Олег Бояркин, сборник стихов Малахитовый край

От автора: Родился 03 марта 1953 года в городе Челябинске. 1960-1970 год школа №65 Ленинского района. 1970-1974 год учёба в ЧВВАКУШ, специальность военный штурман. 1974-1988 года служба в частях Дальней авиации. С 1988 года военный пенсионер. Место проживания: Эстония, город Тарту E-mail-oleg5307@mail.ru

Малахитовый край

Ухожу я знакомой тропинкой, В белоствольный берёзовый рай, Где в горах за туманами скрылся В тишине малахитовый край. Прячет осень цветные каменья В позолоте увядшей листвы, Те, что дух захватили, сверкая, У людей от красивой мечты.

Мне Урал мой особенно дорог Вековой красотою своей, Где утёс с величавой сосною, Где прозрачный струится ручей. Здесь прозрачное синее небо, Деревень сероватых дымки, Красноватые острые скалы, Обнажили верхушек клинки.

По траве с серебристой росою Среди гулкой лесной тишины Я пойду в заповедные дали, Где хранятся богатства земли, Где в народе бытуют легенды О хозяйке, что камни хранит. Изумрудом на солнце сверкает Драгоценный её малахит.

Цветы полевые

Старый дом

Челябинск

Майский вечер

Каменный пояс

Там, где горных хребтов обнажённые спины Опоясаны хвоей сосновых лесов, Цепью тянется каменный пояс Урала, Что хранит нам богатства на много веков.

Меж дремучих урочищ, где ветер, как бритва, Режет снежной крупой, по лицу теребя, Я склонюсь пред тобой, как монах над молитвой, После долгой разлуки увидев тебя.

Синь холодных озёр, грусть берёзовых колок, Увяданием осень дарует, любя. Это часть моего неостывшего сердца, Вдруг забредшего снова в родные края.

В покрывале туманов скрываются камни, Ниткой тянутся вдаль кручи серых вершин. Я боюсь их покой растревожить дыханием, Звонким шумом промчавшихся в город машин.

Среди той тишины будто вечность поманит, Между рёбер хребтов тихо солнце замрёт, И метель, налетевшая вдруг без оглядки, Белым снегом родные края заметёт.

Храни Россиюшку, Господь!

Чебаркуль

Электрички зелёный вагон, А внутри всё мужская компания. Оживлённый идёт разговор И с гражданкой момент расставания.

Чебаркуль, Чебаркуль, Чебаркуль, Километры мои полигонные. Гимнастёрка и чистка сапог, Да приказов слова монотонные.

В неприметной гражданской судьбе Нам всегда полагалась подковка. И районный наш военкомат, Извещал, что нас ждёт подготовка.

Чебаркуль, Чебаркуль, Чебаркуль, По утрам на зарядку нам строиться. Фотографии старой листок, А на ней экипажная троица.

А ещё гарнизонный ДК, Где в минуты простого привала, Мы смотрели любое кино, Под гитару душа отдыхала.

Чебаркуль, Чебаркуль, Чебаркуль, В суете наша жизнь продолжается. Городок этот близок душе, Что всегда с теплотой вспоминается!

Гости из деревни

Закат на острове Крит

Разлука

Столица

С чемоданом в руке на знакомый перрон Я ступаю на землю Урала. Он встречает меня широтой площадей Из вагона в объятия вокзала.

По широким пролётам твоих автострад Я проедусь по скверам и паркам. Моя встреча с тобой, словно с юной порой, Для меня станет лучшим подарком.

За окном замелькают проспектов огни, Земляков моих светлые лица. Если ты далеко и тебе нелегко, В город свой поспеши возвратиться.

Будет дождь или снег, этой встрече я рад. Пусть над городом ветер кружится. Мой Челябинск родной, с ним я связан судьбой, Он на Южном Урале столица.

Чердак

Родимая сторонка

Пурга

Новороссийская

Старая гитара

Каменный цветок

Дворики

Богородица

Узкий проём зарешётчатых окон… Мир монастырской глухой тишины… Образ защитницы нашей России, Лик Богородицы встал у стены. Глядя с укором на лица мирские, Нам в назидание грозила перстом, Чтобы грехи свои не забывая, Чаще себя осеняли крестом.

