Все отзывы о фильме Великий мастер

Yi dai zong shi (2013, Гонконг, Китай, США) , IMDb: 6.5

Рецензия «Афиши» на фильм

К своим сорока годам мастер кунг-фу Ип Ман (Тони Люн Чи Вай) не проиграл ни одной схватки. В середине 1930-х он тихо живет с семьей на юге Китая в городе Фошань, где знатоки боевых искусств собираются в роскошном борделе. Когда великий кунгфуист Гон (Ван Цинсян), представитель северной школы, уходит на пенсию, он ищет себе преемника и вызывает лучшего южного мастера на бой. Им оказывается Ип Ман — к неудовольствию прекрасной дочери Гона (Чжан Цзыи) и его любимого ученика (Чжан Цзинь). Впрочем, скоро всем станет не до этого.

Было бы странно ожидать от Вонга традиционного байопика, и это, разумеется, не он. Во-первых, название, под которым фильм должен был выйти изначально, — «Великие мастера» — подходит ему куда больше: помимо Ип Мана тут действуют еще полдюжины не менее замечательных бойцов, от промелькнувшего где-то в глубине сюжета партизана, ставшего брадобреем, до героини Чжан Цзыи, которой отдано едва ли не больше экранного времени, чем номинальному протагонисту. Во-вторых, Ип Ман — пожалуй, самый пассивный персонаж фильма; строго говоря, на финальных титрах мы знаем о нем не больше, чем на начальных. Вонг сознательно оставляет в тени многие принципиальные моменты его биографии: режиссера больше интересует конец эпохи, чем человек, и Ип Ман нужен ему как свидетель, а не как конкретная историческая фигура. На невозмутимом лице Тони Люна отражается не столько внутренний огонь, сколько отблески чужих страстей. И пожары истории: вскоре после начала фильма страну оккупируют японцы. Здесь хватает и головокружительных схваток в стилистике «Крадущегося тигра» или «Матрицы», и мучительных бесед с обменом туманными восточными мудростями, но с территории националистического блокбастера Вонга постоянно уносит в любимый заповедник невыплаканных слез и непроизнесенных слов, в занавески, сигаретный дым, оторванные пуговицы и ночные улицы. И — о чудо! — впервые за много лет вонговская нарядная меланхолия почти не выглядит претенциозной, поскольку служит истории, а не является ее единственным содержанием. И поскольку лиц тут разбито даже больше, чем сердец.

Лучшие отзывы о фильме «Великий мастер»

Карвай кроит красивые картины. Он верен себе. Тут и батальные сцены с дождём и водой, и плавные игры с лепёшкой в стиле "кунг-фу Панда", и рубание кулаками под классическую музыку в аристократических театральных интерьерах, и смертоносная драка под аккомпанимент падающего снега. А какие изысканные одежды на дамах! У кого-то из героев - по 6 кулаков, у кого-то - 64 ладони. Но это не главное. Главное - до зубной боли красивые съёмки, выверенные картинки, медитативный саундтрек. И глубокомысленные сентенции - пол-фильма можно явно растаскивать на цитаты. Плюс - признание в любви где-то около 100-ой минуты, дорогого стоит. Кунг-фу не сдашь по ЕГЭ. Кулаки и ноги делают своё дело, но наша судьба - в руках богов. И потому я готов подписаться под каждым субтитром к этому фильму.

Кар Вай давно отучил меня стесняться сантиментов. И слез. Тем более что о его фильмах можно говорить и писать лишь ими, то есть бормотать, нашептывать, намекать…

