю: «Я с тобой не пойду!» Николай Николаевич подытоживает: «Я горячий был: билеты порвал и из окошка пятого этажа общежития их выбросил…»

После окончания института он сделал Вере предложение. Подруги ее отговаривали: «Миронова, ты рискованная баба! За кого ты замуж собралась? Его четыре раза из общежития выгоняли!» Верочка не сдавалась: «И что? Четыре раза выгоняли и четыре раза обратно принимали!»

На самом деле Коля Макуха был завидным женихом. Одна фамилия чего стоит! По легенде, его предок, куренной атаман Охрим Макуха, стал прообразом гоголевского Тараса Бульбы. С третьего курса студент Макуха работал в реанимации первой клинической больницы. «Представьте себе, я получал 40 рублей стипендии и 60 рублей зарплаты. По тем временам это были хорошие деньги, - вспоминает Николай Николаевич. - Мы в ресторан ходили почти каждую субботу. На 10 рублей в «Заре» можно было купить две порции мяса по-смоленски, два яйца под майонезом, бутылку «горячительного», хлеб и пол-литра лимонада».

Свадьбу сыграли, как и положено по русским канонам, в сентябре. Через год осенью на свет появилась дочка Настенька. После окончания института хотели осесть в Рославле, не получилось: в районной больнице были свободные вакансии, но жилья молодым медикам не дали. И дядя Петя, водитель «скорой помощи» в Шумячах, посоветовал: «Приезжайте к нам в поселок! У нас гинеколог уезжает, а анестезиолога вообще нет! Вам больница дом построит, поросяток заведете…» «Я как это услышала, так заплакала горючими слезами, - вспоминает Вера Михайловна. - Господи, думаю, какие поросятки?!»

Пока дом для врачей строили, молодая семья жила в небольшой квартире. Спали все втроем на ковре, потому что мебели не было. Ковер знатный, трофейный: его удалось купить в Брянске за 90 рублей!

Самую первую свою роженицу Вера Михайловна запомнила на всю жизнь: ножное предлежание плода… «Я как только поняла это, сразу в слезы! – с улыбкой вспоминает она. – Акушерка Евдокия Ивановна, дай бог ей здоровья, тогда строго сказала мне: «Так, а ну-ка собралась! Работать надо! Спасать, а не реветь!» И я собралась… Мне потом в благодарность хрустальную вазу подарили. С Первомайского стекольного завода!»

Потихоньку стал обустраиваться быт. Сначала купили велосипед, потом мотоцикл «Днепр». Вот счастье-то было! За продуктами на нем даже в Белоруссию катались! Завели бычка, вырастили его, выкормили… А когда продали, оказалось, на эти деньги можно только кожаную куртку купить - косуху.

«А потом мне захотелось шубку, и мы завели нутрий, - делится Вера Михайловна. - Ох и намучились с ними! В результате шкурок на шубку хватило только маленькой дочке. Потом купили старенькую «копейку»… Вот так, шаг за шагом, кирпичик за кирпичиком мы и складывали свою жизнь».

В 90-х пришлось несладко: кризис, крохотные зарплаты, которые задерживали месяцами… Спасали только огород и… поросята. «Я от отчаяния уговаривала Колю на таможню пойти работать, - говорит Вера Михайловна. - А он ни в какую: «Я врач! И этим я горжусь!»

В 1999 году Николай Николаевич пошел на повышение и стал главврачом Шумячской ЦРБ. «Мне было в то время очень сложно, - признается Вера Михайловна. – Каждая пятиминутка оборачивалась стрессом. Он кого-то ругает, а я голову опускаю, начинаю узоры на столе разглядывать. Казалось, что это я что-то не так делаю, понимаете? Вот такая странная реакция…»

В 2013-м их трудовые позиции сравнялись. Николай Николаевич встал во главе Рославльской больницы, Вера Михайловна чуть раньше была назначена главврачом Шумячской. На вопрос, сложно ли уживаться под одной крышей двум руководителям, Николай Макуха реагирует моментально: «А мы в семье не руководим! И соперничать нам нечего. Уровень больниц слишком разный. У Веры в штате - 183 человек. А у меня - 1180».

