Права и свободы человека в системе общечеловеческих ценностей Текст научной статьи по специальности «Право»
В статье рассматривается понятие и содержание категории « общечеловеческие ценности » и их взаимосвязь с правами и свободами человека и гражданина. Такие ценности как человеческая личность, свобода , равенство важны сами по себе как имплицитно содержащие в себе идею прав человека , но они не находят свой высший смысл в соединении с теорией прав человека .
Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Утяшев М. М.
Текст научной работы на тему «Права и свободы человека в системе общечеловеческих ценностей»
ПРАВА И СВОБОДЫ ЧЕЛОВЕКА В СИСТЕМЕ ОБЩЕЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ЦЕННОСТЕЙ
Башкирский государственный университет, Институт права Россия, Республика Башкортостан, 450000 г. Уфа, ул. Достоевского, 131.
Тел.: +7 (347) 252 78 10.
В статье рассматривается понятие и содержание категории «общечеловеческие ценности» и их взаимосвязь с правами и свободами человека и гражданина. Такие ценности как человеческая личность, свобода, равенство важны сами по себе как имплицитно содержащие в себе идею прав человека, но они не находят свой высший смысл в соединении с теорией прав человека.
Ключевые слова: общечеловеческие ценности, права человека, свобода, равенство, равноправие, право, государство, власть.
общее будущее человечества.
XXI век станет веком
прав человека или не станет ничем.
Философская наука признает ценностью сложившуюся в условиях цивилизации и непосредственно переживаемую людьми форму их отношения к общезначимым образцам культуры и к тем предельным возможностям, от осознания которых зависит способность каждого индивида проектировать будущее, оценивать «иное» и сохранять в памяти прошлое [1].
Ценностью является то, что имеет для человека важное значение, особую значимость. По Аристотелю ценность - это «хвалимое благо».
Ценности бывают двух видов: предметные, то есть предметы человеческой деятельности, общественных отношений и природных явлений, (воздух, вода, ландшафт, солнечный свет. ), которые оцениваются в категориях добра и зла, истины или не истины, красоты или безобразия, допустимого или запретного, справедливого или несправедливого.
Субъектные ценности вызревают в общественном сознании и культуре в результате правовой и политической социализации и закрепляются как ценностные установки. Они выполняют роль ориентиров в жизнедеятельности личности.
В этой статье речь идет, конечно, о субъектных ценностях, более того, об общечеловеческих ценностях, формировавшихся из крупиц гуманизма и человеколюбия на протяжении многих веков и в контексте того, что Альберт Швейцер назвал бы «благоговением перед жизнью» и, добавим,- личностью.
Термин «общечеловеческие ценности» получил право на существование в нашей стране в связи с «перестройкой». В некотором смысле он является «визитной карточкой» переживаемой нами эпохи. В нем сконцентрировались принципиальные стремления перестройки сознания, необходимой для выхода из духовного тупика, означавшего невозможность оздоровления экономической и политической жизни общества и обрекавшего его на антрополо-
гическую катастрофу. Понятие «общечеловеческие ценности» возникло как антитеза идеям «классовой морали», «классовых интересов», проповедовавшимся многие десятилетия как выражение наиболее прогрессивных, гуманистических идей всего нашего общества и даже всего человечества в целом [2, с.9].
Но даже понимание того, что следование общечеловеческим ценностям соответствует интересам отдельного человека и отдельного народа еще не гарантирует соответствующего поведения индивида или власти.
Наиболее фундаментальные общечеловеческие ценности стоят выше интересов не только отдельных людей, но и различных классов и групп. Они универсальны. Иначе они и не могли бы служить незыблемыми ориентирами, с которыми следует соразмерять любые человеческие действия и намерения. Общечеловеческие ценности не конструируются искусственно в историческом процессе развития человечества, но открываются в этом процессе, встраиваясь в культуру народа [2, с.10].
В силу своей общей гуманистической направленности, уважительного и бережного отношения к вековым чаяниям народов, к поступательному развитию всего человечества, категория «общечеловеческие ценности» превратилась в современном мире в универсальное средство определения уровня цивилизованности государства.