Делом своим, чистотою устоев, Душу от скверны свою берегли, Чтобы поступки и наши пороки, Против же нас не пустили враги. Как тяжело отвечать за Россию! Нас миллионы, и все мы грешим. И не пытаемся сделаться лучше, Как дальше жить, всё никак не решим.

Легче списать всё, на время лихое, Что, мол с годами, отмолится грех. А у всевышнего доля такая, Значит, прощения хватит для всех. Глядя с укором на лица мирские, Скорбная тихо катилась слеза. От чудотворного в мире явления, Замироточили вдруг образа.

Ленинский район

Трудовой район, большой, рабочий. Многодетных и простых семей. Во дворах здесь шумно было очень, От забав играющих детей. Смолино, Гагарина, Аврора, Старый порт и даже КБС Были для меня в далёком детстве Пять не забываемых чудес. Здесь мужские были разговоры, И порою был расквашен нос. Мы потом, как правило, мирились, Дело чести, это не вопрос. Первые гитарные аккорды, Песенки про жизнь и про любовь. Нас потом судьба разъединила, Чтобы не столкнуть по жизни вновь. Мой район не славился культурой — Ленинский, отпетая шпана! Время, поделённое на смены Для гособороны у станка. В модной синей клетчатой рубашке, Брюки по фасону, формы клёш, Да пробор со стрижкою «Канадка», Так ходила наша молодёжь. Часто вспоминаю эти годы, Ленинский живёт в моей судьбе. Правит здесь сейчас другое время, Да и люди здесь совсем не те. Во дворах с ухабами дороги, Двери, что повисли на петле, Будто отбывают срок свой в жизни, Мучаясь на созданной земле. Трудовой район, простой, рабочий. Разных, незатейливых семей. Это было раньше шумно очень От забав играющих детей. А сейчас здесь тихо, будто в яме, Лужи да не стриженный газон. Очень постаревшие соседи Посидеть выходят на озон.

Парни деревенские Деревянные кресты, стёртые фамилии… Пишет чёрный карандаш лист за упокой. А в землице спят сырой парни деревенские, Что с конфликтов пагубных не пришли домой. Прячет мать за образа орден с похоронкою, Да последнее письмо с проклятой войны. Незаметно пролетят никому ненужные Горечь и страдания рядовой судьбы. Парни деревенские, Курские, Смоленские, Что своими жизнями закрывали брешь, В войнах тех участием и своею памятью Наверху начальникам проедают плешь. Деревянные кресты, стёртые фамилии, С краской облупившейся красная звезда. Пока живы матери, память будет теплиться, А потом исчезнет всё, разом, навсегда.

По Руси

Одинокое сердце

Танкоград

Город с трудовою, громкой славою У подножья живописных гор Стал давно опорою державною, Обращая восхищённый взор. Здесь цветёт уральская рябинушка, Здесь живут и чудо мастера. И хранит покой большого города Голубой волной Миасс-река.

Всё знакомо мне в любимом городе: Ленинский проспект и мой Арбат, Площадь Революции, Курчатовский, Здесь берёзки с елями стоят. Фонари вечернего Челябинска Льют на мостовые тёплый свет. Для меня милей родного города Ничего на свете лучше нет.

Потому для сердца очень дороги Про Челябинск тёплые слова. Он для нашей Родины-России Совершал великие дела! И не даром в день лихой для Родины Был отмечен наш уральский град Боевым, святым, крещёным именем, Грозным для врага, как «Танкоград»!

С городом своим растём и старимся, Но не забываем никогда. Пусть он с незатейливым названием, Не такой уж громкий, как Москва. И когда услышу я знакомый мне Наш уральский, яркий говорок, Будто на одно всего мгновение Побывать в краю любимом смог.

Солдаты России

В полях заснеженной России Под белым снегом мирно спят. И генерал, и рядовые, В бой поднимавший их комбат. Давно остыли боя громы, Запорошил могилы снег, И не даёт нам всем покоя Войною той двадцатый век.