Что сравнится с родными карваевскими нотками безнадежности? Когда ты каждой клеткой видишь, знаешь, что никакая сила в мире не возвратит утраченного, былого, но оно и невозвратным продолжает жить, болеть, сиять. И ты влюбленно и жадно вглядываешься в мерцающее святилище – память о прошедшей красоте, отдавая ей душу, сживаясь, сродняясь. И все понятно без слов. И речь кажется дикой, ненужной, а все слова – древние, мудрые – залитыми золотом янтаря, неприкосновенными, немыми, тяжелыми. Когда они падают на весы времени, вспархивают бабочками тени древней страны. И от их томно мреющей красоты становится душно.И кругом сказочно золотятся свет и дым, сквозь них не разобрать полустертых историй.И мелодично позвякивая, без устали сочится жидкий огонь - время.И вдыхая его горячий поток глазами, ты обретаешь ожоги сердца.И сырые струны дождя, как хирургические нити, пришивают тебя к легенде, к преданию, к мечте.И все земное исчерпано. Прошлое не принадлежит ему.И память влюбленно обнимает забвение. И начало сказки отчаянно ищет конец. И, конечно же, не находит. Жизнь прекрасна и вечна лишь недосказанными и недоплаканными историями-легендами. Впрочем, как и любовь.Кар Вай в который раз не допел, не договорил ее. Она присутствует здесь лишь как видение. Двое в вечном разделении. Она далекая. Он не приблизится. Соль романтизма - искать и все не находить. Соль его - воздушность, мечта, запредельность, недостижимость. И никакого быта. И никаких боев.Не воины и драки, а нежная романтическая поэзия - вот в чем душа «Великого мастера». Легкие бессмертные касания любви сквозь время. Их музыка трепещет только об одном: Ип Ман и Гун Эр все еще танцуют в бою, целуясь с дождем и снегом. Верный рыцарь красоты и монашка совершенства. Ип Ман прожил долгую жизнь властелина, и распри его с миром были свободные и мирные, как непорочная вода дождя. Гунн Эр выбрала стать средоточием идеи - совершенства справедливости, а стала рабыней обета, и дырявые, мертвые глаза мести, ухмылялись, смотрели на нее. Не воплотилась ее любовь. Не сбылась жизнь. И он без нее состоялся не весь. Наполовину. Остался без пуговицы… Но разве нам судить? «Непознаваемы, неприкосновенны. Проходите».

А знаете, точно такой же танец, как Ип Манн и Гун Эр, исполнили в этом кино Кар Вай и его самая большая любовь – Китай… и Прошлое.

P.S. Мы совсем по-другому сегодня глядим в наше былое. «Орда», «Жила-была одна баба», «Сибирский цирюльник», «Царь», «Утомленные солнцем». «Все так и прет прямо в глаза, лубочное, аляповатое, разбухшее» (А. Блок). Разбухшее то от крови, то от мании величия. Нам очень не хватает уверенной и неприкосновенной любви к своей родине, какою любит Китай Кар Вай. Идеализирующей сердцем, а не заказом.

"Великий мастер" очень сильно отличается от всего, что в последнее время было снято про Ип Мана. "Великий мастер" чего? Судя по фильму, уж точно не вин чунь. Возможно, мастер болтовни в кабаках, прогулок под дождем и многозначительных взглядов в никуда.

Если в диалогах и есть какой-то смысл, то рассчитан он явно не на европейского зрителя. Не стоит себя обманывать насчет перспектив прочувствовать чужой менталитет. Нам никогда не понять, что подразумевают все эти китайцы, когда задвигают получасовые телеги о птицах в штанах, обезьянах в рукаве и печеньях в ладони. Как и какой-нибудь индус никогда полностью не поймет, почему европейцы попадают в ад или рай, а не перерождаются снова и снова.

Важней другое. За как бы оригинальным и независимым стилем Вонга в течение фильма все отчетливей проступает отнюдь не величие китайской философии, а то один, то другой фильм гениального режиссера Сержио Леоне. Когда ближе к концу начинает играть музыка из "Однажды в Америке", сомнений не остается: Вонг решил снять "Однажды в Китае". Чем-то подобным занимаются сейчас индийские фильмоделы, запуская "своего" Шерлока Холмса. Так делала группа "Ария", когда перепевала песни Iron Maiden и Golden Earring. Вроде бы и мотив тот же самый, и текст - почти дословный перевод, но как-то безгранично убого и невыносимо вторично все выглядит, что аж блевать хочется. Настоящий "Великий мастер" - это Сержио Леоне, до которого Кар Ваю с его китайскими подделками так же далеко, как пешком до Дикого Запада.

