О партизанском поэте Реброве-Денисове

Среди участников парти­занской борьбы в Восточ­ной Сибири особое место занимает Николай Петро­вич Ребров-Денисов. Одно из первых упоминаний о его жизни здесь относится к 1919 го­ду, когда Илимский край стал центром партизанской борьбы, куда стекались все, кто решил бороться с колчаковской диктатурой. В это время комендант г. Илимска сообщал: «При штабе думаю выпускать га­зету, сотрудником которой труды берет на себя один товарищ из добровольцев, который составляет песни, которые я вам сегодня по­сылаю»… Этим товарищем и был Ребров-Денисов. Кто же он такой? Каким путем пришел в партиза­ны? Известно. что Нико­лай Петрович был рабочим из Петербурга, что в ра­бочих кружках он получилпервую революционную закалку. А в 1907 году, в годы реакции, он пред­стает перед военно-поле­вым судом, за которым последовала ссылка в Си­бирь, в Тобольск. В годы гражданской войны Ребров-Денисов ак­тивно участвовал в борьбе; но был схвачен контрраз­ведкой и снова заключен в Тобольскую тюрьму.А в декабре 1918 года он опять предстает перед военно-полевым судом, на этот раз за попытку организации восстания в тюрьме. Его и товарищей ожидал смерт­ный приговор. Это ожидание растяну­лось на 10 месяцев, а за­тем отступающие под уда­рами Красной Армии кол­чаковцы увезли пленных на восток.Так Н. П. Ребров-Денисов оказался в знаменитой Иркутской пе­ресыльной тюрьме — Алек­сандровском централе. Здесь он с товарищами подготовил восстание и побег из тюрьмы. Правда, из застенков удалось выр­ваться не всем, но то, кто все же обрел свободу (и вместе с ними Ребров-Денисов) пошлик партиза­нам. Как уже говорилось, у партизан он вначале по­шел наштабную работу. Но она не устраивала Ребрсва-Денисова, и он стал разведчиком,неоднократ­но участвовал в боевых схватках с колчаковцами. Наибольшую же извест­ность Николай Петрович приобрел всё же не как разведчик, а как поэт си­бирских партизан. Стихи он начал писать задолго до прихода к ним. Еще нахо­дясь в Тобольской тюрьме, он вдохновлял своих товарищей по камере, такими строками: «Пусть нас рас­стреляют, мы не умрем…». Широкую популярность приобрели такие его произведения как «Сибирская партизанская походная песня», «Бой под Усть-Кутом», «Солдату-белогвардейцу» и др. Особой популярностью пользовалась среди партизан «Сибирская партизанская походная песня». Партизаны любили её и всегда пели эту песню, находясь на отдыхе, в походе и уходя в бой.

Собирайтесь скорее все товарищи в кружок, Грянем песню веселее, завтра вам идти в поход. Мы слеталися с Илима бить карателей — врагов, Каждый день растёт дружина красных доблестных орлов. Враги в страхе отступают, перед нами все бегут Все оружие бросают и толпами в плен идут. Славно жару им поддали, когда дрались за Илим, Под Суворкой расчесали и теперь идём в Мамырь. Попадёт Белоголовый, попадёт нам в плен Рубцов, Будет суд у нас суровый для подобных подлецов. Долго они нас терзали, но мы сбросили их гнёт, На врагов своих восстали и теперь идём вперёд. Командир товарищ Зверев на Рубцова нас ведёт И в победу с твёрдой верой мы идём за ним вперёд. Завтра рано на рассвете в наступление пойдём За крестьян, за власть Советов, победим или умрём! Когда 13 ноября 1919 го­да партизаны взяли штур­мом Усть-Кут, вместе с боевой сводкой Северо-Восточного фронта Д. Е. Зверев послал в штаб и «Песнюо бое под Усть-Кутсм», написанную Ребровым-Денисовым. В ней бы­ли такие строки:

«Ритмичную дробь выбивал пулемёт, Раскатисто эхо звучало, Из леса за взводом раскинулся взвод — Цепь наша Усть-Кут окружала… … В паническом страхе метались враги, А в плен нам сдаваться не смели. Боялись, наверно, расплаты они За плети, за кровь за расстрелы».

