Право субъекта Российской Федерации в правовой системе России Потапов Михаил Григорьевич
Актуальность темы исследования обусловлена рядом разноплановых факторов, которые имеют методологический, историко-культурный, социально-политический и иной характер. Это, прежде всего, известное несовершенство понятийного аппарата, использующегося в отечественной правовой науке при исследовании права субъекта Федерации. Поэтому решение задач, поставленных в диссертации, предполагает необходимость использования новых методологических подходов к вопросу.
Историко-культурный фактор сказывается в существенном изменении исторических условий и общественного сознания в России, осуществляющей переход к новому общественному строю. Этот переход отражает и общие закономерности исторически переходных эпох, и уникальные особенности новейшей истории России. Последние состоят в том, что путем реформ в стране осуществляется по сути революция, направленная на замену советского тоталитарного строя новым, демократическим. Столь существенные изменения в направленности развития страны и общественного сознания, произошедшие в течение жизни одного поколения, обусловили высокую степень системной разбалансированности общества и права, крайне низкую эффективность последнего, центробежные тенденции в государственно-правовом строительстве и т.д.
Указанные факторы наложили свой отпечаток на процесс создания новой Российской Федерации — самой многочисленной в мире по числу входящих в нее субъектов. В условиях новых принципов ее формирования право ее субъектов предстает как качественно новое явление в постсоветской истории российского права. Его место, роль и значение в правовой системе России еще недостаточно осмыслены.
Степень научной разработки проблемы. В отечественной правовой науке досоветского периода проблема права субъекта Федерации вообще не исследовалась. 1
В советский период данная проблема нашла отражение в работах С.С. Алексеева, А.А. Ушакова, А.Ф. Шебанова, Л.С. Явича и других ученых. Как правило, она рассматривалась в рамках понятия «система права», предполагающего исследование права «в целом», сквозь призму общественных отношений, а при анализе системы законодательства отмечались различные аспекты влияния на нее федеративной формы государственного устройства. Это, в частности, федеративный строй законодательства и федеративная система права (А.А. Ушаков); акты субъекта Федерации как элемент системы советских нормативных правовых актов (А.Ф. Шебанов); 3 основные отрасли права в союзных республиках как национальные суверенные подсистемы, представляющие подотрасли единого советского права (С.С. Алексеев). 4 Вместе с тем в тот период вопросы понятия права субъекта Федерации, его структуры, источников, дефектов и т.д. не стали предметом специальных исследований.
Распад СССР и принятие Конституции Российской Федерации 1993 г., закрепившей новые принципы федерализма, обусловили повышенный интерес к исследованию права субъекта РФ. Современные исследования проблем права субъекта Федерации отличает большее, чем в советский период, разнообразие подходов, которые отражают, с одной стороны, факт закрепления в Конституции РФ идеологического
1 См., напр.: Капустин М. Теория права. Юридическая догматика. М. 1868; Коркунов H.M. Лекции по общей теории права. М. 1906. С. 167-183; Муромцев С.Л. Что такое догма права. M. 1879; Он же Определение и основное разделение права. М. 1879; Шершеневич Г.Ф. Общее учение о праве и государстве. М. 1911. С. 125-137.
2 Система советского права и перспективы ее развития. «Круглый стол» журнала «Советское государство и право» // Советское государство и право. 1982. № 7. С. 104.
3 Шебанов А.Ф. Форма советского права. М. 1968. С. 91.
4 Алексеев С.С. Структура советского права. М. 1975. С. 25-26.
плюрализма, с другой - потребность в осмыслении нового правопонимания и новых принципов построения Российской Федерации.
