Петр Дранга: «Любимая девушка должна быть мне лучшим другом»

Яркий, обаятельный, веселый, харизматичный и безумно талантливый аккордеонист Петр Дранга приезжает в Красноярск 6 ноября. На сцене Гранд Холл «Сибирь» он выступит с новой программой «Вкус жизни». В его руках аккордеон звучит настолько изысканно и необычно, что это не может не вызвать восторг даже у искушенных ценителей музыки. Накануне выступления музыкант-виртуоз пообщался с корреспондентом Woman’s Day. Как он «стал» Эминемом, какие девушки нравятся Петру Дранге, чем его поразила Милла Йовович и какое экзотическое животное обитало у него дома – в нашем эксклюзивном интервью.

– В детстве одноклассники всегда смеялись надо мной, потому что знали, что 8 марта всегда надо поздравлять девчат, и меня поздравляли обязательно тоже. Все это обставлялось в форме шуток и проходило очень весело. В этот день у меня всегда было предвкушение какого-то особенного праздника – что не надо будет много учиться, не надо будет ничего делать, потому что у всех учителей хорошее настроение, они все ждут цветов и подарков. А тут еще и мой день рождения! Сейчас, когда 8 марта я выхожу на сцену к замечательным девушкам, дамам и начинаю их поздравлять, а они прямо из зала хором поздравляют меня, это очень приятно.

– Юмор – это самое главное. Ну и конечно, не буду лукавить, чтобы девушка мне понравилась, между нами должна пробежать искра, взаимное притяжение, как всегда случается между людьми что-то интимное, на какой-то высшей форме доверия. И тогда становится понятно, что они подходят друг другу, нравятся. Если говорить про человеческие качества – чтобы была лучшим другом, моей поддержкой и опорой. Таких вещей как предательство я не прощаю. Мне уже не 18, а 21 все-таки (на самом деле Петру Дранге 31 год. – Прим. Woman’s Day), я многое пережил. У меня есть друзья, от которых в их трудные моменты, когда они либо были должны много, либо еще что-то, уходили жены. И я когда помогал своим ребятам, все это видел и говорил себе: слава богу, что он у тебя ее сейчас забрал, а не когда у тебя что-то со здоровьем случилось и так далее.

– Во-первых, я продюсирую хип-хоп-музыку, во-вторых, я знаком с этой культурой очень давно. Еще когда меня знали как аккордеониста в России, многие рэперы меня знали и с другой стороны, на их концертах я был завсегдатай. Для меня участие в шоу было не только стимулом – показать, как я могу, но и соприкоснуться с тем, что я очень люблю, так же, как и все, что я делаю в музыке. Поэтому все прошло для меня настолько органично, я спокойно вышел и спел. Конечно, люди не привыкли меня видеть в таком образе, но на то и рассчитаны такие проекты! Чтобы расширить спектр своих возможностей, попробовать, насколько ты гибок как актер, как артист, чем ты можешь удивить зрителей. На самом деле это очень насыщенный проект в том плане, что там можно играть по-настоящему.

– Никогда не катался и сам себе доказывал, что смогу. Я знаю, что в этом проекте были другие люди, не буду называть фамилий, которые чуть-чуть катались до этого. Но я себе так сказал: «Я иду в бой с широко открытыми глазами, горячим сердцем и холодным умом, я обязательно научусь кататься на коньках, дойду до финала и выиграю» (так и случилось – Петр Дранга, выступая в паре с известной фигуристкой Оксаной Грищук, вышел в финал и занял третье место. – Прим. Woman’s Day).

– Кстати, оно снимается в соседнем павильоне с «Точь-в-точь», я там встретился с Машей Кожевниковой, которая мне сказала – забегай, посмотри, как мы снимаем. Я зашел, посмотрел – там все очень интересно, посмотрим! За все сразу хвататься нельзя, ведь самое главное свое дело, а это все дополнительное. Большой концертный тур у меня начинается в начале ноября и закончится только 15 декабря, это абсолютно новая программа, она включает в себя очень много вещей, которых я ни разу не исполнял на публике. Поэтому пока мне есть чем заниматься.

– Да, я бы посмотрел на роль, изучил бы характер, судьбу героя. Я играл музыканта, был официантом в триллере «Фонограмма страсти» – при мне человека убивали, я очень удивлялся и предметы падали у меня из рук. Но я думаю, это еще не потолок, не роль для Оскара (улыбается).

– С Миллой у нас хорошая сцена получилась, это было потрясающе. Когда эпизод был закончен, она меня обняла так по-русски и крепко поцеловала в губы, а эту сцену вырезали из фильма.

