Студия "ТриТэ" представляет: тажин, терпуг, творчество

Свершилось! Конечно, я хотела самый простой тажин и самый правильный - просто глиняный. Получился вот такой - самый красивый и самый расписной, без дырочки в правом боку куполе, но и сейчас острой радости дилетанта у меня на полгода вперёд, а потом, надеюсь, счастье обладания станет уже профессиональным.

Прочитала всё, что только можно было прочитать в хороших источних - о настоящих марокканских тажинах. Нет, не стану говорить, что теперь знаю почти всё о тажине, такую лютую ответственность брать на себя - всё равно, что сражаться с ветряными мельницами.

Скажу, что старалась, и пусть это только красивая игрушка, но новый вкус блюд мы уловили.

Сегодня был терпуг в тажине. Курицу в тажине сфотографировать не успела - курицы из тажинов умеют летать!

Отчитываюсь по техническим характеристикам: плита - газовая, конфорка - самая маленькая, газ - самый слабый, рассекатель пламени - проверенный. Посуду на ночь не замачивала.

Смазала тажин оливковым маслом, чуть разогрела на огне, положила крупно порезанный лук, немного потомила. Терпуг разделала, замариновала в лимонно-имбирном маринаде, сырые куски, кожей вниз, уложила поверх лука.

Диаметр моей игрушки 22 см, диаметр крышки

20,5 см, но вошло очень много всего, даже не ожидала!

На рыбу положила лимон, морковь и крупные куски капусты (как утверждали на рынке - нового урожая, правда, откуда урожай - говорили уклончиво).

Добавила укроп - сушёный зонтик и веточку свежего, положила веточку лавра, бросила чёрный перец и разбитые в ступке зёрна кориандра, пару зубчиков раздавленного чеснока. Пирамиду прикрыла сладким перцем, всё великолепие прижала куполом.

Купол, честно говоря, подогнался оптимально. Было закрыто всё и сразу, плотно и надёжно. Т.к. продукты в тажине томились, то пара у меня было немного, если не сказать, совсем не было. Вот тут, на фото, я специально прибавила газ, чтобы увидеть хоть какой-то пар. Слева заметно, что стало образовываться слабое облачко нерешительного пара, но чтобы прям парило - нет, такого не было. По крышке и дырочке в ней: как видите, дырочки нет, сверлить я, конечно, ничего не буду; в углубление вот сейчас на фото залита ледяная вода, в процессе она выпарилась; когда сняла с готового тажина купол, то изнутри он был в конденсате. Эта мелкая конфорка у меня далеко от света, старалась сфотографировать конденсат, капельки немного видно. Купол покрыт изнутри влагой, да.Воду, бульон - ничего такого не добавляла, соли и сахара было по минимуму. Оливковое масло - деликатно присутствовало: в луке и в маринаде для терпуга. Всё остальное приготовилось в томительных парах.

Пока тажин тажинился, успела испечь лепёшку с сыром. По времени: вычитая подготовку продуктов, на приготовление самого тажина ушло меньше часа. Газ был минимальным, рыба готовится недолго, несколько смущала капуста, но в итоге она получилась просто сливочного вкуса. Солёных лимонов не было, вприкуску присутствовали солёные огурцы.

Вот на дне - это вся жидкость, что осталась. Края посуды не испачкались, купол изнутри тоже остался практически чистым. Терпуг же получился мягчайшим, оставшиеся - не вынутые мной - мелкие косточки растворились, кожа, конечно, не зажарилась. Клала рыбу кожей вниз, т.к. не хотелось, чтобы нежная плоть терпуга размякла.

Не могу сказать, что бы услышала про этот терпуг в тажине от истинного марокканца, но местный мужчина меня похвалил, да. И заказал теперь уже говядину. Всем, кто причастен, - огромное спасибо за доставленное удовольствие!

А у нас под этот тажин ещё сказка была, марокканская. Познавательная. Вот она.

