Интегральная антропология: Наши корни и методы исследования внутренних измерений.

Итак, посмотрим на человечество из второй коллективной перспективы, применяя интегральный подход. Вторая коллективная перспектива — это возможность взглянуть на себя со стороны, как бы глазами другого вида или формы сознания (мы, конечно, все равно находимся в пределах человеческого сознания, однако такой условный поворот в перспективе позволяет дистанцироваться от коллективной общности и выйти за рамки антропоцентризма). По аналогии со второй индивидуальной перспективой, когда у личности в процессе психологического развития появляется возможность взглянуть на себя глазами другого человека — именно этот навык сознания позволяет нам адаптироваться и социализироваться через рефлексию и самосознавание. Так как сейчас наша адаптация как живых существ на планете крайне усложнилась, вторая коллективная перспектива может помочь открыть новые аспекты и возможности во время кризиса глобализации.

Начнем с наших корней. Палеоантропология, благодаря последним открытиям и исследованиям, относит наш вид Homo sapiens sapiens к роду Люди, семейству Гоминиды из отряда млекопитающих — Приматы. Примерное время возникновения вида Homo sapiens sapiens по разным данным около 100 тысяч лет назад. При этом наши ближайшие предки из гоминид — предположительно Австралопитеки (знаменитая «Люси»), возникли около 3-4 млн. лет назад и вымерли около 2 млн. лет назад, что говорит о том, что наш вид действительно молодой. На данный момент мы единственные представители семейства гоминид, все остальные разнообразные виды из нашей общей семьи вымерли (последними видовыми родственниками, с кем мы достаточно долго и конкурентно сосуществовали, были, видимо, неандертальцы в период примерно 130 — 28 тыс. лет назад). Интересно, что такое снижение видового разнообразия считается признаком эволюционных ограничений. Основными биологическими отличиями гоминид от других приматов являются: прямохождение, особенное строение кисти, позволяющее изготавливать орудия (инструменты) и особенности строения мозга. Очевидно, нашему виду все это очень пригодилось в контексте выживания. Хотя орудия могли изготавливать и более древние виды гоминид 1,8 млн. лет назад, а может и еще раньше, так как кисть уже была для этого приспособлена анатомически, мы достигли виртуозности во владении нашей кистью, как в техническом аспекте, так и в культурно-эстетическом. Из особенностей наших более широких родственных связей можно выделить то, что все приматы имеют социальную структуру той или иной степени сложности и достаточно высокую по сравнению с другими млекопитающими внутривидовую агрессию. Тут интересно отметить, что наличие социальной структуры является очень древним эволюционным приобретением у приматов и у многих других млекопитающих, что противоречит описанию Бежевого уровня в популярной концепции Спиральной Динамики как недифференцированного индивидуального и коллективного сознания, основанного на примитивных, исключительно витальных потребностях. Что же дает нам знание своих древних корней? Корни содержат некую интенцию и эволюционные возможности, вектор развития. Очевидно, уже вначале истории эволюции гоминид интенция была направлена на освоение и развитие инструментального, технологического аспекта. Это впервые позволило нам как виду преодолеть природные ограничения выживания на планете (например, другие живые существа не могут проживать в условиях, где климат для них неблагоприятен, а мы можем), а в перспективе и расширить возможности выживания и экспансии за пределы планеты (выход в космос). С другой стороны, высокая внутривидовая агрессия, свойственная приматам, привела к жестокости небывалого масштаба и изощренности в контексте той же инструментальной и технической изобретательности вплоть до создания оружия, позволяющего разнести всю планету на кусочки. У нас есть эволюционная интенция, которая с одной стороны дает нам высокую адаптацию, а с другой — высокий риск вымирания не только нашего вида, но и других живых существ. В этой части согласно интегральному подходу мы посмотрели на наши корни в контексте внешних, Правых перспектив рационального, научного подхода. Теперь перейдем к внутренним перспективам и к небольшому отступлению. В интегральном подходе в качестве основных эпистемологических инструментов во внутренних квадрантах Кен Уилбер выделяет две индивидуальные перспективы: непосредственно феноменологию (чистое наблюдение, созерцание изнутри) и структурализм (взгляд снаружи, извне на внутренние процессы, интерпретацию) и две коллективные — герменевтика* и этнометодология.

