Стебли, орбиты, глубоководные скаты: пять дизайнерских кошмаров от Луиджи Колани

Набивший уже оскомину термин «биодизайн» был очень модным на рубеже XX–XXI веков. Подражанием оному грешили практически все: интерьерщики, модельеры, художники… Однако начало этого направления было положено в автоинженерии, где оно не особенно-то и прижилось. Данный стиль в основном использовали либо начинающие мастера, старавшиеся идти в ногу со временем, либо прожженные креативщики, которым претила всякая классика. Но даже они оказались сущими детьми рядом с основоположником биодизайна, Луиджи Колани.

Творческое видение этого персонажа отличается вообще от всего, что мировая автопромышленность видела ранее. Выбрав на первый взгляд безобидную концепцию о совершенстве природных форм, Колани меньше чем за 15 лет превратился в ходячий кошмар любого автомобильного дизайнера. Раньше я осторожно знакомил читателя с наследием Луиджи, поставляя информацию в тщательно выверенной дозировке. Но этот материал предназначен для всех тех, кто считает Колани «не таким уж и сумасшедшим». Запасайтесь релаксантами, смельчаки – сами напросились!

Начнем, конечно же, с аэродинамических исследований, поскольку они являлись второй страстью Колани после его увлечения природой. Свои диковинные концепты он начал строить с 1969 года, когда субстанции вроде ЛСД еще были в свободном доступе. Подозреваю, что сознание нашего героя перманентно расширялось и без них, ведь некоторые его проекты действительно опережали свое время. Причем опережали так сильно, что понять их было под силу лишь самому маэстро.

Взять, к примеру, его эпохальный концепт C-Form. В отличие от большинства производителей спорткаров, выпускавших технику в клиновидном стиле а-ля Джуджаро, Колани озаботился не только обтекаемостью кузова, но и прижимной силой. Поэтому один из первых проектов дизайнера своей формой напоминал перевернутое крыло.

Колани экспериментировал с этой идеей почти целое десятилетие. Начальная версия C-Form представляла собой модель в масштабе 1:5, сделанную для исследований в аэродинамической трубе. Ее форма задействовала так называемый эффект Вентури, применимый для жидкостей и газов, на основе которого много позже автоконструкторы научились создавать граунд-эффект. Построить работающую модель, которую было бы не стыдно показать людям, Колани удалось в 1978-м. Готовый автомобиль выглядел, как пара опрокинутых на лопатки крыльев. Да, машина не блистала красотой, зато маэстро выжал максимум из визуального несовершенства своего проекта: превосходный коэффициент лобового сопротивления C-Form (или New RS) составил лишь 0,24, а его прижимная сила была поистине огромна!

Параллельно с исследованием аэродинамических законов развивалось и концептуальное безумие Луиджи. Уже в 1970 году он создал один из самых непонятных дизайнерских автомобилей в истории! Его «двусоставный» проект Colani Le Mans Prototype выглядел даже более жутким, чем машина-гусеница Sir Vival бедолаги из Миннесоты. Две абсолютно непохожих платформы, ходовая часть и кабина, крепились друг к другу с помощью «слова божия» – по крайней мере, так выглядело со стороны. Отсек для пилота Колани сделал, вдохновляясь формами безмоторных планеров, а вот над остальными узлами ему размышлять надоело: двигатель V12, позаимствованный у Lamborghini Miura, в отведенное ему место не влез. Может, оно и к лучшему – никто ведь не знает, как бы прошли тестовые испытания этого «транспорта».

Современные виды транспорта несовершенны, а их производители слишком консервативны и боятся смелых решений.

Не исключено, что серия работ, завязанных на прототипе C-Form, оказала большое влияние на будущее мирового автоспорта. Вот только Колани заранее дал всем понять, что обладает собственным чувством прекрасного, которое слишком индивидуально, чтобы нравиться остальным.

Перед тем, как заняться автомобилями, Луиджи понаделал множество самых разных вещей. Долгое время он работал в промышленном дизайне, создавая бутылки с минералкой, фотоаппараты (марки Canon), предметы мебели и даже пианино. Доподлинно неизвестно, всегда ли маэстро нравились продолговатые формы, но с этим приобретенным синдромом он пришел в автодизайн. Оттого концепт суперкара, который Колани предложил сделать для компании Mercedes-Benz, в профиль очень напоминал фаллоимитатор. Да еще и покрашен был в розовый цвет.

