Поступок как форма активности субъекта жизни К. В. Карпинский (Гродно, Беларусь)
История любой науки измеряется не количеством самостоятельно «прожитых» лет, а уровнем сформированное™ основополагающих категорий, степенью решенности принципиальных теоретических и прикладных проблем.
На современном этапе развития психологическая наука все чаще и настойчивее обращается к высшим личностным проявлениям -свободе и ответственности, саморегуляции и самодетерминации, зрелости и духовности, постепенно отступая от традиционных проблем - структуры и динамики, нормы и патологии, индивидуального и типичного в личности. Эта тенденция знаменует становление психологии субъекта, которая по существу является теорией личности на высшем для нее уровне активности, автономии, зрелости, здоровья и духовности, или «вершинной» психологией личности. Развитие психологии субъекта предполагает, во-первых, теоретический синтез категорий сознания, деятельности и личности, поскольку субъект -это всегда сознательная деятельная личность, и, во-вторых, учет собственных закономерностей субъектогенеза, в силу которых личность субъективирует сначала отдельные операции и действия в составе совместной с другими людьми деятельности, потом - частные виды поведения и деятельности, а затем овладевает собственной жизнью в целом.
Таким образом, психология субъекта намечает зону ближайшего развития, в то время как психология жизненного пути очерчивает более отдаленную перспективу проблемы личности в современной психологии. Если психология субъекта - это «вершинная» психология личности, то психология жизненного пути личности - это «вершинная» психология субъекта.
В настоящее время психология жизненного пути личности обладает всеми атрибутами самостоятельной отрасли научного знания, а именно: предметом, методом, кругом собственных теоретических и прикладных задач, проблемным полем, категориальным аппаратом, межотраслевыми и междисциплинарными связями. Объектом исследований в данной отрасли является субъект жизни - личность, фигурирующая в качестве носителя особых форм произвольной познавательной и практической активности, объектом которых выступает ее индивидуальная жизнь. Это: 1) автобиографическое познание - разновидность познавательной деятельности, ориентированная на раскрытие существенных взаимосвязей событий личной биографии и конструирование на этой основе целостной картины жизненного пути, что в конечном итоге обеспечивает возможность понимания смысла жизни (эта форма активности часто называется «поиск смысла жизни»); 2) жизнедеятельность - разновидность практической деятельности, направленная на преобразование жизни в соответствии с ее личностным смыслом в индивидуальный жизненный путь.
Если подойти строго к вычленению предмета психологии жизненного пути, то его могли бы составить психические феномены, механизмы и закономерности формирования, функционирования и деформации личности как субъекта познания и преобразования индивидуальной жизни. Иначе говоря, данная отрасль анализирует психологическую сторону индивидуальной жизнедеятельности, по ходу которой происходит все более глубокое познание человеком жизненного пути, а сам человек проявляется и формируется в качестве субъекта познания и преобразования жизни. Ключевой вопрос, стоящий перед психологией жизненного пути, заключается в том, каким образом происходит превращение личности из продукта, «сгустка биографии» (А. Н. Леонтьев) в творца индивидуального жизненного пути. Отвечая на данный вопрос, необходимо принимать во внимание, что в процессе познания и преобразования жизненного пути личность не только проявляется, но и формируется в качестве субъекта жизни. Посему метаморфоза личности из продукта в творца личной биографии предполагает развитие целого ряда особых психических новообразований, специализированных на отражении жизненного пути и регуляции жизнедеятельности. К числу таких психобиографических образований принадлежат смысл жизни, жизненные цели, планы, программы, субъективная картина жизненного пути, психологический возраст личности и многие другие. С этой точки зрения субъектом жизни оказывается личность, выступающая носителем особых психобиографических структур, процессов и механизмов, которыми обеспечивается ее индивидуальная способность к познанию и преобразованию собственной жизни.
Таким образом, психология жизненного пути с точки зрения своего объекта определяется как психология личности в роли субъекта жизни, а с точки зрения своего предмета конкретизируется как психология автобиографического познания и жизнедеятельности, по ходу которых обнаруживаются и складываются особые психобиографические структуры, процессы и механизмы личности. Следует отметить, что в зарубежной и отечественной психологии не единожды предпринимались попытки отраслевой консолидации проблем, связанных с изучением законов познания и строительства личностью индивидуального жизненного пути. Это и общая биографистика в польской психологии (J. Peter), и биографическая психология в американской науке (H. Elms, W. Runyan), и генетическая персоналистика в советской психологии (Б. Г. Ананьев). В современной российской науке параллельно с психологией жизненного пути личности развертываются такие исследовательские направления, как онтопсихология (Н. В. Гришина) и психология человеческого бытия (В. В. Знаков), которые сходятся в объекте, но расходятся в предмете с психологией жизненного пути личности.
