Лингвист Екатерина Протасова — о том, как развить речь и мышление ребенка

Когда ребенок должен начать говорить? И что родители могут сделать, чтобы ускорить его развитие? Как билингвизм помогает детям посмотреть на мир шире и с какого возраста лучше учить второй язык? На все эти вопросы онтолингвистики — науки, изучающей детскую речь, отвечает доктор педагогических наук, доцент Хельсинского университета Екатерина Протасова.

— До сих пор остается загадкой, как человек овладевает своим родным языком. Но есть ли исследования, которые хотя бы немного приблизили лингвистов к этому пониманию?

«Если мы посмотрим, в какое время люди начали беспокоиться о том, откуда у них берется язык, то нам придется вернуться в VII век до нашей эры — это первое зафиксированное свидетельство. Египетский царь Псамметих решил выяснить, что будут говорить два ребенка, которых поселили в пещере и которых обслуживали молча какие-то няньки. И около двух лет они произнесли слово “бэкос”. Пришлось выяснять, в каком языке такое слово имеется. И выяснилось, что это был фригийский язык. Бедному египетскому царю пришлось признать, что фригийцы древнее, чем египтяне».

Екатерина Протасова — в интервью изданию «ПостНаука»

— Давайте представим себе варианты решения этой задачи. Естественно, можно проследить за развитием речи множества детей, тщательно записывая за каждым все, что он говорит. Вначале, когда речевой продукции мало, это вроде бы легко, а когда ее много — очень сложно. За одну секунду мы успеваем произнести несколько слов, а за минуту, за час? Мы знаем, что есть дети, которые произносят свое первое слово в полгода, и такие, которые делают это в три с половиной года. И то и другое достаточно редкие явления. Большинство детей произносит то, что можно назвать односложным словом (протослово), к году, но говорить начинает к двум годам. Родители очень рады, что появилось это первое слово, что означает, что пройден первый барьер. За этим идут тысячи проб и ошибок в овладении всеми сторонами речи (звуками, словарем, словосочетаниями, предложениями разной структуры, текстами). Нередки случаи, когда бодро начавшие записывать за ребенком слова родители остывают к этому занятию, когда ребенок начинает говорить на самом деле. А ведь в школе речь как бы изучается заново, потому что начинает осваиваться вторая часть языковой способности — чтение и письмо!

Что вообще могло бы быть ответом на этот вопрос? Возможно, границы использования языка — от появления первого слова и до забывания последнего при болезни Альцгеймера. Некоторые определяют речь именно так, считая, что надо рассматривать весь путь целиком, потому что мы никогда не останавливаемся на достигнутом, просто не можем. И вот, тысячи людей по всему миру и записывают, и обобщают, и ставят опыты, и дают рекомендации. Все это вносит свой вклад в осознание сложности явления, но не дает ответа на вопрос: почему это так, а не иначе? У нас есть предположения о том, что означает раннее появление лепета: например, если в 5 месяцев есть такие звуки, то будет и раннее развитие речи, но необязательно раннее чтение и письмо, хотя грамотность будет хорошей. Но какое-то заболевание, психическая травма или неверно принятое лекарство может изменить всю картину.

Современный ребенок учится нажимать на кнопку с возраста 4-х месяцев, но ему требуется время, чтобы понять, что не является кнопкой (а просто пятно), как можно точно сфокусировать свое действие на кнопке (не попадая кулаком рядом с ней), что достаточно нажать один раз, пальцем, сильно, а не десять раз, ладошкой, слабо и т.п. Это только один конкретный навык, но ребенок совершает тысячи движений, чтобы овладеть этой простой операцией. При этом мы не говорим даже о смысле нажатия кнопки, а только о формальной, технической стороне этого действия. Ведь есть до сих пор немало взрослых, которые не разбираются в управлении электронными девайсами, что в принципе, как говорят некоторые психологи, есть несколько расширенное представление о нажатии на кнопку. Причем технические устройства пока еще не достигают сложности человеческой речи.

Лингвисты склонны гордиться тем, что предмет их изучения самый сложный, пока что не разложимый до конца на составляющие. Вроде как система еще не способна познать саму себя. Это очень интересный вызов, если можно так выразиться.

— Родители зачастую переживают, если их ребенок не начинает говорить «вовремя», в особенности это касается мальчиков. Является ли это реальной проблемой, с которой нужно обращаться к специалистам, и есть ли вообще нормы, согласно которым ребенок должен научиться говорить в таком-то возрасте, а к такому-то периоду должен обладать словарным запасом, скажем, в 1000 слов?

