Повенчанные небесами (житейская история)

Он посмотрел на часы: до начала смены оставалось полчаса. Когда приходилось подолгу простаивать у светофоров, или у пешеходного перехода, нервничал. Даже музыку не включил, хотя, обычно, садясь за руль своего автомобиля, он делал это с большим удовольствием. Да и вообще, как дома, так и в машине любил слушать громкую, ритмичную музыку. Мать ругалась, друзья упрекали:

— Включил бы что—нибудь попроще, поспокойней.

А он, смеясь, отвечал:

— Громкая музыка меня заводит. Она под стать моему характеру.

Сейчас он был и без того заведён. Он — молодой мастер на деревообрабатывающем предприятии, назначен совсем недавно. Опаздывать просто нельзя. Какие могут сложиться впечатления у подчинённых? С этими мыслями Николай свернул в знакомую улочку. Вдалеке увидел очертания родного завода, и с облегчением вздохнул, приятно удивившись, что уложился за 15 минут. Уже подъезжая, у близлежащего переулка, увидел небольшое столпотворение людей. Николай был с детства любопытен, и здесь не устоял. «Успею» — подумал он, взглянув на часы, и резко свернул в переулок. Увидев приближающийся автомобиль, какая-то женщина оторвалась от толпы и побежала навстречу, размахивая руками.

— Помогите, — произнесла она дрожащим голосом, как только машина притормозила, — там девушке плохо. Она упала в обморок на улице, и мы не можем привести её в чувство. Надо отвезти её скорее в больницу. Есть подозрение, что у неё сердечный приступ.

В такой ситуации Николай просто не смог отказать. Надо значит надо. Опоздает на работу? Ничего. Потом напишет объяснительную.

Расталкивая толпу, он пробился в серединку и увидел лежащую на тротуаре девушку лет девятнадцати. Её длинные, белокурые волосы разметались, попутались. Правая рука была откинута назад, а левая как — то странно подложена под голову, словно она спала. Лишь слегка посиневшие губы и перекосившееся лицо говорили о боли.

Девушка была доставлена в больницу. На работе всё утряслось, уладилось, но внутри появилась тревога, как только вспоминал незнакомку. Он попытался развеять мысли и навестить её в больнице три дня спустя.

В приёмном покое удивились, узнав в молодом человеке недавнего спасителя, пришедшего навестить прекрасную незнакомку. Медсестра любезно провела к двери палаты, тихо открывая дверь, предупредила:

— Запомните, ей нельзя волноваться.

Николай почти на цыпочках вошёл в палату, прикрывая за собой дверь. Кажется, она спала. Белокурые волосы аккуратно собраны в пучок, лёгкий румянец покрывал щёки, а губы слегка подкрашены. Он невольно ею залюбовался.

— Кто вы? — спросила девушка, едва открыв глаза.

— Вы меня не знаете. Вернее, не помните. Я подвозил, когда вы упали в обморок. Все эти дни я волновался о вашем состоянии. Как вы себя чувствуете?

Ощутив себя неловко перед незнакомым мужчиной, она смутилась, но разговор поддержала. Познакомились, поговорили о работе, увлечениях, семье, и через полчаса они знали друг о друге всё. Про себя Николай заметил, что прекрасней девушки, чем Наташа, ещё не встречал. С ней было легко в общении, милая улыбка поднимала настроение, а блеск серых глаз воодушевлял.

— Можно я завтра приду тебя навестить? – спросил Николай уходя.

— Конечно! Я буду очень рада – ответила Наташа, мило улыбаясь.

