Андрей Шмаров: Александр Хлопонин — лучшее медведевское назначение

Имея некоторый опыт сотрудничества с губернатором Хлопониным, полагаю вот что.

Он человек с отчетливым предпринимательским менталитетом (банк МФК, «Норильский никель»), совсем не силовик, и это очень хорошо, ибо грубый стиль в этом месте в это время не пройдет.

Он очень профессиональный финансист, отлично разбирающийся как в корпоративных, так и в государственных финансах, его в части «попилить», «отмыть» и «обналичить» на хромой козе не объедешь.

Он хороший кризис-менеджер: получил «Норникель» в полуразобранном состоянии, а сдал в нормальном рабочем.

Он совсем не робкого десятка. В Красноярском крае ему, выходцу из «Интерроса» и «Норникеля», приходилось противостоять интересам Дерипаски («Русал»), Смушкина («Илим Палп») и местных пассионарных бизнесменов типа Быкова. Что-то мне подсказывает, что это ничуть не легче, чем с кавказцами дела разруливать.

Он весьма богат и в коррупции просто не заинтересован.

У него есть команда.

Медведев подписал положение об обязательной классификации гостиниц в России по количеству звезд

Медведев поручил подготовить новый кодекс об административных правонарушениях к 1 июня

Дмитрий Медведев разрешил скрыть из ЕГРЮЛ сведения о руководителях крымских компаний

А в Красноярском крае вместо него кто будет?

Эту реплику поддерживают:

В свое время первым замом был Василий Кузубов, из местных. Как сейчас - не в курсе

Эту реплику поддерживают:

вполне логично могло бы выглядеть назначение Андрея Гнездилова, вице-премьера Правительства края, он был назначен на эту должность спасать бизнес от кризиса и в целом справился. и.о. назначили премьера Эдхама Акбулатова. других серьезных кандидатов не просматривается. кроме..

федерального чиновника. но это уже вариант "пошел на кормление". дабы регион мог развиваться нужен последователь Хлопонина, а не чванливое тело. к тому же в крае весьма сильна местная элита, которая умеет сплотиться, против чужака, что наглядно доказал пример Александра Лебедя

Эту реплику поддерживают:

Эту реплику поддерживают:

Началась операция "Преемник"?)))) Владимир Владимирович тоже с Кавказа начинал ))) Да, и Дмитрий Анатольевич как раз за 2 года начал свои национальные проекты)))

Эту реплику поддерживают:

Эту реплику поддерживают:

Действительно отличное решение.

Эту реплику поддерживают:

Назначение Хлопонина — это решение вынужденное. Южный федеральный округ, очевидно, не справляется с менеджментом на Северном Кавказе. Собственно, это следовало из слов президента Медведева о том, что нужен специальный человек для решения проблемы Северного Кавказа. Косвенно это означает, что буксует идея самих федеральных округов, рожденная в начале нулевых годов Владимиром Путиным. Мне кажется, понятно, почему она в принципе буксует. Потому что сама идея округов исходит из парадигмы силового и административного контроля над социальным и экономическим пространством. В реальной же практике необходим не силовой контроль, а эффективный контроль над экономическими и социальными процессами. А для этого нужно постоянно быть гораздо ближе к территории. Нельзя вот такими сложными процессами в сложных территориях командовать из удаленного центра.

Идея объединения субъектов Федерации и создания там таких крупных центральных округов является, скажем так, исторически ошибочной. И практика это показала. Мы видим, например, губернатор Приморского края господин Дарькин идет уже на третий срок, а за это же время сменились целых три полпреда в Дальневосточном федеральном округе, и никто из них, по существу, не решил стоящие перед округом проблемы. Потому что власть все равно вынуждена взаимодействовать напрямую с губернаторами. Там был Пуликовский, был Исхаков, сейчас Ишаев, а Дарькин все сидит, и он переназначен. И значит Дарькин, соответственно, более сильный или влиятельный политик, чем все эти трое, которые сидят как бы над ним. На самом деле, все эти федеральные округа в значительной степени — пятое колесо в телеге, потому что как взаимодействовал напрямую федеральный центр с губернаторами, так и будет. И как взаимодействовал Кремль напрямую с Кадыровым, так и будет взаимодействовать. Или напрямую с Алиевым из Дагестана, так тоже и будет взаимодействовать. Получается, что для сложного пространства количества округов, придуманных Путиным, не хватает, нужен как минимум еще один.

