Знаменитый театр Кабуки в Токио

Когда мы прогуливались с группой по фешенебельному району Гинза, заприметила интересное строение в японском стиле среди современных серых токийских высоток. Оказалось, театр. И не простой театр, а один из символов Токио и всей Японии в целом. Я была наслышана о нем раньше и хотела побывать там. Это — театр Кабукиза, или Кабуки. Он был открыт в 1889-м (правда, три раза он восставал из пепла и отстраивался вновь после войн и пожаров), а в 2013-м, за год до моего приезда в Токио, заново реконструирован.

Так как я в поездках по миру обычно не пропускаю походы в театр, Токио не стал исключением. Билет для меня был заказан нашим гидом в тот же день. Увы, кроме меня из нашей группы никто больше не захотел полюбоваться необычным театральным зрелищем. Значит, добираться до театра и обратно в отель буду одна. И тут меня уже ждали приключения, как оказалось…

Так вот, по дороге к театру я потерялась. Прямо в метро потерялась. Знайте, токийское метро, без сомнений, — самое сложное и запутанное в мире. Там не каждый японец, наверное, разберется сразу, но там много работников метро, которые всегда помогут. Я же обратилась за помощью к обычному прохожему, да еще к тому, который шел в обратную от моей сторону. Это была женщина. Она остановилась, выслушала, видимо, смекнула, что объяснять долго и могу опять заблудиться, она просто развернулась и повела меня к театру. Шли мы долго, поворачивая то направо, то налево, то подымаясь вверх, то снова вниз, но она привела меня к Кабуки-театру. Самое интересное, что из метро можно было выйти прямо в фойе театра.

Итак, я — в Кабуки. В японском театре, который объявлен ЮНЕСКО шедевром устного, нематериального наследия.

Слово «кабуки» состоит из 3-х иероглифов: «ка» — песня, «бу» — танец, «ки» — мастерство. Т. е. мастерство песни и танца. Я бы добавила сюда еще мастерство декламации, жеста и, конечно, позы.

Театр Кабуки — это, если можно так сказать, закодированное искусство. Тут актеры должны как можно точнее повторять жесты своих знаменитых предшественников, которые играли эти роли раньше и выступали в этих амплуа. Для этого, актеры просматривают видеозаписи, изучают костюмы, грим, короче, ищут вдохновения, работая над ролью. И только опытный актер может себе позволить изменить каким-то образом роль.

Кстати, актеры столичного театра Кабуки любят приезжать в деревенские любительские театры кабуки, в глубинку страны, чтобы… поучиться мастерству там. Звучит странно? Вовсе нет. Из-за удаленности, изолированности места, этих деревень, жесты, позы, движения персонажей спектакля сохраняются неизменными веками. Вы только представьте себе — веками!

И тут очень понятно решение ЮНЕСКО об"явить театр Кабуки шедевром устного и нематериального наследия. А если сюда еще добавить, что спектакли идут на… старояпонском языке, то ЮНЕСКО сделала все правильно. Театр Кабуки — это сплошной шедевр!

Надо сказать, для облегчения просмотра спектаклей можно взять (под залог) аудиогид на английском и бинокль. Все, как в современных театрах. В этом. В остальном театр Кабуки не похож ни на один театр мира.

Какая там широченная сцена!

Нигде нет такой больше. А какой яркий, трехцветный красавец-занавес! Он воссоздается таким, не меняясь, вот уже 300 (!) лет.

А как удивительно открывается этот занавес… Раздается перестук деревянных колотушек и человек в черном (прислужник в театре) тащит за собой занавес. Все, как сотни лет назад. Никакой механики. А какой чудной японский традиционный танец (нагаута) под звуки старинного трехструнного инструмента сямисэна! А какие сложные, пышные, яркие, богатые костюмы! Костюмы эти — национальное наследие. А каков грим, прически и экзальтированный стиль игры актеров! Каждому амплуа — своя манера исполнения, свои голосовые модуляции, свой грим, парик или прическа, свой костюм. И это блюдется вот уже 400 лет! С момента возникновения театра Кабуки, который вобрал в себя элементы музыки и танца, пришедшие из Китая и Индии, даже элементы античной драмы, также ритуальные танцы в синтоистских храмах, которые перешли на сцену театра Кабуки.

Этот театр невозможно представить без оркестра и певцов. Они обычно находятся у правого края сцены или позади сцены.

Зрителю показывают тщательно разработанные столетия назад стилизованные движения. Под старинную музыку. Под звучание сямисэна. И он, зритель, как завороженный, наблюдает это действо. И не только зритель-японец. Иностранцы тоже. И я не была исключением.

