Гороскопы брака. Векторное кольцо

Прежде чем перейти непосредственно к браку, необходимо проверить, не относится ли ваш союз к векторному кольцу.

В 24 браках из 144 вариантов определяющую роль играет не брачная структура, а векторное кольцо. Векторное кольцо — настолько мощное явление, что перекрывает законы брачной структуры.

Пытаясь разобраться в законах векторного кольца, на время забудем о знаковых различиях. Перед векторным кольцом все равны. В векторных парах нет ни воли, ни логики, ни интуиции. Во всех 24 парах есть лишь одно свойство, одно взаимоотношение — слуги и хозяина.

Что такое векторное кольцо?

(На первом месте — хозяин):

Крыса — Лошадь, Лошадь — Кабан, Кабан — Дракон, Дракон — Кот, Кот — Петух, Петух — Собака, Собака — Бык, Бык — Тигр, Тигр — Коза, Коза — Змея, Змея — Обезьяна, Обезьяна — Крыса.

12 перечисленных пар — это и есть 24 брака. Как видим по перечислению, векторные отношения не зависят от сути знака, от его мышления. Они не подвластны контролю разума, возникают и развиваются помимо воли человека и его желаний — неосознанно.

Определяя рамки векторных отношений 24 браками, внутри этих браков мы не можем точно указать характер взаимоотношений между супругами, ибо векторные отношения развиваются по законам вихревых, мистических структур, в которых ясно направление движения, но не ясен характер движения.

Известно несколько сценариев развития векторного брака, но это не значит, что в каждом новом векторном браке дело не пойдет по свежему, оригинальному сценарию.

Ясно лишь одно: векторный брак, векторные отношения — это энергетическая буря, в которой трудно установить равновесие и надежный строй.

Жизнь в векторном браке подобна жизни на пороховой бочке — неожиданности могут начаться в любой момент.

Хотелось бы, однако, уберечь от однозначно трагической трактовки этого брака. Его огромные энергии — источник и больших потрясений, и высочайшего взлета. Ни в одном браке не может человек так высоко подняться в своих ощущениях и переживаниях, как при этих взаимоотношениях. Увы, за этот полет приходится чем-то платить. Главная плата — невозможность застабилизировать отношения. Однако посмотрим на нашу жизнь немного шире: все мы временные обитатели этого мира, и в этом смысле даже самый стабильный брак немногим лучше векторного.

Так проследим жизнь тех, кто вступил на путь, требующий всего человека без остатка.

В стихах, посвященных Надежде Львовой (Кот), В. Брюсов (Петух) связал любовь и смерть.

Любовь приводит к одному,—Вы, любящие, верьте! —Сквозь скорбь и радость, свет и тьмуК блаженно-страшной смерти!

«Дело корнета Елагина» — рассказ И. Бунина, который написан по реальным событиям. Елагин (Бартенев — Лошадь) убивает Сосновскую (Висневская — Крыса) в любовном порыве. Сам Бунин сказал об этом: «Вся эта история — очень противная история!» А противность — в неподчиняемости разуму, в невозможности проконтролировать и объяснить свои действия.

Да, иногда кольцо закручивается так, что жизни не хватает, чтобы выбраться из бездны.

Кольцевые отношения между мужчиной и женщиной почти всегда сопровождает определение «роковая любовь», страсть. Но только те, кто испытал подобное, могут сказать, что это не столько любовь, сколько что-то совершенно необъяснимое.

Н. Берберова (Бык) пишет о своей жизни с Ходасевичем (Собака): «Счастье мое с ним было не совсем того свойства, какое принято определять словами: радость, свет, блаженство, благополучие, удовольствие, покой. Оно состояло в другом: в том, что я сильнее ощущала жизнь рядом с ним, острее чувствовала себя живой, чем до встречи с ним, что я горела жизнью в ее контрастах, что я в страдании, которое узнала тогда, имела в себе больше жизни, чем если бы делила окружающее и окружающих на „да" и „нет" — „интенсивность" заряда была иногда таковой, что любое чудо казалось возможным».

Что же происходит, когда встречаются мужчина и женщина, образующие пару слуга—хозяин? Сам характер кольцевого взаимодействия объяснить непросто, но ясно одно, что при нем рушатся все оболочки, защищающие личность. Человек как самостоятельная единица перестает существовать.

О Николае Чаушеску (Лошадь) и Елене Чаушеску (Кабан) адвокат Теодореску на суде сказал, что «они настолько сочетались, что подобны были двуглавому монстру».