К сожалению, опять этот режиссер меня удивляет своим "внутренним миром".. Много тупиковых моментов. И дело даже не в восточной культуре.. Просто подача тяжелая, некоторые части сюжетной линии мы так и не поняли с женой. Я смотрел все фильмы про Ип Мана. И зачем опять про него снимать. Те фильмы были куда более привлекательными.Картинка красивая, звук хороший. Постановка боев может и хорошая, но я не впечатлен. Слишком мельтишит все. В общем трояк

очень часто фильм в названии котого присутствует слово "великий" оказывается ВЕЛИКИМ ГОВНОМ. этот фильм не является исключением!! первые 20 минут кино даже понравилось, но потом такой КОЛПАК на голову одели, чуть глаза не сузились.

Ужас, китайцы только не качественные подделки могут производить, я думал Русские фильмы ужасны, но есть куда хуже.

У меня особенно хорошо развито зрительное восприятие, поэтому при просмотре кинолент руководствуюсь не только содержанием, но и тем, как режиссер показывает мир по ту сторону экрана. Кино довольно сложное для восприятия человеку, незнакомому с китайской культурой и историей боевых искусств в частности. Думаю, по этой причине картина не получила должного отклика у зарубежных и отечественных зрителей. Но человеку увлеченному она западет в душу.

Как уже упоминал, визуальное оформление картины ничуть не менее важно, чем фабула. Здесь режиссер Wong War Kai (не хочется коверкать его имя) показал все грани своего таланта, отточив до мелочей каждое движение актеров, поворот камеры и графическую составляющую. Приглушенные и затемненные картинки выглядят невероятно сочно и, как ни странно, ярко, хотя не в том понимании, как мы привыкли. Это целая театральная постановка, которая захватывает дух и вовлекает в невероятное временное путешествие.

Актерская игра стоит не меньшего восхищения, поскольку Тони Люн Чу Вай буквально завораживает своей мимикой. Ему и так таланта не занимать, но здесь он, благодаря перфекционизму режиссера, раскрывается, как розовый бутон – волевой, сдержанный, обладающий внутренней и физической силой. Чжан Цзын помимо своей привлекательности смогла раскрыться немного с другой стороны, обнажив не только хрупкую стойкость, но и другие свои черты.

Честно хотела поставить четыре, но от меня всё-таки тройка. Но с плюсом, как в школе. За вторую половину фильма. Там всё-таки было минутами красиво, особенно бой между дочерью Гона и его лучшим учеником. Пафосно именно так, как надо, ни одного лишнего грамма. Весь пафос тоннами разлили на остальной фильм. Я могу искренне сказать, что я не очень понимаю китайскую эстетику, я особо не фанат азиатчины, поэтому моя рецензия весьма субъективна. Однако я люблю красивую картинку, ради неё и шла на "Великого мастера". И не получила её. Получила плёнку, снятую дрожащими руками, а ещё эту плёнку залили крепким чаем на моменте монтажа, поэтому кино вышло однотонно-желтоватым. Или вискарём залили, что они там пили при производстве. При написании сценария тоже пили, мысль такая заковыристая и так обширно разливается по древу, что всё время хочется остановить сцену и сказать:"давай, давай быстрее, скажи в двух фразах, потому что пока ты договоришь до конца, начало уже забыто". Историей тоже не прониклась. Я не знаю, кто такой Ип Ман, жизнеописание мне его неизвестно. Но это неприятный человек. Дети умерли, жена хорошая, однако я её брошу, а буду всю жизнь поклоняться кунг фу и ещё одной красотке, потому что она хорошо знает кунг фу. Сама эта дочь Гона наводит тоску. Вся жизнь прошла в мести по незначительному поводу. И умерла она одинокой печальной женщиной. Да и весь фильм оставляет ощущение тоски по незначительному поводу. Только этой тоски и печали столько, что хватит, чтобы утонуть в этом навеки. Здесь пишут в рецензиях, "вы не понимаете". Ну да, я не поняла. Я не поняла, как можно прожить всю жизнь в жёлтой хандре, любить только возможность красиво бить ногой и прослыть после этого героем.

пс пс. Ещё впечатлили китайская опера и игра актёров! Опера способна довести своим унынием и плохими голосами до самоубийства, у актёров нет вообще нет никакой эмоции на лице в любых жизненных перипетиях! Нет, это не могут быть живые люди, я не верю.

В общем, простите меня. дуру грешную, но "Великому мастеру" стоило бы быть попроще, а не наслаивать пафос на пафос на пафос на пафос. Иначе вот тошнит этим перепафосом.