Завтра, после работы, купив красивый букет цветов и множество фруктов, он стоял у двери палаты. Увидев нового знакомого, Наташа оживилась. Кроме этого, она больше не стеснялась его. У неё было такое чувство, будто была знакома с ним сто лет. Теперь каждый день с нетерпением ждала прихода, выглядывала в окно своей палаты, что бы увидеть знакомый силуэт и белую «Ауди». Когда на неё смотрели весёлые глаза Николая, забывала о своей болезни. Жизнь словно начиналась заново, хотя каждый раз с новым наступающим приступом она с ней прощалась. У Наташи был врождённый порок сердца. «Почему судьба так жестока?» – думала Наталья. Школу закончила, а поступить учиться в институт так и не смогла. Болезнь прогрессировала с каждым годом всё больше. Все проводимые лечения и обследования не дали никаких результатов. Неизбежна была операция, а она стоила не мало тысяч долларов. Наташа завидовала школьным подругам: многие обучались в престижных институтах, а некоторые вышли замуж и создали семью. Ей такого было не суждено. Поэтому, когда познакомилась с Николаем, ощутила радость общения, и, вместе с тем, прилив энергии. Радость быть кому — то нужной разве это не счастье?

Николай и не заметил, как подъехал к дому Наташи. Два месяца прошло с тех пор, как они познакомились, и стали нужны друг другу. Вместе им было легко, как будто плыли по воле волн, мечтали о семье, детях. День свадьбы был уже назначен, и каждый день влюблённые вместе приближали к этой дате.

Увидев Николая в дверном проёме с огромным букетом цветов, Наталья заулыбалась:

— Милый, ты меня балуешь!

— Но это же твои любимые, — сказал он, обнимая её.

Иногда Николай замечал смутную тревогу на лице будущей супруги, но не придавал значения. Однажды она его шокировала, сказав: «Ты не должен на мне жениться. Я не хочу, что бы ты стал вдовцом». Он знал о её болезни, жалел и любил. Обняв, ответил:

— Не говори ерунду. Мы поженимся и вместе проживём до ста лет. Наши дети и внуки поздравят нас со столетним юбилеем. Поверь мне…

От этих слов она будто приободрилась, повеселела.

Будущие супруги присматривали себе отдельную квартиру, выехав в очередной раз по объявлению. Поднимаясь по лестнице, Наталья пошатнулась, у неё потемнело в глазах, перехватило дыхание. Машинально из кармана достала таблетку валидола, чтобы не расстроить Николая, не подала вида, что ей не здоровиться.

Приближалась свадьба. Были разосланы приглашения, выбраны свадебные наряды. Наталья вошла в рутину всех приготовлений, и забыла о своих проблемах. А о них ей меньше всего хотелось думать.

— Наташка, ты стала такая бледная, — заметила мать, — Покажись врачу.

— Ну, что ты, мамочка. Накануне свадьбы портить все карты себе и Николаю? Нет! Я его так люблю! Я так счастлива! Мы вместе не можем дождаться дня нашей свадьбы. Потом, мамочка, потом обещаю тебе, что обязательно схожу и обследуюсь – ответила дочь.

Ещё в начале смены к Николаю подошёл один из подчинённых, кивком головы подзывая к телефону. В трубке он услышал надрывное рыдание матери Наташи:

— Её не спасли. Наташа умерла.

Николаю не верилось. Запинаясь, выдавил из себя:

— Как это случилось?

— Ей стало плохо в магазине. Скорая доставила её в больницу с обширной блокадой сердца… — мать не договорила, и опять заплакала.

Ноги подкосились, в глазах почернело. Неужели это правда? Как же тогда ему жить?

Три месяца после похорон Николай был словно во сне. Он не верил, что её уже нет, и много раз ездил на городское кладбище, что бы в этом убедиться. Подходил к знакомому холмику, вглядывался в знакомое лицо на фотографии, разговаривал с ней. Наташа изредка снилась ему. В белом подвенечном платье она была неотразима. Жаль, что они так и не поженились….

Уже стемнело, когда белая «Ауди» въехала в гараж. Николай чувствовал огромную усталость. Не заглушая мотор, откинувшись на спинку сиденья, закрыл глаза и моментально погрузился в сон. В этом сне он опять увидел её – такую красивую! Белокурые волосы, уложенные под фату, переливались неестественным блеском. Глаза — живые, весёлые. Наташа протягивала к нему руки и повторяла много раз: «Любимый…» С трудом попытался приблизиться к ней, и… наконец, получилось. Он обнял её и сказал: «Ты – моя. Наконец мы поженимся».

Наутро Николая нашли в гараже мёртвым – задохнулся угарным газом. Похоронили рядом с Наташей. Их венчали небеса…