Л. Е. Белозерская-Булгакова пишет о А. Н. Толстом (Лошадь) и Н. В. Крандиевской-Толстой (Крыса); « Они с Алексеем Николаевичем производили впечатление удивительно спаянной пары. Казалось, что у них одно общее кровообращение. Я встречала их позже, в Берлине. Впечатление какой-то необыкновенной семейной слаженности и спаянности оставалось прежним».

Она же приводит слова биографа Есенина Ильи Шнейдера об Айседоре Дункан (Тигр) и Сергее Есенине (Коза): «Они же мазаны одним миром, похожи друг на друга, скроены на один образец, оба талантливы сверх меры, оба эмоциональны, безудержны, бесшабашны. Оба друг для друга обладают притягательной и отталкивающей силой. И роман их не только «горький», но и счастливо-несчастный и несчастливо-счастливый, как хотите. И другим быть не может».

О Жорж Санд (Крыса) и Альфреде Мюссе (Лошадь) говорили, что «они были, что называется, созданы друг для друга, но вместе быть не могли. В разлуке Мюссе слал возлюбленной возвышенные письма, исполненные самоотречения». А когда они были вместе, то «примирения чередовались с разрывами, пламенные объяснения в любви — с ужасными скандалами, Мюссе ревновал, обвинял Санд в измене».

• Один из парадоксов векторного брака заключается в том, что люди не могут жить друг без друга, но при этом не могут жить вместе.

Дочь А. И. Куприна пишет: «Если судить по воспоминаниям Марии Карловны (Крыса. —Авт .), то создается впечатление, что Куприн (Лошадь.— Авт .) совсем не мог работать дома. Странно подумать, что, живя в одном городе со своей женой и ребенком, он снимал комнату в гостинице или уезжал в Лавру, в Даниловское, либо в Гатчину, чтобы писать».

Жорж Санд писала Альфреду Мюссе: «Прощай, прощай, я не хочу тебя покидать и не хочу брать тебя снова. Я не хочу ничего, ничего. Я не люблю тебя больше — и обожаю навеки. Я не хочу тебя больше — но не могу без тебя обойтись. Кажется, только одна небесная молния могла бы излечить меня, уничтожив. Прощай, оставайся, уезжай, но только не говори, что я не страдаю. Только это одно может заставить меня еще больше страдать, моя любовь, моя жизнь, мое сердце, мой брат, моя кровь,— уходи, но убей меня, уходя».

Истории любви Мюссе и Санд посвящены десятки книг и статей; было время, когда критики и историки литературы делились на «мюссеистов» и «сандистов», и между ними шли ожесточенные споры о том, кто же все-таки виноват в безрадостном финале этого романа — он или она. Структурный гороскоп говорит, что и Мюссе и Санд стали жертвами векторного кольца. Но их любовь дала мировой литературе четыре романа: «Исповедь сына века» А. Мюссе, «Она и он» Ж. Санд, «Он и она» Поля Мюссе, «Он» Луизы Коле.

Брак А. Ахматовой (Бык) и Н. Гумилева (Собака) был скоротечен. Если Гумилев еще хотел и «мечтал о веселой, общей домашней жизни», то страсти кольца настолько захватили Ахматову, что «ей по-прежнему хотелось вести со мной «любовную войну». — мучить и терзать меня, устраивать сцены ревности с бурными объяснениями и бурными примирениями. Для нее «игра продолжалась», азартно и рискованно» ,— рассказывал Гумилев Ирине Одоевцевой.

• С полной уверенностью можно сказать, что кольцевые отношения не рекомендуются для семейной жизни. Разрыв может стать единственным выходом из создавшегося положения.

Ахматова и Гумилев не прожили и двух лет, Санд и Мюссе расстались через два года, причем Санд тайно уехала от Мюссе в свой родной Ноан; А. Н. Толстой и Н. В. Крандисвская-Толстая развелись через 20 лет совместной жизни; развелись Куприн и Мария Карловна Давыдова; расстались Берберова и Ходасевич; «горьким» назвал Шнейдер роман Есенина и Дункан; последней любовью Маяковского (Змея) была Вероника Полонская (Обезьяна); незадолго до своего рокового решения Мэрилин Монро (Тигр) встретила Роберта Кеннеди (Бык); из-за любви к Брюсову (Петух) покончила жизнь самоубийством Надя Львова (Кот).