Если кратенько, то сюжет фильма - это биография (точнее, большая ее часть) мастера китайских боевых искусств Ип Мана. Если вдруг вам практически ничего не говорит это имя, то добавлю, что Ип Ман был учителем Брюса Ли. Правда, про этот эпизод его жизни в фильме нет ни кадра. А рассказывается в нем о периоде, начиная с его жизни в городке Фошань на юге Китая в 1930-х годах, и заканчивая Гонконгом 1950-х.

В общем-то, фильм - это типичный боевик в китайском духе, со множеством сцен кунг-фу и всеми вытекающими. Правда, снят он гораздо лучше и качественнее, чем те китайские боевики, к которым мы привыкли в 1990-х. Но суть остается сутью. Существует множество школ и разных стилей кунг-фу, и дерутся здесь все вне зависимости от пола и возраста. Например, мне запомнились слова одной девушки - дочери старого мастера кунг-фу: "Я росла, наблюдая за боями моего отца. Самый знакомый мне с детства звук - это треск ломающихся костей".

Так что, наверное, логичен был бы мой вывод после просмотра фильма о том, что это - все-таки качественное мужское кино. Ну, кому из дев, спрашивается, может быть приятен и интересен треск ломающихся костей, разве что она, эта дева, найдет в себе силы относиться к кунг-фу с должной философией? Однако после фильма была встреча как раз с приехавшим на премьеру в Москву режиссером Кар Ваем. И вы бы видели, сколько девушек в зале выразили ему свой восторг по поводу этого фильма, назвали режиссера великим, а его фильм - лучшим. На мой взгляд, было их ничуть не меньше, чем молодых людей. Поэтому свой вывод о том, что "Великий мастер" - кино чисто мужское я не буду торопиться делать.

Еще интересно, что, оказывается ни сам Вонг Кар Вай, ни актеры фильма, исполняющие в нем главные роли, не имели до съемок о кунг-фу ни малейшего представления. Когда же было решено снимать "Великого мастера", то актеров начали обучать этому единоборству и занимались этим три года. В итоге, натренировали их так хорошо, что одного из них, по словам Кар Вая, даже пригласили поучаствовать в национальном чемпионате Китая по кунг-фу, и он его выиграл! :)

Ну, и еще немного затрону философию фильма и китайскую ментальность. Его сюжет частично развивается в тяжкие для Китая годы. Например, во время войны с японцами, в годы других далеко не светлых событий. И все это время, несмотря на эти самые события, мастера и их ученики продолжают заниматься кунг-фу, как будто это самое главное в их жизни. То есть, вокруг стреляют, рушатся здания, гибнут люди, а они учат борьбе и дерутся сами. На встрече с режиссером одна из блогеров спросила: Как же так? Вроде заниматься и учиться единоборству во время войны как-то совсем неуместно? На это Вонг Кар Вай ответил примерно так: "Россия тоже переживала сложные времена. Была война, была диктатура. И все равно в это время находились люди - художники, композиторы, музыканты, шахматисты, которые, несмотря на эти события, продолжали заниматься своим любим делом. Потому что это всё им близко, присуще их, то есть, вашей русской ментальности. А единоборства - это китайская ментальность. В этом все дело!"

Очень красивый и лиричный фильм. Смотреть лучше в бодром состоянии, потому что лиричность способствует быстрому засыпанию:)

Лирическая и грустная история великого Ип Мана и великих людей, которых он встречал на своём жизненном пути.Патетические и пафосные диалоги, из которых в основном и состоит повествование, взятые как будто из собрания "Цитаты великих людей", создают ощущение, что находишься на уроке познания Вселенской Мудрости.Каждый кадр - картина, каждая деталь которой достойна отдельного внимания. Все актёры - герои, у каждого своя главная роль.Каждый бой - танец, непередаваемо красивый, изящный и часто смертельный.Вонг Кар Вай - великий мастер, чего уж тут говорить!

Обычно об этом фильме говорят, что Кар Вай снова снял «Любовное настроение». Это один из смыслов, но основа тут – эпическое полотно истории Китая середины прошлого века. Кар Вай играет на поле Михалкова, играет достойно, но возможности его ограничиваются жанром. Нельзя посвятить интимным переживаниям Большое кино. Оно неизбежно будет об истории народа, боевых искусств и прочие высокие материи. Но можно скрасить неизбежную монументальность искусным визуальным рядом, разбавить ориентальные реалии нуаром (это, пожалуй, самая большая удача фильма), вплести то самое «Любовное настроение».В результате получается качественное кино. При всем том, что мне невнятные китайские мудрости, разнообразные стили мордобоя и большие темы в искусстве интересны не сильно.