Язык поз и жестов — это главный язык театра Кабуки. Например, японские зрители очень любят и ценят «миэ». Это своего рода поза — стоп-кадр. Когда актер замирает в позе в кульминации действа. Японский зритель, поклонник кабукизы, просто наслаждается этим моментом, этим стоп-кадром. Это наслаждение у них просто написано на их лицах. Сама читала. А еще они выкрикивают имена актеров в этот момент. Не возбраняется. Принимается даже лучше апплодисментов.

А вот фотографировать — возбраняется. Я сделала буквально из-под полы несколько снимков. И какой уж там «миэ»! Такой снимок вообще было сделать невозможно, как бы я этого ни хотела.

Мастерство, художественные приемы передаются от отца сыну и далее. В Японии очень распространенное явление — актерские династии. Амплуа актеров передаются из поколения в поколение. Так, японских знаменитых актеров называют, как королей, в конце с цифрой, например, — Оноэ Кикугоро 5-й или Итикава Дандзюро 9-й. И актеры Кабукизы популярны в Японии не меньше, чем в США голливудские звезды.

Кстати, тут надо отметить, раньше актеры в Японии находились на самой низшей ступени общества, хотя зарабатывали прилично и были знамениты и любимы зрителем. Имею в виду ведущих актеров театра Кабуки. Свое имя, фамилию и звание актера какого-то амплуа они передавали по наследству.

У театра Кабуки есть множество отличий от других театров мира. Но самая отличительная черта театра Кабуки — там играют только мужчины. И женские роли исполняют тоже мужчины. Собственно, в этом и есть самая большая изюмина этого театра.

Актеры театра могут перевоплощаться самым немыслимым образом. Например, старик может там играть молоденькую девушку. И это не будет пародией. Этому есть специальный японский термин — искусство оннагата. Это самое знаменитое амплуа. И самое сложное.

Суть здесь — не изобразить, а стать женщиной, выйдя на сцену. Раньше актерам этого амплуа предписывалось и в жизни, вне сцены, одеваться, ходить, держаться, как женщины. Это чтобы не выходить из образа. Что не сделаешь ради любимой работы. Переносили образ женщины в жизнь. Вживались в него. Но это не мешало им оставаться настоящими мужчинами, жениться, иметь детей, продолжать актерские династии.

Самое интересное, в Японии бытует мнение, что не реальные женщины-японки, которые в большинстве своем заамериканизированы и осовременены, а именно мужчины амплуа оннагата создали идеал настоящей красоты японской женщины, ее пластичности, обаяния и изящества. Вот так вот. Хочешь верь, хочешь — нет.

И все же, почему в театре Кабуки не играют женщины, а если играют, то очень маленькие роли и очень редко?

Еще в 17-м веке власти запретили женщинам игру в театре, т. к. там пышным цветом цвела проституция. Женщин заменили юношами, но проституция была и в их среде. И им запретили работу в театре. Потом, позже, запрет с юношей сняли, а вот женщин на работу в театр на пушечный выстрел не подпускают, можно сказать, по сей день.

Думаю, интересно сравнить, хотя бы по нескольким параметрам, японский театр Кабуки и наш современный театр.

Я уже отмечала, что у японцев главное — жест и поза в театре. Они, актер за актером, поколение за поколением, столетиями хранят в памяти, оттачивают, закрепляют и исполняют именно так, как исполняли эту роль, этот жест, эту позу в спектакле под этим же названием столетия назад.

Понятное дело, в современных театрах совсем не так. И близко такого нет. У нас на сцене и чувства героя до зрителей доносят другими способами. Наши мизансцены другие. В нашем современном театре в мизансценах — нереальная суета и сплошное движение. Сверхмеры. Совсем не так, как в жизни. В момент сильного волнения, когда чувства героя на пределе, накалены, он начинает активно двигаться: заходить-выходить в дверь, подниматься-спускаться по лестнице, бурно жестикулировать, бурно проявлять свои чувства, например, плачем или смехом. Совсем не так у японцев.

Они достигают выразительности по-другому. У них — скупой язык жеста. И жест этот будет короткий и емкий. Движений на сцене театра Кабуки совсем немного. Мимика актеров и проявление чувств тоже сдержанные и спокойные. Как и в жизни японцев.

Как-то совсем неожиданно для себя я пробыла в театре Кабуки 5 часов. Даже не думала, что так надолго затянет меня туда. Поначалу думала, будет скучно и не выдержу и часа. Ан, нет!