Так, одни авторы рассматривают критерии федеративной структуры российского права, к которым относят компетенцию органов государственной власти, предметы ведения Федерации и ее субъектов, юридическую силу нормативных правовых актов (А.В. Мицкевич). 1 Другие исследуют проблему с помощью категории «тематический нормативный массив субъекта Российской Федерации», акты которого формируется применительно к решению задач в различных социально-экономических сферах региона (Ю.А. Тихомиров). 2 Третьи предпринимают попытки изучения проблемы с позиций единства формы и содержания «регионального» права, определения его структуры (В.В. Толстошеев,). 3
Отдельным аспектам права субъекта РФ посвящены работы М.А Бочарниковой, И.В. Гранкина, Г.Т. Ермошина, В.Б. Исакова, СВ. Краюшкингд, Е.М. Марченковой, И.В. Михеевой, И.Ш. Муксинова, Ф.Р. Муратшина, Л.М. Пчелинцевой, А.А. Сергеева и других. 4 Обращает
1 Проблемы общей теории права и государства / Под ред. B.C. Нерсесянца. М. 1999. С. 331.
2 Тихомиров Ю.А. Публичное право. М. 1995. С. 217.
Толстошеев В.В. Региональное право России: Проблемы становления и развития // Государство и право. 1998. № 11. С. 8-14.
Бочарникова М.А. Трудовое законодательство как предмет совместного ведения Федерации и се субъектов // Журнал российского права. 1998. №12. С. 41-48; ГранкинИ.В. О принципах формирования деятельности законодательной власти субъектов Федерации // Журнал российского права. 1998, №4/5. С. 79-84; Ермошин Г.Т. Как формируется законодательство субъектов Российской Федерации в сфере образования // Журнал российского права. 2000. № 8. С. 50-58; Исаков В.Б. Законодательство субъектов РФ: объем, структура, тенденции развития // Журнал российского права. № 12. 1999. С. 58-73; Исмагилова Я.Ф. Правотворчество субъектов Федерации / Автореф. дисс. канд. юр. наук. Екатеринбург. 2004. - 25 с; Краюшкин СВ. Региональное право в системе российского права: к постановке проблемы // Научные труды. Российская акадегчя юридических наук. Выпуск 3. В 3 томах. Том 1. М. 2003. С. 154-159; Марченкова Е.М. Законодательство субъектов РФ о нормативных правовых актах // Журнал российского права. 1998. №6. С. 76-82; Михеева И.В. Правовое обеспечение экономики регионов // Журнал российского права. 2001. № 2. С. 50-60; Муксинов И.Ш. Основы самостоятельной системы законодательства Республики Башкортостан // Конституционное право Республики Башкортостан: возникновение, становление и перспективы развития. Уфа. 1997. С. 39. Он же Становление самостоятельной системы законодательства Башкортостана и развитие российского федерализма / http: // ism.soros.ksu.iVindex.htnV: Муратшин Ф.Р. Законодательство субъекта Федерации - реальность, требуюшая осмысления // Журнал российского права. 1999. № 9. С. 78-87; Он же. Принципы формирования системы законодательства субъекта Российской Федерации / ^iurid'autrior.htrrtl/: Пчелинцева Л.М. О семейном законодательстве субъектов Федерации // Журнал российского права. 1998. №3. С. 30-37; Сергеев А.А., Скрынников Б.М. Законы субъектов Российской Федерации в системе правовых основ местного самоуправления //Журнал российского права. 1999. № 9. С. 69-77.
на себя внимание отсутствие единства подхода к исследованию проблемы. Так, она рассматривается и сквозь призму иерархии нормативных актов, и с позиций отраслевого (предметного) их построения, и с точки зрения соотношения «субъектных» актов с актами федерального уровня.
В последние годы вышел ряд фундаментальных работ, где рассматриваются также отдельные аспекты данной проблемы. Это, в частности, коллективная монография «Проблемы правотворчества субъектов Российской Федерации» под редакцией профессора А.С. Пиголкина. 1 В ней исследуются вопросы вертикальной структуры «субъектного» права в рамках федеративного российского права, а также специфика правотворческой деятельности на «субъектном» уровне.
Вопросам конституционного и уставного законодательства субъектов РФ посвящена монография профессора В.В. Гошуляка.