Фильмы снятые с большой долей восточных единоборств могут восприниматься правильно только в одном случае.Единоборства воспринимаются как философия ума и тела,это колосальный каждадневный труд над своим телом и разумом в достижении совершенства.По другому -это просто фильмы с драками. Ценителям восточной философии рекомендую.

"Великий мастер" далеко не только фильм о боевых искусствах, хотя бои в нем поставлены очень эффектно в атмосфере завораживающей, обвалакивающей китайской культуры. Авторы фильма пытались понять изнутри мир кун-фу, каким он был до японской окупации и комунизма. Разумеется сделать это однозначно хорошо, перевести это на язык некитайца, попытаться открыть философское содержание кун-фу, не удастся никому за один фильм, но у Кар-Вая любой продукт обычно выходит за пределы заданной темы и становится универсальным способом исследования. Новый фильм не исключение. Он рассказывает нам о чем-то большем, чем просто о драках. Это фильм который расскрывает вселенную, непонятную широкому кругу, в которой боевые искуства могут быть семейной реликвией и даже фундаментом на котором строится национальная идентичность. Разделить школы кун-фу для мастеров той эпохи было все равно, что расчленить страну. Владеть каким-нибудь боевым стилем значило быть национальным достоянием, чья смерть, уничтожала целый пласт традиций и культуры. Стать мастером означало одновременно быть философом и поэтом, а не просто спортсменом. Они не просто обучали драться, а именно освещали путь другим, ведь в каждом поколении рождается великий талант. Ип Ман был живым артефактом императорского китая, который передал свое мастерство мальчику по имени Ли Сяолун (Брюс Ли). Войны прошлого владели своим телом в совершенстве, превратили сражения в схватки духа и искусства, но они все же люди, которые имели трагическую судьбу жить в эпоху перемен. Многие из них не смогли сохранить свои идеалы в современной прагматичной эпохе золотого тельца. Они великие тени прошлого. Мне очень понравилось, как сыграл Тони Люн. Он несколько лет занимался кун-фу чтобы сыграть эту роль и из-за этого даже сломал руку, а после травмы ему пришлось начинать все как бы с нуля. Режиссер ездил по всему китаю, собирая сведения от разных мастеров кун-фу. Подготовительная работа была проделана очень серьезная. Каждый кадр выверен и может выставляться в музее. Я давно заметил ностальгический характер многих картин Кар Вая, как будто это все воспоминания режиссера о какой-то прошлой жизни.

Я уходил из кино посреди фильма два раза в жизни. Сегодня был второй. Серьёзно, даже самую мерзость обычно досматривал - очень плохое кино мне тоже интересно смотреть, с какой-то чисто исследовательской точки зрения: понять, отчего всё так плохо, откуда корни бездарности, что стоит за желанием таких людей снимать фильмы, какими инструментами они пользуются за неимением таланта.

Но два раза я всё-таки ушёл. Первый раз это были "Сказания Земноморья" Горо Миядзаки. Второй раз сегодня - неожиданно для меня самого Вонг Кар Вай. И тот, и тот - не плохие фильмы. Это фильмы никакие. Средние. Пресные. Кажется, сделанные очень усталыми людьми.

Когда я звал друзей на Кар Вая, один из них сказал "да там небось будут сцены где полчаса ни слова, просто люди что-то делают". Так и было. Но дело было не в них. Эти сцены как раз были прекрасны: молчание, изысканность, глубина, тонкие брови, полуулыбки, зажатая в руке пуговица от шубы (напоминание о мечте, которой не суждено сбыться), поцелуй в боевом полёте, дрожащие серёжки. Это то, что Кар Вай делает так мастерски. Детали, составляющие в данном случае картину не жизни конкретного человека, а поколения одной исторической эпохи.

Проблема начиналась, когда его герои начинали говорить. Слушать эти речи просто невозможно. Это как читать позднего Коэльо. Ни одного живого слова - язык изнасилован, язык под стероидами пафоса, высоколобый, деревянный, абсолютно пустой.

