Как гибнет Земля: фото изменений
С момента начала индустриальной революции люди оказали огромное влияние на Землю, которое со временем только ускоряется. Оно кажется незаметным, но если посмотреть на эту коллекцию снимков, отлично видно, как человек меняет планету.
Некоторые фотографии были сделаны с интервалом в полвека, другие — с промежутком 10–15 лет.
Фотографии от 1940-х до 2000-х годов показывают, как сильно изменение климата отразилось на ледниках Земли. Вот фотографии ледника Мьюир на Аляске в августе 1941 года (слева) и в августе 2004 года (справа).
Вырубка леса в Сальте (Аргентина) очевидна на этой паре фотографий от 1972 и 2009 годов.
Сильно пострадал от рук лесорубов лес Мау в Кении. Разница заметна на снимках, сделанных в 1973 году и в декабре 2009 года.
Похожая история произошла в кенийском Национальном парке Накуру-Лейк. Фотографии были сняты в 1973 и 2000 годах.
Вырубка также не прошла бесследно для Южноамериканского атлантического леса в Парагвае. Вот как он выглядел в 1973 и 2008 годах.
Это Рондония в Бразилии, где вырубили множество деревьев в период с 1975 по 2009 годы.
И то же самое случилось с лесом Бабан-Рафи в Нигере с 1976 до 2007 годы.
Эти снимки показывают, как обеднел лес Маунт-Кения в Кении с 1976 по 2007 годы.
Изменение климата начало влиять на ледники в 1970-х годах. Вот фотографии ледника Кори-Калис в Перу в 1978 и в 2011 годах.
Эти кадры документируют тающий лед в Эквадоре с марта 1986 года по февраль 2007 года.
С 1980-х годов НАСА также фиксировало пересыхание озер по всему земному шару. Это фото национального парка Большие песчаные дюны в Колорадо в 1987 году. Справа — этот же парк в 2011 году.
Аральское море в Центральной Азии значительно сократилось с 2000 по 2014 годы.
И то же самое произошло с водохранилищем Элефант-Бьютт в Нью-Мексико. Сравните его состояние в 1994 году с 2013 годом.
Реки сокращаются в Аризоне и Юте. Эти изображения сравнивают речную систему штатов в марте 1999 года и в мае 2014 года.
Озеро Мар-Чикита в Аргентине значительно уменьшилось с 1998 по 2011 годы.
И вырубка продолжает брать свое, как показывают эти два снимка леса Мабира в Уганде в 2001 году и 5 лет спустя.
Засухи сильно повлияли на США за последние несколько лет тоже. Вот три снимка пересыхающей воды в Канзасе — в 2010, 2011 и 2012 годах.
Исчезающее озеро Урмия в Иране — снято в июле 2000 года и июле 2013 года.
С чего Вы взяли что Земля гибнет?
Это человек сдохнет, а планета эти циклы уже пару тысяч раз прошла.
Стандартное нытьё, перепост одних и тех же по сто раз разжёванных картинок.
Вот скажи автор, от чего по-твоему должно было отказаться человечество, чтобы ты успокоился? У тебя же есть мнение или просто жгём электричество компьютеров, внося свою капельку в "глобальное потепление"?
поставил минус: из-за названия и текста
у нас глобальное потепление было бы и без нас, мы внесли свои 1-2% максимум. т. е. если потепление настало - мы никак не можем повлиять.
вам бы историю геологии и климата подботать бы
Если бы ледники разрастались, вместо того, чтобы таять, визгу про "Земля гибнет" было бы намного больше.
а что ты сделал для хип-хопа спасения Земли?
Да вашуж дивизию. Это смена климата сама по себе идет.Запомните одно, земля - это караванА как известно собаки лают а караван идет.
Есть еще про это вот тут https://pikabu.ru/story/zemlya_quottogdaquot_i_quotseychasqu. Но в моем посте содержится больше информации
Короче, пизда нам светит.