— Можно провести эксперименты с большими группами детей: на повторение, дополнение, пересказ, рассказывание, задавание вопросов, исправление, замены и так далее — множество разных проб, чтобы понять, когда примерно половина детей справляется с заданиями. Тогда у нас получается граница возрастной нормы для конкретных случаев (произношения звуков, понимания смысла, сформированности грамматики). Именно это лежит в основе тестирования. Однако конкретный ребенок всегда может опережать норму, выпадать из нормы или развиваться каким-то своим путем. Мне когда-то рассказывали о враче, который по электрокардиограмме мог точно сказать, какая температура у пациента, хотя нигде не говорится о том, что ЭКГ может или должна быть способом измерения температуры. Опытный педагог по взгляду и поведению ребенка может сказать, насколько развита его речь. И все же это не то же, что объективные показатели.

За рубежом очень развита диагностика раннего недоразвития речи, связанная обычно с разнообразными мелкими проявлениями при реализации заданий различных психологических тестов, обычно неречевого характера. Они направлены на выявление развития исполнительских функций, но зачастую опосредованы речью. Стараются как можно раньше вмешаться в общее развитие, и это дает результат и в области становления речевой способности. Логопеды (или речевые терапевты) обычно начинают работать с детьми позже, перед школой или в первом классе, когда очевидно, что отдельные звуки сами собой не сформировались. Это вполне нормальное развитие.

Общая рекомендация здесь та, что родители должны быть спокойными и внимательными и стараться делать как можно больше для развития разных сторон речи: постоянно, но ненавязчиво, содержательно, «богато» разговаривать, играть в разные игры, предоставлять материалы для наблюдения и занятий, давать возможность общаться со сверстниками и другими взрослыми. Все это «строительный материал», который нужен ребенку для построения своей собственной речевой системы. Если родители все это делают, а тем не менее прогресса нет, тут и стоит начать волноваться. Если вы «забеспокоитесь» слишком рано, ребенок будет чувствовать, что вы им недовольны, что он делает что-то не так, и может, наоборот, начать отставать в своем развитии. Если для успокоения вам нужен совет специалиста, конечно, надо к нему обратиться.

Нормы очень широки. У некоторых детей словарь в 3000 слов отмечен уже к двум с половиной годам, а другие в три года еще говорят жестами. Есть такие интересные явления: когда словарь ребенка достигает примерно 50 слов, он начинает говорить двухсловными предложениями. Дети, которые умеют читать уже в четыре года, часто не показывают хороших результатов в школе, потому что им скучно заниматься тем, что они и так уже умеют делать. У подвижных детей словарь меньше, чем у тех, кто часами слушает книжки. У тех, кто любит разглядывать картинки, может быть аккуратный почерк, но они иногда отстают в грамматике. Важно это сознавать, чтобы придавать значение развитию речи в целом, а не какой-то одной ее стороне. Это особенно существенно потому, что письменная речь (не ручное письмо, а использование электронных средств) — доминирующее направление развития речевой способности в ближайшем будущем. Наряду с этим риторические умения — способность правильно организовать устное выступление, коммуникацию и полемику — также кардинальным образом определяют карьеру человека.

— Родители любят применять в воспитании детей инновационные методики развития, чтобы к школе превратить своего ребенка практически в гения. Есть ли способы, благодаря которым они могут ускорить речевое развитие ребенка?

— Была бы рада узнать о по-настоящему инновационных методиках. К сожалению, они попадаются крайне редко. По моему опыту, обычно инновационными называют методики, которые используют две-три новых картинки. Часто автор, впервые осознав, что делали до него другие, интерпретирует собственные скромные достижения как открытия и публикует их под яркой обложкой. В этом нет ничего плохого, если приглашается, скажем, молодой художник, который рисует какие-то забавные иллюстрации.

Понятно, что перевод традиционных методов в цифровую (дигитальную) область неизбежно приводит к изменению подачи материала, так что, например, электронные книги позволяют делать какие-то новые вещи во время чтения (при этом старые отчасти уже невозможны, например, ощущение от перелистывания страниц, что некоторые издания заменяют искусственными шумами). Приятно, что интернет делает доступными материалы для всех детей, независимо от того, живут ли они в большом городе, маленьком отдаленном поселке или за рубежом.

