Рецензии на книгу « Я дрался на "Тигре". Немецкие танкисты рассказывают » Артем Драбкин

Полностью разделяю негодование М. Лукина о регулярной политике выпуска (т.н. «перепаковке») старых изданий под новым названием с банальной целью заработать денег. В частности, это касается и книг А. Драбкина. Но в отношении данного издания высказанный Михаилом пафос абсолютно не по адресу – возможно, он просто не разобрался в содержании книги. Да, в ней представлены ЗАПИСИ БЕСЕД четырех немецких танкистов, с которыми лично встречался А. Драбкин в Германии. Именно записи бесед, а не тексты их воспоминаний (или фрагментов из них). Все они до сегодняшнего дня живы (за исключением Отто Кариуса, скончавшегося в январе 15 г.) и согласились на интервью. Это новый интересный и многообещающий проект А. Драбкина, до последнего времени записывавшего и выкладывавшего на сайт «Я помню» беседы с советскими ветеранами. Драбкин и его коллеги исходят из того, что война, давно закончившись, стала историей, противников больше нет, а чтобы лучше понимать те события, нужно разобраться в тех людях, что когда-то сражались с нами. Все интервью вышли очень интересными и содержательными, хотя и разными по объему и боевому опыту участников. Отто Кариус (1922-2015) – фигура, безусловно, самая знаменитая – Мюнхгаузен панцерваффе, якобы подбивший свыше 150 танков и САУ. Этот сказочник-коротышка опубликовал в 1960 г. книгу «Тигры в грязи», где такого понапридумывал, что до сих историки разбираются. После войны, недолго побывав в советском плену, стал аптекарем и оставался им до самой смерти. В интервью (объемом в 30 стр.) уходит от скользких вопросов, но все равно рассказывает любопытные вещи, напр., о боях под Москвой зимой 41-42 г.: «Мой экипаж с 20-го января по 20-е апреля жил только в танке, за исключением двух или трех дней, когда танк сломался, и его пришлось чинить. Мы совершенно не брились. Мне еще было немного лучше, потому что я иногда возвращался на командный пункт и мог там, по крайней мере, помыть руки. Один раз я вернулся выбритым, и мой старшина с фельдфебелем меня не узнали. Они подумали, что им прислали нового командира. Теперь понятно как мы выглядели?!» (с.13). Людвиг Бауэр (1923-), по его словам, уничтожил от 30 до 50 танков. В своем интервью (объемом в 90 стр.) он также вспоминает о зимних боях 41 г.: «Остановились где-то переночевать, а танки остались стоять возле дома, в котором мы разместились. Утром ударил мороз и танки оказались вмерзшими в землю. Когда их попытались силой вытащить, то ничего не получилось – рвались тросы, ломалась ходовая. Нам пришлось лить бензин под танки и его поджигать, чтобы отогреть грунт. Стартеры моторов не работали. Приходилось каждый час прогревать двигатель, но на это тратилось много бензина и моточасов. Тогда стали под днищем поджигать бензин налитый в разрезанную вдоль канистру. Разумеется, это было запрещено, но иначе завести танк не получалось. Кстати, у русских танков был такой недостаток - когда они заводились, то облако дыма было видно издалека» (с.40). А вот еще: «Зимой хлеб, находящийся в них замерзал. Тогда от буханки топором отрубали кусок, который оттаивали в кармане брюк. Когда определенный слой хлеба размораживался, его скусывали зубами, и так пока кусок не съедался» (с.43). Л. Бауэр, кстати, дает вполне объективную оценку результативности танковых боев, отвечая на вопрос, сколько танков он побил: «Я не знаю. Дело обстоит так. Между командирами танков всегда были споры, кто подбил какой танк. Например, появляется Т-34. Все, конечно, начинают по нему стрелять. Один выстрели, второй, танк остановился и задымил. Итого, подбит один танк, а отчетов о подбитом танке - два. Обычно было так, что мы подбивали 12 или 17 танков, а отчетов о подбитых танков всегда было 20 или 25. Когда мы осматривали подбитые танки, в них часто было шесть или восемь дырок, и каждый говорил, что это моя. Однажды я с 300 метров подбил Т-34. Я абсолютно точно это видел, но четыре или пять командиров танков имели на него виды. В целом, я бы сказал, что я подбил примерно 30 танков. Цифра в 50 танков тоже может быть верной. Точнее я не знаю» (с.85). Он же сравнивает советских и американских танкистов, поскольку повоевал и с теми, и с другими: «На западе я сталкивался с «Шерманами». Должен сказать, что когда мы начали воевать с американцами, мы уже прошли очень хорошее обучение у русских. То, что мы позволяли себе с американцами, с русскими себе позволить мы никак не могли. Я имею в виду всякую легкомысленность. Русские, как солдаты, пользовались у нас абсолютным уважением. А американцы перед нами бегали, я бы так сказал. Иногда было так, что мы попадали по Шерману, броню не пробивали, танк был абсолютно целый, но экипаж бросал танк. С русскими такое не проходило. Это было абсолютно исключено. Я довольно долго воевал на самоходном орудии на западе и через короткое время мы заметили, что с американцами можно вытворять такое, что с русскими никогда бы не прошло, никогда. Меня часто хвалили, но дело, скорее, было не во мне, а в американцах» (с.86-7). Альфред Руббель (1921-) воевал в «соседнем» 503 тяжелом танковом батальоне Тигров, что и О. Кариус (объем интервью – 75 стр.). За ним числится 72 танка. Написал воспоминания «Тигры» в снегу» (есть плохое издание на русском). Самый старый Курт Гэчманн (1916-) успел отслужить срочную до начала Второй мировой (объем интервью – 85 стр.). Воевал гораздо меньше, чем его товарищи, был ранен, стал плохо видеть, но в танкисты попал из-за острой нехватки кадров. Все они мало рассказывают об отношениях с местным населением (кроме хорошего – как кого-то кормили, а в кого-то и влюблялись), почти ничего о партизанах. Наверное, по-другому и не могло быть. Все говорят, что живыми остались только благодаря везению, хотя и ранены были неоднократно, и танки теряли. Увы, отличное содержание книги сильно подорвано его слабым оформлением – нет ни одного фото, никакой информации об интервьюируемых. Довольно много опечаток. Всячески рекомендую это отличное издание всем интересующимся историей Второй мировой.