Таким образом, общечеловеческие ценности отличаются от прочих ценностей тем, что выражают общие интересы человеческого рода, свободные от национальных, политических, религиозных и иных пристрастий, и в этом качестве выступают императивом развития человеческой цивилизации. Любая ценность, как философская категория, означает положительную значимость явления и исходит из интересов отдельной личности, то есть характеризуется антропоцентричностью. Антропоцентризм человеческих ценностей имеет социально-исторический характер, независимый от конкретных социально-культурных проявлений и основанный на единстве представлений о наличии универсальных
* Утяшев Марат Мухарович—д-р полит. н., профессор, заведующий кафедрой прав человека и политико-правовых учений Института права БашГУ.
сущностей - значимых свойств человеческого существования. К общечеловеческим ценностям, признанным мировым сообществом, относятся жизнь, свобода, счастье, а также высшее проявление природы человека, раскрывающееся в его общении с себе подобными и с трансцендентным миром [3].
Исключительно важную роль в формировании и утверждении идеологии общечеловеческих ценностей имела концепция естественных прав человека.
Эту связь и взаимозависимость этих двух категорий нам и предстоит обосновать и доказать.
Относительно перечисленных выше общечеловеческих ценностей стоит заметить, что их количество и «внутреннее качество» имеет весьма широкий спектр разброса. Некоторые ученые предлагают выделять более двадцати подобных ценностей в том числе такие, как: профессиональная честь и достоинство, уважительное отношение к истории своей страны. В рамках российского общества ценности подразделяются на государственные, профессиональные и личные.
С подобным широким толкованием категории «общечеловеческие ценности» трудно согласится, так как это противоречит здравому смыслу. Если рассматриваются ценности общечеловеческие, то едва ли они могут быть присущи исключительно одному народу, а если они - чья-то частная собственность, то тогда нельзя называть общечеловеческими.
Кроме того, такой подход обесценивает саму научную категорию, делает ее безмерной, размытой и потому малоубедительной.
Более взвешенную позицию занимают известные ученые. Так, О. В. Мартышин в перечень ценностей включает добродетель, справедливость, благополучие, безопасность, равенство, свободу, общее благо, и благо личности, демократию, прогресс, солидарность и полезность, национальный и классовый интерес (правда последние едва ли могут претендовать на общечеловеческую значимость).
А к ценностям теории государства и права он относит справедливость, равенство и свободу [4].
Такие политические и, естественно, социальные ценности, как свобода и равенство, права человека были всегда в числе наиболее популярных и чтимых политических идей и лозунгов Новейшей истории [5].
В начале XX века видные неокантианцы Вильгельм Виндельбанд и Генрих Риккерт разработали понятие ценности, которая служила основанием для разграничения наук о природе и наук о культуре. Возникла ценностная природа культуры. При этом характер универсальной ценности,- по Виндельбан-ду,- заняли истина, благо, красота и святость [6].
Своеобразие культуры обнаруживается не только в комплексе конкретных ценностных ориентаций. Каждый человек не просто выбирает ценности. Он придает им разумную значимость, то есть выстраивает в определенную иерархическую систему. При таком ходе мысли, естественно, возникает вопрос: существуют ли вечные ценности? Поло-
жительный ответ следует из всей философии В. Виндельбанда. Общечеловеческие ценности предполагают, прежде всего, осмысление единства человеческого рода. Есть такие абсолютные ценности, которые значимы для всего человеческого рода, без них единство человечества не было бы столь тотальным [6, с. 676].
Современная ситуация в мире все более актуализирует проблему общечеловеческих ценностей. Об этом свидетельствует общественный прогресс и процесс глобализации. Все более сложные технологии создают ложную ситуацию, в которой роль человеческого фактора как будто бы снижается.
На самом деле все обстоит иначе. О грядущих проблемах догадывались многие ученные.
Один из «радикальных гуманистов» Эрих Фромм предупреждал о все более возрастающем чувстве безнадежности, вызываемом формированием полностью бюрократизированного индустриального общества и бессилием индивида перед лицом организации, которая полностью подчиняет и подавляет свободную личность. «Выживание любого общества с его собственной социальной структурой и противоречиями должно быть высшей целью для всех его членов, и следовательно, нормы, способствующие выживанию данного общества, - это высшие ценности, они обязательны для каждого индивида. Благим следует признать все то, что содействует более полному развертыванию человеческих способностей и, что поддерживает жизнь. Отрицательным или плохим является все, что подавляет жизнь и парализует внутреннюю активность человека» [7].
