Тридесятые сказки, или Вот такие пирожки - Шер А. - Петя-Петушок

В деревне Поленово с незапамятных времён жили мастера резьбы по дереву. Разного дарования был люд. Одни вырезали домашнюю утварь, другие резьбой украшали избы, третьи делали игрушки.Жил в деревне одинокий старик. Мастер деревянной скульптуры. Звали его дедушка Семён. Детей у него не было. Всю свою жизнь отдал он любимому делу. До самой старости трудился не покладая рук. Благо, лес был рядом, и недостатка в дереве у местных мастеров не было. Удивительной трудоспособностью Семёна был поражён местный поэт-самоучка дед Степан, который посвятил ему такое восторженное четверостишье:О! Сколько деревяшек, ё-моё,Извёл Семён на творчество своё!Наверно, больше раза в полтора,Чем вместе остальные скульптора!И действительно, весьма плодовитый был старичок. К тому же добрейшей души человек. Много раздарил он своих восхитительных работ, но всё равно изба его буквально была завалена, как он говорил, любимыми «деревяшками». А кроме этих деревяшек, у него, пожалуй, ничего и не было. Только верстак, на котором он работал и ел, да печка, на которой спал.Старел дедушка Семён, и всё тоскливее становилось его одиночество. Сидел он как-то у верстака, пил чай и размышлял о своём житье-бытье. И вдруг в его седой голове мелькнула необычная мысль! Я, мол, конечно не папа Карло, но почему бы и мне не попробовать? Или у меня мастерства и таланта меньше!Взял он топор, пилу и пошёл к леснику Игнату. Давно они знали друг друга. Вся деревня ходила к леснику за разрешением спилить дерево для своих работ. Рассказал Семён Игнату о своей задумке и попросил помочь найти для этого подходящее дерево.Игнат внимательно выслушал старого Мастера. Потом взял свой посох, который называл палочкой-выручалочкой, и пошли они в лесную чащу, подбирать подходящее для такого важного дела дерево. Идут, смотрят по сторонам. Игнат потихоньку постукивает по стволам своим посохом и прислушивается.Внезапно дерево, по которому постучал лесник, издало какой-то необычный звук. Игнат остановился и сказал: «Это!» Дед Семён срубил ЭТО дерево. Выбрал на его стволе место без сучка и задоринки и аккуратно выпилил небольшое полено.Придя домой, он положил полено на верстак и стал его внимательно рассматривать со всех сторон. В общем — то, полено как полено. «И что такого особенного нашёл в нём Игнат?» — подумал дед Семён, и ему ужасно захотелось немедленно приступить к работе. Но Мастер знал, что, прежде чем начать работу, полену надо обязательно дать время высохнуть. Иначе изделие может сильно потрескаться.Он ободрал большим стругом всю кору с полена, замазал торцы варом и положил его на чердак сохнуть.Зима свалилась на деревню неожиданно, как снег на голову. В ноябре выпал пробный снег, а в декабре повалил так, будто в небесной канцелярии кто-то враз просыпал снег, заготовленный на всю зиму.Деревенские детишки радостно резвились на заснеженной горе, не обращая внимания на мороз. Потирая замёрзшие носы и уши, с криком и визгом играли в снежки. Ну и, конечно же, создавали снежные скульптуры. Попросту говоря, снежных баб.— Пора! — вслух произнёс дед Семён и достал из ящика верстака хорошо заточенный инструмент. Надев чисто постиранный фартук, он взял в руки долгожданное полено. Оно показалось ему достаточно толстым, и пришлось его разрубить на две части. Одну часть Мастер положил себе на колени, а другую под верстак. (Хороший материал всегда может пригодиться.)Дед Семён сосредоточенно сопел, вырезая из полена фигурку маленького человечка. Искоса поглядывая в полузамёрзшее окно на резвящихся детей, он думал о том, как назовёт своего деревянного внука…Всю ночь без сна и отдыха трудился Мастер. Человечек получился симпатичный. Дед взял его на руки и прижал к груди. Тотчас он почувствовал, как внутри «деревяшки» что-то застучало, напоминая стук сердца! Деревянные ручки обняли его за шею, и кто-то тихо произнёс:— Де-е-душка… Дед Семён не поверил своим ушам! Но в следующее мгновение он осознал случившееся и, подняв высоко над головой своё создание, закричал:— По-лу-чи-лось!