Возвращаясь к хадисам Алишера Навои…

Совсем недавно у нас в стране отмечалось 574 –летие со дня рождения Алишера Навои. Дата весомая, однако она с новой силой возродила наш интерес к богатейшему литературному наследию выдающегося поэта Востока, философа , государственного деятеля Хорасана.

Его лирическое наследие огромно: известно 3150 произведений в жанре газели, включенных в диваны на чагатайском языке и фарси.Кроме поэтических шедевров на персидском и древнеузбекском (чагатайском) языках, Навои составил Большой толковый словарь арабского языка "Саб'атабхур", или "Семь морей", включающий в себя свыше 8 000 словарных статей. Некогда Бабур в книге «Бабур-наме» сказал о языке Навои: «Алишербек был человек бесподобный, с тех пор, как на тюркском языке слагают стихи, никто другой не слагал их так много и так хорошо».

В современном литературном мире куда более известен «Диван Фани» — его сборник лирических стихов на фарси.«Сорок хадисов» («Арбаинкирк хадис») — произведение другого и куда более сложного типа. Это 40 четверостиший на тюркском языке, написанных на темы хадисов.С этими малоизвестными лирико-философскими стихами познакомил любителей классической литературы исследователь Навои, художественный переводчик "стихотворных жемчужин"АйдынГударзи, побывавший 05 02 15 в гостях в общественном клубе-музее «Мангалочий дворик Анны Ахматовой», отметившем дни рождения двух великих поэтов – Алишера Навои (1441 -1501) и Зульфии (1915-1996).

На этой встрече онохотно поделилсяопытом исследования поэтического толкования хадисов Джами и Навои – многолетним трудом, забравшим у него много сил, времени, здоровья, но одарившим учёного и переводчика новыми духовными прозрениями в искусстве слова и самой жизни.

АйдынГударзи рассказал предысторию создания переводов из хадисов Навои. Эти сорок четверостиший были созданы в 1481 годуДжами на фарси и на староузбекском языке Алишером Навои, названы авторами “ Арбаин хадис”, “Чихил хадис” и “Кирк хадис”. Они были популярны не только при жизни, но и после их смерти, т.к. направлены на формирование общественных представлений о высокой нравственности, всегда присутствовавшие в фольклоре тюркоязычных народов, населяющих Центральную Азию, Кавказ, Турцию и некоторые регионы России. Тексты «Арбаин» до недавнего времени не только не исследовались, но и не переводились на русский язык. Чтобы получить представление о трудностях ввода тюркского языка в литературу той эпохи, АйдынГударзи привёл некоторые факты, изложенные самим Навои в книге “Мухакамат ал-лугатайн” (“Тяжба двух языков”). В тюркском языке есть слова, выражающие самые тонкие оттенки человеческих представлений и понятий, которых даже нет в фарси. Именно через практику создания собственных высокохудожественных произведений Навои выступил в роли ученого-языковеда, доказавшего лексические и морфологические возможности тюркского языка.Интересно, что, владея в совершенстве тремя языками — арабским, фарси и тюркским, Навои никогда даже не пытался слагать стихи на арабском языке. Возможно, по мнению АйдынаГударзи, поэт был уверен, что подавляющая часть населения знала арабский язык только в рамках механического заучивания текстов Корана, не понимая истинного смысла декламируемого текста.Алишер Навои никогда не переставал изучать мастерство почитаемых им поэтов, в частности, крупного мастера тюркской поэзии Омара ШашиЛутфи, уроженца Ташкента, который в ту далекую средневековую эпоху именовался Шаш.

Глубокое изучение “ Арбаин ”, - считает Гударзи, - началось только после обретения Узбекистаном независимости. В 1991 г. в Ташкенте был издан полный текст “ Арбаин ” Навои и Джами в арабской графике и на узбекском и таджикском языках на основе кириллицы с комментариями Кобила Ахмада, Олоберди Махмуда, ПулатаСамада. В этой работе читателю были предложены для сравнения четверостишия поэмы “Возлюбленный сердец” Навои. Но и эта работа, как и вышеперечисленные научные труды, осталась недоступной для русскоязычного читателя. В 1991 г. в Ходженде был опубликован сборник “Алишер Навои”, содержащий статью ЭргашалиШадиева “Некоторые проблемы навоиведения”, в которой автор полемизирует с М.Рашидовой по поводу ее научно-критического текста “ Арбаин ”.

В 1994 году в Ташкенте вышла книга “ Арбаин хадис вакиркмакол” — “Сорок хадисов и сорок пословиц”, содержащая арабские тексты (оригиналы) тех сорока хадисов, которые использованы Джами и Навои (в переводе на узбекский язык Х.Караматова). И вновь, к сожалению, книга не стала достоянием русскоязычных почитателей поэзии Алишера Навои.

И только в 2002 году впервые на русском языке был напечатан труд А.Каюмова и Б.Хасанова“Жемчужины мудрости и тайны семи морей”. Именно эта книга впервые дала русскоязычному читателю представление об

“Арбаин ” Навои и Джами, благодаря “лабораторному переводу” на русский язык всех сорока четверостиший, обеспеченных научными комментариями и расширяющих восприятие идейного замысла произведения.

На вопрос, как сам автор переводов хадисов оценивает значение своего труда в современном противоречивом мире, разделённом межэтническими конфликтами, АйдынГударзи ответил:

- Частые беседы с А.Каюмовым побудили меня начать художественный перевод на русский язык текстов четверостиший

“Арбаинкирк хадис” Алишера Навои. Но эта интереснейшая работа, кроме чувства удовлетворения, порождала и массу вопросов. Сколько понимания, смешанного с сожалением, было в словах академика А.Каюмова, когда он с присущей ему искренностью однажды признался мне: “Меня не покидает чувство вины не только за долго не звучавший на русском языке, но и мало изученный всеми нами “ Арбаин ”, написанный Алишером Навои”.

Сегодня, как никогда, актуально звучат хадисы А. Навои, отрицающие дидактический характер “ Арбаин» и призывающие к единению народа и ко всеобщему миру: “Мусульманин тот, от языка и рук которого мусульмане в безопасности”; «Кто правоверным хочет стать, лишь душу отдает, / Пусть знает: это так немного и почти не в счет. / Тот истинным по праву мусульманином зовется,/ От дел которого в спокойствии народ живет».

Нет предела совершенству, и мои переводы – признался АйдынГударзиНаджафов, - это ещё далеко не полное толкование хадисов в стихах. Но новый литературный жанр персидской поэзии, внедрённый Джами, благодаря Навои, стал достоянием тюркского языка, а благодаря моим переводам – доступным массовому русскому читателю.

При этом учитель Джами, являясь блистательным вождем благочестивых людей, для Навои стал его духовным наставником, на которого он смотрел, как на святыню. Я могу сказать о себе, что с таким же благоговением я отношусь к Алишеру Навои и его хадисам, дарующим людям “очищение души, сознания и разума”.В новом тысячелетии литературное наследие прошлого особенно всем необходимо как напоминание об истинных бессмертных общечеловеческих идеалах и ценностях.

Хадисы Алишера Навои в переводе АйдынаГударзи-Наджафова