Итоги проекта «Водорослям крышка»: собрано 6061 кг пластиковых крышек, в Волгу выпущено 37 000 мальков
Проект «Водорослям крышка» успешно реализуется на территории Саратовской области с 2021. Его цель - привлечь внимание жителей Поволжья к проблеме пластикового загрязнения и заболачивания Волги. Совместными усилиями школ, вузов, больших и маленьких компаний, волонтёров проекта за год собрано 6061 кг пластиковых крышек и выпущены в Волгу 37 000 мальков сазана, толстолобика и белого амура.
«Волга – река с самой большой антропогенной нагрузкой. Последние годы мы все чаще наблюдаем активное цветение реки, избыточное размножение водорослей̆ и мор рыбы. Собирая раздельно пластиковые крышечки и отправляя их на переработку, мы не только возвращаем ценные ресурсы обратно в экономику, но и на вырученные средства дополнительно выпускаем в реку рыбу, поедающую водоросли. Так мы снижаем нагрузку на мусорные полигоны и способствуем оздоровлению Волги», – рассказали организаторы проекта.
В этом году особое внимание будет уделено просвещению жителей: для детей будет создан видеоурок о проекте, в экоцентре организована выставка о вторичной переработке материалов и проблемах реки Волги. Дополнительные контейнеры для сбора крышек будут установлены в общедоступных местах и организован праздничный выпуск мальков в октябре 2022 года.
Бухта Шида – пример убийственного байкальского туризма
Попытаюсь (понимая тщетность своих усилий) еще раз «открыть им глаза». К настоящему моменту более всего пострадали берега пролива Малое Море, пропускающие через себя самый крупный байкальский турпоток. Бедственное состояние острова Ольхон широко известно, чего нельзя сказать про материковый берег. Очень показательна ситуация вокруг бухты Шида. Вода в ней является самой теплой на Байкале, а берега – самыми «лакомыми» для земельных аферистов, застройщиков, турбизнеса и чиновников, стоящих за этими «отраслями хозяйства».
В начале 1980-х (мои аспирантские годы) берега Шиды входили в границы моего стационарного участка по учету хищных птиц. В то время деревня Шида состояла из нескольких домов и скотоводческой фермы, на всю бухту имелась 1 турбаза. С середины июня по конец августа на берегу стояли палатки «диких» туристов. Их было довольно много (в пик сезона единовременно человек 300-400). Особого ущерба природе они не наносили. Наоборот, благодаря произошедшему сокращению колхозного скота степь всё больше зеленела, лиственничный лес на склонах становился гуще и выше. Залив Мухор (бухта Шида – его часть) изобиловал окунями, щуками, сорогой. В период сезонных миграций берега кишели утками и куликами, летом здесь держались большие стаи линных уток (в основном гоголей и горбоносых турпанов), на скальных мысах, островках гнездились огари и турпаны. Гнездящиеся хищные птицы были представлены не только тривиальными, но и краснокнижными видами.
С начала 21 века началось бурное «развитие территории». К настоящему времени почти все берега (и примыкающие к ним окрестности) между мысами Улирба и Шида – примерно 2,5 км – покрыты многими сотнями строений. Десятки турбаз, несколько ДНТ, множество объектов «индивидуального жилищного строительства».
Склоны, примыкающие к центральной части бухты.
Вся непокрытая лесом территория «распределена» и огорожена:
Эти турбазы находятся у северного края бухты Шида (близ мыса Улирба).
Мыс Шида также освоен. Его украшают вот такие ограды:
Над водой уютно устроились турбазы различной величины:
Но надо сказать, что в южной части бухты еще не все «обустроено». Вот публичная кадастровая карта мыса Шида:
Склоны левее автодороги, включая покрытые лиственничным лесом, разделены на участки (площадью 10-11 соток). Имеют категории «земли поселений» и «земли лесного фонда». И те, и другие предназначены для «малоэтажной жилой застройки». Но еще не застроены.