Более того, иногда люди по своей воле унижаются, пресмыкаются, раболепствуют ради удовольствия тирана или деспота и, таким образом, пребывают в добровольном рабстве. Но рабство бывает не всегда добровольным. Оно может быть обусловлено множеством факторов: страхом, привычкой, слабостью характера, опасением за судьбу своих близких.
Современная политология знает множество источников власти одного человека над другим. Проблема выглядит следующим образом: каждый человек вошел в этот мир свободным, но ему трудно оставаться и пребывать таковым, т. к. многие имеют интерес и желание подчинить его своей воле. И установить свое влияние над ним. И если он не сможет противостоять, в силу разных причин, этим покушениям (или искушениям), скорее всего, окажется принужденным жить не своей жизнью.
Наша бюрократическая система, - пишет Э. Фромм об американской администрации, - дает индивиду почувствовать, что он ничего не может ни предпринять, ни организовать без помощи бюрократической машины. В результате она парализует инициативу и порождает в людях глубокое чувство бессилия [7, с. 150].
В ответ на вызовы технотронного обесчеловеченного мира гуманистами может быть противо-
поставлен лишь один принцип - единство всех людей, преданность жизни и человечеству в целом, что всегда и везде должно иметь первостепенное значение по сравнению с приверженностью к любой отдельной группировке людей или идолам.
Исходя из вышесказанного первое место в системе общечеловеческих ценностей должно быть предоставлено человеческой личности, а затем свободе, равноправию, справедливости, вершину же этого грандиозного сооружения логично будет венчать теория прав и свобод человека и гражданина.
Человеческая личность — главная общечеловеческая ценность
Человеческая личность в системе ценностей должна занимать первое место просто потому, что она является средоточием всех остальных. На лич -ности концентрируются все политические, экономические, социальные и культурные явления и процессы, от ее деятельности создается на земле все хорошее и, увы, плохое.
Главнейшей и определяющей ценностью, началом всякой системы ценностей является человек, его жизнь и достоинство, условия и смысл его существования, его счастья. Все остальные ценности предназначены для совершенствования и обогащения жизни человека, способствующие одновременно и общественному прогрессу, и возрастанию степеней свободы.
На протяжении многовековой истории формировались основные общечеловеческие ценности, следование которым обеспечивало общественный прогресс. Самая высшая и абсолютная ценность-это сам человек, его жизнь. Он - субъект ценностей и ценного отношения [8].
По Канту человек в разных случаях должен выступать в качестве цели, но не средства. В противном случае он является не самоценностью, а ничтожным винтиком в огромном механизме, в функционировании которого он не играет никакой роли, а выполняет лишь чужую волю.
Личность самоценна в этом мире, а все остальное только производное, вторичны ее мысли, воля, деятельность. И все зависит от ее поведения. Общество образуется в ее интересах только в том случае, когда другие личности найдут необходимым соединиться в социальную группу.
Государство - не более чем организация, созданная людьми для упорядочения отношений, выработки единых правил поведения, ведения таких дел, которые непосильны самим гражданам (или таких, которые сподручнее выполнять специально нанятым чиновникам). Во все времена и во всех странах находятся люди, которые проповедуют народный суверенитет и народовластие. И то и другое - первые шаги к демократическому правлению, которое единственно способно обеспечивать права человека и гражданские свободы, политическое и экономическое развитие, высокий жизненный уровень и благосостояние своих граждан.
Сразу с наступлением эры Гуманизма, когда человеческая личность была признана самодавлеющей ценностью, появились первые трактаты о назначении народовластия и народоправства. Прошло уже пять веков, а гуманистические идеи, высказанные на всеобщее употребление, прививаются с трудом.
В давние времена немецкий кальвинист Иоганн Альтузий писал о естественном праве и о верховенстве власти народа. Он был первым, кто признал «единый и неотчуждаемый суверенитет народа» принципом государственного права и провозгласил величество народа. Народ есть корень всякой власти и потому, сам себе государь.
В пламенных сочинениях Джона Мильтона звучат очень смелые мысли: «Наша свобода исходит не от королей, она не носит на себе их отпечатка; потому мы ею обязаны не им. Свобода есть дар неба, данный нам при рождении. Положить ее к ногам князя было бы кощунством, оскорблением Бога».