Проблемы продолжались, когда начинали драться (то, за что критики так дружно хвалили этот фильм: "высший класс боевых искусств"). Много ума и таланта не нужно, чтобы показать драки в рапиде и крупных планах. Даже у Зака Снайдера в "Запрещённом приёме" драки (пусть и компьютерные) выглядят более захватывающе, более танцевально. Да простят меня это сравнение, но это действительно так. Если бы вырезать из фильма-биографии мастера боевых искусств сами боевые искусства (и разговоры!) - это был бы замечательный фильм. И мне стыдно, что я ставлю ему низкую оценку, не досмотрев. Но я не думаю, что во второй половине случилось чудо.

Лучше снова посмотреть "Любовное настроение", посмотреть, как люди просто молчат. Или шёпотом посвящают мир в свою тайну. По мне, так лучше смотреть фильмы - плохие или хорошие - но снятые хотя бы увлечённым автором. А не протащенные через года, давно ставшие для автора тяжёлым грузом, который жалко бросить на пол пути.

Улитка в тени Фудзи, или история одного педагога

Смотреть «Великого мастера» было на удивление неприятно. Вонг Карвай изобразил жизнь мастера кунг-фу Ип Мана пафосно и изощренно. «Великий мастер», равного которому не сыскать во всем Южном Китае, в фильме занимается тем, что бродит по борделям, слушает оперу (само собой, китайскую) и время от времени тренируется. Образ его – разгильдяйски героический, очень близок русскому Емеле или Иванушке-дурачку.

И все бы хорошо, только жил мастер во времена японской оккупации. Тут бы, казалось, и применить все свои навыки, чтоб извести ненавистных японцев. Вспомните, как его ученик Брюс Ли, в фильмах самозабвенно ломал хребты неумелым самураям. Так вот у Ип Мана с японцами как-то не заладилось, а ведь в реальной жизни он был полицейским. Весь героизм этого, несомненно, великого знатока техники вин-чун заключался в том, что он отказался брать рис у ненавистных врагов. И чтоб не умереть с голоду, он вынужден был перебраться в Гонконг.

Вонг Карвай, оправдывая своего героя, сравнивает его мастерство с искусством художника или актера. Но Ип Ман всю жизнь посвятил освоению искусства убивать. Поэтому у отечественного зрителя позиция героя оставляет недоумение. Как можно бежать, бросив свою страну, если ты всю жизнь учился быть воином. Язык не поворачивается назвать учителя Брюса Ли трусом, но неужели он вступал только в те поединки, из которых знал что выйдет победителем?

И, конечно, этот приторный клубничный соус… Эта душераздирающая любовная линия… Эта изощренность межполовых отношений… И даже здесь Ип Ман проявляет себя очень инфантильно. У него есть жена и дети, однако он влюбляется в женщину-мастера стиля Багуа. Однако опять же проклятые японцы ограничивают перемещения по стране и «Великий мастер» не может добраться до своей возлюбленной. И даже когда после войны они встречаются в Гонконге, ему не по силам искусство любви (видимо, просто не его стиль).

Впрочем, если вы большой поклонник китайских акварелей, изощренной поэзии и напыщенных диалогов, то этот фильм для вас. Вонг Карвай смог очень эстетски преподнести историю одного малодушия, настолько, что она стала привлекательной. Думаю, если б он сам писал рецензию на этот фильм, то она бы была обличена в форму притчи или аллегории. Ну, на то он и Вонг Карвай… У меня ж все вышло проще. Впрочем, я не прав, в конечном счете, обучив кун-фу Брюса Ли «Великий мастер» сделал для Китая больше, чем мог бы добиться кулаками в открытом бою с японцами.