Солдат в гранитном постаменте Зовёт в атаку за собой, Как будто нет ещё победы, Есть для него тот вечный бой. И лишь медали ветеранов Свой издают печальный звон. И спит под толщею сугробов В бою погибший гарнизон.

И будет память о солдатах Среди оставшихся в живых В душе осколком шевелиться У генералов, рядовых. И только белые снежинки К лицу добавят седины. Не забывают ветераны Атаки страшной той войны.

Ордена

Колодец

К деревенскому колодцу В день морозный, на виду, Молодые ходят девы, Повстречать свою судьбу. Нарумяненные щёки, Стрелкой гордой гнётся бровь, Сердце пламенем займётся, Если встретится любовь.

В красном поясе с кистями Полушубок, белый мех. С золотистыми кудрями, Он один такой из всех. В небе радужном сияло Солнце, словно жёлтый блин. На свету снежок искрился, Как из сказочных былин.

Сердце девичье в смятеньи, Мёрзнут стылые слова. От любви его холодной Кругом едет голова. Тает свечкой время встречи, Догорает, словно свет. Получить желает дева От любимого ответ.

Ты с пустыми вёдрами Мимо не ходи, Без воды колодезной Не везёт в любви. Льдом покрылся сахарным Деревянный сруб, Ощутить так хочется Сладость твоих губ.

Печка

Деревенька

Счастье быстрое

Платье белое, кони быстрые, За случайного замуж вышла ты. А любви своей не поверила, Нелюбимому честь доверила.

Ночка тёмная да осенняя, А для свадьбы нет настроения. И не горькое, и не кислое Нелюбимое счастье быстрое.

А любви своей испугалася И с кручиною жить осталася. Под фатой в груди чувства прячутся, По щеке рекой слёзы катятся.

Развесёлые гости пьяные, Знать любовь твоя окаянная. Льнёт жених к плечу мягкой глиною, Будет горькою жизнь рябиною.

Не весёлая, не печальная, Знать судьба твоя обручальная. И не стерпится, и не слюбится, Любовь первая не забудется.

Дальнобойщик

Посмотри мне в след без сожаления И с душою лёгкой отпусти, А ночами, что подарит осень Понапрасну долго не грусти. У меня работа непростая: От машины я неотделим. Предстоит неблизкая дорога С грузом в дальний город Усть-Илим.

По полям и по лесам таёжным, А в пути дожди, и мокрый снег, Мчится вечно с делом неотложным По дорогам жизни человек. Не всегда она бывает ровной, И порой бывает горячо. Главное в пути, чтоб ощущалось Верное, надёжное плечо.

А когда закончатся дороги, И из рейса возвращусь домой. Я достану из шофёрской куртки Небольшой букетик полевой. Я коснусь небритою щекою Бархатистой кожи твоих плеч. Ощутив, как бьётся твоё сердце От простых счастливых наших встреч.

Дождик

Челябинский Арбат

Праздник лета

Будит гомон птиц лентяев, Наполняя звуком двор. Да ещё поёт Митяев Про вагонный разговор. По пролётам тихих лестниц Застучали каблучки, Наполняя ритмом утро После ласковой ночи.

На исходе праздник лета: Мне напомнил календарь. Будет осень золотая Криком птиц тревожить даль. А размытые пейзажи От осеннего дождя Сменят белые снежинки Голубого января.

На берёзе за окошком Я заметил рыжий лист. И играет вальс прощальный Наш дворовый гармонист. Лишь засохшие ромашки В красной вазе на окне Будут запахом медовым Приближать меня к весне.

Одна из женщин

Я полюбил одну из женщин С неброской внешностью на вид. И, не рисуясь в отношениях, Она своей душой манит. Ищу повсюду я с надеждой Её открытый добрый взгляд. Великолепная подруга, — О ней друзья так говорят.

И, видно, так судьба решила, И жизни путь неотвратим. Мужчина попросту мечтает, Чтоб был он женщиной любим. А красота порой скрывает, Пустой и призрачный кураж. И очень поздно понимаешь, Что ты в руках держал мираж.

