Русский балет в стремлении к метатеатру

Год 2015‑й прошел под знаком масштабных международных фестивалей и знаковых гастролей в двух столицах. Приметы года: плотная сетка премьер в театрах-хэдлайнерах — Большом, МАМТе, Пермском и Екатеринбургском балетах, Балете Москва. Целая серия мастерских современной хореографии в Петербурге, Екатеринбурге и Москве. Но также заметный постановочный спад в остальных провинциальных труппах, которые довольствовались в лучшем случае неискусными творениями своих худруков.

Продолжились поиски формы нового типа многоактного спектакля: дизайнерского, интерактивного, с включениями кино, драмы, элементов камерного концерта. Это, с одной стороны, реакция на действия драматического театра, который (сначала на поле эксперимента, а теперь уже на регулярной основе) включает хореографа, композитора или саунд-дизайнера в постановочную группу лучших премьер.

С другой стороны, балет двигается по направлению к новым «медиа» в силу стремления («встроенного» в жанр С. Дягилевым) создавать новые Gesamtkunstwerk, с его единством изобразительной, музыкальной танцевальной составляющих, но взятых в формах XXI века.

2015 принес две значимые работы, возникшие в русле движения к синтетическому метаспектаклю, но с яркой балетной доминантой: это екатеринбургская «Тщетная предосторожность» П. Гертеля, подготовленная С. Вихаревым, А. Пикаловой и Е. Зайцевой, и «Герой нашего времени» И. Демуцкого в ГАБТе, сов местный продукт К. Серебренникова и Ю. Посохова. Благодаря таким работам русский балет не только сам становится конкурентоспособным на мировом рынке, но и подсказывает увядающему жанру, как ему выживать дальше: очевидно, что через мету спектакли. Так, в марте 2016 в Парижской опере три хореографа — С. Л. Шеркау и, Э. Локк и А. Пита —бесстрашно нырнули в оперно-балетный проект Д. Чернякова «Иоланта-Щелкун-чик» и стали соавторами продукции синтетического жанра.

Важно и значимо, что истоки нового направления находятся в России. Инструментом российского ноу-хау в балете остается технологически усложненный и модернизированный классический танец, а не modern dance, переживающий явный упадок сил. Именно классический танец развивают наши лучшие хореографы —Ю. Посохов, С. Вихарев, А. Ратманский, В. Самодуров, А. Мирошниченко.

Рейтинг хореографов в 2015 возглавляет В. Самодуров, который продолжил поиски идеальной модели сезона для своего театра, выпустил премьеру авторского ба-лета «Занавес» на музыку Респиги и от-крыл новые имена среди креативной молодёжи на екатеринбургской «Dance-платформе».

Высокий класс показал мастер антикварной реставрации стиля М. Петипа пи-терский хореограф С. Вихарев, родивший в Екатеринбурге лучший спектакль 2015года — «Тщетную предосторожность» (Премия «МО» в номинации «Спектакль года — балет»). После «Тщетной» его рейтинг сильно возрос.

Стабильное качество продемонстрировал и приглашенный на постановку в Большой театр Ю. Посохов. Р. Поклитару, работающий сейчас в Украине, несколько потерялся в материале («Гамлет»), ему явно помешала ранняя запрограммированность успеха со стороны руководства и неудачные партнеры. А. Мирошниченко и руководимая им труппа были выведены на второй план и частично подмяты оперой, хотя, как педагог и репетитор балета Мирошниченко-ко по-прежнему на высоте. Здешние солисты и кордебалет работают с громадной отдачей.

Не сдает позиций Б. Эйфман, выпускающий по премьере в год. Главная составляющая успеха его компании — умный менеджмент. По-прежнему Театр Балета Эйфмана является одним из самых известных за рубежом.

Изо всех сил рвется в хореографы звёздный танцовщик И. Васильев. Пока он осмысливает свое место на балетной орбите, в работах, поставленных в том числе и на себя, он пытается написать «дополнительные» ноты, чтобы выразить недосказанные в танце чувства. Его любимый композитор — постминималист М. Рихтер, моду на которого ввела «Инфра» У. МакГрегора, перенесенная два года назад в Мариинский театр из Лондона.

С оценкой «удовлетворительно» в малочисленном сообществе российских хореографов числятся К. Симонов, А. Пимонов, Ю.Смекалов, К. Кейхель и М. Петров, постоянный участник мариинской и екатеринбургской мастерских молодых хореографов.