Альтузий предлагает, по примеру института римских трибунатов, ввести должности эфоров, которые защищали бы права народа от притеснений правителя [9, с. 423]. В своих произведениях Мильтон последовательно и убедительно отстаивает самые передовые взгляды, даже для нашего времени, на свободу печати, слова и совести, на гражданские свободы, на народный суверенитет [10, с. 136].
Наша официальная идеология, охотно присваивавшая ценности и принципы, ей не принадлежавшие, так же легко и обходилась с ними. Многократно утверждалось, что человек - мера всех вещей, и именно он является целью общественного развития, а не средством для него. Если же исходить из безусловной ценности личности, то свободные граждане свободного государства руководствуются в своей жизнедеятельности естественным правом без каких-либо ограничений. Пределом прав личности может быть только право другого человека. Нормой поведения личности на практике должен стать давно провозглашенный принцип: разрешено все, что не запрещено законом. А запрещать следует все меньше и меньше и надо скорее переходить к господству идеи «презумпции благоразумия» человека.
И вот как логично и вполне обоснованно Основной закон нашей страны увязывает эти две категории нашего дискурса: человеческая личность как самостоятельная ценность и его права и свободы являются также ценностью. Поскольку и сам человек, и его права и свободы являются ценностью, то признание, соблюдение и защиту этих прав и свобод государство считает своей обязанностью.
Вступая в высшую должность Российской Федерации, президент страны исполняет торжественный обряд и приносит присягу, в которой клянется народу: «Клянусь при осуществлении полномочий президента РФ уважать и охранять права и свободы человека и гражданина, соблюдать и защищать конституцию РФ, защищать суверенитет и незави-
симость, безопасность и целостность государства, верно служить народу».
По смыслу этого обряда глава государства клянется исполнять самые сокровенные, самые дорогие чаяния народа.
И на важнейший философский и политический вопрос всех времен о возможности гармоничного сочетания индивидуальных и общественных интересов и о том, можно ли примирить ценности внутренней жизни отдельной личности и общественное благо, мы отвечаем положительно.
Обеспечивая право индивида на жизнь, защищая его честь и достоинство, обеспечивая свободу и благополучие граждан, государственная власть реализовывает тем самым и общечеловеческие ценности, выполняя двуединую задачу - обеспечение прав и свобод человека и гражданина и общественный цивилизационный прогресс своей страны.
Свобода - это способность человека действовать в соответствии со своими интересами и целями, без принуждения ни со стороны себе подобных, ни со стороны властей или каких-либо группировок. В контексте нашего повествования будут рассматриваться преимущественно такие разновидности свободы как гражданские, политические, личные свободы. Эта совокупность прав личности независима от ее персональных особенностей, то есть свободы гарантированны всем гражданам данного государства.
В нашей привычной конституционной трактовке прав и свобод человека и гражданина, употребляемые как однопорядковые две эти ипостаси существенно отличаются. Право - это легитимное притязание человека на какие-то материальные и духовные блага, на получение которых он обладает правомочием, а свобода - возможность действовать по своему усмотрению без какого бы то ни было внешнего вмешательства или принуждения, и, прежде всего, со стороны властных структур. Прав любой поступок,- говорит Кант,- который, или согласно максиме которого, свобода произвола каждого совместима со свободой каждого в соответствии со всеобщим законом [11]. Свобода личности предполагает независимость от чужой воли во внешнем проявлении. Именно такое понимание свободы стало превалировать с созданием доктрины прав человека, то есть с принятием Американской Декларации независимости и Декларации прав человека и гражданина.
Американская Конституция своей первой поправкой запрещает государственной власти, а конкретно Конгрессу, издавать законы о введении какой-либо определенной религии, а так же об умалении или ущемлении свободы совести, слова, печати, демонстраций, ассоциаций; в тоже время народу с этим предоставляется право иметь и носить оружие; провозглашается неприкосновенность личности и жилища.
Французская Декларация 1793 года построена так же на принципах свободы и прав человека и исходит из того, что все люди рождаются и остаются свободными и равными в своих правах.