Как-то оправдать кольцевые браки можно лишь в творческой среде. Обнаженность души, которая сопутствует векторному кольцу, создает базу для творческого горения, исканий. Почти все упомянутые выше союзы относились к этому типу. В наше время их тоже достаточно много: Е. Максимова (Кот) — В. Васильев (Дракон), А. Лазарев (Тигр) — С. Немоляева (Бык) и многие другие.

Встречу американской звезды Джейн Фонды (Бык) и телемагната Теда Тернера (Тигр) тоже трудно назвать случайной и мимолетной.

Конечно, не всякая роковая любовь — это отношения слуги-хозяина. Но процент таких браков увеличивается, когда в обществе ослабевает установка на прочную семью с домостроевскими тенденциями. Именно тогда на первый план выходят браки по страстной любви, часто вопреки здравому смыслу и рассудку.

Мюссе писал, что стремление к губительным страстям может быть лишь у тех людей, кого поразила болезнь, симптомы которой «неверие, скука, одиночество».

Наверное, Ходасевич тоже искал роковую страсть и нашел ее в союзе с Ниной Берберовой. Два предыдущих брака с Мариной Рындиной (Кабан) и Анной Чулковой (Собака)(по брачному гороскопу достаточно хорошие варианты) не могли дать ему столь губительных и всеохватывающих чувств.

В жизни каждого человека есть место кольцу, даже самый осторожный может оказаться в его сетях: стопроцентной страховки нет, да она и не нужна. Кольцевые отношения так много дают каждому, и слуге и хозяину, что следующее за неземным счастьем мучение может и не показаться слишком большой платой.

И. Одоевцева пишет: «Я уверена, что Ахматова была главной любовью Гумилева. И что до самой своей смерти — несмотря на свои многочисленные увлечения — он не разлюбил ее».

Счастье Маргариты Тучковой (Бык) с генералом Александром Тучковым (Собака) было беспредельным, так же, как и ее скорбь, когда муж погиб на Бородинском поле. После безуспешных двухдневных поисков тела мужа Маргарита основала Спасо-Бородинскую женскую обитель на предполагаемом месте его гибели, где и осталась игуменьей.

Мораль как норма поведения, выработанная человечеством, рассчитана на свободную, самостоятельную личность. Так вот, кольцо лишает морали обоих: и слугу и хозяина. Аморальны грубость и холодность хозяина, но также аморально и всепрощение слуги.

Векторность отношений проявляется в том, что насколько бы слуга ни превосходил хозяина, он всего лишь пьедестал, благодаря которому хозяин становится выше, сильнее, умнее. Слуга воздвигает этот пьедестал добровольно, с любовью и обожанием. В присутствии хозяина слуга никогда не сможет показать всех своих достоинств, да и хозяин не сможет их оценить полностью. Недаром так ярко проявляется стремление хозяина переделать слугу.

Александр Дюма-сын (Обезьяна) пишет другу о своей жене Н. И. Нарышкиной (Крыса): «Мне доставляет удовольствие перевоспитывать это прекрасное создание, испорченное своей страной, своим воспитанием, своим окружением и даже своей праздностью».

Ксения Куприна пишет: «Мария Карловна— умная, светская, блестящая женщина — задалась целью обуздать буйный нрав Куприна и сделать из него знаменитого писателя. Немало было тогда разговоров, что Куприн обязан признанием таланта своей жене-издательнице и ее высокопоставленным связям».

Как искренне было удивление Гумилева, когда он говорил об Ахматовой: «Мне и в голову не приходило, что она талантлива. Ведь все барышни играют на рояле и пишут стихи. »

Каждый хозяин — тот неосознанный, мистический идеал, к которому стремится слуга. Только это является базой для обожания, терпения и всепрощения слуги.

Гумилев с большим трудом и опозданием оценил гений своей жены, а Б. Пастернак (Тигр) в дарственной надписи на фотографии, подаренной Ахматовой, написал следующее: «Анне Андреевне Ахматовой, началу тонкости и окончательности, тому, что меня всегда ободряло и радовало, тому, что мне сродни и близко и что выше и больше меня».

Ф. И. Тютчев (Кабан) в письме второй жене Эрнестине (Лошадь) признается: « Ах, насколько ты лучше меня, насколько выше! Сколько достоинства и серьезности в твоей любви, и каким мелким и жалким я чувствую себя рядом с тобой».

Альфред Мюссе, сообщая Санд 30 апреля 1834 года о своем намерении рассказать их историю в романе, писал: «Я хочу воздвигнуть тебе алтарь, хотя бы на собственных костях». Он же в другом письме отмечает, что «в твоих объятиях был момент, воспоминание о котором мешает мне до сих пор и еще долго будет мешать приблизиться к другой женщине» .

