«Беда в том, что средний стиль речи стал замещаться нижним»

14 июля петербургское отделение ИТАР-ТАСС организовало встречу, посвященную перспективам исполнения нового закона о запрете нецензурной лексики в теле-и радиоэфире, кино и при публичном исполнении произведений искусства. Закон, принятый Государственной Думой Российской Федерации, вступил в силу 1 июля текущего года и теперь обязан к исполнению. В связи с этим у журналистов российских информагентств появились вопросы, ответить на которые организаторы пресс-конференции пригласили Людмилу Алексеевну Вербицкую - президента Санкт-Петербургского государственного университета, президента Российской академии образования.

Людмила Алексеевна является также президентом Международной ассоциации преподавателей русского языка и литературы (МАПРЯЛ) и президентом Российского общества преподавателей русского языка и литературы (РОПРЯЛ), и кто как не она наиболее профессионально может судить о различных стилевых особенностях русской речи, о том, что отличает подзаборную брань от литературного языка, употребляемого в публичных выступлениях, и главное, о разрушительном влиянии, какое оказывает увеличение цитируемости в медиасфере бранных выражений на духовно-нравственное состояние общества.

В дискуссии принимал участие театральный режиссер Дмитрий Владимирович Егоров, выступавший от лица той творческой «интеллигенции» которая убеждена, что норма русского языка – это язык телевидения и, «любя русскую культуру», не представляет ее без мата. Постановление о запрете нецензурной лексики при публичном исполнении произведений искусства поверг такую «интеллигенцию» в шок, она подняла гевалт: «Закон о мате противоречит российскому законодательству, потому что лишает нас свободы слова, свободы самовыражения!» Егоров высказывал крайнюю обеспокоенность тем, что в связи с запретом на публичную матерщину «огромный пласт культурного наследия оказался под запретом», перечислив таких авторов, как Пелевин, Довлатов, Улицкая, Ерофеев, Гай Германика, Серебренников, Звягинцев, а также Шолохов, Астафьев, Лермонтов и Пушкин. Заметим, что, поставив в один ряд культурное наследие А.С.Пушкина и Гай Германики, театральный деятель продемонстрировал собственную неспособность «отличить Божий дар от яичницы».

В свою очередь, Л.А.Вербицкая поделилась тревогой в связи с ухудшением ситуации с русским языком за последние 15-20 лет: «Философ В.С.Соловьев говорил, что каждый человек должен владеть тремя стилями речи: высоким - чтобы обратиться к Богу, средним - чтобы общаться со своими собеседниками и низким, употребляемым только наедине с собой. За последнее время высокий стиль исчез из общего употребления, а низкий стиль активно пробивается на место среднего.

Первый словарь тюремного жаргона появился в конце 1970-х годов, после чего целый ряд слов из него перекочевал в обычную речь. Самая главная беда именно в том, что средний стиль речи стал замещаться нижним, масса просторечных слов вошла в публичное обращение, что оказывает отравляющее действие на речь и понижает культурный уровень молодежи». Людмила Алексеевна не понаслышке знакома с жизнью самого «дна» общества. Ее отец был арестован в 1949 году по так называемому «Ленинградскому делу» и 13-летняя Люда оказалась в Львовской детской воспитательной колонии. Ее преступлением было лишь то, что она не донесла на отца, которого ложно обвиняли в предательстве Родины. В кампании с юными воровками и проститутками Люда услышала речь, совершенно поразившую ее. Для колонисток вульгарные словесные конструкции были привычным языком общения, иного они не знали.

«Но вот что удивительно, познакомившись друг с другом, мы подружились, и впоследствии ни от одной заключенной я не слыхала ни одного матерного слова. В моем присутствии они никогда не выражались непотребно. Эти девочки с изуродованными судьбами понимали, что мат - это что-то такое, что в присутствии человека, к которому они хорошо относятся, невозможно произнести», - рассказала президент СПбГУ.

Когда, после окончания университета Вербицкая пробовала заняться именно этим пластом лексики, то, по ее признанию, «укрепилась в убеждении, что человек интеллигентный, зная эти слова, никогда не произнесет их вслух. Он, по совести, не имеет на это права. Как говорил Д.С.Лихачев, к сожалению, у нас много образованных, но нет интеллигентных, потому что интеллигентность не зависит от уровня образования и количества оконченных вузов».

«Профессор СПбГУ Валерий Михайлович Макиенко выпустил целый ряд словарей неформальной лексики. Если бы люди, употребляющие эти слова, поинтересовались бы их значением в его словарях, то они перестали бы употреблять эти выражения. Произнесение матерных слов унижает, прежде всего, самого человека, их воспроизводящего. И я не понимаю, почему вдруг многие стали отстаивать эти низменные выражения, доказывать, что они должны быть на сцене и в книгах, и в песнях?», - заявила Людмила Алексеевна.

Вопросы журналистов сводились, в основном, к тому, какие инструменты будет использовать власть для исполнения нового закона. Президент СПбГУ отвечала, что доподлинно ей это не известно, и мало того, если бы она была депутатом Госдумы, то такого «сырого» закона не приняла бы. По мнению Вербицкой, закон, запрещающий мат при публичном исполнении произведений искусства, существовал задолго до принятия обсуждаемого распоряжения. Это государственный Закон о русском языке, вступивший в силу в 2005 году, и все, что нужно было сделать депутатам - это добиться, чтобы он работал.

Не были обойдены на пресс-конференции и вопросы духовно-нравственного воспитания современной молодежи. Описывая катастрофическую ситуацию с падением уровня знаний русского языка выпускников школ, Вербицкая подчеркнула, что одновременно в ряде образовательных учреждений растет распущенность учеников, для которых нецензурные выражения в адрес педагогов становятся нормой. Добавим, что немало потрудилась над формированием представления о современной школе как сборище будущих уголовников и пациентов наркопритонов упомянутая деятель «культуры» Гай Германика.

Президент СПбГУ отметила, что морально-нравственный облик школьников при советской власти формировался на основе 10 Заповедей Божиих, на которых базировался так называемый «кодекс строителя коммунизма», и если бы современных детей воспитывали на этих основах, проблемы с распущенностью не возникло бы. Вседозволенность и расслабленность, которые пришли вместе с демократическим обществом, привели к усилению мата.

На вопрос корреспондента РНЛ, предполагает ли Людмила Алексеевна активнее использовать в образовательных учреждениях наследие православной культуры для морально-нравственного воспитания молодежи, Вербицкая согласилась, что говорить о православном воспитании в школе можно и нужно, и существуют положительные примеры такого преподавания. Она сожалеет, что целый пласт православной культуры для ее поколения был потерян. «А это пласт культуры глубоко моральной и нравственной. Патриарх Алексий II в свое время спросил у меня, "чему плохому учит Церковь?" Ведь мы должны учить хорошему, а после того, как у нас не стало комсомола, чему мы учим детей в морально-нравственном плане? Над этим, мне кажется, стоит задуматься», - заключила Л.А.Вербицкая.

Анна Бархатова, корреспондент «Русской народной линии»