Проблемы совершенствования правотворческой деятельности субъектов Российской Федерации рассматриваются в монографии Н.С. Соколовой. 3
В коллективной монографии «Российская Федерация и ее субъекты: проблемы укрепления государственности» под редакцией СВ. Полениной исследуется, помимо прочего, вопрос о месте законодательства субъектов РФ в системе законодательства России.
Другая коллективная монография «Соотношение законодательства Российской Федерации и законодательства субъектов Российской Федерации» под редакцией Т.Я. Хабриевой посвящена, в частности, проблемам разграничения законодательной компетенции Российской
1 Проблемы правотворчества субъектов Российской Федерации / Под ред. проф. А.С. Пиголкина. М. 1998.-272 с.
2 Гошуляк В.В. Теоретико-правовые проблемы конституционного и уставного законодательства субъектов Российской Федерации. М. 2000. С. 9.-336 с.
'Соколова U.C. Правотворческая деятельность субъектов Российской Федерации: пути совершенствования. М. 2003. - 223 с.
* Российская Федерация и ее субъекты: проблемы укрепления государственности / Отв. ред. СВ. Поленина. Саранск. - 144 с.
Федерации и ее субъектов, конституционным основам разграничения предметов ведения и полномочий и др. 1
Все эти работы вносят существенный вклад в разработку проблемы права субъекта Российской Федерации, но тем не менее, ряд важных ее аспектов остался вне поля зрения многих авторов и нуждается в дальнейшем исследовании.
Объект исследования - это совокупность общественных отношений, складывающихся в процессе формирования права субъекта Российской Федерации в правовой системе России на современном этапе.
Предметом исследования являются формы (источники) и нормы права, принятые органами государственной власти субъектов Российской Федерации.
Цель исследования. Настоящая работа направлена на комплексное, взаимосвязанное исследование теоретических проблем права субъекта Российской Федерации в условиях происходящих в нашей стране реформ, обновления правовой системы России, перевода юридической теории и практики в качественно новое состояние.
Для достижения этой цели автором были поставлены следующие задачи:
-охарактеризовать подходы к исследованию права субъекта Российской Федерации в досоветский и советской юридической литературе;
-рассмотреть современные аспекты методологии исследования «регионального» права;
изучить проблемы системы источников «субъектного» права;
определить систему источников права субъекта Федерации и раскрыть ее иерархическую (вертикальную) структуру;
1 Соотношение законодательства Российской Федерации и законодательства субъектов Российской Федерации. М. 2003. - 776 с.
-раскрыть отраслевую (горизонтальную) структуру
дать понятие «право субъекта Федерации»;
проанализировать дефекты в структуре права субъекта Федерации, их предпосылки и причины, а также высказать предложения по их устранению.
Методологическая основа исследования. В ходе проведения диссертационного исследования автором применялись общенаучные, теоретико-правовые и специальные методы. В работе использовались методы системного, сравнительно-правового и юридико-технического анализа, а также исторический и социологический подходы. Правовой основой и/сдг^ойш^пвс.уАилч пг «окыНч*% общей теории права и государства, так и положения конституционного, международного, гражданского, административного, трудового и других отраслей российского права по рассматриваемой проблеме.
Поскольку в исследовании данной проблемы использование категорий «система права» и «система законодательства» является недостаточным, то ее анализ проводился с позиций единства формы и содержания «субъектного» права, неразрывной связи и взаимодополняемости его иерархической (вертикальной) и отраслевой (горизонтальной) структур. Такой подход позволил рассмотреть проблему в ее целостности и взаимосвязи с общефедералыюй структурой права.