Порой избитые ошибки Мы повторяем много раз. Любовь, пришедшую однажды, Вдруг пропускаем мимо нас. Не замечая человека, Мы в суете мирской пройдём, Потом с несчастною любовью Свой крест пожизненно несём.

Бабушки

Материнская надежда

Посвящается Нине Васильевне Бояркиной

Смотрит мать с надеждой на дорогу, Хмуря добрый из морщинок взгляд. Будто бы совсем ещё недавно Провожала в долгий путь ребят. В узелок натруженные руки, Держит в них букетик полевой. Бьётся в ожидании сердечко, В гости ждет детей к себе домой. Как же пролетело быстро время! У неё полно уже внучат. Смотрят с фотографий все с улыбкой И, при этом, вежливо молчат. Редко в незатейливом письмишке Спросят про здоровье и дела. Видно, не торопятся приехать, А она звала, звала, звала. Смотрит мать с надеждой на дорогу, Хмуря добрый из морщинок взгляд. Может быть сегодня и приедут? Ведь не зря соседки говорят. А ещё сегодня утром снилось, Будто вёдра полные воды Принесли, оставив у порога, Очень долгожданные сыны.

Тургояк

Здесь красивая природа, И прозрачная вода. В этом месте я с друзьями Отдыхаю иногда. Пахнет хвоей горный воздух, Взгляд притягивает вид. Это озеро на Солнце, Как жемчужина, блестит.

Не нужна мне заграница И её рекламный вид. Место русское, родное Красотой своей манит. А когда наступит лето, Возвратимся мы сюда. С этим озером связала Нас единая судьба.

Паутинистая осень

Уральские пельмени

Новый год идёт на встречу. Стол на праздники вопрос, Это вам не водки ящик И коробка папирос. Мандарины, шпроты в масле И салатик оливье: Я люблю, чтоб было вкусно И красиво на столе.

Если будешь на Урале И зайдёшь ко мне домой, Для меня ты сразу станешь Гость для сердца дорогой! Для тебя на стол поставлю Я не сдобу и не квас, С мясом фирменных пельменей Налеплю с семьёй для вас.

Есть грузинские хинкали И узбекские манты, Есть уральские пельмени Бесподобной вкусноты. За окном снежок кружится, Мёрзнут люди на ходу. Подаю на стол с поклоном Нашу царскую еду.

Наши славные пельмени, Словно братья, с ноготок. Хорошо макать их в масло, В наш томатный «Огонёк». И под чарочку, другую С уважением к тебе! На гармошке я сыграю Про рябину песни две.

Банька

Челябинский хоккей

Челябинск знаменит хоккеем. Наш Трактор, Мечел и Восход. Мы доказали, что умеем Играть и двигаться вперед. Недавно был у нас построен Красивый крытый стадион, И всякий раз пред каждым матчем Своим фанатом полон он. Здесь понимают и умеют Ценить заслуги всех побед, И потому в хоккее нашем Челябинск свой оставил след.

Хоккейные звёзды Урала Белоусов, Быков, и Макаровы, Малкин и Евгений Кузнецов! Множат славу нашего хоккея, Не роняя честь своих отцов. В них видна уральская закваска Пыл борьбы для них не укротим. Потому наверно на Урале Наш хоккей в почёте и любим!

Трактор

Зажглись огни большого стадиона, Народ идёт и едет на хоккей. Теплом давно не радует погода, Но мир фанатов полон новостей. Прогнозы и желанные надежды На матч давно прихвачены с собой. На льду родной сверкающей арены, Наш Трактор, должен дать красивый бой.

Свисток, в атаке первая пятёрка. Бросок, летит в ворота шайбы круг. А это значит сделан шаг к победе, Коль за спиной стоит надёжный друг. В подборе, и в атаке, и в защите, Наш Трактор, как единая стена. Всё видит и всё знает Белоусов, Такая установка им дана.

И пусть порой усталость вяжет ноги И нету больше сил вперёд бежать. Хоккейные традиции, что чтим мы, Характером нас учат побеждать. Уверен, что не все вершины взяты, А значит впереди спортивный бой. Наш Трактор, гордость Южного Урала! Уводит нас в атаку за собой.