В письмах к Каролине Собаньской (Тигр) Пушкин (Коза) признается, что «испытал всю ее власть над собой», более того, обязан ей тем, что «опознал все содрогания и муки любви» и по сей день «испытывает перед ней боязнь, которую не может преодолеть», и умоляет о дружбе, которой он страждет, точно нищий, вымаливающий ломоть. Сознавая, что его просьба «очень банальна», он тем не менее продолжает молить: «Мне необходима ваша близость. моя жизнь неотделима от вашей». А она — как писали современники — была «роковая светская злодейка, доводившая своей игрой Пушкина до отчаяния. Страсть к этой женщине. губила его, он бился в ее сетях, ревновал».

Но ей он посвятил строки, полные поклонения и безответной любви: «Я вас любил: любовь еще, быть может. »

Чувство другого великого русского поэта М. Ю. Лермонтова (Собака) было разделено Н. Ф. Ивановой (Петух), но она очень скоро нарушила клятву верности, что для Лермонтова стало равносильно катастрофе. Но в стихотворении, посвященном этой женщине, не содержится упрека или обиды.

Во зло употребила ты права,Приобретенные над мною, И мне, польстив любовию сперва, Ты изменила — Бог с тобою! О нет! я б не решился проклянуть ! Все для меня в тебе святое.

Ответ А. Мюссе на письмо Ж. Санд, где она уведомляет его о своей любви к доктору Пагелло, не нуждается в комментариях: «Передай Пагелло , что я благодарю его за любовь к тебе и заботы. Я люблю этого малого, почти так же, как тебя, считайся с этим как знаешь. Он — причина того, что я потерял все мое жизненное богатство, а я люблю его, словно он мне его подарил. Мне бы не хотелось видеть вас вместе, но я счастлив, думая, что вы вместе. О! Мой ангел, мой ангел, будь счастлива, и я буду счастлив этим».

Наверное, похожие чувства испытывал Луи Виардо (Обезьяна), не препятствуя любви своей жены Полины Виардо (Змея) и Ивана Тургенева (Тигр). Более того, когда Тургенев узнал, что у него есть внебрачная дочь Пелагея, супруги Виардо предложили взять ее под свое покровительство, и девочка до 12 лет воспитывалась с дочерью Полины Виардо Луизой.

В векторном кольце обожание и всепрощение слуги сочетается или, вернее, провоцирует грубость хозяина.

Н. Берберова вспоминает: «. ночами Ходасевич пишет.— Я сплю, прижав к груди его пижаму, чтобы она была теплой, когда он захочет ее надеть. Часто ночью он будит меня: — Давай кофе пить, давай чай пить, давай разговаривать.— Я клюю носом».

Гумилев признавался И. Одоевцевой: «Да, конечно, теперь я осознаю, я был во многом виноват. Я очень скоро стал изменять ей. Но я не видел греха в моих изменах. Они, по-моему, прекрасно уживались с моей бессмертной любовью. А она требовала абсолютной верности. От меня. От себя. Она даже каялась мне, что изменяет мне во сне, каялась со слезами и страшно сердилась, что я смеюсь».

Мария Карловна — первая жена Куприна — «намеками давала ему понять, кто и как за ней ухаживает». Она «ревностно относилась к дружбе Куприна с Батюшковым и старалась ее разрушить».

Из письма Куприна Батюшкову: «Иногда я бывал несправедлив к тебе, но только тогда, когда М. К. уверяла меня, что ты был ее любовником. Я не верил, но впадал в сильное бешенство. Она выдумывала про тебя дурацкие анекдоты, выдумывала прозвища и через день ссылалась на меня!»

Может показаться, что положение хозяина в паре слуга-хозяин очень привлекательно. Но надо помнить, что, вступая в любое взаимодействие, мы изменяемся сами.

Роман Санд и Мюссе можно назвать романом болезней. Вот его хронология: «. летом и осенью 1833 года влюбленные наслаждались счастьем, которое омрачил лишь нервический припадок, происшедший с Мюссе в лесу Фонтенбло. В декабре 1833 года Санд и Мюссе вдвоем отправились в Италию, однако по приезде туда Санд заболела. В Венеции заболел Мюссе: у него случилось что-то вроде тяжелейшей нервической горячки. Санд самоотверженно выхаживала больного, сутками не преклоняя головы. »

Вот другая векторная пара — Елена Бальмонт (Дракон), Константин Бальмонт (Кот). Ксения Куприна так описывает Елену: «Его жена Елена показалась мне очень древней, хотя в то время она была еще, наверное, молодой женщиной. Но невероятная любовь к Бальмонту превратила ее в темноволосую, беззубую, высохшую мумию, в которой жили только странные трагические глаза».