Цель всякого политического сообщества есть охрана естественных прав человека. Это право на частную собственность, безопасность, и на противодействие притеснению. Описывая свободу собственности, Декларация дает классическую формулировку понятия свободы: «Свобода состоит в праве делать все то, что не вредит другим; поэтому пользование естественными правами каждого человека не имеет иных гарантий, кроме тех, которые принадлежат другим членам общества. Эти границы могут быть установлены только законом».
Действующая Конституция РФ взяла на себя обязательства обеспечивать свободу передвижения и свободу выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними. Гражданину гарантируется возможность свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, а так же свобода мысли и слова.
Другая ипостась свободы личности предполагает неприкосновенность человека. С точки зрения ограждения его самого и его жилища от произвольных арестов, задержаний и обысков. Каждый имеет право на свободу и неприкосновенность. Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускается только по судебному решению. Лишение свободы в рамках данной статьи имеет место, если человек против его воли на какое-то время удерживается в определенном месте. Чаще всего это случается в практике органов внутренних дел и спецслужб, которым в силу своей деятельности приходиться посягать на свободу людей. При этом и законодательству, и полицейской практике следовало бы бережно относиться к людям и не злоупотреблять своими властными полномочиями, лишая свободы безвинных людей. «Свобода по своей природе есть индивидуалистическое начало, ибо именно в ней выражается самостоятельность лица. Поэтому борьба против индивидуализма есть борьба против свободы. Эта борьба лишена всякого основания, когда она ведет к поглощению всей частной сферы общественного и к пожертвованию личной свободы общественным требованиям. Такое направление является величайшим врагом свободы и развития, ибо оно уничтожает источник того и другого. » [12].
В этой главе еще более зримо можно было проследить то, как общечеловеческая ценность «свобода» тесно связана с правами человека. Вплоть до того, что иногда они позиционируются как синонимы. Поэтому у автора нет необходимости лишний раз подчеркивать то, что и рассмотренная ценность может быть сведена к обеспечению прав человека.
Равенство одно из основных, наряду со свободой, идеалов справедливого общественного устройства. Свобода, равенство и братство стали лозунгами Французской революции, и нашли отражение в Декларации прав 1793 года. Все люди рождаются свободными и равными. Практическое значение
идеологии равенства возросло в связи с отменой сословного деления и сословных привилегий. Принцип равенства, будучи ясным, простым и понятным массам, стал лозунгом борьбы против неравенства и служил стимулом для восстаний и гражданских войн. Принцип равенства уязвим, ибо равенство всех по рождению или по способностям не подтверждается общественной практикой. Люди не равны по природе - это неисправимое неравенство [13]. Но сохраняет свое значение принцип равенства в ряде иных случаев. Так, можно требовать равенства перед судом и законом, уничтожения различных произвольных привилегий, равенства обязанностей перед государством, равенства на участие и управление государственными делами, равенства политических прав.
Видимо, было бы целесообразно развести социологическую категорию «равенство» и политикоправовую категорию - «равноправие». Последняя -одна из основополагающих принципов конституционализма и элемент демократии, означающая официально признаваемые равные возможности и правомочия перед государством, законом, судом, то есть равенство прав, свобод и обязанностей граждан независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а так же других обстоятельств.
Таким образом, антиподом равноправию выступает конкретная юридическая категория - «дискриминация», то есть различение людей по каким-либо основаниям. Суть в том, что дискриминация может расцениваться как произвол или правонарушение и может стать поводом для юридического разбирательства и судебного иска.
Конституция РФ закрепляет равенство граждан, равноправие мужчин и женщин, равную оплату за труд, равноправие перед судом и законом, равные избирательные права, равный доступ к государственной службе; общественные объединения как юридические лица, тоже равны перед законом. Конституция РФ запрещает дискриминацию.
Итак, и эта общечеловеческая ценность (равенство) служит для правильного и эффективного обеспечения прав человека, провозглашая равные возможности для реализации прав и свобод, принадлежащих личности.
Важнейшей общечеловеческой ценностью являются права человека. Мы уже имеем возможность проследить, что ценности, в конце концов, в той или иной степени сопрягаются с правами и свободами человека и гражданина. Но и сами по себе права человека - важнейшая общечеловеческая ценность.
«Права человека должны считаться священными, каких бы жертв не стоило это господствующей власти. Здесь нет середины и нельзя измышлять среднего, прагматически обусловленного пра-
ва; . всей политике следует преклонить колени перед правом» - писал великий Иммануил Кант [14].
