Молодые пранкеры: "За видеорозыгрыши в Екатеринбурге нас несколько раз избивали"
Уральские звёзды youtube рассказали, зачем проверяют горожан на бдительность и отзывчивость.
Вот уже почти год жителей Екатеринбурга на бдительность и отзывчивость проверяют двое студентов – Максим Симченко и Александра Лаптева. Ребята называют себя пранкерами, моделируют проблемные ситуации и снимают реакцию людей на видео. Выясняют, готовы ли уральцы поделиться бензином с забывчивым автомобилистом, предотвратить похищение ребенка или помочь человеку, который лежит на земле без сознания.
О том, зачем они это делают, как придумывают идеи для новых роликов и часто ли их избивают во время съемок, – молодые пранкеры рассказали E1.RU.
Макс и Саша учатся в УрФУ на металлургов. Он на пятом курсе, она – на третьем. Пранк-видео они начали снимать в прошлом ноябре, когда натолкнулись на ролики петербургских пранкеров из проекта Rakamakafo. Так появилось UralPrankShow.
Макс: Мне так понравилась идея, и я подумал, почему раньше этим не занимался? Написал создателю Rakamakafo, сказал, что хочу делать это в Екатеринбурге. Он небрежно ответил: "Хотите – занимайтесь". И серьёзно к нашему предложению не отнёсся. Только когда впоследствии увидел наши работы, то сам написал мне и сказал, что мы единственные из тех, кто к нему обращался и кто в итоге сделал.
– Но вы ставили перед собой какие-то цели? Думали, зачем вы это делаете?
Макс: Мы не социологи, и не было цели провести какие-то исследования. Мы видим, что в обществе много проблем, со многими сталкиваемся сами. Поэтому нам стало интересно проводить социальные эксперименты и показывать реакцию людей в сложных ситуациях: когда помочь кому-то надо или предотвратить трагедию.
– Как вы выбираете темы для роликов?
Макс: Те ситуации, о которых говорят часто и которые были в повестке недавно, мы стараемся не брать. Зачем пережёвывать один и тот же материал? Это не касается ситуаций, которые мы сами пережили. Например, идея проверить, как будут вести себя люди, если увидят, что человеку на улице стало плохо, родилась на основе реальных событий. Я порезался стеклом и поехал в больницу, где мне зашивали рану. Было много крови, обратно я шёл пешком и почувствовал себя плохо, лег на скамейку. И никто ко мне не подошёл, хотя многие прохожие видели кровь, понимали, что со мной какая-то беда.
Мы сняли выпуск об этом, потому что накипело. Изображал ту же самую ситуацию, и опять же мало кто подошел. А потом столько отзывов было после новости на E1.RU! Писали, что я алкаш, что ко мне нормальные люди бы и не подошли, потому что я выгляжу, как бомж. Но какая разница? Мало ли, что со мной, в какую ситуацию я попал и в каком сейчас состоянии.
Саша: Мы увидели реальную проблему: люди не понимают, зачем помогать неопрятному человеку. А ведь не обязательно вести его в баню. Спросите, как он себя чувствует и не нужна ли ему медицинская помощь. Даже если сам боишься, попроси кого-нибудь.
– Но вы ведь не делаете выводы после своих видео?
Макс: Мы не читаем нотации и не говорим, как правильно поступать. Мы просто подводим итог и просим задуматься над теми или иными ситуациями. А люди уже сами решают, что плохо, а что хорошо. Главное, чтобы это запомнилось и оставило след в сознании зрителей. И, кстати, это работает. Ко мне подошла знакомая и сказала, что после того, как посмотрела наше видео, увидела на улице человека, лежащего на земле, и вызвала ему скорую помощь. Хотя раньше бы такого не сделала. Не важно, что он был пьян. Она не осталась равнодушной.
– Не кажется ли вам, что это слишком идеалистическое восприятие мира? Ваши ролики мало на что влияют, их быстро забывают.
Саша: Во-первых, меняемся мы сами. Во-вторых, мы слышим много положительных откликов о наших видео. У людей всё равно остается осадок в голове.
Макс: Youtube – большая площадка, там много мусора. Ещё одна наша цель – дать молодежи пищу для размышлений.
– Вы называете себя пранкерами. А что вкладываете в это понятие? Ведь изначально пранкерами называли телефонных хулиганов.