Еще раз взгляните на карту. Участки «нарезаны» в водоохраной зоне, в Центральной Экологической Зоне Байкальской природной территории, на ценных природных ненарушенных участках, удаленных от деревни Шида на 1-2 км, в границах Прибайкальского национального парка. Они охраняются «строгим» байкальским природоохранным законодательством.
Однако чиновники Ольхонского района проделали титанический труд – вопреки всем запретам поставили тысячи участков на берегах Малого Моря на кадастровый учет, продали их или передали в долгосрочную аренду. По идее, районный бюджет должен был бы озолотиться, но – увы. Участки продавались (конечно, не первым встречным) по очень скромным ценам (либо вообще бесплатно). И лишь затем перепродавались по ценам рыночным.
Но почему же далеко не все участки на сегодня застроены? Да просто не успели (пока). Тишь и благодать закончились в 2018 году, в связи с созданием Байкальской природоохранной прокуратуры. Из всех контрольных органов лишь она одна знала и помнила про природоохранные законы. И что ещё хуже – стала проверять законность земельных сделок и строительства. Возмущение этим беспределом охватило широкие народные массы - владельцев земли и недвижимости, чиновников всех уровней, депутатов Госдумы. Попытку прокуратуры навести порядок они назвали «байкальской правовой аномалией».
Мое мнение: «Что следует делать с этой «аномалией»? Если исходить из государственных интересов, необходимости сохранить Колодец Планеты для всего населения РФ и для мирового сообщества (страна несет ответственность за сохранение, подписав международные конвенции). Следует соблюдать установленные законом запреты на оборот земельных участков и застройку природных территорий. Провести проверки в отношении чиновников, осуществлявших «раздачу» байкальских земель. В первую очередь это касается Ольхонского района. Речь идет о 110 тыс. га земель сельскохозяйственного назначения, включенных в Прибайкальский нац. парк без изъятия из хозяйственного использования. Именно за счет этой земли в десятки раз увеличивались площади населенных пунктов, на ней, как грибы росли ДНТ и турбазы. Пора выяснить, сколько земельных участков осело в руках самих чиновников и членов их семей. Если же виновные не будут наказаны – конвейер по вводу в коммерческий оборот природных территорий на Байкале не только продолжит свою работу, но и усилит обороты. Необходимо вернуть под контроль государства незаконно распроданную землю.»
Каково мнение власти? В конце июня прошел 6-й Водный конгресс, на котором заместитель председателя комиссии по экологии и охране окружающей среды, член комиссии по правам человека, общественному контролю за деятельностью правоохранительных органов и силовых структур Андрей Анисов заявил: «Ни в коем случае нельзя допускать нагнетания негативных настроений граждан, проживающих на Байкальской природной территории. Все конфликтные ситуации необходимо решать исходя из принципов соблюдения Конституционных прав граждан, законности, справедливости и ответственности перед людьми и перед Байкалом. Никто не заинтересован в этой долгой изнуряющей борьбе. Все хотят спокойно жить и работать, не причиняя ущерб Байкалу, развивая территории на берегах озера. Но для того чтобы это стало возможным, нужно навести порядок в первую очередь в действующем законодательстве. Сейчас основные проблемы вызваны правовой неопределённостью в вопросах урегулирования жизни на Байкале. Не случайно появился термин: «Байкальская правовая аномалия». Этот фактор тормозит развитие населённых пунктов, решению социальных, инфраструктурных задач".
То есть все участки на слонах бухты Шиды (и множество других на Малом Море) в скором времени будут застроены. На радость «местным жителям». Да и кого стеснятся? В лесу близ мыса Шида одним из первых капитальных объектов стало ДНТ «Лесник», организованное Агентством (теперь – Министерством) лесного хозяйства Иркутской области.