Согласно доктрине естественного права, юридическая действительность закона зависит от того, соответствует ли его содержание морали. Блэксто-ун описывает этот подход так: «Это право природы, будучи современником человечества, естественно, является первичным ко всем иным обязанностям. Оно повсеместно имеет силу, во всех странах и во все времена: ни один человеческий закон не является действительным, если он противоречит этому праву; те законы, которые имеют силу, берут ее и всю свою власть непосредственно или опосредованно от этого оригинала» [15].
Концептуальное понятие естественного права неразрывно связано с естественными правами человека. Сами эти категории произрастают из одного корня. Поэтому можно говорить, что индивид имеет право на права, на обладание правами.
Как пишет сэр Ернест Баркер: «Истоки идеи о естественном праве могут быть причислены к древнему и неизбежному развитию человеческой мысли (мы можем проследить упоминание об этом уже в «Антигоне» Софокла), взывающей к внутренней справедливости и не признающей различий в справедливости (правосудии). Эта справедливость понимается как высшее и окончательное право, берущее исток из природы вселенной - из человеческого разума. Следовательно, право (имеется в виду право в последней инстанции) находится выше законодательства. Законодатели, в конце концов, являются субъектами права и подчиняются праву. Они вторичны» [16]. И это верно. Первичен, как порождение природы, лишь сам человек. Все, что он делает сам - вторично. Таковы даже общество и государство. С точки зрения естественного права, появление прав человека является таким же древним, как сама человеческая история.
В XVII веке доктрина естественного права и естественных прав человека были непосредственно связаны с теорией договора и с государством. Поскольку человек есть рациональное существо, он является субъектом естественного права даже до основания гражданского общества. Пользуясь естественным правом, люди жили в состоянии свободы, равенства и обладали собственностью (Джон Локк). Томас Пейн писал, что человек вступил в общество не для того, чтобы стать хуже, чем он был ранее, следовательно, в результате договора с государством он не уступает свои естественные права, а лишь хочет большей их защиты.
Считается, что появление различия между естественным правом и естественными правами человека знаменует главный поворотный момент в истории Западной политической мысли. В начале права человека были логически связаны с обязанностями и долгом. Лео Страусс говорит, что «прежняя доктрина естественного права учила обязанностям человека, тогда как современная либераль-
ная политическая теория рассматривает права, как нечто отличное и независимое от обязанностей» [17].
В сущностном смысле естественное право вполне обоснованно противопоставляется положительному или позитивному праву. Богословский ученый Жан Боден тонко различает право и закон. «Суверен создает законы, но не право. Правом люди обладают независимо от чьего-то желания. Право несет с собой справедливость, а закон - приказ» - писал мыслитель еще в XVI веке. Во-первых, как идеальная норма права в противовес несовершенному произведению людей. Во-вторых, как норма, вытекающая из самой природы и потому устойчивая, неизменная, в противовес изменчивым и неустойчивым колебаниям людских пристрастий.
«Человек обладает правами вследствие того, что он является индивидумом, единым целым, хозяином самого себя и своих деяний, и который, как следствие, не только средство к достижению цели, но сама цель, с которой надо обращаться как с таковой»,- писал Лео Страусс [17].
Первыми были признаны права индивида против государства, а не права одного человека против другого. Сократ, Вольтер и Монтескье, проницательно увидевшие стремление власти ущемить интересы человека, по праву могут быть признаны основоположниками философии прав человека. Джон Локк доказывал, что граждане обладают естественными правами и, если государство не может обеспечить их, оно теряет свою власть. Для Жан-Жака Руссо естественные права были неотчуждаемыми. Договорная теория основывает эти требования на том, о чем согласились граждане.
Джек Донелли уравнивает концепции прав человека и естественных прав, таким образом, подчеркивая, что современная концепция прав человека полностью основана на концепции естественных прав. Эмилио Дэнтревез пишет, что современная теория естественного права, строго говоря, является не теорией права вообще, а теорией прав человека. Этот сдвиг произошел на рубеже американской и французской революций, когда правам человека были приданы первоначальная роль и важность. Тирания, деспотизм и отказ правителей уважать достоинство подданных вели к развитию естественных прав человека. Народ протестовал против нарушения правителями принципов равенства и законности, которые были центральными в философии естественного права. Концепция естественных прав вначале была тесно связана с религией. В XX веке доктрина естественных прав очистилась от политического и философского влияния богословия.