Из российских хореографов, которые регулярно выпускают новые спектакли в зарубежных театрах, два главных имени — А. Ратманский и Ю. Посохов. Пер-вый посвятил год работе над «Спящей красавицей» для Американского балетного театра (АБТ) и Ла Скала (копродукция). В отличие от Вихарева, который реконструирует стиль балетного спектакля М. Петипа, Ратманский фокусирует своё внимание на формате отдельных движений, пытается восстановить их первоначальный рисунок, как бы счистить с них слои, нанесенные временем. Например, он смог открыть «итальянский слой» — очень важный для времени Петипа, так как целый ряд сложных связок хореограф включал в вариации, с которыми могли справиться только итальянские балерины-виртуозки, в том числе и первая исполнительница роли Авроры — К. Брианца. Это вторая после «Пахиты» Л. Минкуса (Мюнхен, 2014) большая работа Ратманского в жанре реконструкции спектакля Петипа, и знаменитый хореограф предстает в них как продвинутый технолог танца. Ю. Посохов перед мировой премьерой «Героя нашего времени» в Большом выпустил в Балете Сан-Франциско, где он работает постоянным хореографом, сюжетный спектакль «Swimmer» на музыку американских композиторов‑песенников. Бреннан и Т. Уэйтса.

Решение жюри «Золотой маски» -2015 (о «Маске» -2016 — в одном из следующих номеров «МО») четко сканировало ситуацию в балете за 2014. Премии достались на самом деле сильнейшим. Были отмечены дебютный спектакль Ж. К. Майо «Укрощение строптивой» на музыку Шостаковича, поставленный хореографом из Монте-Карлов Большом, исполнители главных партий в этом балете Е. Крысанова и В. Лантратов — яркие звезды молодого поколения. Премия за лучшую работу хореографа ушла В. Самодурову за трехактную «Цветоделику», также был награжден дирижер этого спектакля П. Клиничев. В номинации «современный танец» победил спектакль Александринского театра «Экспонат/Пробуждение» в постановке А. Абалихиной.

Российских балетных премьер в2015 случилось не много в количественном измерении. А таких, о которых будут долго спорить — как, например, показанная в МАМТе в 2014 «Татьяна» Л. Ауэрбах в постановке Ноймайера или екатеринбургская «Цветоделика» В. Самодурова на музыку П. Чайковского, А. Пярта и М. Равеля — еще меньше.

Прошлый год наглядно показал, что наши ведущие театры практически перестали делать ставки на «креативность «своих лидеров и броско и ярко экспериментировать. Большинство премьер 2015 — результат вымученных оглядок вне давнее (в лучшем случае) прошлое компаний, поисков руководителями успешных ходов и решений, принятых некогда их предшественниками, планирования будущего по принципу «в расчете на гарантированный успех у публики» и «фланирования в тренде». Из этой серии обе премьеры Большого театра: «Гамлет» на музыку симфоний Шостаковича (№ 5 и№ 15) в постановке Р. Поклитару и Д. Доннеллана и «Герой нашего времени» И. Демуцкого от хореографа Ю. Посохова и режиссера К. Серебренникова.

«Гамлет» обещал вызвать дух бунтарского спектакля начала 2000‑х, когда полный надежд театр бесстрашно входил в так называемое «новое время», искал новую хореографию. Речь про «Ромео и Джульетту» Прокофьева, подготовленную тем же триумвиратом (важен еще художник Н. Ормерод) в 2003. Но кукольно-бутафорские ходы постановщиков «Гамлета», отсутствие развернутых танцевальных сцен эпический запрос музыки Шостаковича, оставшийся безответным, сделали спектакль лишь гротесковым эпизодом театральной летописи 2015.

«Герой нашего времени», снабженный специально написанной музыкой Ильи Демуцкого и вполне выразительной и разнообразной хореографией, входит в лидеры прошлого года, но с досадными оговорками. Достаточно поверхностный спектакль, которому явно не хватило глубины лермонтовской прозы. Формально за этот спектакль отвечал драматический режиссер, он пришел в Большой во второй раз (в 2011 Серебренников уже ставил на Новой сцене оперу Римского-Корсакова «Золотой петушок») вероятно, на волне моды на драматических режиссеров в музыкальном театре (в 2014 А. Бородин из РАМТа был приглашен на постановку «Кармен», Е. Писарев из Театра им. Пушкина — «Свадьбы Фигаро», С. Женовач — «Иоланты»). В. Урин ставил прежде всего на авторитетность, в какой-то мере даже солидность этих людей в театральной среде Москвы. Режиссеры, выстраивающие драматургию будущего спектакля в виде внятного либретто, сданного руководству заранее и таким образом контролируемого, обещали выступить гарантами если неуспеха, то стабильности процесса, работая с ними можно рассчитывать на порядок, так нужный сегодня Большому, «зализывающему» кислотные раны.

