Авторские материалы Склонных к суициду подростков будут выявлять через соцсети

Четырнадцатилетний школьник Саша Филипьев выбросился с 17 этажа. Подросток погиб на месте. Это уже третья смерть ребенка за неделю в результате суицида. Уполномоченный по правам ребенка при президенте России предлагает срочно заняться разработкой специальной программы по предупреждению самоубийств среди детей. Одна из озвученных мер - обязать школьных психологов просматривать аккаунты учеников. Мнения экспертов по этому вопросу выслушала корреспондент "Вестей ФМ" Виктория Пыркова.

Пыркова: Саша Филипьев оставил три предсмертные записки: в них и обида, и вызов, и просьба о прощении. Следствие еще будет разбираться с причинами самоубийства школьника. А уполномоченный по правам ребенка при президенте России Павел Астахов предлагает рассмотреть проблему шире. Ситуация стала катастрофической, считает он.

Астахов: Мы уже по подростковому суициду вышли на первое место в мире. Здесь и Минздравсоцразвития, и Министерство науки должны объединиться и создать единую комплексную программу по профилактике детских суицидов.

Пыркова: Из озвученных предложений: создать на базе школ службы примирения и медитации, а также обязать школьных психологов просматривать аккаунты учеников. Так проще выявить, кто потенциально склонен к суициду. Ведь, например, в случае с погибшими в Лобне девочками одна из юных самоубийц говорила о возможности покончить с собой заранее, через социальную сеть. Проблема в том, что штатных школьных психологов в России всего 16 тысяч на 48 тысяч школ. Впрочем, президент ассоциации детских психологов Александр Кузнецов не верит, что слежкой можно чего-то добиться.

Кузнецов: Я пока не понимаю, к чему это приведет. И, честно говоря, не вижу большого смысла. Молодой человек, ребенок, никогда не покончит с собой, если у него есть, к кому обратиться со своей проблемой, верно? Я вообще отвергаю идею проверки, если мы говорим об альтернативе идеи доверия между родителями и ребенком. Потому что слежка вряд ли что-то решит. Если ребенок узнает, что вы за ним следите, что он будет чувствовать?

Пыркова: Однако Михаил Виноградов, руководитель Центра правовой и психологической помощи в экстремальной ситуации, напротив, находит идею перспективной. Подростки проводят в Интернете массу времени, и через социальные сети на них частенько выходят преступники или мошенники. Есть целые интернет-клубы самоубийц, говорит Виноградов, и они заманивают детей к себе.

Виноградов: Есть случаи, когда специальные проводники выводили детей на крышу. Говорили: прыгаем вместе! Дети прыгали, а они бежали. Таких видели в городе Юбилейном, в Химках. Одного даже поймали.

Пыркова: Опасный контент, безусловно, существует, соглашается управляющий партнер агентства "Социальные сети" Денис Терехов. Только считать Интернет главным источником зла - это самое легкое.

Терехов: Я бы не сказал, что таких клубов много. Их единицы. И политика социальных сетей, в том числе "Вконтакте", где сидит молодежь, такова, что такие группы закрываются. Если ребенок склонен к суициду, поверьте, Интернет ему не поможет и не усугубит ситуацию.

Пыркова: Искать причину детских самоубийств не в сети, а в отношениях между родителями и детьми призывает и уполномоченный по правам ребенка в Москве Евгений Бунимович.

Бунимович: Проблема в том, что благополучной считается семья, где обули, накормили, одели, и слава богу. На самом деле, главное, что необходимо подростку, - понимание и разговор. Вот это может увести от суицидальных мыслей. А вот весь разговор ушел в Интернет!

Пыркова: Так называемый конфликт отцов и детей, говорит эксперт, в современном мире идет не от того, что родители воспитывались в другое время, а просто от элементарной нехватки знаний в области психологии. С такой точкой зрения согласен и Александр Кузнецов из Ассоциации детских психологов.

Кузнецов: Нам нужна государственная политика обучения родителей. Потому что они наступают все на одни и те же грабли. Просто потому, что не читали букваря. Потому что букваря нет. Родителей, которые идут на факультет психологии и читают специальные книжки, меньше одного процента. Нужны специальные знания в этой области!

Пыркова: А член Общественной палаты, Народный учитель России Ефим Рачевский, придерживается другого мнения.

Рачевский: Только у ненормальных родителей ребенок не является высшей ценностью. А ненормальные родители ни на какие курсы по этике и психологии семейной жизни не пойдут. Другое дело, что нужна обязательная консультативная помощь для тех, кто в ней нуждается. Я бы этим ограничился.

Пыркова: Ефим Рачевский также напоминает: проблемы подростков обусловлены самой природой, острой восприимчивостью детей ко всему, что их окружает. И здесь рецепт только один: у подростка должна быть возможность поделиться с кем-то своей проблемой. Если семья не может ему в этом помочь, то такую функцию должен выполнить хотя бы хороший педагог.