Счастливому дедушке сразу захотелось показать всем своего внучонка. Однако на дворе стояла зима.«Надо во что-то одеть малыша», — чисто по-человечески подумал Семён.Немного погодя одежда была готова. От старого валенка дед отрезал голенище, проделал в нём два отверстия для рук и получилась замечательная безрукавочка. На голову вместо шапки надел красную рукавицу. И мальчик сразу стал похож на молодого петушка.— Будешь у меня Петя-Петушок, — улыбнулся дед.На следующий день вся деревня уже знала, что у деда Семёна появился внучок по имени Петя-Петушок.Деревенские ребятишки с радостью приняли необычного мальчишку в свою компанию, а взрослые были рады за деда Семёна, который будет теперь не так одинок.Все дни дед с внуком проводили вместе. Они уже не мыслили себя друг без друга. Петя-Петушок ходил за дедом как привязанный. Когда дедушка работал, внук садился рядом на верстак и внимательно следил за каждым движением его рук. Когда дедушка готовил обед, внук уже сидел на печи и сверху наблюдал за тем, что он кладёт в кастрюлю. Пете-Петушку всегда было интересно: из чего же получается такая вкусная еда?Однажды дед говорит:— Нынче на рыбалку пойдём. Рыбки на уху наловим.Взял он удочку, коловорот, корзинку для рыбы, и отправились они с внуком на речку.Зима уже заканчивалась, а потому лёд на речке набух, почернел и кое-где подтаял. Старик шёл к тому месту, где обычно ловилась рыбка покрупнее.— Дедуль, а что такое рыбалка? — еле поспевая за дедом, спросил Петя-Петушок.— Сейчас увидишь, — тяжело дыша от быстрой ходьбы, ответил дед.Вдруг лёд под Семёном треснул, и он моментально оказался в воде. Не раздумывая, внук бросился в полынью спасать любимого дедушку! К счастью, Петя — Петушок был деревянный и поэтому хорошо плавал. Он поднырнул под деда и подталкивал его до тех пор, пока тот не выкарабкался на лёд.Устало опустившись на колени, дед Семён, сопя и кряхтя, стал вылавливать из воды корзинку и удочку (коловорот утонул).«Так вот, что такое рыбалка», — с грустью подумал внучок, глядя на сгорбленную фигуру насквозь промокшего деда.— А где же рыбка? — тихо спросил он.Дед ничего не ответил. Молча встал и, оставляя за собой мокрые следы, быстро зашагал к дому. Внучок, так и не поняв, что такое рыбалка, последовал за ним.Дома, лёжа на печке, дед Семён долго не мог согреться. Старость не младость! Старик простудился и заболел.Петя-Петушок ни на минуту не оставлял больного одного. Он поил его чаем с малиной и мёдом. Теперь уже внук кормил обедом своего любимого дедушку. Но дедушке становилось всё хуже и хуже.К тому же кончились дрова, заготовленные на зиму. И когда в конце концов сгорело в печи последнее полено, дед велел топить печку своими «деревяшками».Два дня уговаривал внучок деда не делать этого, а на третий Петя-Петушок решился ради любимого дедушки на отчаянный шаг.Когда дед уснул, он подошёл к остывающей печи и открыл тяжёлую чугунную дверцу.Проснулся дед в хорошем настроении. В доме было тепло, и чувствовал он себя значительно лучше. Свесив босые ноги с печи, он позвал внука. Но ему никто не ответил. Он позвал снова, и опять тишина. Волнуясь, Семён спустился с печки и наступил на что-то мягкое.На полу, возле открытой дверцы печи, лежала красная рукавица и голенище от старого валенка с двумя дырочками для рук! А внутри ярким пламенем бушевал огонь, хотя горящих дров не было видно.Осиротевший дедушка Семён горько заплакал. Он понял всё, и горе его было безутешно. Но не успел он проплакать и пяти минут, как услыхал доносившийся из-под верстака чей-то голосок:— Не печалься, дедушка Семён! Горе на двоих — полгоря, радость на двоих — две радости. Буду я тебя любить не меньше брата своего!Бросился Семён к верстаку, а под ним лежит полполена и пищит:— Горе — что море: не переплыть, не выплакать.Схватил его дед! Изо всех сил прижал к груди и тотчас почувствовал, как внутри полена что-то стучит в такт его сердцу!Растроганный старый Мастер дрожащими от волнения руками взял свой рабочий инструмент…Когда работа была закончена, дед Семён залез на печку и крепко уснул. Проснулся оттого, что кто-то трепал его за нос.— Дедуль! Выпей чайку с малинкой, — услыхал он тоненький голосок.