Николай Петрович Ребров-Денисов с докумен­тальной точностью описал многие события боевой жизни своих товарищей. В одной из сводок партизанского командования сооб­щалось, например: «В два часа дня 24 сего дня ноября наш кавалерийский полк под деревней Якурим встретил разведку белых,в которой насчитывалось до ста человек. Противник был допущен на расстоя­ние 25 шагов, после чего по нему была открыта си­льная оружейная стрельба. Результат боя — бандабе­лых панически бежала, ос­тавив на поле боя 8 уби­тых, много раненых…» А вот как это же отражено в стихотворении партизан­ского поэта «Бой под Яку­римом на реке Лене»:

Двадцать четвертого сего ноября Была с белой бандой схватка. Кавалерия нашего полка Расчистила их, как следует, — гладко… Каждый полк наших храбрых орлов В два часа дня стоял в Якуриме, И вдруг белых до сотни голов Показалось внезапно с обрыва. Разыгралась у наших душа, Можно сделать здесь славное дело И засевши в засаду – врага Поджидали они к себе смело. Подпустили на двадцать шагов Огонь залпом частным открыли, На снегу показалася кровь, Враги в страхе назад отступили. Восемь белых убитых людей Вдвое больше от ран пострадали, Шесть убито у них лошадей, И двадцать с сёдлами взяли. Был для нас без потерь этот бой Враг в паническом ужасе скрылся, Кавалерии полк удалой В этой схватке с врагом отличился. Баню славную дали врагам Их свой с лёгким паром поздравит. И, наверное, на днях снова к нам Парить новую сотню отправит.

В боях за Усть-Кут и под Якуримом погибло 52 че­ловека. В их память Ребров-Денисов пишет стихот­ворение «Похоронный марш героям, погибшим подУсть-Кутом». Вот несколь­ко строк из него:

«Прощайте, товарищи! Вечный покой! Вы навеки от нас удалились. Для вас роковым под Усть-Кутом был бой, Но храбро с врагами вы бились. Вы отдали жизнь за святой идеал. Девиз ваш был: «Смерть иль свобода!», Всем вечная память, кто жертвою пал, За счастье родного народа».

Достоверность, точность, последовательность описания событий вообще была характерна для Реброва-Денисова. Порою его стихи не благозвучны,не совершенны, но в них вы­ражено искреннее чувство, вера в победу над врагом. Партизаны их любили, пе­рекладывали на музыку и пели. Под ударами Красной Армии белогвардейские части откатывались на вос­ток. Но в Иркутске уже была восстановлена Совет­ская власть, арестован Кол­чак,из партизанских отря­дов создана Восточно-Си­бирская армия под коман­дованием Д. Е. Зверева. Командовавший белогвардейцами после смерти Каппеля генерал Войцеховский предъявил ультима­тум иркутским властям: пропустить их на восток, обеспечить продовольст­вием и фуражем, выдать золотой запас, освободить Колчака. А настроение на­ших бойцов находящийся среди них Ребров-Денисов выразил в стихах, написан­ных в виде ответаД. Е. Зверева генералу Войце- ховскому. В них говорилось:

«Я жду вас к себе с нетерпеньем, Прошу торопиться скорей, Свинцово-стальным угощеньем Я встречу незваных гостей, В Иркутске народная сила На тризну давно уж вас ждет, Готова сырая могила И строят для вас эшафот».

Как известно, на подсту­пах к Иркутску войска ге­нерала Войцеховского бы­ли разбиты. А вскоре Д. E. Зверев был направлен на учебу к Академиюгенерального штаба. Уехал на За­падный фронт и Н. П. Ребров-Денисов. Там в 1920 году он и погиб. Друзья — партизаны узнав о его ги­бели, откликнулисьна нее такими строками: «Погиб славный командир, погиб в бою за свои идеалы. Больно, больно терять до­рогих товарищей, но, пом­ня о них, помняих силу и верность служения респуб­лике, сжимаешь зубы, и хочется быть хотя бы не­много похожим на комму­нистов-бойцов, лучшим представителем которых был дорогой товарищ Ребров…». Николай Петрович Реб­ров-Денисов, как и его со­ратники — партизаны навечно останется в памяти народной, в памяти жителей Приленья, за свободуи счастье которых они сражались. Решением исполнительного комитета Усть-Кутского городского Совета депутатов трудящихся от 2 ноября 1967 года улица Пионерская была переименована в улицу им. Реброва-Денисова.

