Истории религий в Кыргыстане. Александр Ярков

Сегодня мне одна моя подруга рассказала про то, как ее дедушка говорил ей: Ты что как машаяк хочешь быть? (по кыргызски и перевела это слово "машаяк" как Иисус или мессия. Я специально дома посмотрела в словаре Юдахина это слово и вот что там обнаружила: Машайык - угодник божий, благочестивый старец, провидец. Алыстаги олуядан, жакындагы машайык артык - ближний угодник лучше чем дальний святой; мал енеси машайык - провидец по пропавшему скоту. И вверху еще одну пословицу: Дооту менен кенешип, кымбат ишти жасаган. фольк. он вложил все свое умение, посоветовавшись с Давидом. (см. дооту II) Дооту уст. ремесленник (от библейского имени Давид, который считался покровителем ремесел) Не знаю почему автор назвал царя Давида покровителем ремесел, как если бы он был богом, но связь слов в кыргызском языке с Библией меня заинтересовала и я решила прочитать все таки одну книжку, которую давно собиралась прочесть, да все руки не доходили. Кому интересно присоединяйтесь. Только без комментариев здесь. Если кто нибудь захочет что нить обсудить открывайте новую тему пожалуйста.

Кыргыз, тарса – кыйыла Эл, Кызыл как агып , болду сел. Кыргызы, христиане и многие народы – кровь лилась, образовался поток. Кыргызский героический эпос «Манас»