Источниковую базу исследования составили; А) научные труды по вопросам общей теории права и государства таких ученых как С.С. Алексеев, В.К. Бабаев, А.И. Бобылев, B.C. Нерсесянц, А.С. Пиголкин, СВ. Поленина; Ю.А.Тихомиров, Черданцев А.Ф. и др.; 1 б) указанные
1 См.: Алексеев С.С. Советское право как система: методологические принципы исследования // Советское государство и право. 1974. № 7. С. 12; Бабаев В.К. Советское право как логическая система. M. 1978. - 212 с; Барциц И. Правовая система России: вызовы времени и тенденции развития // «Право и жизнь». 2000. №26. С. 10 / 84.htm': Бобылев А.И. Современное толкование системы права и системы законодательства // Государство и право. 1998. №2. С. 24; Власенко Н.А. Логико-структурные дефекты системы советского права // Правоведение. 1991. №3. С. 21; Законотворчество в Российской Федерации (научно-практическое и учебное пособие) / Под. Ред.
ранее работы, посвященные отдельным аспектам права субъекта Российской Федерации; в) Конституция Российской Федерации 1993 г., федеральные нормативные правовые акты, нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, 1 а также научно-теоретическая и нормативно-правовая информация на электронных носителях в базах данных справочных правовых систем «Консультант Плюс», «Гарант», «Кодекс», «Референт» и др., а также и в «Интернет».
Естественно цели и задачи исследования, а также объем диссертации обусловили использование указанных нормативных правовых актов лишь в части, достаточной для выводов и обобщений.
Научная новизна исследования определяется как совокупностью изучаемых путем системного, комплексного анализа теоретических проблем права субъекта Российской Федерации, так и собственно содержанием ряда сформулированных относительно рассматриваемого «субъектного» права положений, научных определений и рекомендаций.
Исходя из положений теории права и государства, а также действующего законодательства в работе сформулирована современная концепция «регионального» права, в частности, дано определение понятия «право субъекта Российской Федерации», охарактеризована иерархическая
А.С. Пиголкииа. М. 2000. - 608 с; Казьмин И.Ф., Поленина СВ. «Закон о законах»: Проблемы издания и содержания // Советское государство и право. 1989. № 12. С. 3-9; Кирин В.А. Функциональные связи правовых норм // Советское государство и право. 1972. № 5. С. 32; Колосов Н.М. Интегративная функция правовой системы: Автореф. канд. дис. М. 1990; Красавчиков О.А. Система права и система законодательства (гражданско-правовой аспект) // Правоведение. 1975. №2. С. 68-69; Мешков О.Е. Теория систем в правовых явлениях // Вестник Омского университета. 1997. Вып. 2. С. 86-89; Он же. Роль функций государства в формировании предметного и функционального критериев выделения отраслей в системе права // Вестник Омского университета. Омск. 1998. Вып. 3. С. 82-85. / hrtp://\v , vv\v.omsu.omskreg.ru / vestnik/articles/yl998-i3 / a082/article. html/; Пиголкин А.С., Казьмин И.Ф, Рахманина Т.Н. Инициативный проект закона «О нормативно-правовых актах Российской Федерации» // Советское государство и право. 1992. № 7. С. 76-86; Проблемы обшей теории права и государства / Под общ. ред. B.C. Нерсесянца. М. 1999. С. 328; Система советского права и перспективы ее развития // Советское государство и право. 1982. К« 6. С. 80-110; ЛЬ 7, С. 100-120; №8. С. 49-70; Современное состояние российского законодательства и его систематизация. «Круглый стол» журнала «Государство и право» // Государство и право. 1999. №2. С. 23-31; ТиуноваЛ.Б. Системные связи правовой действительности: Методологая и теория. СПб. 1991. С.80; Она же. О системном подходе к праву // Советское государство и право. 1986. №10. С. 52; Тихомиров Ю.А. Общая концепция развития российского законодательства. М. 1998. С. 5; Он же. Теория компетенции. М. 2001. - 355 с; Черданцев А.Ф. Системообразующие связи права // Советское государство и право. 1974. № 4. С. 12 и др. 1 Перечень федеральных и «субъектных» нормативных правовых актов приводится в списке использованных источников.
и отраслевая структура «субъектного» права, а также рассмотрены его дефекты, их причины и предпосылки.
С позиций системного и других методологических подходов обобщены подходы к исследованию проблем права субъекта Российской Федерации, а также проанализированы отдельные нормативные правовые акты органов государственной власти субъектов Российской Федерации. Внесены предложения по совершенствованию структуры права субъекта Российской Федерации.