АЛ. ГУРЕВИЧ и Ф. КУДРЯВЦЕВ

ПОЭТ КРАСНЫХ ПАРТИЗАН

Усть-Кут. 1919 год. Штаб партизанских войск Северо-восточного фронта. В разбитые пулями окна врывается ноябрьский ветер; По­бедный треск пулеметовс разных концов улиц и крыш сменился дребезжащими стуками походной машинки. Печатается очередная «оперативная» сводка: «13 ноября, в 7 часов утра, наши полки под прикрытием артиллерийского огня и пулеметов повели наступление на село Усть-Кут.Бой продолжался да 8 часов вечера, противник был взят в кольцо, в виду чего оборонялся до последнего патрона. Село Усть-Кут переходило из рукв руки два раза, было несколько штыковых схваток, увенчавшихся успехом в нашу пользу. Последней атакой противник был выбит из села Усть-Кути панически бежал по направлению Киренска, энергично преследуемый нашими войсками». Сводка закончена. Но разве может она ох­ватить всю глубину героики только что минувших боев! Нет, о ней нужно рассказать ритмичными словами звучных стихов. И эти стихи нашлись:

И только на небе занялась заря, Раздался сигнал к наступленью, И залпами была открыта стрельба, И быстро пошли мы к селенью. Ритмичную дробь выбивал пулемет, Раскатисто эхо звучало, Из леса за взводом рассыпался взвод, — Цепь наша Усть-Кут окружала. Полк ленцев тайгою зашел к врагу в тыл, Ангарцы за островов стали. Испуганный враг стрельбу быстро открыл, И в воздухе пули жужжали. С версту от села к высокой горе Громила Усть-Кут батарея. И гром канонады гудел по тайге. И бой разгорался сильнее. В паническом страхе метались враги. И в плен к нам сдаваться не смели: Боялись, наверно, расплаты они За плети, за кровь и расстрелы…

Это писал «оперативную сводку» в сти­хах один из героев устькутского боя — пар­тизанский поэт Ребров-Денисов. Кто из ангаро-илимских партизан не знал этого героя! Его воодушевление, его стреми­тельность в бою, храбрость ставились на вид всем. Пусть «Песня о бое под Устъ-Кутом» не имеет отшлифованной формы, пусть автор ее не искушен в тонкостях поэтического твор­чества, но это нужные, родные стихи. Как не послать их вместе с оперативными свод­ками, приказами партизанского штаба? Слышен снова стук пишущей машинки. На четвертушке листа спешно печатается боевое отношение:

Главнокомандующий советских войск Северо-Восточного фронта 18 ноября 1919 года № 518

В ВОЕННО-РЕВОЛЮЦИОННЫЙ ШТАБ ШИТКИНСКОГО ФРОНТА.

При сем препровождаю оперативные сводки Главного штаба советских войск Северо-Восточного фронта от 14 и 17 сего ноября, песнюо бое под Усть-Кутом и песню героям, погибшим под Усть-Кутом.