Ещё не написано…

Мы дальники!

Последний полёт

Перегонка самолётов из Белоруссии в Россию на резку…

Словно сердце оставив своё, Ощутил я в себе чувство боли. Оторвавшись с родной полосы, Будто вырвался птицей с неволи. Под крылом проплывал гарнизон, Где мы честно служили, летали, Экипажною связкой одной Наше лётное слово держали. До свиданья! Прощай, Беларусь! Поделили нас разом границы. Я когда-нибудь снова вернусь, Чтобы снова увидеть зарницы, Чтобы вновь постоять в тишине У заросшего лётного поля, Не жалея, что в личной судьбе Была счастьем военная доля. Дан приказ отогнать самолёт. Ему будет другая прописка. Мы идём над своей полосой, Прижимаясь к земле близко, близко. До свиданья! Прощай, Беларусь! Поделила нас разом граница. А последний щемящий полёт До сих пор наваждением снится. И теперь наш непрочный «СОЮЗ» Еле дышит всеобщим РАЗВАЛОМ. И с укором глядит самолёт Искорёженным, рваным металлом.

Экипаж

Ребята, давайте ещё поживём, Ведь сделано так ещё мало. Небесной судьбой, нас связал океан, Где сердце полётом дышало. Здесь дружба мужская была на виду, И весь ты душой на изнанку. Тебе экипаж, как родное плечо, В грозу и любую болтанку.

Когда уходили мы в дальний полёт, Стремительно ввысь отрываясь, И плыл под крылом наш родной гарнизон, Своим позывным отзываясь. Мы здесь оставляли частицу себя, Уют и заботу любимых. Нас снова романтика неба звала В кабинах машин реактивных.

Взлётная полоса единственный мостик, соединявший НАС с ЗЕМЛЕЙ и НЕБОМ

Взлетная РОДНАЯ полоса! Хоть ТЫ из бетона, но ЖИВАЯ. Днями и ночами напролет В небо нас БОЛЬШОЕ выпуская, Ты дарила летчикам МЕЧТУ, Из мальчишек делая ПИЛОТОВ, За свою РАБОЧУЮ судьбу Приняла немало САМОЛЕТОВ. А теперь травою ПОРОСЛА, Всеми позаброшена, ЗАБЫТА, Словно ЗАРЖАВЕВШЕЕ ведро или ОТСЛУЖИВШЕЕ корыто. Лишь ВНУТРИ себя ХРАНЯ тепло, От ПОСАДОК и ШАССИ касаний, Ты с НАДЕЖДОЙ смотришь в НЕБЕСА, Ждёшь ТЕХ, не ВЕРНУВШИХСЯ с ЗАДАНИЙ.

ОДРАП

(Отдельный Разведывательный Авиационный Полк)

Служить в ОДРАПЕ сложно и ПОЧЁТНО, Здесь надо МНОГОЕ уметь. А главное быть просто ЧЕЛОВЕКОМ, Чтоб ЭКИПАЖ хотел с тобой ЛЕТЕТЬ. Когда ФОТАБЫ рвут ночное НЕБО, И вспышка озаряет САМОЛЁТ, Когда любая СЛОЖНАЯ задача, Завет тебя в ОТВЕТСТВЕННЫЙ полет, Контакт, и ты в строю на ДОЗАПРАВКЕ, И чувствуешь, как бьёт по жилам КРОВЬ. Нам жизнь внесет еще СВОИ поправки, Забыть ОДРАП мне ПАМЯТЬ не ДАЁТ.

Конец полётов

Запасной

Уходят пилоты

Утро пенсионера

Льву Гурову

Легендарному солисту и музыканту ВИА «Ариэль»

Казалось, замерла планета, И жжёт прощальная слеза, А где-то там, в огромном небе, Потухла яркая звезда. И мы ещё не ощутили Цену потери дорогой. Звучала памятью кассета С его любимой «Тишиной». Он больше нам не улыбнётся И не откроет дома дверь. Cкорбит по Гурову гитара, Скорбит ансамбль «Ариэль». Ушла частица нашей жизни, С ней память юности лихой. Лишь крики стаи лебединой Тревожить будут твой покой. Пройдут года, и наше сердце Святую память сохранит. В просторах Южного Урала Она, как голос твой, звучит.