Действительно, история с нападением на С. Филина (в январе 2013) перестала муссироваться в СМИ. С другой стороны, отсутствие «жареного» сделало Большой «тихой гаванью», где на исторической сцене про-исходят «приглаженные» балетные события, вроде возобновления классики и балетов Григоровича (осенью 2014 вернулась «Легенда о любви» Меликова, относимая в тому же сезону, что «Гамлет» и «Герой»).И второе: установка на сюжетные спектакли со стратегически важными для гуманитария литературными источниками. Балет как жанр в такой ситуации выглядит фра-жильным, ищущим помощи у других жанров — драмы, кино, литературы (прозы).В то же время, Большой театр весь год предлагал московскому зрителю красивые гастрольные проекте. Лучшее, что случилось в 2015 — это масштабные гастроли Нидерланд- ского театра та н ц а(NDT‑1), который показал 2 программы на обеих сценах, включающие 4 постановки П. Лайтфута и С. Леон и один балет К. Пайт. Гастроли были призваны познакомить зрителя с голландским танцевальным мэйн-стримом в преддверии нашей премьеры вечера нидерландской хореографии, кото-рая состоялась в марте 2016. Подобное просветительское направление театра — правильный и логичный ход руководства. С приходом В. Урина Большой театр стал чаще оглядываться назад, вспоминать своих легендарных исполнителей и чтить действующих заслуженных педагогов. Двумя гала-концертами в ноябре отмечалось90‑летие ушедшей в мае 2015 М. Плисецкой (20.11.1925–2.05.2015), программу которых великая балерина успела составить сама (Д. Вишнева и артисты Bejart Ballet Lausanne исполнили «Болеро» Равеля, С. Захарова вышла в «Кармен» Бизе-Щедрина в хореографии А. Алонсо, У. Лопаткина станцевала любимый Плисецкой балет Р. Пети «Гибель розы» на музыку Малера).Громко и бравурно праздновали столетие легендарного ректора МГАХ (Московская государственная академия хореографии) С. Головкиной (1915–2004), которая воспитала целое поколение выносливых и техничных балерин Большого театра. На концерте в октябре «грозного» педагога вспоминали М. Александрова, Н. Капцова, М. Аллаш, А. Антоничева и дерзкая внучка Головкиной С. Гайдукова, которая как танцовщица и как хореограф сегодня является одной из самых интересных фигур в сфере современного танца Москвы. Ещё одним важным событием по теме «память» стало открытие 19 октября на Новодевичьем кладбище памятника балерине Большого театра М. Семеновой(1908–2010; авторы С. Шаров и А. Рукавишников).

Стабильно и ровно работала в 2015 балетная труппа МАМТа. И. Зеленский ведет последовательную политику руководителя репертуарного театра, в котором один и тот же спектакль идет не более двух-трех раз подряд, зато возобновляется в течение года несколько раз. После сюжетных блокбастеров К. МакМиллана — «Манон» на музыку Ж. Массне и «Майерлинга» на музыку Ф. Листа Зеленский сделал паузу и сосредоточился на более абстрактных проектах, посвященных творчеству одного хореографа. Летом прошла премьера балетов американского мэтра Дж. Роббинса, младшего коллеги Баланчина, на музыку Шопена («В ночи», «Другие танцы» и «Конкурс»). Балеты Роббинса — уже «поседевшие» новинки, но все театры мира продолжают танцевать эту неоклассику XX века. Для Зеленского с его культом приглашения в рядовые спектакли звезд (С. Полунин, Н. Осипова) и наличия духоподъемных наклеек «soldout» на афише, переносы английской и американской классики на российскую сцену — залог стабильности. Осенью состоялась вторая премьера такого жерода — перенос балетов англичанина Ф. Аштона. К имеющемуся в репертуаре балету «Маргарита и Арман» на музыку Листа добавилась «Рапсодия» на музыку Рахманинова и «Вальс» на музыку Равеля. Конечно, эти спектакли не так эффектны без участия международных звезд, танцевавших премьеру и участвующих в ново учрежденном в МАМТе Международном балетном фестивале (проходит в марте–апреле с 2015), но подготовка к ним хотя бы раз в два месяца держит в тонусе всю труппу.