Еще о скорости развития. В Америке дети сдают экзамен, чтобы поступить в хорошую школу, в четыре года. В Германии в большинстве земель вопрос о том, будет ли ребенок учиться в гимназии, реальной школе, основной школе или школе для детей с особенностями развития, решается, когда ребенку 9 лет. В Финляндии детей в основном разделяют только при переходе в старшие классы, то есть в 15 лет. При этом показатели развития детей по международным тестам в Финляндии выше, чем в Германии, а в Германии выше, чем в США. Такие системы действует в целом на все общество: хотим ли мы, чтобы оно было гомогенным, сбалансированным, обществом всеобщего благополучия, или подчеркиваем, что одни люди могут намного больше, чем другие (в зависимости от социального происхождения, кошелька или реальных талантов)? Конечно, никто не останавливает родителей, когда они предпринимают очень много дополнительных усилий для развития своего ребенка, но социальные навыки также очень важны: способность общаться, играть, организовывать свою и чужую деятельность с представителями разных слоев населения. При этом умение терпеть, преодолевать скуку и застенчивость так же значимы, как и право интересно и насыщенно проводить свободное время. Одаренный человек, развивший только свои интеллектуальные навыки, часто принужден существовать в заповеднике.

— Вы говорили в интервью изданию «ПостНаука» о том, что человек, который с детства говорит на двух языках, во взрослом возрасте лучше ориентируется в меняющейся ситуации, быстрее принимает решения, обладает более развитым абстрактным мышлением. То есть билингвизм влияет на интеллектуальные способности ребенка. Почему так происходит? И какие еще есть особенности у детей-билингвов?

— Раньше говорили: «Вот человек образованный, знает три языка». Таких знаний было достаточно, чтобы считаться образованным человеком. Предполагалось, что такой человек прочитал книги, написанные на этих языках (самое существенное, что нужно было прочитать, было сравнительно обозримо). Это касалось элиты. Вспомним, когда в Российской империи школы стали общедоступными и общеобразовательными: только во второй половине XIX века. После этого потребовалось еще 60-80 лет, чтобы прийти к необходимости поднятия уровня общего образования, и еще несколько десятилетий, чтобы продлить его сроки, и еще много лет, чтобы понять, что иностранные языки — это не только упражнение в грамматике, но и средство общения. Сравнительно недавно (у поколения родителей нынешних дошкольников) владение двумя–тремя языками вошло в норму.

Раньше языковые меньшинства в национально-территориальных образованиях говорили на своих языках. В ХХ веке мир изменился: чтобы сделать карьеру, нужно было очень хорошо говорить на доминантном языке окружения, например, на русском — в СССР, на английском — в США. Это привело к исчезновению малых языков. При этом бывали периоды, и даже довольно длительные, когда диглоссия (существование одного языка в одной сфере использования и другого — в другой) совершенно нормально поддерживала двуязычие на индивидуальном уровне. В 1920-е, а потом в 1970-е годы многих пугали: дети-иммигранты должны забыть свой родной язык и говорить только на языке принимающей страны, иначе у них будет раздвоение личности. Если говорить на языках вперемешку, то ни один не будет освоен, ребенок вырастет полуязычным. Если у ребенка позднее речевое развитие, он не должен учить иных языков, потому что у него нет места для них. Все эти псевдонаучные утверждения были постепенно опровергнуты. В XXI веке уже нужно обязательно хорошо знать английский, помимо своего малого «семейного» языка и государственного языка, и желательно также еще какие-то языки. Все же совершенно необязательно владеть всеми языками безупречно: часто это просто недостижимо. Любой уровень владения языком считается очень ценным.

Все люди, начиная изучать любой второй язык с детства, получают шанс развить свои языковые способности. А ведь каждый язык — это особый рассказ о мире, подчеркивающий разные свойства реальности, по-своему ее структурирующий. Если человек достаточно регулярно пользуется языками и постоянно готов перейти с языка на язык, он способен видеть больше деталей в окружающем и может по-разному его воспринимать и описывать, в результате чего способен к более абстрактному мышлению. Готовность выразить свое восприятие вариативными способами, перейти от одной системы к другой, быстро принимать решения, отказаться от одного способа и перейти к другому — это то, что развивает мышление.

Екатерина Протасова — о билингвизме в интервью «ПостНауке»

— Можно ли и нужно ли заставлять ребенка говорить на двух языках, если в этом нет прямой необходимости (он не живет в чужой стране и оба родителя говорят на одном и том же языке)?

— Ну, это зависит от желания родителей. Учите ребенка-дошкольника любому языку — и это будет полезно. Особенно в России, где такое изобилие языков населения. Если у вас есть армянская / литовская / татарская / удмуртская бабушка, отправьте к ней ребенка на лето. Используйте возможность спеть / проиграть песни, послушать / прочитать сказки и стихи, посмотреть мультфильмы на разных языках. Все это развивает слуховое восприятие. Если хотите гарантированно более высоких результатов в овладении вторым языком, начинайте как можно раньше, будьте систематичны, учите поступательно, но необязательно переходить полностью на второй язык.