Зависть – это скорбь по успеху других

– Я окончил Гнесинское училище с красным дипломом не только как аккордеонист, инструменталист, но и как дирижер. Хоть мне безумно интересно было дирижирование, но в какой-то момент мне захотелось поиграть с музыкальными формами, что-то поменять, сделать абсолютно новые шаги в музыке, которые мне самому принесут творческое удовлетворение. В тот момент я даже не думал, что это так далеко пойдет. Да, я мечтал о большой сцене, но начинал с малого, брался за любые предложения. У меня была одна старенькая машинка, сотая «Ауди», черненькая. Мы со Славой, это друг мой, он у меня еще как администратор выступал, садились в машину, на заднем сиденье аккордеон, и ехали вечером в один ресторан, потом в другой, потом в третий… Я играл для людей – не важно, сидел ли передо мной полный зал или 2–3 человека, мне было интересно, как меня воспримет публика. Дальше сработало настоящее сарафанное радио и меня начали приглашать на концерты, не было никакого проплаченного попадания куда-то и абсолютно никаких вещей с этим связанными. В общем, не буду вдаваться во все подробности, в тот же год я попал на новогодний концерт к президенту в Кремле. Вот так у меня случилось. На самом деле я никогда не брезговал никаким концертами – выступал в каких-то лавках, спортивных залах, играл для ОМОНа, выступал в военных частях, в клубах, казино. И не всегда это было связано с тем, что мне нечего было кушать – мне хотелось выступать для людей, даже когда передо мной сидели два человека и вилками ковыряли в своих тарелках, мне хотелось, чтобы они отвлеклись и послушали мою игру. Потом один концерт за другим, быстро все закрутилось. На одном из выступлений меня заметил пародист Песков и предложил выступить в своем шоу – пока я буду за кулисами переодеваться, у тебя есть 5–10 минут для того, чтобы показать, что ты умеешь людям. А зритель, как самый строгий и справедливый судья, сразу скажет – здорово это или нет, публику не обманешь. Так и случилось. Я поехал с ним в большой тур по России, потом по Америке, у меня получилась шикарная практика, он мне очень в этом плане помог. Я проработал с ним несколько месяцев, а дальше уже сам, ушел в свободное плавание.

– Я выступал в Латинской Америке, Мексике – я там тоже в одном ТВ-шоу участвую, параллельно вместе с «Точь-в-точь». Конечно, есть небольшая разница. Например, в той же Латинской Америке больше любят сальсу, пляшет и подпрыгивает весь зал. У нас люди тоже любят латинскую музыку, но ведут себя более сдержанно. Может быть, стесняются двигаться – так, чтобы сорваться с кресла, поскидывать с себя все тяжелое и начать танцевать. Но чтобы вернуть энергию, полученную на концерте, они хлопают очень сильно и выходят из зала с красными ладонями. Но обычно под конец концерта у меня обязательно все уже стоят, не сидят, отдыхают по полной. Ведь инструментальная музыка это солнечный удар в хорошем смысле, так и должно быть.

– Я выиграл первый международный конкурс в Италии на этом инструменте, потом я поехал с ним на конкурс в Испанию и тоже выиграл, затем был большой фестиваль в Китае… В общем, это были какие-то знаковые для меня вещи и я понял, что буду продолжать свое творчество только на этом инструменте. И до сих пор я не нашел аналога марки Bugari Armando. И когда у меня был сольный концерт в Италии, они мне сами сказали: «Все, больше ничего у нас не покупайте, мы вам их будем так давать». Я спросил: «А что мне для этого нужно сделать?» – «А вы все для этого уже сделали».

– Степа укусил Васю и мы выгнали его из дома (смеется). У нас был большой аквариумный салон (Петр Дранга там подрабатывал. – Прим. Woman’s Day), там были не только крокодилы, но и ящерицы, змеи и другие интересные животные. Я помню Степочку, когда он еще только из яйца вылупился и даже кушать самостоятельно не мог. Ему нужно было нажимать на специальные точки на челюсти и только тогда он мог открывать пасть, а мы ему туда закладывали еду. Он был такой малыш любимый, и можно было делать с ним, что хочешь – выгуливать, гладить. Но когда он достиг метра, сказал: «Я вам даже не питбуль, я крокодил, хищник» и клацал зубками. И что с ним делать – непонятно, в террариуме держать да карасей кидать? Но ассистент Вася любил Степу достать из аквариума, погладить, и в какой-то момент Степа не выдержал и покусал Васю. У нас после этого было два варианта – либо Степу съесть, либо куда-то отдать, и мы отдали его в зоопарк.

– Я думаю, что здоровые люди реагируют на успех нормально. Как сказал Михалков, который еще цитировал кого-то: «Зависть – это скорбь по успеху других, а скорбящих нужно жалеть». Вот и все. Среди моих одноклассников и друзей я таких людей не находил. Одноклассник Лешка Манаенков, когда мне еще 11 лет было, говорил «везет дуракам», я уже тогда музыкой занимался с утра до вечера. В школе же я был абсолютно дезорганизованным, хулиганил безумно. Но что касалось любимого дела – этому я готов был посвящать 27 часов в сутки. Так и в работе, и в личной жизни: если я влюбляюсь, погружаюсь с га-а-ла-вой!