Мухаммед Ларуси аль-Метви(Тунис) Шаатуты-баатуты

"Шаатуты-баатуты! Шаатуты-баатуты!" - так кричали дети в нашем квартале, когда упрашивали тетушку Мирьям рассказать им историю про Шаатут-Баатут. И чаще всего тетушка Мирьям уступала их настойчивым просьбам и рассказывала свою знаменитую историю. И вот как-то вечером дети собрались вокруг неё, тетушка Мирьям откашлялась, хлопнула в ладоши. Потом, пытаясь скрыть улыбку, сказала ласково и нежно: - Эта история, дети мои, не похожа на те рассказы и сказки, которые вы слышали от меня раньше, потому что история эта произошла со мной на самом деле, когда я была еще маленькой девочкой лет пяти. Незадолго до этого я потеряла зрения, после того как над нашей деревней пронеслась эпидемия оспы и унесла жизнь многих детей. Зрение мое стало таким слабым, что я едва могла различать лишь некоторые цвета, и для этого и то мне приходилось наклоняться низко-низко. Я была самой младшей в семье, поэтому все меня любили и баловали, особенно мама, не расстававшаяся со мной ни днем, ни ночью. Как-то вечером мы спустились с ней к реке аль-Хаси, которая протекала неподалеку от нашей деревни, мать хотела собрать побольше хвороста, готовясь к свадьбе моей старшей сестры, а отец тем временем позаботился обо всем остальном: угощении, нарядах, украшениях. Когда мы добрались до речки, мама оставила меня у небольшого родника, тонкой струйкой бежавшего к реке, ручеек этот весело журчал, радуя слух. Так я осталась одна, вслушиваясь в журчание ручейка и представляя себе будущую свадьбу сестры, все свадебные обряды, которые свершались в таких случаях: как обряжают невесту, как режут барана, как жених с невестой предстают перед муллой и как их ведут в спальню. Но самым интересным во всех этих обрядах для меня были "ночи хны", когда собираются все девушки деревни и моют волосы хной. И еще они выводят хной разные красивые узоры на ногах и на ладонях, соревнуясь, у кого лучше получится. Я-то знала, что мне ничего не достанется от этой хны, потому что я еще очень мала, да и отец купит совсем немного хны, потому что семья у нас бедная, и мы не можем купить много хны или чего-нибудь другого. Вспомнив о хне, я сама собой стала собирать красную глину, которой вокруг родника было видимо-невидимо, воображая себе, как я приготовлю из этой глины хорошую "хну", чтобы украсить себя в день свадьбы моей старшей сестры. Собирая глину, я и не заметила, как ко мне подошли какие-то женщины, очень красивые в роскошных богатых платьях. У каждой на руках были серебряные браслеты, а на ногах - золотые, в ушах - такие серьги, что глаз не оторвать. На груди у каждой была большая ладанка с ароматной амброй, в середине которой переливался драгоценный камень величиной с голубиное яйцо. Я и сама не знаю, как мне удалось так хорошо разглядеть всё это, взгляд мой вдруг прояснился, стал острым и проницательным, хотя до этого я почти ничего не видела. Красавицы остановились возле меня, присели рядом и спросили в один голос: - Что это ты здесь делаешь, Мирьям? - Глину собираю, чтобы украсить себя в день свадьбы моей старшей сестры. - Бедная, ты бедная, зачем же ты так старалась и собирала глину, она ведь совсем не годится для этого. Пойдем-ка к нам в наш дом, мы дадим тебе сколько хочешь самой лучшей хны, да такой, какой у вас в деревне никто сроду не видывал. Пойдем, пойдем с нами, Мирьям. Я очень обрадовалась их словам и тут же согласилась, очень уж хотелось мне вернуться домой и принести с собой много-много хны, чтобы хоть чей-то помочь отцу и облегчить его заботы. Тогда, может быть, и мне достанется немножко хны, чтобы вымыть волосы и расписать себе хной ладони и ноги. Я пошла вслед за красавицами. Не успела я сделать несколько шагов, как оказалась вместе с ними посреди большого двора, выложенного красивым белым мрамором, а стены вокруг были покрыты плиткой с удивительно тонкой и красивой росписью. Одна из красавиц скрылась в доме и вернулась с великолепным кайруанским ковром в руках: стоило ступить на него, и ноги утопали в мягком густом ворсе. Мы сели в кружок на ковер, и красавицы запели: никогда еще в жизни мне не доводилось слышать таких сладких мелодий, от которых на душе у меня стало легко и радостно, и я принялась танцевать, повинуясь ритму этих нежнейших звуков, а красавицы хлопали в такт и звонко смеялись. Так мы пели и танцевали довольно долго, потом одна из них вынесла во двор зеленое глиняное блюдо, доверху наполненное самой