На защиту выносятся следующие положения:
В ходе анализа методологических аспектов проблемы автор делает вывод, что исходной методологической посылкой в исследовании данной проблемы является положение о том, что право есть многоуровневое системное образование. В условиях федеративной формы государственного устройства России, по мнению автора, это проявляется, помимо прочего, в специфике вертикальной структуры системы источников права, а также в предметном разграничении сфер действия нормативных актов федерального и «субъектного» уровней.
Под правом субъекта Российской Федерации автор понимает обособленное в рамках общефедерального права структурное единство юридических норм и нормативных правовых актов, которое отражает специфику федеративной формы государственного устройства.
Эта специфика, по утверждению автора, проявляется в том, что система нормативных правовых актов субъекта Российской Федерации имеет как бы два полюса - федеральный и «субъектный». Поэтому, диссертант утверждает, что она формируется как «сверху» — через правотворчество федеральных органов государственной власти, так и «снизу» - в результате правотворчества органов государственной власти субъектов Российской Федерации. Это объективно создает предпосылки возникновения проблемы согласованности между актами федерального и
«субъектного» уровней, которая в условиях современной России приобретает особую значимость.
Установлено, что система нормативных правовых актов (система источников права) в Российской Федерации, представляя единое целое, подразделяется вместе с тем на эти два «пласта», или уровня -федеральный и «субъектный». Соответственно можно исследовать эту систему как «в целом», так и в рамках этих «пластов» или уровней, каждый из которых включают собственную подсистему нормативных правовых актов.
4. На горизонтальном, то есть отраслевом уровне федеративная специфика системы источников права, считает автор, проявляется в том, что, с одной стороны, нормы, одинаковые по предмету правового регулирования, могут входить в различные структурные «пласты» федеративного права. С другой стороны, в известных сферах правового регулирования они могут издаваться лишь на уровне субъектов РФ в рамках их совместных с Федерацией предметов ведения либо в рамках предметов ведения субъекта Федерации, определяемых на основе так называемого «остаточного» принципа. Следовательно, место этих норм в системе отраслей права в одних случаях заранее определено федеральной Конституцией, в других, определяется «снизу» в ходе «субъектного» правотворчества на основе «остаточной» компетенции.
Таким образом, полагает автор, в условиях федеративной формы государственного устройства горизонтальная структура «субъектного» права есть совокупность институтов и подотраслей, интегрированных в соответствующие отрасли российского права.
5. Под логико-структурными дефектами в структуре «субъектного» (как и любого иного) права автор понимает всякий «сбой» в системном построении права на ее вертикальном либо горизонтальном уровнях. Недостатки такого рода, утверждает диссертант, в той или иной степени присущи любой правовой системе. Однако в условиях России эта
проблема особенно актуальна в силу незавершенности создания нового права и новой правовой_культуры.
В этом контексте анализируются и классифицируются структурно-логические дефекты права субъекта Федерации.
В вертикальной структуре права субъекта Федерации эти дефекты выражаются в нарушении принципа верховенства федеральной Конституции, конституции (устава) субъекта Федерации, а также в необоснованном расширении понятия законодательства субъекта РФ.
Дефекты в горизонтальной структуре «субъектного» права проявляются в нарушении логики построения и взаимодействия правовых норм как одинаковой, так и различной юридической силы, имеющих как общий, так и различные предметы правового регулирования.
Теоретическая и практическая значимость исследования заключается прежде всего в том, что оно имеет научно-познавательное значение и дополняет теоретико-правовые представления о праве субъекта Российской Федерации, его структуре и дефектах.