Безусловно, работа на селе имеет свою специфику. И плюсов в ней доктора видят больше, чем минусов. Самое главное преимущество - взаимовыручка. «Мне всегда очень везло со средним медперсоналом, - делится Вера Михайловна. – Одно время из-за нехватки кадров я работала окулистом. Ну, вы представляете: глаза и одно место. Много общего? Но у меня была очень хорошая медсестра. Я ведь, считай, городская! А тут - поселок, пограничный с Белоруссией… Бабулечка приходит и жалуется: «Деточка, у меня в глазу мулит!» А я ее не понимаю: «Что значит «мулит»? Горит? Чешется? Жжет? Болит? Объясните мне!» А она как заведенная повторяет: «Деточка, у меня в глазу мулит!» Мне моя медсестра, у нее белорусские корни, переводит: «Да конъюнктивит у нее! Глаз щиплет!»

Профессия врача на селе была и остается самой уважаемой: «Несколько лет назад раздается телефонный звонок: «Вера Михайловна! Я дочка Дины Остапенковой из Понятовки! Я сегодня замуж выхожу, и мой муж хотел бы вас отблагодарить. Вы когда-то спасли мне жизнь…» А я помню этот случай: у ее мамы были очень сложные роды… Я вылетела на улицу в чем была, а во дворе свадебный кортеж стоит. И жених гордо подносит мне огромный букет цветов… Так трогательно!»

Доктора признаются: очень часто людям нужна не только врачебная помощь, но и психологическая: «У нас была очень мощная база в университете. Но теория - это одно, а практика - совсем другое, - считает Вера Макуха. - Помню, привезли женщину с 42 ножевыми ранениями. Она отходит от наркоза, и врачи, не выдержав, спрашивают: «Что вас заставляет жить с ним? Почему вы не уйдете?» Она глаза открывает и выдыхает: «Потому что люблю!»

В работе врачей не все так сладко - среди пациентов встречаются «редиски» - вечные жалобщики. «Но и к таким подход нужен, - уверен Николай Николаевич. - Была у меня в практике подобная женщина: она писала кляузы везде и на всех - на соседей, работодателей, врачей… Ко мне постоянно заходила - с письмецом или просто пожаловаться. Я однажды не выдержал: «Вы не боитесь вот так, бездумно кидаться обвинениями?» Она горячо ответила: «А вы ничего не докажете! Никто же не слышит, что я тут вам говорю!» В следующий раз я попросил ее за дверью подождать: «Сейчас записывающую аппаратуру налажу, и через четыре минуты зайдете. » Выхожу в коридор, а ее и след простыл!»

Регулярно супруги ездят на ярмарку вакансий - заражать своим оптимизмом и энтузиазмом будущих медиков. Слово всегда берет Вера Михайловна: «Здесь, в районной больнице, вы получите бесценный опыт! Кроме того, у нас всегда есть возможность подработать! И зарабатываем мы не хуже, чем городские! И в отпуск ходим точно так же – копим и летим! А в театре и на концертах мы бываем почаще, чем коренные смоляне! Потому что сейчас расстояние в 100 километров - не преграда».

Без «юмористических сценок» в работе сельских врачей тоже не обходится. У Николая Макухи таких историй сотни: «Однажды на прием мама привела девочку лет 15: «Доктор, у дочки живот стал расти. Она хлеба много кушает… Ой, доктор, вы куда?» А я ей отвечаю: «За женой! Она у меня гинеколог, как раз помогает избавиться от «лишнего

веса». «А еще помню случай… Мама привела девочку с болями в животе. «Наверное, - говорит, - у нее аппендицит!» - вспоминает Вера Михайловна. - Я как глянула, сразу сказала: «Это не аппендицит, сейчас мы рожать будем!» У мамы глаза на лоб: «Как так - рожать?» Она в таком шоке была, что два дня носа не показывала в больнице…»

Врачи улыбаются. Они и спустя 30 лет смотрят друг на друга так, что в бразильских сериалах могут только завидовать. И даже когда Николай Николаевич выходит в коридор ответить на телефонный звонок, Вера Михайловна тихо мне говорит: «Он мудрее меня, он лучше… Я к нему всегда прислушиваюсь. Он рассудительный, а я, как женщина, более импульсивная. Мне всегда с ним легко. Я чувствую в нем опору всегда и везде - в жизни и в больнице: когда он давал анестезию, а я оперировала…»

Над рецептом семейного счастья они никогда не думали - все сложилось само собой. «У нас никогда не было разделения на женскую и мужскую работу. Это в быту очень важно, - считает Вера Михайловна. - Я могу вечером сесть в кресло и сказать: «Коля, мыть посуду сегодня не буду, я устала!» А утром встаю и, как в сказке, вся посуда вымыта до блеска». Вера Михайловна выдерживает паузу и вдруг улыбается: «Недавно я прочитала очень мудрую фразу: «Увидев счастливую семью, не завидуйте. Они прошли то же самое, что и вы, только не сломались…»