Саша: Это слово появилось в Америке. Изначально пранком называли телефонный розыгрыш. Потом оно эволюционировало, теперь пранкерами можно назвать и тех, кто моделируют ситуации и снимают реакции на видео. Ну не шутники же мы. Сами подумайте, странно звучит: UralShutnikShow
– А помните свое первое видео?
Макс: На вокзале зимой моя сестра приставала к прохожим, она проводила соцопрос, в ходе которого узнавала имя человека. Затем я встречал этого же человека и, называя его по имени, спрашивал, как дела и говорил, что должен ему деньги. Люди сначала не понимали, а потом, услышав сумму, как будто "вспоминали" меня и даже описывали какие-то события.
Саша: Снимали мы это из машины, через стекло. Качество записи, конечно, плохое и обработать это потом было невозможно. Но сам процесс нам понравился.
Макс: После этого мы купили петличный микрофон и научились правильно снимать.
– У вас есть коммерческий интерес?
Макс: Нам нужна спонсорская поддержка. Нам нужна аппаратура. Скоро зима, и сложно будет снимать по вечерам. Света нет, стендапы записывать невозможно, иногда приходится студию для этого арендовать. Да и камера у нас плохая. Мы готовы рекламировать спонсоров, если они попросят. Правда, не всех – пирамиды и запрещённые средства не будем. Но пока никто к нам не обращался, и мы не просили. А на заказ я бы не смог снимать. Если у нас просят видео, мы разрешаем его публиковать безвозмездно.
– Но вы никогда не думали о славе?
Саша: Изначально нет. Мы просто вдохновились идеей.
– Что касается самого популярного (полмиллиона просмотров на Youtube) вашего эксперимента про водителей (по легенде у героя ролика закончился бензин, машина заглохла, а водитель забыл дома кошелёк и просил проезжающих помочь ему – Прим. ред.). Сложно было его проводить?
Саша: Я ждала помощи недолго, максимум 3-4 минуты. В основном, автомобилисты останавливались и предлагали свою помощь.
Макс: Я сам автомобилист и знаю, что хамы среди водителей есть. Но то, что на дорогах помогают, – это факт. Мы, на самом деле, ждали обратного результата – что никто не поможет.
Саша: Изначально мы просто просили отлить нам бензин, все соглашались. А затем решили усложнить ситуацию: нет денег, нет бензина, нет телефона и т.д. И люди все равно помогали, готовы были везти до заправки, покупать бензин за свой счет и обратно довозить до машины!
– А спустя год съёмок, вы разочаровались в жителях Екатеринбурга или нет?
Саша: У меня негативного отношения к людям не сложилось. Многие помогают. Но мы, зачастую, готовы к результату, предполагаем и оцениваем ситуации. Поэтому не разочаровываемся.
Макс: Мы больше ждем отрицательной динамики. И радуемся, когда получаем отклики и помощь.
– Сложно вам даётся общение с прохожими?
Макс: Иногда сложно даже остановить человека. Просто такая у нас страна. Люди все время ограничены, заведены в рамки – им мало платят, дают ипотеки под огромный процент. И многие (не все) замыкаются в себе. Их сложно расшевелить.
Кроме того, людям страшно что-то делать первыми, начинать. Они лучше посмотрят, подойдет кто то или нет.
– Что вы объясняете людям, которые ведутся на ваши "разводы"? Которые бегут за "вором", помогают человеку, которому якобы плохо?
Саша: Мы говорим, что он герой. Спрашиваем, почему он откликнулся.
Макс: Люди удивляются сначала, не понимают, что происходит. Но потом реагируют положительно. Очень редко мы получаем агрессивную реакцию.
– Но были случаи, когда вас избивали.
Макс: И не раз. Это было во время съёмок кражи сумки. Снимали у метро "Площадь 1905 года", и там никто сначала не реагировал. Один раз погналась за мной девушка с ребёнком. А парни, которые стояли рядом, даже глазом не моргнули. Решил попробовать в последний раз. Обернулся – никто меня не преследует. Вдруг понял – на меня бегут сразу несколько мужиков с разных сторон. Я понимал, что не скрыться. Упал в сугроб, но они успели меня ударить.
Во время съёмок этого же видео возле метро "Динамо" мужчина вообще напал на меня в прыжке. Треснул раз пять.