Разработанные автором теоретические положения, выводы и предложения могут быть использованы в правотворческой деятельности органов государственной власти субъектов Российской Федерации с целью совершенствования принимаемых ими нормативных правовых актов, а также при разработке учебных курсов, программ и проведении в высших учебных заведениях занятий по проблемам права субъекта Российской Федерации
Апробация проведенного исследования. Основные положения, результаты и материалы настоящего исследования прошли апробацию в правотворческой, научной и научно-педагогических сферах. Результаты диссертации внедрены в учебный процесс Российской правовой академии Министерства юстиции Российской Федерации, использовались при подготовке сборника методических материалов по разделу «Система права
и система законодательства» курсов «Теория государства и права» и «Проблемы теории государства и права» (М: РПА МЮ РФ, 2002).
Материалы исследования изложены в докладах на научно-практических конференциях в Институте философии и права СО РАН, Сибирской академии государственной службы, Сибирском университете потребительской кооперации. Результаты работы докладывались также на семинарах Ассоциации сибирских и дальневосточных городов. По теме диссертации опубликовано одиннадцать работ.
Некоторые предложения и рекомендации по вопросам системы нормативных правовых актов нашли применение в правотворческой деятельности органов местного самоуправления, в частности, при внесении изменений и дополнений в Устав города Новосибирска. . .
Потапов М.Г. Некоторые проблемы структуры системы нормативных правовых актов субъекта Федерации // Материалы научно-практической конференции. Новосибирск. 2000. С. 59-62; Он же. Система норм права и система нормативных правовых актов субъекта Федерации // Журнал российского права. 2001. № 12. С. 59-73; Он же. Система норм права и система нормативных правовых актов субъекта Федерации // Федеративные отношения и региональная социально-экономическая политика. М. 2001. № 9. С. 47-62; Он же. Проблемы системы нормативных правовых актов субъекта Федерации // Федеративные отношения и региональная социально-экономическая политика. М. 2001. №8. С. 84-96; Он же. Система правовых норм субъекта Федерации как подсистема российского права // Современные вопросы теории права: Сборник статей Института философии и права. Новосибирск. 2001. С. 174-182; Он же. Проблемы определения понятия системы нормативных правовых актов субъекта Федерации // Теория и практика правотворческой деятельности субъектов РФ: Сборник докладов межрегиональной научно-практической конференции. Новосибирск: СибАГС. 2001. С. 267-276; Он же. Некоторые проблемы логико-структурных дефектов системы правовых норм субъектов Федерации» // Материалы межвузовской научно-практической конференции. Новосибирск. 2001. С. 59-62; Он же. Некоторые проблемы системы нормативных правовых актов, регулирующих отношения в муниципальных образованиях // Материалы VI семинара-совешания АСДГ руководителей юридических служб городов Сибири, Дальнего Востока и Урала «Проблемы развития местного самоуправления в условиях реформирования государственной власти. Органы местного самоуправления как участники бюджетного процесса». Новосибирск. 2001. №47. С. 33-45; Он же. Некоторые проблемы правотворчества представительных органов местного самоуправления // Материалы VI семинара-совещания АСДГ руководителей юридіпеских служб городов Сибири, Дальнего Востока и Урала «Проблемы развития местного самоуправления в условиях реформирования государственной власти. Органы местного самоуправления как участники бюджетного процесса». Новосибирск. 2001. №47. С. 50-57; Он же. Проблемы определения понятия системы норм права субъектов Российской Федерации // Вестник юридического факультета Сибирского университета потребительской кооперации. 2001. № 1. С. 134-139; Он же. Проблемы права субъекта Российской Федерации // «Научные записки СибАГС». Новосибирск. 2003 (в печати).
Характеристика подходов к исследованию «субъектного» права в досоветской и советской юридической литературе
Исследование всякой научной проблемы, в том числе права субъекта Российской Федерации, невозможно без необходимого научного инструментария, в качестве которого выступают, прежде всего, научные категории. В любой отрасли знания они выполняют функцию средства (инструмента), с одной стороны, построения теоретических концепций, с другой - познания объективной действительности.