лучшей габесской хной, я даже вскрикнула от радости, подумав про себя: ". Сколько радости будет в доме, когда я принесу своей старшей сестре эту габесскую хну! Теперь я уйду отсюда только с большим мешком такой хны. " Не успела я поведать красавицам о своем желании, как одна из них пригласила меня сначала посмотреть дом, пройти по всем его залам и комнатам, но я ответила им: - Только сначала окажите мне, кто вы? Самая старшая из них сказала: - Мы - Шаатуты-Баатуты! Как же я удивилась! - Шаатуты-Баатуты,- закричала я. - Никогда в жизни я не слышала такого имени. Что это за странное имя! Кто вы, люди или джинны? Почему вы собрались в этом доме, Шаатуты-Баатуты, и почему все вы так похожи друг на друга? Вы что, сестры? Они ответили мне в один голос: - Да, да, девочка. Нас шесть сестер, а мужья наши – шесть братьев. Может быть, ты еще и увидишь их, если у тебя хватит терпения остаться с нами в этом доме до захода солнца. Мне становилось все страшнее и страшное. Уж очень подозрительными показались мне эта красавицы. И всё же я согласилась войти с ними в дом, чтобы посмотреть, что там такое. Мы вошли сначала в спальню. Каждая комната в доме была очень чистой, прибранной и красивой, обставленной прекрасной мебелью, на окнах были красивые тонкие прозрачные занавеси, а полы были устланы красивыми дорогими коврами. И каждый раз, когда мы приближались к очередной комнате, ее хозяйка входила туда первой, чтобы встретить нас там зажженными палочками благоуханного фимиама. А перед тем, как нам выйти из комнаты, её хозяйка окропляла нас розовой и жасминовой водой и благодарила за то, что мы почтили её дом своим присутствием. Когда мы обошли все комнаты, ко мне подошла самая старшая из сестер и сказала: - Теперь тебе осталось только навестить нашу свекровь, мать наших мужей. Она старая женщина, всегда сидит, не может вставать и ходить. Комната старухи располагалась на втором этаже дома. Мы поднялись туда по белым мраморным ступеням и вошли в просторную комнату, где, однако, было очень мало света: здесь были очень узкие окна, и солнечный свет проникал сюда лишь, когда солнце клонилось к закату; он проникал сюда сквозь маленькое слуховое окошко в западной стене дома. В углу этой большой комнаты на огромной перине сидела дряхлая горбатая старуха с растрепанными волосами, горящими глазами, длинным крючковатым носом, в руке у нее была прялка, на которой она пряла из грубой овечьей шерсти тонкую нить. Вид этой дряхлой старухи сильно испугал меня, я почувствовала, как у меня руки-ноги затряслись от страха, и волосы зашевелились на голове. Но старуха встретила меня приветливо и засмеялась неприятным скрипучим смехом. Потом протянула мне руку, чтобы я поцеловала ее. На руке были длинные костлявые пальцы с черными ногтями, похожими на когти орда или грифа. И все же я не убежала от нее, а села у её ног и спросила, как её зовут и кто она. Она громко раскашлялась, отчего рот у неё открылся и показались острые как серпы клыки, старуха высунула язык, напоминавший жало ядовитой змеи, но не произнесла ни единого слова. Я еще раз спросила ее, а она в ответ проделала то же самое. А на третий раз сказала: - Я самая старшая из Шаатут-Баатут. Я всем им мать. А когда-то я тоже Мирьям была, а теперь вот страх нагоняю на тех, кто ходит по темным углам. Иди сюда, и людям отнеси хну летучих мышей. Потом своими острыми ногтями она оцарапала мне бок, да так больно, что я вся сжалась в комочек от боли и страха. Очнулась я только тогда, когда одна из красавиц радостно закричала прямо у меня над ухом, и тут я увидела, что я снова во дворе, а красавицы, собравшись вокруг меня, поют веселые песни, хлопают в ладоши и брызгают мне в лицо розовой и жасминовой водой. Когда я немного отдохнула и пришла в себя, они усадили меня в центр кружка и стали петь хором: - Эй, Мирьям, в круг становись Шаатутам-Баатутам поклонись, На матушку Шаатуту не сердись, Слушайся ее советов и учись, На пушистый ковер ты садись, За обещанную хну потрудись, Сумей досыта наесться и напиться И пляши, Руки-ноги тебе свяжут, попляши, Стань такой же Шаатутой-Баатутой, как и мы. И, странное дело, я не смогла устоять перед их просьбой, встала и начала, танцевать, подчиняясь ритму их мелодий, позванивая серебряными браслетами с колокольчиками, которые они надели мне на ноги, ударяя в маленький бубен, который вдруг оказался у меня в руках. Так я танцевала под звон колокольчиков на браслетах и удары бубна до