Старая гостья

Девок сватают

Под ногой ледок, блёстки синие, А трава в лесу в белом инее. В белом инее, подморожена, Первым холодом растревожена.

А на ветках снег, белой ватою, В деревнях сейчас девок сватают. Девок сватают, всё с поклонами, Свет-родители в ряд с иконами.

В ряд с иконами, слёзы горькие, Да сваты с вином рядом бойкие. Рядом бойкие, неспесивые, Молодым под стать, все красивые.

В расписных пимах, да в тулупчиках, В красных варежках. Знай голубчиков! Знай голубчиков, смех да семечки, И ведут смотреть Дуню к Сенечке.

А река во льду заморожена, Сердце девичье растревожено. Растревожено, вдруг не сладится, Парню милому не понравится?

А подружки все давно замужем, Да отец родной больно набожен. Больно набожен, всюду видит грех, Недоверчиво он глядит на всех.

Только мать всплакнёт по кровиночке, Чтобы счастья дал бог девчиночке. Бог девчиночке, младшей Дунечке, Белой сахарной, как на блюдечке.

Колечко

Как по утренней заре Ёкнуло сердечко, Уронила в гладь реки Девушка колечко. С коромыслом за водой, Думала о милом. Счастье верное своё В речке утопила.

Видно, точно не судьба, Мать так нагадала. Долго девица в реке То кольцо искала. А студёная вода Сердце холодила, Но не стала бы искать, Если б не любила.

Как на утренней заре Ёкнуло сердечко. Отыскалось вдруг в воде Милого колечко. Вёдра полные воды С ярким коромыслом… Знать на реченьке-реке Чуть беда не вышла.

Малая родина

Посвящается В.И. Ярушину

Ты прошёл и проехал немало Видел горы у тихих озёр, Красоту воспевая Урала. Твои песни поют до сих пор. И когда возвратившись однажды, Остановишься возле берёз, Что в ладонь твою капали соком Cветлым чувством нахлынувших слёз. А потом по знакомой тропинке, До дороги, ведущей в село, Где в садах за дощатым забором, От черёмухи белой светло. Ветхий, словно старик, палисадник, Покосившийся дом в два окна Да знакомая с дальнего детства Возле речки густая ветла. Постоишь, погрустишь у порога, Скрипнет звуком знакомая дверь, Что когда-то тебя проводила В путь нелёгкий с судьбой «Ариэль»!

Дружба

Я вернулся в свой город, как будто в пустыню, Где знакомых друзей мне никак не собрать. Неужели мы чувствами стали пустые, Что друг другу, нам нечего больше сказать?

SMS-ок коротких дежурные фразы: — Очень занят, прости, как всегда много дел. Словно гостем не званным на землю чужую, Я нарушив покой, к вам сюда прилетел.

Что не время сейчас, для таких разговоров? И попробуй кого-то на месте застать. За удобною ширмой пустых отговорок Будут прятать глаза, чтобы вновь не соврать.

Соберутся тогда, когда встретятся с горем, Понимая, что друга уже рядом нет. А потом разбегутся, разъедутся разом, Будто в землю зарыли какой —то предмет.

И опять мы про время, что нет его в жизни, Заучив, как закон, будем всем говорить. Видно просто отпало такое желание, Чтобы встретившись снова, как прежде, дружить.

Сирень

А сирень в твоём саду вся с цветами белыми. А признания в любви робкие, несмелые. Наступает месяц май и пора цветения. Может он добавит мне чуточку везения?

В белом облаке цветов, дом твой сонно нежится. А любовь моя к тебе, вся на чувствах держится. Манят вечером гулять запахи медовые. Блещут звёздочки в пруду, как серёжки новые.