Из многих популярных текстов интегрального подхода может показаться, что индивидуальное исследование нашего внутреннего пространства основано преимущественно на феноменологии, в связи с тем, что Кен Уилбер чаще делает акцент на созерцательных традициях в буддистском варианте. Однако Уилбер в своей концепции постоянно упоминает и об ограничениях, связанных с интерпретацией и усвоением состояний, полученных в этих практиках и о важности психологического и духовного структурализма.

Наше различение и интерпретация лежат в основе любого контакта со своим внутренним пространством пока мы живы, и пока наш индивидуальный ум, мышление и психическая структура активно работают, как бы нам не казалось, что мы от них независимы в медитативных состояниях сознания. Перспектива Оно является нашей базовой, постоянной способностью и связана с наличием у нас объектного ума, интеллекта, который так или иначе всегда активен в состоянии бодрствования и непосредственно включается в процесс медитативной практики, если не во время, то после нее, замечаем мы это или нет. На эту нашу способность различения и интерпретации, согласно интегральному подходу, влияют особенности структуры психики, стадии ее развития, а также культурные и типовые особенности, включая исторический контекст. Таким образом, феноменологические практики дают нам возможность соприкасаться, чувствовать, наблюдать, относительно беспристрастно видеть свое внутреннее пространство «здесь и сейчас». Благодаря созерцательным и медитативным практикам возникает также способность дистанцироваться от внутренних процессов и выходить в трансперсональную глубину восприятия, соприкасаться с внеличностной частью нашего сознания. Рефлексивные же и психологические практики дают возможность одновременно с этим различать, анализировать, понимать, интегрировать то, что мы наблюдаем из этой глубины. Они также развивают нашу способность к осознанному контакту с внутренним пространством и умение с ним активно взаимодействовать, включая целительский аспект. Эти практики лежат не только в области психотерапии, важность которой обозначена в интегральном подходе. Мы также можем использовать их и используем как инструменты самостоятельного осознавания, объединяя непосредственное присутствие наблюдающего сознания «здесь и сейчас» и работу нашего различающего ума. Такими практиками являются различного типа рефлексивные, психологические, аналитические методы самоисследования, процессуальные методы, метод регрессий, метод расстановок системных и индивидуальных и многие другие. И они нам очень пригодятся в исследовании наших корней с перспективы ВЛ и НЛ.

Психологи и практики, которые работают в этих подходах, очень часто имеют дело с травматическим компонентом, связанным с последствиями того или иного насилия, закрепленного как в памяти и в бессознательном индивидуума, так и в генетической памяти рода. Все тонкое коллективное бессознательное в большой степени заполнено архетипами Воина, Героя, Жертвы, Тирана и т.п. Это становится интересным феноменом в нашей бытийности с точки зрения эволюционной, базовой, высокой внутривидовой агрессии. История человечества подтверждает ее сильное влияние на все наше развитие. В большой степени именно она является основным фактором человеческих страданий как вида — это бесконечные войны, угнетение, насилие. И именно внутривидовая агрессия разворачивает бесконечную цепь кармических травм и взаимодействий на глубинном уровне между всеми нами, часто ограничивая эволюционное движение в психологическом и социальном аспекте, особенно в эпоху глобализации и необходимости объединяться на новых основаниях. Что же произошло с нами, что мы питаем острую ненависть к себе подобным? На каких внутренних механизмах она выстроена? И как мы можем ее эволюционно преодолеть и преодолеваем? Продолжение следует.

Интересно отметить, что во внутреннюю зону НЛ методологий Кен отнес герменевтику, хотя герменевтика сама по себе является интерпретационным методом, то есть скорее взглядом снаружи на внутренне коллективное Мы. Коллективная феноменология в принципе мало пока изученная практика, так как мы пока только осваиваем ВЛ методологии и практики. Перспектива Мы через око коллективного созерцания доступна для нас скорее через феномены и состояния, с которыми мы соприкасаемся в отношениях, межличностном резонансе, в коллективном поле (например, то, что мы называем «атмосферой коллектива»), разделяемых смыслах и состояниях. Безусловно, доступ к этой части перспективы сильно ограничен стадией развития нашего сознания, если оно пока еще проходит эгоцентрические пласты. Возможно, в будущем мы откроем более ясно эту новую область практик познания. В определенном смысле в эту сферу методологий, как мне кажется, можно отнести методы групповой медитации и религиозных практик, групповой психологической и творческой работы, групповых системных расстановок и групповых процессуальных практик.