тех пор, пока силы не оставили меня и я от усталости упала прямо на землю. Мне очень хотелось есть и пить. Одна из красавиц, словно догадавшись об этом, подошла ко мне и оказала: - Ты проголодалась и хочешь пить, Мирьям. Подожди чуть-чуть, и я принесу тебе вкусную еду. Женщина ненадолго исчезла и вернулась с большим блюдом, на котором стояла блестящая тарелка, а из тарелки доносился ароматный от пряностей запах супа, рядом с тарелкой лежал горячий хлеб и маслины, а еще тарелочка с маслом. Женщина поставила блюдо передо мной и сказала; - Ешь, Мирьям, ешь досыта и пей, пока не утолишь жажду. Я подошла к этому блюду с такой аппетитной пищей, что у меня слюнки потекли, и протянула к нему руку, чтобы приняться за еду. Взяла кусок хлеба, обмакнула его в масло и хотела поднести ко рту, но не тут-то было. Рука меня не слушалась. Я пыталась и так, и эдак, но ничего не выходило. Это сильно рассердило меня. Но больше всего рассердило меня то, что русалки - а это были русалки! - только посмеивались и похохатывали, глядя на меня. Я расплакалась и крикнула им: - Я есть хочу. Я так голодна. Хватит с меня ваших чар и колдовства, жестокие злые русалки. И с этими словами я бросила хлеб в блюдо. У меня больше не было сил терпеть. Но старшая из них наклонилась ко мне и сочувственно сказала: - Мы и не думала помешать тебе есть, Мирьям. Просто наши обычаи запрещают прикасаться к пище, не вымыв рук. А ты, Мирьям, не вымыла руки перед едой. Пойдем со мной, там есть таз с водой, а уж потом наешься досыта. Пойдем, Мирьям. Но я сказала ей, дрожа от злости: - Знаю-знаю, вы опять решили посмеяться надо мной. Оставьте меня здесь в покое. Не надо мне никакой еды. Хватит с меня и хны, возьму её и вернусь к маме. Но русалка всё же настойчиво звала меня за собой. Уступив ей, я встала и пошла с ней туда, где стоял большой таз и чайник с длинным носиком. Русалка взяла чайник, а я подставила под воду свои ладошки. Но вода. не достигнув моих рук, поворачивала обратно в чайник и с быстротой молнии исчезала в нем. Я страшно испугалась того, что увидела. В панике я выбежала во двор, и увидела что красавицы сидят, поджидая меня и надрываясь от смеха так, что ногами стучат по земле. Я испугалась, что мне не достанется и хны, как на досталось еды, и сказала им растерянно: -У меня больше нет аппетита. Дайте мне, пожалуйста, хну и позвольте вернуться к маме, она ведь уже, наверное, заждалась меня. Самая старшая русалка оказала: - Кажется, ты на нас обиделась, Мирьям. У тебя совсем нет терпения, поэтому ты не можешь вынести наши шутки и игры с тобой. Ну что ж, мы сейчас же отдадим тебе хну, И в мгновение ока большое блюдо с хной очутилось прямо передо мной. Одна из красавиц взяла большой бубен, и русалки принялись напевать веселые песни, хлопая в ладоши, те самые песни, которые женщины в нашей деревне обычно поют в ночь, когда невесту украшают хной. Русалка, в руках у которой был бубен, сказала мне; - Послушай, Мирьям, мы так разукрасим тебя, разрисуем твои ладони так, как никто еще никогда в жизни не видывал. И ты будешь вспоминать об этом всю свою жизнь. Эй, Мирьям, ну-ка протяни свои руки к хне. Я очень обрадовалась этим словам и протянула руки. Русалка взяла немного хны из блюда и положила мне на ладони. И в тот же миг я почувствовала, что у меня в руках проскользнула змея. Я закричала изо всех сил: - Змея? Гадюка! Ой, мамочки, спасите меня. Ой. ой. Она сейчас меня ужалит. …Мама услышала мой крик и, взволнованная, прибежала ко мне. Посмотрела вокруг и ничего не увидела. Взяла меня на руки, прижала к груда, приговаривая: - Спаси, Аллах, мою девочку. спаси, Аллах. Ничего. ничего. всё прошло. не бойся, здесь ничего нет. Успокойся, моя дорогая! Потом она унесла меня подальше от родника. Усадила к себе на колени, стала расспрашивать, что со мной стряслось. Я почувствовала себя в безопасности и рассказала ей всё, что видела и что произошло у меня с русалками. Мама была очень встревожена моим состоянием и сказала о грустью в голосе: - Что с тобой, Мирьям? Что я буду с тобой делать, если ты ослепнешь и потеряешь рассудок? Спаси меня, о Аллах! Она рассказала о моей истории с русалками всем жителям деревни, но никто не поверил мне. Но я же ясно видела своими глазами, всё, что произошло. И хотя прошло уже много лет с того случая, я всё еще очень хорошо себе мысленно представляю. И каждый раз, проходя у этого вади - я вспоминаю об этом происшествии и всем телом дрожу от страха.