Перед мысом Шида находится маленькая бухточка - Шараншура. Последний в Шиде оплот «дикого туризма». Все остальные территории, пригодные для палаточников, здесь застроены. Вот так выглядела Шараншура в июле 2012 года:
Ситуация очень показательна для всего Малого Моря. Здесь огромные территории застроены турбазами и коттеджами, но все претензии по поводу недопустимого загрязнения прибрежных вод чиновники и турбизнесмены перенаправляют с себя – на «диких» туристов. Ютящихся на пяточках земли на задворках сплошных зон застройки. Именно «дикарей» объявляют главными виновниками экологического неблагополучия.
И вот – свежая информация: «Бухту Шараншура местности Шида на Малом Море оборудуют инфраструктурой и отрегулируют поток туристов» . «Из-за такого наплыва людей все живое в бухте каждое лето балансирует на грани выживания: растения в песке нещадно вытаптываются, деревья повреждаются топорами, гвоздями и веревками, дерн снимается для установки многочисленных палаток. Расчетная рекреационная нагрузка на местность не соблюдается и процесс деградации природных комплексов набирает обороты. Профилактические беседы государственных инспекторов и волонтеров, штрафы не приносят должного эффекта. Единственный шанс сохранить природу бухты – взять местность под жесткий контроль и оборудовать ее инфраструктурой. В бухте уже начались работы по возведению конструкции входной группы, следующим этапом станет укладка тротуаров. Все – из природных материалов. В последующем на площади в один гектар появятся некапитальные легковозводимые деревянные малые формы: настилы для палаток, беседка, площадка ТБО, кострища с изоляционным слоем, туалеты. Съезд к воде закроют ограждением для соблюдения норм водоохранной зоны» . «Количество посетителей будет регулироваться системой выдачи разрешений на посещение Прибайкальского нацпарка, согласно расчетным показателям антропогенной нагрузки».
Позвольте, но съезд к воде я нашел закрытым (и с надписью «частная территория») ещё в 2019 году:
Кстати, инспекторов здесь ни разу не видел. По поводу этой вот «въездной группы» и ряда свежих построек на мысе Шида я написал в прокуратуру. Получил ответ, что всё законно.
Дальнейший текст разъясняет ситуацию. «Размещение объектов, внешний вид построек представлены в проекте местного предпринимателя, руководителя крестьянско-фермерского хозяйства Дмитрия Говорухина. Он согласовал проект с профильными специалистами «Заповедного Прибайкалья», заручился поддержкой агентства по туризму Иркутской области и получил экологический грант от компании En+».
Вероятно, ограда-2019 принадлежала этому же фермеру–предпринимателю (если не ошибаюсь, в конце 1990-х он работал в Прибайкальском национальном парке в отделе туризма). Наверняка уже в 2019 он «регулировал нагрузку» и брал плату за размещение (или за проезд?) в бухте, которая ему не принадлежала (входит в границы Прибайкальского национального парка).
Палаток и машин в 2019 действительно было меньше, чем в 2012 году. Но строений и машин на лесном склоне – намного больше.
И вот теперь он оформил всё официально, в обстановке любви и согласия с «Заповедным Прибайкальем».
«Дикие» туристы вызывают острую ненависть у чиновников и турбизнеса потому, что они им не платят «за проживание». Наконец-то найдено решение проблемы - обустройство «въездных групп» и «регулирование нагрузки». За право ставить палатки в бухте Шараншура «дикарям» придется платить. И эта практика, несомненно, будет распространена на все берега Малого Моря.
Большая радость для «Заповедного Прибайкалья» и привлекаемых им бизнесменов-предпринимателей. Мне только одно непонятно. После повсеместной реализации этого прогрессивного метода, кого будут винить в ускорении экологической деградации Байкала? Похоже, что только «иностранных агентов», Гринпис и немногих неаффилированных с турбизнесом экоактивистов. Больше некого.
Да, регулировать туристическую нагрузку необходимо. Но должен ли на этом процессе зарабатывать руководитель крестьянско-фермерского хозяйства? Очень в этом сомневаюсь. Для всех предпринимателей собственная выгода несравненно дороже охраны природы.