Главнокомандующий Зверев

Почему так любили призывные песни своего поэта ангаро-илимские партизаны? Стихи Реброва-Денисова были близки и понятны бойцам партизанского фронта. Он, как и все партизаны, до последней капли крови дрался за делорабочего класса, за дело партии Ленина — Сталина. Он выстрадал их в долгие годы своей поднадзорной жизни. 1907 год. Глухая реакция.Ребров-Денисов перед военно-полевым судом. В руках судей не оказалось улик. Будущий партизанский поэт избежал тюрьмы, но не мог избежать Сибири. Денисов в Тобольске. Здесь и застает его гражданская война. В 1918 г. Ребров-Денисов в рядах бойцов за власть советов против поднявшей голову контрреволюции. Захваченный белыми, он брошен в тобольскуютюрьму. Каменные стены тюремного мешка не могли заглушить настойчивых стремлений вырваться на волю. 27 декабря 1918 г. в тобольском централе вспыхнуло восстание политических заклю­ченных. Денисов — активный участник этого восстания. Оно было жестоко подавлено. Ребров-Денисов и 32 еготоварища преданы военно-полевому суду. Наступили тревожные дни ожидания смертного приговора. И в эти минуты узники услышали полные бодрости стихи Реброва. Вот как рассказывает об этом один из его товарищей: «В углу камеры № 7, около печки, я вижу т. Реброва, который что-то пи­шет. Подумалось: прощальные строки с жизнью, слезливые слова. Каково же было мое удивление, когда через несколько минут встает с сенника т. Ребров и уверенно, бодрым голосом читает свои стихи! Я не помню их, я не помню всех стихов его,—он писал много, но помню, сколько истинно-пролетарского духа было вложено в них, как легко впитывала душа это творчество действительно пролетарского поэта. —

Пусть расстреляют — Мы не умрем…

Умелый конспиратор скрыл свое участие в восстании, смертный приговор миновал на­шего поэта. Через несколько дней по всей тюрьме и по городу переходили из рук в руки стихотворные листки. Это Денисов описал геройскую попытку вырваться на волю из застенков белогвардейской тюрьмы. Подходил к концу десятый месяц тюрем­ного заключения. А за стенами тюрьмы в белом лагере воцарилась паника. Осуществля­лись мысли поэта Реброваи его товарищей о неизбежной гибели кровавой колчаковщи­ны. Все дальше подальше на восток победно двигались красноармейские части. Июль 1919 года. В паническом страхе колчаковцы эвакуируют пленников тоболь­ской тюрьмы в Иркутск. И вот по старой этапной дороге, где десятилетиями под звон кандалов и окрики конвойных шли борцы с царизмом, погнали теперь борцов за советы туда, где:

Далеко в стране Иркутской, Между гор крутых и скал, Обнесен стеной высокой Александровский централ.

