СЕРБЫ БРАТЬЕВ ПО ВЕРЕ НЕ ПРЕДАЮТ

Чрезвычайный и Полномочный Посол Сербии в России в интервью нашей газете – об отношении москвичей к живущим здесь сербам и о том, почему его государство не стесняется открыто поддерживать нашу страну в трудные времена.

– Господин Терзич, как вам живется и работается в Москве?

– Хотя как посол я работаю в Москве два года, регулярно бываю у вас в городе на протяжении последних 25-30 лет. Я ученый-историк, у меня здесь широкий круг знакомых – в академических и других научных институтах. Так что чувствую себя здесь почти как дома. В Белграде живет всего два миллиона человек, и по сравнению с Москвой это, конечно, маленький город. Зато в российской столице очень сильно ощущается насыщенная культурная и духовная жизнь. И люди здесь хорошие. Единственное, что мне мешает в Москве – пробки.

– Расскажите, пожалуйста, о сербской диаспоре в России.

– Она заметно отличается от наших диаспор, к примеру, в Германии, или в других странах. Если там мои соотечественники в большей или в меньшей степени отделены, изолированы, то в России – наоборот, интегрированы в общество. Здесь очень много сербских строительных компаний. Есть банки, рестораны, много студентов, которые учатся в МГИМО, в консерватории, в Московской духовной академии. Многие сербы женаты на русских женщинах. А если коснуться истории, сербская диаспора появилась в России с начала XVIII века, когда здесь поселился граф Савва Лукич Владиславич-Рагузинский, принадлежавший к дворянскому роду из Герцеговины. Он был близким сподвижником Петра Великого. Сербы и русские – этнически очень близкие народы. По духу и по культурному наследию нас также многое объединяет. Но главное – у нас общая вера.

– Россия всегда тесно сотрудничала с Сербией. Тяжело ли сейчас работать в нашей стране, когда России активно оппонируют и США, и Евросоюз?

– Должность Чрезвычайного и Полномочного Посла интересная и сложная в любую эпоху. Но вы правы, кажется, я занял этот пост в самые сложные времена. Обострилась ситуация на Ближнем Востоке, в разгаре украинский кризис, не ладятся отношения России с Евросоюзом, отменили строительство «Южного потока»… Работы много. С другой стороны, как дипломату и как историку мне все это очень интересно.

– И все же, не опасается ли Сербия открыто поддерживать нашу страну, когда многие государства присоединяются к антироссийским санкциям?

– В современном моменте тонкая подоплека. У русско-сербских отношений очень глубокая историческая основа. Они начали активно развиваться еще на рубеже XII – XIII веков. Во время татаро-монгольского ига наши короли помогали России. Когда Сербия была под османским владычеством, русские цари, в свою очередь, пришли на помощь нам. Так сложилось, что из всех великих держав именно Россия была единственной, кто постоянно поддерживал сербский народ, выступал за его единение. Поэтому когда нас спрашивают, почему мы не присоединились к антироссийским санкциям, мы отвечаем: «Мы этого не хотим и не можем этого сделать ради наших многовековых политических, дипломатических, духовных и церковных отношений». Сербия друзей никогда не забывает.

– Между нашими странами действительно очень крепкие духовные связи. Напомним: в прошлом году Патриарх Московский и всея Руси Кирилл нанес мирный братский визит в Сербию. Как вы считаете, каковы главные итоги этого визита с дипломатической точки зрения?

– Помимо того, что во время этого визита обсуждалось межцерковное сотрудничество, два Святейших Патриарха – Московский и всея Руси Кирилл и Сербский Ириней – освятили в Белграде памятник царю-страстотерпцу, последнему российскому императору Николаю II. В нашей стране этого русского царя считают героем. Есть улица Николая Романова, установлен памятник на местном кладбище, а сейчас в самом центре Белграда напротив президентской Палаты открыли 7,5-метровый монумент известных российских скульпторов Андрея Ковальчука и Геннадия Правоторова. Русский царь изображен в военной форме, держит саблю… Хочу напомнить: именно Николай II спас многих сербов во время Первой мировой войны. Российский император сыграл важную роль в ходе отступления сербской армии в Грецию. Когда наши измученные и замороженные солдаты прибывали на Адриатическое побережье, французские СМИ писали, что нет никакого смысла перевозить людей, которые уже практически мертвы. Николай II настоял на том, чтобы союзники, прежде всего Италия и Франция, отправили свои корабли и перевезли сербских солдат в безопасное место. В противном случае он пригрозил выйти из войны, разорвать союз с Антантой и подписать сепаратный мир с Германией. Помощь сербам была оказана, это спасло многие жизни. Сейчас почти каждый день к этому памятнику приносят цветы. Многие сербы говорят: у них складывается впечатление, будто Николай II на этом месте стоял всегда, что оно было предназначено для этого.

– Вы – автор многих научных работ, сейчас пишете новую книгу. А как вы относитесь к русской литературе? Есть ли у Вас любимые авторы?

– Русскую литературу не любить невозможно. Среди моих любимых авторов, к примеру, Александр Пушкин. Помимо того, что он великий поэт, он еще и несколько песен про сербов написал (среди них – «Дочери Карагеоргия», «Песня о Георгии Черном», «Воевода Милош»). Особенно популярен у нас Сергей Есенин. Когда я учился в гимназии, многие мои друзья носили прическу с пробором как у Есенина. Я очень люблю Тютчева. Из прозаиков – Федора Достоевского, Льва Толстого, славянофила Константина Леонтьева. Кстати, знаете ли вы, что в «Анне Карениной» прототипом графа Вронского стал полковник Раевский, погибший в 1876 году в Сербии во время войны с турками? Тогда в Сербию из России пришли три тысячи добровольцев во главе с генералом Черняевым…

Беседовала Мария Максимова Фото Владимира Ходакова

Справка

Славенко Терзич родился 14 марта 1949 года в Югославии. Чрезвычайный и Полномочный Посол Сербии в России с 24 января 2013 года. Окончил философский факультет Белградского университета. Сербский историк, доктор исторических наук, профессор. На данный момент на русский язык переводится книга Славенко Терзича «Старая Сербия – драма одной цивилизации». Также работает над новой книгой «Русские славянофилы и сербы в 19 столетии». Помимо сербского, говорит на русском, греческом, немецком и английском языках.