К сорока годам Ип Ман (Тони Люн) прожил жизнь так, что был удостоен чести выйти на главный (хоть и показательный) бой в жизни. Бой против Гона (Ван Цинсян) – великого мастера кунг-фу, представителя северной школы. На глазах у всех, в том числе дочери Гона Гонг Эр (Чжан Цзыи) Ип Ман побеждает. С победой приходят и большие обязанности. Далее последуют присущие всем царским эпохам, в том числе китайским династиям, интриги, долг чести и хитроумная борьба за власть. Однако всё это под корень рубит вторжение японцев, откинувшее великое противостояние школ на обочину. Один из главных боёв, например, происходит не в красивом храме посреди сада, а на закопчённой ж/д платформе, на глазах у 10 необязательных людей. А ещё один великий мастер (Чень Чан), в бытность головорезом по кличке Лезвие, к новому времени пристроился крайне прозаично – открыл цирюльню. И если и продолжает резать головы, то очень аккуратно. Думаю, я никого не обломаю этими уточнениями, потому как «не проигравших ни одного боя» в фильме много. В их числе, как ни парадоксально, и Гон и Гонг Эр и Ип Ман. Не трудно догадаться, что главные бои у героев происходят с самими собой. Но, в отличие от всех остальных, Ип Ман, как верный последователь Вин Чунь, принимает все в и на себя. И вот тут-то он даёт всем фору. Беды и лишения не аккумулируют его на ответный удар. Либо, он от ударов уклоняется, что наглядно демонстрирует в сцене в золотом павильоне, либо принимает, обещая приехать на север увидеть ещё раз технику 64-х ладоней, которую, как семейную реликвию, хранит в себе Гонг Эр. По большому счёту, с этого обещания Ип Ман потихоньку и уходит в тень. Тень новой эпохи, пришедшей с нею борьбы за всё и вся… И в тень Гонг Эр. Далее и до конца, под лупой (именно на взгляд через неё, похожи все эти крупные планы, размытия и точечные фокусы) будет как раз она, Гонг Эр. Последняя истинная наследница династии Гонг. Как для любого сироты, так и для любого последнего в своём роде, (в том числе и мастера боевых искусств), нет ничего священнее, чем родители и память о них. Смотреть в глаза Гонг Эр (а Кар Вай заставляет делать это безжалостно часто) невыносимо. Не из-за слёз. Как раз плачет она всего пару раз (один раз в юности и от счастья). А из-за гордости и чести, не позволяющих эмоциям вспыхнуть на лице. Она как затравленная кошка, защищающая котят. По - этому всё святое, спустя самые страшные времена (или, выражаясь словами Ип Мана - «зиму») она не хранит, но хоронит. Зная, что дальше ничего не будет. Для неё уж точно. Единственные люди, кому она выражает симпатию, это те, кто верен себе. Отец, тамошний цирюльник Лезвие (тонкая и красивая сцена), верный друг семьи с обезьяной на плече и Ип Ман. А Ип Ман, провисев как чеховское ружьё, таки и выстрелил в конце. Приняв признание в любви, открыв свою школу единоборств и воспитав великих учеников. В этом и его величие. Та же Гонг Эр, отомстив за отца, заканчивает свой путь как канонический лузер Лапша - лёжа на кушетке с дурманной полуулыбкой на лице. Но, то Лапша, а тут Гонг Эр. И если первый – мужик, сам во всём виноватый, то вторая – удивительно чистая девушка, вынужденная стать мужчиной. Сложно на это смотреть.У мастера кунг-фу Ип Мана всё было просто и неизменно. Начиная с отношения к противоположному полу (однолюб) и заканчивая количеством боевых приёмов («начальная идея», «поиск рук» и «бьющие пальцы»). Как и у него, у Вонга Кар Вая их тоже ровно три: быстро, медленно, очень медленно. Динамичные боевые сцены, диалоги, снятые малой частотой кадров и бесконечно падающие и бесконечно надоевшие капли. Но, в отличии от большинства голливудских умельцев, у Кар Вая эти приёмы оправданы и практичны (как и в кунг-фу, кстати). Он говорит на своём киноязыке. И в этом он, пардон, великий мастер (китаец, в конце концов). Нравится этот язык или нет, это уже другой вопрос. К тому же долгострои редко получаются бодрыми и революционными. Мне понравилось, хотя желания пересмотреть не возникло. Скорее желание узнать по глубже историю Китая. И это хорошо. Ип Ман не наломал дров, не натоптал, а оставил след. Не удивительно, что фильм заканчивается общей фотографией Ип Мана с его учениками и одним особо упёртым. Китайская мудрость про несущего свет, не раз упоминаемая в фильме, напомнила о паре высказываний Довлатова относительно к Бродскому: он служил храму своей души и русская литература живёт пока жив хотя бы один её гений.