Исторически МАМТ — это театр крайностей, арена для музыкально-драматического эксперимента, но сегодня у театра есть две сцены, и зона эксперимента переместилась «под колосники», а основная площадка вмещает традиционное искусство. Осенью на верхней сцене показали балет «Расемон.Вариации» Г. Варламова и штатного хореографа театра И. Лычагиной по мотивам произведения Р. Акутагавы «В чаще». И хотя хо-реография «Расемона» не отличается новаторством (драмбалет), специально написанная музыка и ее яркая интерпретация(музыкальный руководитель постановки И. Великанов, новый штатный дирижер-ассистент в МАМТе и худрук Ансамбля ренессансных и барочных духовых инструменто Alta Capella), видео-инсталляции (А. Ефремова) и драматический талант артистов(А. Першенкова, С. Бухараев, А. Любимов)оставили положительное впечатление не о этом конкретно спектакле (пожалуй, слишком конвенциональном), а о правильном начинании руководства реализовывать такие проекты не только в опере, но и балете. Кроме трех своих премьер МАМТ показал на основной сцене балет М. Шлепфера «7» на музыку Седьмой симфонии Малера в исполнении балетной труппы Немецкой Оперы на Рейне (Дюссельдорф), своего стратегического партнера в Германии.

К пяти премьерам Большого и МАМТа смело можно добавить новые работы труппы «Балет Москва» (директор Е. Тупысева). Это, прежде всего, спектакль «КафеИдиот» А. Пепеляева, поставленный на современную труппу как hommage П. Баушпо мотивам романа Ф. Достоевского в фирменном стиле хореографа, известном как «визуальный театр».

В 2015 компания продолжила сотрудничество с хореографами из Голландии: на сцене Культурного центра ЗИЛ классическая труппа «Балета Москва» показала две яркие дизайнерские премьеры — «Минос»на музыку А. Ното и Р. Сакамото в постановке Х. Аркеса и «Эрос Redux» на музыку Я. Тер Фелдхейса, сочиненный А. Лопес Очоа. И уже в октябре в рамках фестиваля-школы «Территория» современная труппа представила спектакль «Удерживая время» французского алжирца Р. Урамдана на музыку Ж.-Б. Жюльена.

Успехи этого театра подтверждают мысль о преимуществах, которые гарантирует наличие руководителя из разряда «директор-менеджер-куратор», а не «худрук-творец-вдохновитель». За 4 года своего руководства Е. Тупысева вывела театр на высокий европейский уровень. «Балет Москва» регулярно заказывает действующим композиторам для постановок новую музыку или аранжировки и таким образом расширяет свою аудиторию.

В 2012 на «танцполе» Москвы появился «Новый балет», переформатированный из Московского государственного театра пластического балета, которым руководила А. Чернова. Новым худруком театра стал П. Нестратов. Он сделал ставку на сюжетные спектакли, решенные языком современного танца. В театре уже поработали Л. Александрова, А. Могилев, итальянец Ф. Вентрилья.

В сентябре 2015 двухактный балет «Зимняя роза» по мотивам сказки О. Уайльда «Соловей и роза» на аранжированную музыку «Времен года» Вивальди представил К. Кейхель, петербургский хореограф, открытый В. Самодуровым на первой «Dance-платформе» в Екатеринбурге. Пока здание на Басманной, 25 находится в ремонте, «Новый балет» арендует залы у драматических театров.

Любопытно, что движение драмы к балету не одностороннее, балет бодро подрывает разговорную основу драматического театра. Три драматических театра Москвы сознательно развивают у себя пластическое направление, регулярно выпуская новые спектакли штатных и пригашенных хореографов. Такие спектакли стоят в афише рядом с драматическими и в них зачастую (иногда все-таки приглашаются профессиональные танцовщики) заняты обычные артисты театра, имеющие хорошую хореографическую подготовку.

В октябре 2015 были выпущены три спектакля. В Театре им. Пушкина С. Землянский представил «Жанну Д’Арк» по Б. Шоуна специально написанную музыку П. Акимкина (уже третья работа хореографа-фа в этом театре после «Материнского поля» и «Дамы с камелиями»), Е. Дружинин поставил «Яму» по Куприну в Театре на Малой Бронной и В. Холина к открытию Новой сцены Театра им. Вахтангова показала новую работу «Мужчины и женщины». Подобные спектакли уже успели перерасти номинацию «эксперимент», куда их еще пару лет назад определяли эксперты премии «Золотая маска», и даже превратиться в буржуазный тип представления, развлекающий тружениц офисов, которые предпочитают лаконичный язык тренированного тела зауми слов.

Возможно, эта тенденция повышенного интереса к «пластическому» возникла как следствие увядания вербального театра, но как всякая другая тенденция, она будет вынуждена вскоре смениться другой.