Постоянное нахождение нервной системы в возбужденном состоянии, проникновение друг в друга, открытость всех интимных сторон личности — все это является причиной не только ревности, ссор, но и постепенного (быстрого или медленного), однако необратимого ухудшения состояния здоровья и психики.

Не улучшают отношения и состояние здоровья взаимные попытки снять напряжение или вырваться из кольца. Его жертвы нашли два пути такого снятия напряжения: спиртные напитки и попытки измены.

Показателен факт, что, когда «Санд заболела, Мюссе стал тосковать, скучать. даже изменил ей с некой генуэзской танцовщицей».

Современник написал о браке Ф. И. Тютчева (Кабан) с Эрнестиной (Лошадь): «Брак этот, заключенный опять-таки же по страстной любви, не был, однако, особенно счастливым, и у молодой женщины очень скоро появились соперницы, а через одиннадцать лет после свадьбы Федор Иванович совершенно охладел к ней, отдав всего себя, свою душу и сердце новой привязанности. »

Но слуга никогда не сможет вырваться из кольца, от хозяина, если тот его не отпустит.

Однако даже такая свобода для слуги может стать в тягость. Дельмас (Кот) — страстная Кармен стихов Александра Блока (Дракон) — до последних дней жизни поэта не смогла поверить и смириться с мыслью, что она ему не нужна. Ведь в начале их романа он писал: «Я — не мальчик, я много любил и много влюблялся. Не знаю, какой заколдованный цветок Вы бросили мне, не Вы бросили, но я поймал. Я совершенно не знаю, что мне делать теперь, так же, как не знаю, что делать с тем, что во мне, помимо моей воли, растут давно забытые мною чувства».

Жизнь подтверждает, что «отпущенный из кольца» слуга сразу же начинает добиваться успехов в тех сферах, которые ему были недоступны из-за «занятости» в столь тесном браке.

Впрочем, многие предпочитают не прерывать векторного брака и жить в нем, несмотря на все трудности.

Смягчить жизнь в векторном союзе могут большая разница в возрасте супругов, заключение брака в зрелые годы. Если слуга — женщина, то такой брак, как правило, тоже смягчен. Очень сильное облегчение приносит стиль жизни с частыми разлуками. Но самый удачный вариант состоит в том, чтобы слуга мог «откупиться» — большой зарплатой, особым участием в семейном хозяйстве. Если, конечно, на все это есть еще силы. Ведь бывает и так, что хозяину приходится ухаживать за обессилевшим слугой.

Ведь есть любовь, совместное хозяйство, часто есть и дети. Что делать, чтобы сохранить семью?

Трудно давать советы в векторных союзах, не зная конкретной ситуации. Но мы попробуем.

Не паникуйте. Приглядитесь к своей жизни, сверьте ее с другими случаями векторных браков, попробуйте оценить силу власти этого явления над вами.

Помните, хозяин всегда прав, прав в своих глазах, глазах окружающих и даже в глазах слуги, поэтому не надо пытаться что-либо доказать. Не надо слуге пытаться переломить судьбу и отвоевать главенство. Лучше замереть — шаг влево, шаг вправо. это пропасть.

Если возникает желание видеться реже, не противьтесь ему — получите передышку.

Если отношения перешли предел допустимого, то отдавайте себе отчет — кольцо не крутится назад— улучшений ждать не приходится.

Хозяин должен всегда жалеть слугу, ведь мы не выбираем год рождения.

Расставшись с хозяином, никогда не пытайтесь ему отомстить.

Часто встречается вариант развода в векторном браке с последующим возвращением на круги своя. Конечно, этого никак нельзя рекомендовать, хотя, как правило, в таких возвращенных браках взаимоотношения идут вроде бы по более гуманному сценарию. Это иллюзия — кольцо не знает гуманизма.

И все-таки, можно ли прожить в векторных отношениях всю жизнь? Да, можно. Только помните о цене вашего счастья и тогда — «безумству храбрых поем мы песню!»

Может быть, предупреждение об опасности кольца не остановит новых любителей острых ощущений? Совет простой: пусть острые ощущения останутся до брака. Надо понять, что семья не место для бесконечных баталий и роковых страстей.