«Штукенция», названная Colani C 112, была создана по мотивам концепта центральномоторного купе C 111, где использовался трехсекционный роторный двигатель Ванкеля (280 л. с.) с непосредственным впрыском топлива. Стараниями дизайнера, показатели этого суперкара действительно впечатляли: коэффициент лобового сопротивления составлял всего Cd 0,2 – т. е. вдвое меньше, чем у спортивных машин того времени. Только из-за внешности C 112 на концепт не позарился ни один производитель.

Что касается «природных форм», еще одного пунктика маэстро, то он нередко воплощал в пластике и металле контуры различных животных/птиц/насекомых. Концепт по имени Colani Stingray AppC Racing car Луиджи построил, вдохновленный долгими наблюдениями за скатами манта. Эти существа являются самыми большими животными в своем роду и знамениты не только грациозными изгибами огромных крыльев, но еще и тем, что имеют три пары функциональных конечностей.

Однако воспроизвел облик сего «чудища морского» дизайнер, конечно, по-своему. Колани поставил перед собой задачу создать спортивный автомобиль без каких-либо антикрыльев, и лишь с тем, чтобы только форма его кузова создавала бы на максимальной скорости «даунфорс» в две тонны. По слухам, это маэстро удалось.

У природы были сотни миллионов лет, чтобы создать мир таким, какой он есть, а у нас – только сто глупых лет аэродинамики.

Современный мир глазами нашего героя выглядит иначе – даже страшно представить, как. Если в той реальности машины вроде фаллического С 112 или рогатого Stingray – явление вполне обыденное, то здесь они посеяли бы панику. Хотя я сомневаюсь, что этим авто вообще позволили бы ездить по дорогам общего пользования. «Рогач» не прошел бы нормы по безопасности пешеходов, а С 112 остался бы на приколе по эстетическим соображениям.

В 1974 году Европу захлестнула странная мода на «неоклассические» автомобили. Как правило, это были дешевые реплики спортивных родстеров 30-х годов вроде Studebacker Phaeton. Построенные на платформе Lincoln Mk. IV, они имели пластиковый кузов производства MG Cars, но продавались по цене Rolls-Royce Corniche. Плодились такие автомобили пачками, культивируя народное дурновкусие. Колани, который всегда чувствовал время, в котором живет, не являясь при этом мейнстримным художником, мог позволить себе любые жесты. Пародийные – в том числе.

Высмеять жлобский взгляд общественности на роскошь маэстро помог Rolls-Royce Silver Cloud, едва ли не самая коротходная модель компании, а также подручные материалы, чьим донором стали несколько машин марки Opel. Из всего этого добра Колани сварганил длиннющий (7 метров!) родстер, изобиловавший всеми китчевыми элементами своего класса. Машина обладали гипертрофированными колесными арками, выхлопными патрубками, торчащими прямо из моторного отсека, аляповатым убранством салона. Кузов при этом был нарочито сплющен и гладок, точно стебель загадочного растения – у него даже зеркала крепились на характерных отростках. Добавить к этому «роллсовскую» решетку радиатора со знаменитым маскотом, и вуаля – еще одна машина-погремушка для мнимых богатеев готова!

Я умею абсолютно все, но это все меняется каждые пять лет!

Свой первый и, наверное, единственный родстер в стиле гламурного ретро Колани не постеснялся выкатить на подиум Женевского автосалона 1976 года. Концепт получил название L Aiglon и заставил говорить о себе автомобильную прессу. Описывая «достоинства» этого 23-футового стебля, чопорные европейцы еще никогда не выглядели так глупо. А чтобы юмор не приедался, Луиджи время от времени перекрашивал свой родстер в яркие цвета. Таким образом, L Aiglon сделался одним из немногих проектов, за которые маэстро не хочется придушить во сне.

Не исключено, что Луиджи Колани входит в десятку лидеров, которым удалось поучаствовать в самых странных дизайнерских акциях планеты и набрать максимальное количество фрик-баллов. А раз так, то обойти вниманием популярную в 90-х акцию по тюнингу внедорожника ВАЗ-2121 Нива среди мировых ателье он просто не мог. И если кто-то выдавал банальные версии типа длинных пятидверок или пляжных багги, то свои мысли маэстро направил к небесным светилам. Звезды и нарисовали в его сознании несмываемый образ лунохода, который «при обработке напильником» можно было получить из Нивы. Новый проект Колани озаглавил Lada Gorbi – в честь печально известного для советских граждан обладателя Нобелевской премии мира.