Вторая составляющая. Мы видим, что идея укрупнения регионов уперлась в стенку и больше не развивается, и кажется, что она благополучно забыта на уровне 85 субъектов Федерации. Нам обещали сократить на несколько десятков количество регионов, но не получается. Видимо, и здесь не получится. С другой стороны, я понимаю, что, находясь в рамках это вот вертикалистской парадигмы, Медведев видит ее неэффективность и пытается ее сделать менее неэффективной (не могу сказать — более эффективной). Для этого он создает новое, более дробное подразделение, касающееся всего Северного Кавказа. Наверное, в этой ситуации это не худший вариант.

И, наверное, Хлопонин — это лучший выбор, потому что он молодой, амбициозный политик, зафиксировавший свои профессиональные навыки в сложном деле объединения Красноярского края. Он сумел отладить там политические и социальные процессы и найти компромисс с региональными начальниками, будь то Эвенкийский автономный округ, будь то Таймырский автономный округ, и инкорпорировать их в политическое пространство единого Красноярского края. Так что это, конечно, знак признания его заслуг. И это, конечно, для него очень мощный вызов. Если он его разрешит, решит эту задачу, то его политическое будущее становится очень интересным, он может очень высоко подняться. В принципе, должность, на которую он попал, в советские времена называлась расстрельной. Это все равно, что поднимать сельское хозяйство в советскую эпоху. Проблема в том, что он вынужден действовать в рамках все той же самой вертикалистской парадигмы, а она принципиально направлена на усиление позиций центра. А реальная практика как раз, коль скоро мы говорим о развитии экономики и решении социальных проблем, должна исходить из противоположного — из приоритета интересов территорий над интересами федерального центра. Вот как на этот шпагат между этими двумя системами ценностей сядет господин Хлопонин, мы и увидим. Я от души желаю ему удачи, но понимаю, что отношения с местными руководителями будет выстроить сложно, тем более, если учесть его непонятный статус. Он как бы отвечает перед Кремлем за то, что делается на Северном Кавказе, но при этом де-факто приказывать Кадырову он, например, не сможет. Потому что Кадыров — вполне самостоятельный политик, гораздо более влиятельного уровня, чем любой там Устинов, руководитель Южного федерального округа, который, более того, даже напрямую Медведеву не подчиняется. Он если кому и подчиняется, то только Путину, потому что у него есть какие-то свои джигитские отношения вассалитета. Путина он уважает, и мы помним, как он часто с ним встречался, как они там выступали по телевизору. И мы не видим, как Кадыров столь же часто взаимодействует с Медведевым. То есть, на самом деле, он вполне самостоятельный региональный начальник. Я бы даже сказал, что Чечня пользуется правами де-факто даже не субъекта Федерации, а субъекта конфедерации. У Кадырова есть своя армия, не предусмотренная никакой Конституцией, у него есть свои силовики, которые никому, кроме него, не подчиняются. У него есть своя идеология, какая-то там замысловатая версия ислама, у него есть своя внешняя политика — он сам решает, кого приглашать из-за рубежа, кого не приглашать. У него есть свои карательные органы, он кого-то там посылает за рубеж даже… Все это никаким образом не является подразделом российской Конституции, а вполне вписывается в концепцию почти суверенного правления. Как этот человек будет взаимодействовать с Хлопониным — вопрос совершенно открытый.

Так что проблема весьма тяжелая. Потому что Хлопонина назначают в рамках вертикалистской концепции, а решать задачи он должен в рамках концепции территориального развития конкретных территорий. То есть приказывать он, по сути, не имеет возможности, нет у него ресурсов подавления, а ответственность он за это несет. Это очень тяжелая, но, в принципе, разрешимая задача. Скажем так, она разрешимая только в терминах консервации ситуации. В терминах ее улучшения я не вижу возможности. Самое большое, что он может сделать — это подморозить постоянно текущие там конфликты.