Подарю тебе букет с гроздьями душистыми. Станут вдруг твои глаза от цветов пушистыми. Никуда не деться нам от поры смятения, В сердце птицей ворвалась к нам любовь весенняя.

Апрель

В акварели весеннего неба Первых тёплых и солнечных дней, Словно знак прилетевшей надежды, Проплывал серый клин журавлей. Будто замерло всё в этом мире, Устремив взгляд свой в синюю высь, Где красивые, гордые птицы Новым смыслом наполнили жизнь.

И встречая желанную стаю, Долго вслед им махала рука. Ледяные раздвинув оковы, Зашумела водою река. На берёзу с весеннею песней Прилетел к нам знакомый скворец, И расставил на окнах рассаду Мой заботливый старый отец.

Вечерами за ветхим забором Будет радовать звуком гармонь. Да манить, словно звёздочка в небе, Непотушенный кем-то огонь. Растворится в вечернем тумане Распустившийся старый наш сад. Будет виться дымок над трубою, Словно дед закурил самосад.

Тихо спряталась зима

Во дворе у старой липы, тихо спряталась зима. В чьей-то норке или ямке молча гнёздышко свила, А потом для маскировки бок подставила под пыль, Ей помог от солнца тенью легковой автомобиль.

Из укромненького места наблюдала за весной, Как та полною хозяйкой бал свой правила земной. Взяв весёлые палитры, обновила нам дома, В тон зелёный все травинки разукрасила сама.

Две черёмухи и вишню нарядила в белый цвет, Подарила на полянке нам подснежников букет. Загудел весёлым басом шмель, увидевший цветок. И грачи шумели громко, строя в ветках теремок.

А зиме вдруг захотелось, шум ей был не по душе, Чтоб холодные метели возвратились к ней уже. Размечталась, не заметив, как весёлый солнца луч Растопил её в водицу, превратив в одну из туч.

Ты совсем не одинока

В бокале вино

Тарту

Остров

Зависть чёрная

Таллинн

Капель

Ты подставила ладошку Под весеннюю капель, А капель запела звонко Про хороший светлый день. От тепла, весны и солнца Стало радостно в душе. Про любовь пластинка пела На четвёртом этаже.

Ты подставила ладошку Под весеннюю капель. Разговаривал с тобою Синий ласковый апрель. Про тебя и наши чувства, И про птичий крик в ночи, Что устроили намедни Прилетевшие грачи.

Ты подставила ладошку, И по ней гадал апрель, Твои чувства проверяя, Звонко падала капель, А потом холодной влагой По ладони в талый снег… Я в том радужном апреле Был счастливый человек!

Святки

Поезд в осень

Твоё плечо

Стена отчуждения

Осень

Ветрами шальными отгулялась, Освежаясь влагой дождевой. По дворам ночным натанцевалась Жёлтой бархатистою листвой. А потом, затихнув в томной неге, Завернулась, греясь, в свой туман, Превратившись в женщину земную, От людей скрывая свой обман.

Скинула наряды золотые Серебристым гребнем ранних рос. Расчесала ветви крон густые Листопадом мёрзнущих берёз. И, махнув рукою на прощанье, Удалилась с клином журавлей, Оставляя влажные одежды, Взяв с собой листок, что был на ней.

Я о том нисколько не жалею, Только лишь немножечко грущу, Что такую осень молодую С птицами в дорогу отпущу. Марево горящего заката Разгоняет клочьями туман, А на горизонте тихо тает В слабых очертаньях гибкий стан.

Рождество

Диванчик

День влюблённых

Посвящается Ларисе Бояркиной!

Зимы прекрасные мгновения, Снежинок белых сладкий хруст. Бодрит меня прикосновение Её холодных свежих уст. Ещё куражатся метели, Сугробы ставя на пути, И намело так много снега, Что не проехать, не пройти. Гирлянды сказочных сосулек На крышах город разместил, По тротуарам и дорожкам Народ спешащий снег месил. Сегодня праздник всех влюблённых И середина февраля. От чувств красивых и сердечных, Теплом наполнилась земля. И я в цветочном магазине Купил не дорого весну, Поздравлю жёлтенькой мимозой Свою любимую жену.