Вопросы методологии в силу ряда обстоятельств представляют в данном случае особую актуальность. Причиной этого является, в частности, отсутствие четкого «водораздела» между правом Федерации и ее субъектов в рамках конституционного права России. Так, в Конституции РФ 1993 г. вопрос о разграничении предметов ведения между Федерацией и ее субъектами не нашел четкого разрешения. Думается, объяснение здесь-в характере политической ситуации на момент ее принятия, подвижности соотношения сил между Центром и регионами, которое было не всегда благоприятным для Центра. Поэтому «разграничение предметов ведения между Российской Федерацией и ее субъектами как один из основополагающих принципов, - по справедливому мнению И.А. Умновой, - формально-юридически не обозначен в основах конституционного строя Российской Федерации. О том, что данный принцип положен в основу разделения государственной власти между Федерацией и ее субъектами, можно вывести лишь из истолкования ст. 71, 72, 73 Конституции РФ».
В действующей Конституции РФ предметы ведения Федерации и ее субъектов определяются на основе так называемого принципа «остаточной» компетенции органов государственной власти субъектов Российской Федерации.1 Приемлемый сам по себе этот прием юридической техники в данном случае порой «работает» со знаком минус. Так, в условиях центробежных тенденций, столь ярко проявившихся в «параде суверенитетов», отсутствие в Конституции четко очерченных предметов ведения субъектов Федерации обусловило стремление многих из них к самостоятельному определению их в своих конституциях и уставах. Итогом стало закрепление в этих актах многочисленных положений, противоречащих Конституции РФ. Это явление новейшей истории российского права еще ждет своего исследователя.
Однако в самом общем виде положения, противоречащие Конституции РФ, можно свести к двум разновидностям: 1) открытое провозглашение высшей юридической силы на территории субъекта Федерации «субъектных» законов, что означает по сути игнорирование федерального законодательства;2 2) многочисленные отступления от положений федеральной Конституции при формальном признании ее верховенства. Так, конституции и уставы субъектов РФ зачастую включают вопросы, решение которых отнесено к предмету ведения Федерации.3
Проблемы системы источников «субъектного» права
Источники права - одно из фундаментальных понятий теории права. В отечественной юридической литературе подходы к его определению различны, однако в общем и целом источник права в юридическом смысле трактуется как та либо иная форма акта правотворчества. Так, в указанном смысле под ним понимаются: формы выражения, объективизации нормативной государственной воли;1 официальные формы выражения и закрепления (а также изменения или отмены) правовых норм, действующих в данном государстве; внешняя форма выражения правовых норм, которые государство создает либо санкционирует, либо признает априорно обязательными;3 способы выражения и доведения решений правотворческих органов о принятии соответствующих норм права до заинтересованных лиц 4 и т.д.
Этот краткий обзор позволяет в принципе согласиться с мнением профессора А.Б. Венгерова, что «в современной теории права особых проблем с этим понятием уже не возникает».5 Однако сами по себе данные определения источника права не отражают формы государственного устройства. Такие определения универсальны и применимы как к унитарному, так и к федеративному государству.
Между тем в содержании многих источников права федеративного государства этот аспект формы государства закреплен (например, Конституция РФ и конституция (устав) субъекта РФ, федеральный закон и закон субъекта Федерации и т.д.). Таким образом, наиболее полно характер формы государственного устройства проявляется в системе источников права, отражающей в известном смысле вертикаль власти в государстве. Поэтому в условиях федеративной формы государственного устройства систему законодательства следует рассматривать сквозь призму федеративной структуры государства.
Понятие источника права интересует нас в данном случае не само по себе, а как источник права субъекта Федерации. Иными словами, если источник права есть первичный элемент более крупной структуры называемой «системой законодательства» или «системой источников права», то в этой последней надо найти аспекты, «срезы», в которых проявлялась бы федеративная форма государственного устройства России.