Виды и формы активности личности, свойственные ей как субъекту жизни, еще сравнительно слабо охвачены системой научных понятий и категорий. Расширяя и обогащая свой категориальный строй, психология жизненного пути возрождает многие понятия, которые были заявлены, но не востребованы или не исчерпаны в полной мере в отечественной психологии. Одним из них является понятие поступка, которое до сих пор в большинстве исследований употребляется либо номинально, либо в своем житейском значении. В работах классиков советской психологии высказаны продуктивные, но весьма разрозненные идеи, касающиеся сущности и детерминации поступка; их учениками и последователями предложены оригинальные, но порой противоречивые критерии поступка, позволяющие выделить его в ряду человеческих действий (общественная значимость, субъект-субъектная направленность, конфликтность личностного смысла и т.
Психологический анализ поступка, прежде всего, требует определения структуры жизнедеятельности и выявления того места, которое поступок в ней занимает. В рамках психологии жизненного пути жизнедеятельность понимается как ведущая деятельность зрелой личности, направленная на преобразование ею собственной жизни в индивидуальный жизненный путь сообразно с тем личностным смыслом, который она придает жизни. Смысл жизни функционирует как собственный мотив жизнедеятельности. Жизнь в совокупности условий и обстоятельств выступает как ее специфический объект, а жизненный путь - то, что личности удалось сконструировать из наличных обстоятельств жизни - как грандиозный, трудоемкий продукт индивидуальной жизнедеятельности, в котором «опредмечивается» смысл жизни. Для описания структуры жизнедеятельности весьма значимы положения А.
Здесь открывается возможность исследования любой частной деятельности, которую человек выполняет в собственной жизни, как одного из «жизнедействий» в строении целостной жизнедеятельности. В той мере, в какой каждый конкретный вид деятельности взрослого человека участвует в реализации смысла жизни, он или инкорпорируется, или выпадает из структуры жизнедеятельности. Чтобы установить место и роль частного вида деятельности в структуре жизнедеятельности взрослого человека, необходимо проанализировать содержательное и структурное соотношение внутренних мотивов данной деятельности со смыслом жизни как собственным «мотивом» жизнедеятельности. Такой подход позволяет рассматривать жизнедеятельность не как «один из» спектра видов деятельности, которыми владеет субъект, а как полидеятельностное образование, интегрирующее самые различные виды деятельности субъекта в рамках единой смысловой направленности жизненного пути (Карпинский, 2003).
Наряду с проблемой взаимосвязи частных видов деятельности в структуре жизнедеятельности в психологии жизненного пути встает еще одна важная проблема. Это проблема особой активности личности в качестве субъекта жизни, состыковывающего виды деятельности между собой, упорядочивающего и систематизирующего их во времени и пространстве индивидуальной биографии. Эта субъектная активность ускользает даже при самом пристальном рассмотрении любой частной деятельности, и единственно улавливается в анализе целостной жизнедеятельности. В этой ипостаси субъект жизни предстает как личность на высшем уровне своего развития, которая осуществляет смысловой синтез доступных и значимых для нее видов деятельности в динамической структуре жизнедеятельности. Субъект жизни представляет собой не просто системное единство субъектов тех видов деятельности, из которых сплетена индивидуальная жизнь, а качественно новый уровень психологической организации личности. Фундамент этого уровня образуют психобиографические структуры, процессы, механизмы и, в первую очередь, смысл жизни. Весьма меткой характеристикой личности как субъекта жизни служит высказывание А. Н. Леонтьева: «На своем высшем уровне это есть „цельная" личность, деятельность которой есть единая система иерархизованных действий; это - „целеустремленная" личность, это личность, всякий акт которой может быть понят из единой общей цели, подчиняющей себе всю жизнь человека» (А. Леонтьев, 1994, с. 183).
Одна из основных задач субъекта жизни заключается в совмещении и соподчинении всех доступных ему видов деятельности в составе жизнедеятельности так, чтобы они максимально содействовали реализации смысла жизни. В роли субъекта жизни личность призвана обеспечить:
распределение жизненных ресурсов (временных, энергетических, материальных и других) между отдельными деятельнос-тями, включенными в структуру ее жизнедеятельности. Она «инвестирует» эти ресурсы преимущественно в те деятельности, которые гарантируют наиполнейшую реализацию смысла ее жизни, и не позволяет их поглощать тем деятельностям, которые не помогают или даже мешают в осуществлении смысла жизни. То, сколько времени и сил субъект затрачивает на конкретную деятельность в своей жизни, напрямую зависит от вклада этой деятельности в строительство индивидуального жизненного пути;
сообразование каждой частной деятельности, включенной в структуру жизнедеятельности, со смыслом жизни, что предполагает преобразование ее внутреннего строения и оптимизацию ее динамики;
координацию и субординацию всех парциальных видов деятельности в составе жизнедеятельности, в результате чего складывается более или менее удачная их «композиция».