Человеческое сообщество подобно потоку, состоящему из миллионов струй и течений: рас, государств, этносов, языков, конфессий и, конечно из миллиардов капель – людских судеб. Тысячелетиями поток промывал новые русла - устремлялся в новых и новых направлениях, перемещая людей в иное культурное окружение. Он захватил и принес на территорию современного Кыргызстана различные религии, соединяя их с теми верованиями, которые существовали здесь прежде. После событий сентября 2001 года интерес к Центральной Азии заметно возрос – высокая конфликтогенность региона становится предметом беспокойства мировой общественности. Между тем очевидно, что в истории региона есть немалый опыт толерантности, который нужно использовать в целях построения гражданского общества. Тем более, что политика любой страны в области религии может быть лучше понята в контексте ее истории. Ситуация в Кыргызстане отличается большим многообразием: мусульмане по происхождению и убеждениям составляют более 80% населения; около 17% православных. Кроме того, здесь живут представители новых, часто называемых нетрадиционными, религий (для сравнения в Росси 5 млн. чел. Относят себя к нетрадиционным религиозным культам). При этом ни одна из общин, за исключением иудейской и старообрядческих, не является моноэтничной. В исламской общине представлены около 20 этносов, где: кыргызы, составляют 60%, узбеки – около 15%, казахи, татары, таджик, дунгане, уйгуры, турки, башкиры, чеченцы, даргинцы и др. – более 5%. Есть среди местных мусульман русские, цыгане, немцы. Среди православных священников здесь не только русские, украинцы, белорусы, но и немцы, китаец, поляк, молдованин. Разумеется актуальность изучения историй религий не определяется лишь внешними обстоятельствами. Существуют и иные факторы. Назовем важнейшие. Во –первых, в настоящее время Кыргызстан – молодое независимое государство, находится в состоянии госстроительства, формирования внешней и внутренней политики. Сложная ситуация в Кыргызстане не является исключением для СНГ. В большинстве возникших после распада СССР новых независимых государств происходят аналогичные процессы. Изменения социальных, политических, культурных ориентиров, рост этнического самосознания оборачиваются попытками пересмотра общего исторического прошлого – с одной стороны, с другой стороны – стремлением каждого человека найти себя, определить свою, в широком смысле, культурную принадлежность. Во-вторых, крах «реального социализма» с его идеологемами – «новая историческая общность – советский народ», «интернационалисткая сущность советского человека» и т. д. – обусловил не только возникновение идеологического вакуума, но и обострение межэтнических и межконфессиональных отношений, нередко приводящих к конфликтам, войнам. В-третьих, нельзя забывать, что любая конфессиональная общность складывается из индивидуумов, как совокупность некоторых «Я». Носители той или иной конфессиональной культуры были одновременно носителями этнических традиций, определенно, говоря словами Ш. Л. Монтескье, Народного Духа. Культуры различных групп населения несли отпечаток привычной природно-ландшафтной среды, языческих истоков. Именно поэтому в рамках одной религии существует много ее разновидностей. Не случайно, например, современные исследователи призывают оставить попытки определить ислам, как универсальное явление и говорить о многих исламах. Изучение внутриконфессионального разнообразия – задача не просто интересная, но сверхактуальная, если учесть, что зачастую именно это разнообразие несет значительный заряд конфликтности и экстремизма. Даже краткий перечень факторов, определяющих актуальность темы, показывает, насколько важны такие исследования. Современная культурология, социология, отказываясь от марксистких подходов, экономического редукционизма, рассматривает религию, как сферу, регулирующую не только духовные процессы жизни общества, но и политические, экономические и др. аспекты социального бытия. Исследование религиозной культуры имеет свои сложности. Они связаны, в первую очередь, с самим предметом исследования – культурой. Ее природа двойственна: культура одновременно едина и разнообразна, универсальна и уникальна. Культура каждой их групп населения неповторима и самобытна. Говорить о степени совершенства, развитости или отсталости той или иной представляется некорректным. Взаимодействие культур также принимает разные формы. При этом даже такая крайне негативная форма межкультурной коммуникации, как конфликт, не исключает культурного обмена, культурных взаимствований, культурного обмена. Негативные стимулы, рожденные конфликтной ситуацией, могут инициировать поиски новых, более эффективных способов межкультурного общения. Религиозная культура любого этноса – продукт не только его творчества, но и разнообразных влияний, которые проходят испытание временем, приспосабливаются к тем или иным условиям, вживаются в социальный организм. Мир культуры многоцветен, религиозная культура не исключение – она являет собой сложный узор, в котором тесно переплетаются различные верования. Взаимодействие культур может быть не только прямым, но и опосредованным. В определенном смысле сами религии задают некоторую основу взаимопонимания. Например, ислам и христианство (которые исповедует значительная часть современного населения Кыргызстана) называют авраамическими религиями, поскольку их общей основой является религия Авраама – иудаизм. В изданной в 1999 году в Бишкеке брошюре «Люди Книги» автор (известный под псевдонимом Данияр Таалаев), пытается выявить взаимосвязи между мусульманами, христианами и иудеями, подчеркивая, что «…все люди Книги (Евреи, христиане и мусульмане) должны уважать и почитать писание еврейских пророков, и принимать ее откровения как истину». «Исходом из одного корня» объясняет похожесть образов, вошедших в фольклор (а позднее – в письменную литературу) различных этносов. Отпечаток иудаизма несет христианство, которое в период средневековья исповедовало немало племен Центральной Азии и исповедует ныне более 20 тыс. кыргызов. Свидетельства подтверждают, что жители Притяньшанья имели многие и весьма разнообразные этнокультурные связи. Буддизм, манихейство, зороастризм, христианство, иудаизм, ислам, принесенные сюда купцами, ремесленниками, завоевателями – сосуществовали в этом регионе сотни лет, не только не исключая, но и обогащая друг друга. Трудно говорить об этнической принадлежности того или иного образа или слова, но некоторые заимствования вполне очевидны. В «Русско-киргизском словаре» (1957г.) насчитывается 2177 арабских слов. Это составляет 5,75% объема кыргызского языка, что дает основание говорить о значительных взаимствованиях. Несмотря на огромное политическое давление в советский период, арабский, церковно-славянский, латынь, иврит и иные языки активно функционировали в качестве языков исламской, православной, католической, иудейской религии. Коран, Библия, Тора выступали не только в качестве хранителей сводов религиозной догматики, но и в качестве хранителей письменности. К проблеме роли «религиозного» языка в развитии культуры Кыргызстана мы еще вернемся, а пока отметим, что эта роль зачастую выходила за рамки задач религиозной индоктринации. И. Арабаев, получивший классическое мусульманское образование в медресе Уфы и Оренбурга, хорошо знал арабский, и более того – в 1913-14гг. выпустил первую азбуку кыргызского языка в арабской графике. Литература на кыргызском в этой графике выходила до 1926 г., повлияв, как отмечал К. Тыныстанов, на ее сложение. Немало в Кыргызстане людей с библейскими или кораническими именами (Жолборс, Ороз, Ислам, Мухаммед, Иосиф – Юсуп, Мария – Марьям, Иван – Иоганн, Яков – Жакып и др.) В топонимике также немало религиозных по генезису названий. Например, пик Хан-Тенгри напоминает о древнетюркском божестве Верхнего мира, город Чолпон – Ата – о языческом покровителе овец, а родник Фйюб-Булак у Джал-Абада – о ветхозаветном Иове. В Припамирье есть урочище Суфи-курган, в Оше – Джанат-арык (Райский арык), около памятника мусульманской архитектуры – мавзолея Шах – Фазиль – издавна существовали айыл Сафид-Буленд и гора Арча-Мазар, в Баткенской области есть местность Кадам-жай, около Каракола с конца XIX в. Существует «Селделуу молдонун багы» (Сад муллы под чалмой). В Центральном Тяньшане местность долгое время называлась Израилдин – Булуну, на Иссык – Куле – с. Покровка, а в Таласской долине – с. Гнаденталь. Изучение историй религий - задача достаточно сложная, требующая постоянного самоконтроля, поскольку всегда существует опасность оказаться в «плену исключительности» изучаемого объекта. Этим иногда отличаются работы, написанные по истории религий богословами или атеистами. Их мировоззренческие взгляды заслуживают внимания и уважения, как и та помощь, которую оказали мнениями и пожеланиями члены Редакционного Совета данного издания, различающиеся своими позициями по отношению к религии. Разумеется, религия – это только одна из форм культуры, и ею не исчерпывается все культурное многообразие. Поэтому подчеркнем – нельзя абсолютизировать религию, рассматривать ее в отрыве от культуры в целом. Необходимо не только выявить роль религии в различные исторические эпохи, но и проследить изменения в традиционной культуре, ментальности, проанализировать динамику конфессионального компонента в государственной идеологии.