Растущая вера в естественные права человека вели к росту индивидуализма; можно сказать, что сама концепция прав была индивидуалистична, она выражала требования части к целому, требования индивидуума к государству или к другим людям. Этот индивидуалистичный подход или «эгоистичная доктрина», как называет ее Лео Страусс, противостоит классической доктрине естественного права, которая концентрировалась на праве, справедливости, обязанности и общественном интересе.
Индивидуализм предполагает, что каждый человек владеет суверенитетом над своей собственной жизнью, из чего следует, что он обладает жизненной сферой, в которой может действовать свободно, где он независим от влияния других, но человек, в свою очередь, должен уважать сферы жизнедеятельности других людей. Индивидуализм презумирует возможность и способность индивидуумов вести свою собственную разумную жизнь. Этим отрицается патернализм, государственное вмешательство в частную жизнь, в контроль за поведением граждан.
Либерализм признает неизменную и незаменимую ценность человека. Права неотчуждаемы от либерализма в силу того, что предоставляют наиболее строгую правовую защиту каждой личности. Человек должен представлять собой цель, а не средство к достижению цели. Для либерала любое ограничение свободы это то, о чем любое приличное правительство должно сожалеть и сводить такие возможности к минимуму, необходимому для защиты демократии и соблюдения прав остальных членов общества. Правительство должно содействовать и способствовать развитию гражданских инициатив. Либеральная идеология предполагает, что общество составлено из свободных и равных индивидов, каждый из которых способен по-своему понимать свои интересы и свободен в стремлении к счастливой жизни в своем понимании.
История естественных прав, с последующим переходом к доктрине гражданских прав, а затем к торжеству индивидуализма и либеральной идеологии с ее экономическими свободами, социальными ценностями и культурными правами представляет собой общественный прогресс, отмеченный постоянным возрастанием степеней свободы.
Об этом хорошо написал известный русский юрист Е. Тарновский (1859-1936) в книге «Четыре свободы». «Внутренний смысл всех политических движений в цивилизованном мире за последние два или три столетия сводится к постепенному освобождению личности от гнета Церкви и Государства, к расширению и укреплению прав личности, признанию и оформлению их со стороны государства. Личность человеческая со времен Реформации и еще больше со времени Французской революции возросла и окрепла, а государство принуждено было отступить перед нею и видоизмениться, приспособиться к властным требованиям личного разума и личной совести ранее безгласных и бесправных поданных» [17].
Рождаясь в результате протеста граждан против абсолютной власти, как противовес деспотизму и произволу, идея прав человека явилась обоснованием для притязания на гарантии личной неприкосновенности, индивидуальной свободы, экономической независимости, равноправия людей и т. д. Таким образом, концепция прав человека, начав свою жизнь как «свобода от» или доктрина негативных прав человека, расширила свое значение до «свободы на», то есть позитивной доктрины, так как их обеспечение требует вмешательства государства.
В этих условиях, позитивное право, завершив экспансию своих ценностей, оттеснило понятие естественного права, которое во многом все же со-
хранило свои позиции в обосновании прав человека и гражданских свобод. Поэтому есть множество оснований считать, что права человека, как научная доктрина, ведет отсчет с конца XVIII века, когда произошло грандиозное закрепление гражданских прав и свобод в позитивном законодательстве.
К сожалению, эти ясные и четкие принципы не стали аксиомой правового и политического положения людей во всех странах мира. Многие идеи, сформулированные более двух столетий тому назад, остаются недостижимой мечтой целого ряда народов. В их числе идеи господства права и верховенства закона, неотчуждаемых прав и свобод человека, разделения властей, конституционализма и правовой государственности, презумпции невиновности, гуманизации общественной жизни и гуманной пенитенциарной системы и т. д.