Все это характеризует личность как субъекта целостной жизни, а не частных видов деятельности и предполагает «внутреннюю активность по «сшиванию швов» между различными деятельностями человека» (Столин, 1983, с. 99). Личность, изменяющая в функции субъекта жизни конкретный вид деятельности, руководствуется в своей активности жизненным смыслом этой деятельности (Карпинский, 2003). В соответствии с этим смыслом личности приходится какими-то видами деятельности поступаться, а какие-то виды деятельности отстаивать. Во всяком случае они выступают не как недвижимый балласт, но превращаются в объект ее активного отношения. На этом этапе характер взаимосвязи личности и системы ее деятель-ностей объективно меняется: если раньше деятельности входили в личность в качестве ее основания и предрешали ход ее психического развития, ее психологическую судьбу, то теперь личность способна вершить судьбу каждой отдельной деятельности, сохраняя или отбрасывая ее как объективную часть своей жизни. В данном контексте личность как субъект жизни есть субъект системы деятельностей, из которых «соткана» индивидуальная жизнь.
Таким образом, судьба частного вида деятельности в жизни зрелого человека зависит от его жизненного смысла, отражающего объективный характер влияния этой деятельности на реализацию смысла жизни. Этим смыслом личность ведома в субъектной активности, посредством которой она утверждает в собственной жизни одни и отторгает другие виды деятельности. Если активность, направленная на сообразование деятельности с ее собственным мотивом, характеризует личность как субъекта данной деятельности, то активность, нацеленная на «подгонку» этой деятельности к смыслу жизни, квалифицирует личность уже как субъекта жизни. Субъект жизни воспроизводит различные виды деятельности не в отрыве друг от друга, а в системном единстве, которое и есть человеческая жизнь. Как подчеркивает А. Н. Леонтьев, «развитие, умножение видов деятельности индивида приводит не просто к расширению их «каталога». Одновременно происходит центрирование их вокруг немногих главнейших, подчиняющих себе другие» (Леонтьев, 1975, с. 188).
Но в какой форме объективируется та субъектная активность личности, посредством которой она оперирует целостными видами деятельности как «единицами» собственной жизни? Очевидно, что речь идет о такой форме активности, которая, во-первых, не включена в состав ни одной из тех частных деятельностей, с которыми орудует личность в качестве субъекта жизни; во-вторых, управляется такими психическими механизмами, которые по своей регуляторной силе превосходят регуляторы любого конкретного вида деятельности; в-третьих, обеспечивает личности возможность сознательно и намеренно рискнуть или пожертвовать не только отдельными деятельнос-тями как «частями» жизни, но и собственным существованием в целом.
По нашему мнению, такой формой активности является поступок, который в рамках психологии жизненного пути следует концептуализировать не как особенную разновидность действия в структуре частного вида деятельности, а как деяние в структуре жизнедеятельности личности. В этом контексте поступок рассматривается как единица активности, превосходящей по своему масштабу не только отдельные действия, но и частные виды деятельности; оперирующая не предметом частной деятельности, а жизнью в целом как системой конкретных деятельностей; регулируемая не теми психическими структурами и процессами, которые складываются и функционируют внутри частного вида деятельности, а теми механизмами, которые руководят индивидуальной жизнедеятельностью. При таком подходе поступок оказывается действием личности как субъекта жизни, а не субъекта частного вида деятельности. Этому подходу наиболее созвучна мысль А. А. Леонтьева о том, что поступок «является своего рода единицей деятельности, но не всякой, а той системообразующей деятельности, которая «завязывает в узел» другие деятельности человека и соотнесен с прогнозированием и проектированием его жизненного пути» (А. Леонтьев, 2001, с. 289).
Таким образом, поступок - это форма активности личности как субъекта жизни, направленная на изменение структуры индивидуальной жизнедеятельности в интересах наиполнейшей реализации смысла жизни. Посредством своих поступков личность не только раскрывается, но и формируется в качестве субъекта жизни и субъекта саморазвития.
Карпинский К. В. Человек как субъект жизни. Гродно: Изд-во Гродн. ун-та, 2003. Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат, 1975. Леонтьев А. А. Деятельный ум. М.: Смысл, 2001.
Леонтьев А. Н. Категория деятельности в современной психологии // Избранные психологические произведения: в 2 т. М.: Педагогика, 1983. Т. 2. С. 243-250.
Леонтьев А. Н. Философия психологии: из научного наследия. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1994.
Леонтьев Д. А. К психологии поступка // Экзистенциальная традиция: философия, психология, психотерапия. 2006. № 2 (9). С. 153-158.
Соколова Е. Е. Идеи А. Н. Леонтьева и его школы о поступке как единице анализа личности в их значении для исторической психологии // Традиции и перспективы деятельностного подхода в психологии: школа А. Н. Леонтьева / Под ред. А. Е. Войскунского, А. Н. Ждан, О. К. Тихомирова.