Белогвардейщина возродила в этом царском застенке кошмары прошлого. Снова «здесь народ тиранят, мучат, и покою не дают, в карцер темный замыкают, на кобылину кла­дут». Но за стенами колчаковского «мертвого» дома» бурлила несокрушимая страсть к борьбе и свободе. Одна за другой туда проникали радостные вестио победах Красной армии, красных партизан. Воодушевленные этим пленники начали готовить восстание. Между Александровским каторжным централом и ре­зервом его — пересыльной тюрьмой — тайно установилась тесная связь. Велика сила боль­шевистской агитации! Мобилизованные «вер­ховным правителем» солдаты конвойной ко­манды повернули штыки на тюремщиков. Архивные страницы говорят нам о том, что совершилось тогда в селе Александров­ском: «Только что к нам явились два това­рища из Александровской пересыльной тюрьмы,— пишет штаб 1-го Приангарского партизанского отряда. — Передают, что они, в количестве 700 человек, в деся­тых числах сентября своими силами осво­бодились и вместе с большинством местной воинской команды, захватив штук 200 ружей (130 трехлинеек, штук 70 берданок), разошлись по тайге, при­держиваясь направления на Братскую во­лость. На Братск они хотели попасть по­тому, что по газетным сообщениям еще в тюрьме узнали о восстании красных в районе Братска. При захвате тюрьмы было намерение освободить заключенных из Александров­ской каторжной тюрьмы, но… при осво­бождении из «пересылки», благодаря не­достаточной организованности заключен­ных, план не удался»… Это было написано со слов Реброва-Денисова и его товарища. Через путаные таежные тропы бежали они к ангаро-илимским партизанам. «Александровны» принесли два ружья, винтовку-итальянку Гра и к ней десять патронов и берданку с несколькими патронами. Они рассказывали: «Все селения вплоть до Иркутска восстанут, как один че­ловек, если только в их местности появится хотя бы даже небольшой отряд красных». Вместес оружием и бодрыми вестями Ребров-Денисов принес в партизанский, отряд и свои боевые песни. Через 6 дней комендант Илимска мог уже с уверенностью сообщить командиру ангаро — илимских партизан: «При штабе думаю выпустить газету, сотрудником которой труды берет на себя один товарищ из добровольцев, который составляет песни и которыея Вам сегод­ня посылаю. Вообще работа у нас хотя и суетли­вая, но идет успешно, а главное отрад­но то, что все воодушевлены и никто ни на что не ропщет». Так писали о новой агитационной работе поэта-бойца Реброва-Денисова. Старый заштатный городок Илимск стано­вился партизанским центром. Расширялся фронт. Все обширнее становилась террито­рия, освобожденная красными партизанами от белых. Илимск в эти дни стал главным передаточным пунктом, связующим центром между фронтом и тылом. Колчаковцы поняли, какую угрозу представляет для них наступление ангаро-илимских партизан, с боями продвигавшихся к линии железной дороги. Один за другимотправлялись из Иркутска на север карательные белогвардейские отряды. ‘Готовые к встрече, преграждали им путь партизанские части. Вместе с другими Ребров-Денисов — неуто­мимый разведчик: он « достает важные сведения для партизан, сам участвует в много­численных схваткахс картелями. На бивуаках Денисов спешит отразить в стихах и песнях эти геройские дни. Они выражают не­уклонную волю к победе, воодушевляют та новые подвиги». Ноябрь 1919 года. Партизаны стремитель­ным натиском опрокидывают колчаковские части к Усть-Куту. Обе стороны хорошо знали стратегическое значение этого пункта. Село Усть-Кут связано телеграфом с Нижнеилим­ском, Витимом, Бодайбо, Верхоленском, Ир­кутском, Киренском, Якутском, Охотском. «С взятием Усть-Кута. этого ключа к краю, ни распространили свое влияние далеко на се­вер и на восток», — отмечает партизан В. Брун. Бой под Усть-Кутом был особенно упорным. Лишь после трех сокрушительных приступов партизан Усть-Кут стал советским. Эти боль­шие событияне могли пройти мимо творче­ского восприятия Реброва-Денисова. Он пи­шет: «Бой под Усть-Кутом», «Похоронный марш героям, погибших подУсть-Кутом», «Солдату-белогвардейцу», и в каждой песне находит он нужные, как боеприпасы, слова. Вместе с друзьями Денисов оплакивает по­гибших. Под скорбные слова его марша пар­тизаны хоронят тех. Кто

Вызвали в бой вековых палачей. На битву шли гордо и смело…

Оружием и словом боролся партизанский поэт с теми, кто нес «рабство, плети и око­вы». Надо было открыть глаза белогвардей­ским солдатам. Показать, что они обмануты, призвать их на свою сторону. Тогда в огне классовых битв рождаются строки:

Опомнись, товарищ! Что делаешь, брат? Скажи нам, в кого ты стреляешь? Кто искренний друг твой и кто злейший враг — Наверно и сам ты не знаешь? … … Довольно нам рабства, плетей и оков — Тебя мы к себе призываем. Свой штык поверни на вампиров-врагов. Твой подвиг мы все ожидаем…

С песнями Реброва-Денисова шли в исход ангаро-илимские партизаны. Его стихи разу­чивали школьники—дети борцов за советы. Народный учитель деревни Бадармы писал: «Ваши стихотворения, как-то: «Похоронный марш», «Походная солдатская песня». «Походная» и «Взятие Усть-Кута», будут продекламированы моими учениками в д. Бадарме на Новый год». В биографическую канву поэта Реброва-Денисова вплетается его участие в походе ангаро-илимских партизан к Иркутску в декабре 1919 г. Наступил 1920 год. На страну советов двинулись польские паны. Лучшие силы рабочего класса пошли на Западный фронт. В числе первых коммунаровиз советской Сибири поехал туда и Ребров-Денисов. Панская пуля оборвала его кипучую жизнь. Но память о нем не умерла. В эти дни друзья партизанского поэта, скорбя о тяжелой утрате, писали: «Погиб славный коммунар, погиб в бою за свои идеалы. Вольно, больно терять дорогих товарищей, но, помня о них, помня их силу и верность служения республике, сжимаешь зубы, и хочется быть хотя немного похожим на коммунистов-бойцов, лучшим представителем которых был дорогой товарищ Ребров».