Ранее было отмечено, что ни в досоветской, ни в советской отечественной литературе этот аспект проблемы не нашел удовлетворительного решения. В частности, в работе, специально посвященной структуре советского права, о чем уже говорилось на страницах диссертации, профессор С.С. Алексеев только констатировал, что в этой структуре права есть значительная часть нормативных предписаний многих основных отраслей, которые состоят из норм, существующих в форме республиканского законодательства. На этой основе им был сделан вывод о существовании особой группы функциональных («вертикальных») связей между нормами союзного и республиканского законодательства.1 Однако выделяя генетические, координационные и субординационные связи между нормами, профессор С.С. Алексеев не раскрыл в этих связях «субъектный срез» проблемы. Так, под генетическим связями он понимал «связи, выражающие развитие правовой системы, формирование ее подразделений. При этом «главные и решающие генетические связи, - по мнению автора, - лежат за пределами права как такового: они характеризуют его зависимость от экономического базиса, классовой структуры общества, политической организации, то есть всей совокупности внешних системообразующих факторов».1 Субординационные и координационные связи между нормами права он называл функциональными связями, то есть связями, выражающие взаимообусловленность и взаимную зависимость юридических норм, правовых институтов, отраслей права в процессе их функционирования. Как видим федеративный «срез» проблемы здесь отсутствует.
Предпосылки и причины дефектов в структуре «субъектного» права
Право, как известно, есть многоуровневое системное образование, структуированное как по вертикали, так и по горизонтали. Всякий «сбой» в этой системе как внутри, так и на «стыке» с общественными отношениями следует рассматривать как логико-структурный дефект. В самом деле, если всякая система имеет собственную структуру «выстроенную» по известной логике», то дефекты такого рода нарушают целостность структуры, то есть логику ее построения.
Подобные дефекты в той или иной мере присущи любой правовой системе. Это объясняется, прежде всего, тем, что правовая система поддерживается в рабочем состоянии лишь под воздействием извне в результате правотворческой деятельности людей. Суть этой деятельности состоит в придании социальным отношениям правовой формы. Опыт многих стран свидетельствует, что издание того или иного акта правотворчества требует порой длительной работы, охватывающей годы, а подчас и десятилетия. Не всегда причина здесь - в сложности, подлежащих правовому регулированию отношений. Существенным тормозящим фактором может оказаться противоборство различных социально-политических сил. В итоге та или иная сфера (вид) социальных отношений в течение известного времени может оставаться неурегулированной (пробельной).
Другим аспектом этой же проблемы является несоответствие между постоянно изменяющимися условиями жизни и неизменностью текста нормативно-правового акта, где без специальной процедуры не может быть изменена ни одна запятая. В итоге самый совершенный акт правотворчества может со временем устареть, отстать от жизни, создать ситуацию пробела и т.д. К этому добавляются юридико-тсхнические дефекты правотворчества, которых тем меньше, чем выше уровень правовой культуры в той или иной стране.
Все эти факторы, несомненно, действуют и в России. Однако помимо этого здесь сказывается комплекс факторов, обусловленных уникальной спецификой новейшей истории России. В первой главе диссертации они уже в известной мере рассмотрены. Отметим лишь, что Россия переживает переходный период своей истории, отражающий как общеисторические закономерности переходных эпох, так и эту уникальную специфику.
В контексте нашей темы это значит, что построение в стране новой / общественной системы предполагает замену правовой культуры одного исторического типа на правовую культуру иного типа. Под правовой культурой мы понимаем в данном случае качественное состояние I правосознания общества, юридической техники, эффективности права, стереотипов правового поведения и т.д. При таком многомерном і понимании правовой культуры она становится синонимом понятия «правовая система».
При рассмотрении правовой культуры России следует учитывать, что в советское время, то есть почти три четверти века страна жила в неправовом обществе. Поэтому формирование новой правовой культуры фактически начинается с нуля. Особенность этого процесса состоит в том, что эта правовая культура, в основном воспринимается извне (рецепируется), а не создается «изнутри», «снизу», поскольку в си."у несовместимости с советским строем она не могла сформироваться «сама собой» на его почве. В самом деле, одним из проявлений уникальности современного российского переходного периода является то, что нынешние реформы, как и большевистский переворот 1917 г., представляют собой попытки «скорректировать» естественный ход истории.