Северная столица не смогла состязаться с Москвой ни количеством, ни качеством спектаклей. Практически пустым оказался балетный год в Мариинке. Кроме премьеры детских балетов «Бэмби» А. Головина и «В джунглях» на музыку одноименной сюиты А. Локшина в постановке А. Пимонова (либретто и оформление режиссера-документалиста А. Матисон, дирижер В. Гергиев), прошел вечер «Рыцари танца» для трех этуалей Мариинскго театра И. Колба, Е. Иванченко и Д. Корсунцева с премьерами балетов «Дивертисмент короля» на музыку Рамо по либретто Б. Королька в хореографии М. Петрова и «Танго для троих» на музыку Х. Родригеса в хореографии Э. Фасхи. Формально, новые балеты остаются в репертуаре, но когда они снова появятся в афише, неизвестно.

В декабре 2015 Мариинский театр выпустил еще одну премьеру, относящуюся уже к сезону 15/16: балет на музыку Стравинского «Симфония в трех движениях» в хореографии Р. Поклитару и оформлении Анны Матисон, которая за последние пару лет стала «придворным» режиссером и художником при В. Гергиеве. В прошлом сезоне она выступила постановщиком оперы Римского-Корсакова «Золотой петушок», ей же принадлежат документальные фильмы о работе Гергиева. «Симфония» Поклитару станет частью нового фильма-балета А. Матисон.

Михайловский театр за 2015 «сдулся» и как соперник Мариинки и, вообще, как креативный институт. После ухода в2014 Н. Дуато с поста худрука балета В. Кехман не стал доверять никому освободившуюся должность, и она до сих порвакантна. В сентябре 2015 в Михайловском прошла премьера «Корсара» А. Адана,Ц. Пуни, Л. Делиба, Л. Минкуса, Р. Дриго, П. Ладенбургского, Н. Трубецкого, А. Симона в редакции постоянного приглашенного балетмейстера М. Мессерера, в кото-рой театр предъявил свою главную летающую достопримечательность — «беженца» из Большого И. Васильева. Театр Б. Эйфмана выпустил одну полноценную премьеру: балет «Up & Down»по мотивам романа Ф. С. Фицжеральда «Ночь нежна» на музыку Дж. Гершвина. Шуберта, А. Берга с декорациями З. Марголина. В новом спектакле Эйфман продолжает серию своих психоаналитических исследований в балете. С помощью упругой, почти гимнастической лексики хореограф рассказывает захватывающую историю деградации молодого врача и его жены и пациентки. Историю о вышедших из темных закоулков подсознания кошмарах и маниях, которые разнузданно «танцуют» частную жизнь героев балета.

В сентябре спектакль гостил в Москве на фестивале «Черешневый лес», и это были три вечера аншлагов. Театр балета им. Л. Якобсона (худрук. А. Фадеев) выпустил в 2015 «Вечер одноактных балетов», куда вошли «Шопениана» М. Фокина, «Гран па из балета ‘Пахита’» Л. Минкуса в хореографии М. Петипа и «Репетиция» на музыку Й. Гайдна и К. Чистякова в хореографии К. Кейхеля. Экс-премьер Мариинского театра Фадеев старается развивать подопечный ему театр по модели Екатеринбургского балета, где его коллега и однокашник В. Самодуров грамотно гармонизирует репертуар, аккуратно внедряя в классическую афишу современные спектакли, созданные специально для этой труппы.

Важной составляющей культурной жизни двух столиц в 2015 были так называемые продюсерские проекты. Агентство С. Даниляна уже далеко не единственный игрок на этом поле, хотя и сохраняет лидерские позиции. Новая программа от Ardani во второй раз была связана с балериной Н. Осиповой и ее экс-партнером И. Васильевым. Для нее и артистов Королевского балета Ковент-Гардена А. Мариотт поставил балет «Zeitgeist» на музыку Первого скрипичного концерта Ф. Гласса. Второй спектакль программы — «Моцарт и Сальери» по мотивам кантаты Моцарта и Сальери «На выздоровление Офелии» — поставил В. Варнава на себя и И. Васильева. Спектакль показали в Михайловском театре и на основной сцене МАМТа летом.

Интересный вечер провела в Большом и Мариинском театрах питерская балерина Д. Вишнева, в связи с 20‑летием творческой деятельности представившая свою новую работу в балете Х. ван Манена «Старик и я» на музыку Дж. Кейла, И. Стравинского и В. А. Моцарта. Хореограф Ю. Смекалов показал на сцене Александринского театра балет-байопик «Infinita Frida» А. Маева, посвященный творчеству мексиканской художницы Ф. Кало с международным составом участников. И. Васильев дебютировал в качестве хореографа в подмосковном концертном зале «Барвиха Luxury Village» с «Балетом № 1».