Только в последнее время мы осознали, что наиболее привлекательным правилом общественного устройства мог бы стать следующий принцип: «Разрешено все, что не запрещено законом», однако чиновничество, идеологические шоры, заскорузлое законодательство, народный дух не способствуют внедрению этого прогрессивного принципа в жизнь. Между тем, для французских гуманистов и авторов Декларации важность этого принципа была ясна. В статье 5 было записано: «Закон вправе запрещать лишь деяния, вредные для общества. Все, что не запрещено законом, то дозволено. Никто не может быть принужден делать то, что не предписано законом». Это правило стало во многих странах «золотым» правилом социального поведения людей и относится к числу естественных и неотчуждаемых прав. В постсоциалистических странах этот принцип пока не стал реальностью, и человек, умеющий шить шубы или ремонтировать машины, до сих пор обречен на бесконечные ходатайства, просьбы и унижения, чтобы заняться делом, которое ему никто не вправе запретить.
Таким образом, мы видим вполне сформировавшуюся доктрину прав человека и гражданина, которая составила прочную основу гуманизации всей общественной жизни и в течение последующих двух веков продолжала совершенствоваться, закрепляя гуманистические стандарты и прекрасные правовые нормы.
Вместе с тем, следует видеть и понимать, что не может быть единого понимания и принятия социальной ценности прав человека и гражданских свобод в различных странах, различными группами, в различные времена. К сожалению, развитие прав и свобод - это длительный и дискретный процесс.
Консервативная мысль критически воспринимает идею прав человека и гражданских свобод, усматривая в их поощрении и развитии, посягательство на государственную мудрость, мощь и неприкосновенность власти. Между тем, история общественного развития демонстрирует прямую зависимость государственного могущества от уровня развития гражданских прав и свобод. Это
вполне объяснимо. Наличие свобод и соблюдение прав человека вызывают энтузиазм, материальное благополучие, повышает сплоченность общества. В условиях уважения чести и достоинства граждан возрастают гражданские инициативы, создаются гражданские институты, формируется гражданское общество. Таким государством гордятся граждане, потенциальные инвесторы не опасаются за соблюдение условий сотрудничества, научный и технический потенциал служат общему благу. Из такого государства не «утекают «мозги» и финансы.
Таким образом, благополучие страны зависит от позиции самих граждан, понимающих свою причастность к собственной судьбе и будущему своих потомков. И это составляет главный национальный интерес любого нормального государства. Слабое государство, слабая власть не хочет, а порой и не может защищать общегосударственные интересы, в результате чего не выполняет большинство своих функций, в том числе важнейшую из них - защиту и соблюдение прав и свобод гражданина.
Сказанное подводит нас к мысли о том, что если Российской Федерации необходима национальная идея, господствующая идея, нет ничего более мудрого, разумного, полезного для общественного блага и благополучия граждан, чем провозглашение таковыми уважение, обеспечение и защиту прав и свобод человека и гражданина. Нет и не может быть у государства более важной, более насущной задачи, чем эта. А решая эти проблемы, государственная власть соединит энергию масс, направит их в сознательное русло, удовлетворяя частные интересы, повышая благосостояние конкретных людей, она добьется эффективного и поступательного движения всей страны к благополучию и цивилизованности.
1. Современный философский словарь. Лондон-Париж-Москва, 1998. С. 1001.
2. Глобальные проблемы и общечеловеческие ценности. М.,
3. URL: http://mirslovarei.com/content_filCennosti.
4. Мартышина О. В. Проблема ценностей в теории государства и права. // Государство и право. 2004. №10. С. 9.
5. Кравченко И. И. Политические и другие социальные ценности.// Вопросы философии. 2005. №2. С. 6.
6. Виндельдбанд В. Избранное. Дух истории. М., 1995. 687 с.
7. Фромм Э. Душа человека. Революция надежды. М., 2004. 572 с.
8. Миронов А. В. Понятие ценности, виды и иерархия ценностей.// Социально-гуманитарные знания. 2007. №1. C. 101.
9. Штейн Л.Социальный вопрос с философской точки зрения. М., 1899. 708 с.
10. Утяшев. М. Курс лекций по истории политико-правовых учений. Уфа, 1999. 320 с.
11. Кант И. Метафизика нравов. М., 2007. 399 с.
12. Чичерин Б. Н. Собственность и государство. СПб., 2005. С. 75.
13. Кравченко И. И. Политические и другие социальные ценности // Вопросы философии. 2005. №2 С. 11.
14. Кант И. Сочинения на немецком и русском языках. Т. 1. М., 1994. С. 461.