Вот так, примерно, выглядел "Оленебой" Натаниэля Бампо.
Знать бы ещё чем он был. Штуцером. Мушкетом?Нихрена уже не помню.
Рука на секунду застыла, затем курок стал опускаться, и прогремел выстрел. Француз зарычал, сделал резкое движение и упал, и многие решили даже, что он смертельно ранен; затем сверкнула молния и послышался резкий свист.
Глухой рев, точно идущий из глотки медведя, вырвался у американца. Вскинув руками, он грохнулся наземь, обливаясь кровью, и забился в судорогах. Наваха, пущенная недрогнувшей рукой его противника, попала в горло, рассекла кадык и прошла насквозь.
Сорри это даже не Купер. Но вспомнил почему то
"Что касается Зверобоя, то под кличкой Соколиный Глаз он так прославился, что ирокезы боялись звука его карабина, как грома Маниту. Его услуги скоро понадобились королевским офицерам. С одним из них, как в походах, так и в частной жизни, он был связан особенно тесно." Теперь живите с этим.
«Моя была только идея, и я сожалею об этом». Писатель Александр Мазин о своем отношении к фильму «Викинг»
Александр Мазин известен широкому отечественному читателю в первую очередь своими многотомными художественными циклами «Варяг» и «Викинг», в которых поднимает пласты древнерусской и скандинавской истории. А еще ходили упорные слухи, что он причастен к сценарию нашумевшего фильма «Викинг», снятого режиссером Андреем Кравчуком и спродюсированного Константином Эрнстом.
Слухи оказались отчасти правдивыми. Определенное касательство к этой картине писатель действительно имел. Но крайне отдаленное. На Книжном салоне 2022 года Александр Мазин рассказал подробности об этой истории.
«Мы общались с [Анатолием] Максимовым, советником генерального директора «Первого канала». Я ему говорю: хорошо бы снять фильм о князе Владимире. Ну кто, кроме Владимира, самый великий герой нашей истории? Да, хорошо-хорошо… Потом прошло шесть лет, они много работали над сценарием.
Моя была только идея, и я сожалею об этом. И то, что получилось в результате, я к этому не имеют никакого отношения – к этим заборам, которые там возникли. К управляющей идее, которая говорит о том, что в Древней Руси, пока она не крестилась, все ныряли в навоз и там плавали. И вообще не мылись никогда. А вот когда все покрестились, то наконец-то начали мыться. Все эти лысые жрецы, которые там бегали… Ко всему этому бреду я не имею никакого отношению.
Это даже не весело.
Вот мне сказали, посмотри — в [канадско-ирландском] сериале «Викинги» есть серия, где Ивар Бескостный с князем Олегом летают на воздушном шаре. Я посмотрел, и там было очень весело. Они действительно летали там на воздушном шаре. Там у них была построена церковь, в которой они делали абсолютно все. Они там выпивали, договаривались, пытали пленных, кушали, совокуплялись. И все это в одном и том же помещении церкви. Но по крайней мере, это было очень весело – как они там бегали-прыгали и так далее. Денег не пожалели.
Ну а что касается «Викинга»… У нас большинство фильмов деньги зарабатывают в процессе съемок, а не в процессе проката. Это очень трагично, и я надеюсь, что это изменится в ближайшее время».
Вот такое признание. Кстати, в тот момент, когда Александр Мазин произносил слова «Я сожалею», в зале раздались аплодисменты. Очевидно, читатели тоже были не в восторге от этого фильма.
А вы что скажете? Смотрели «Викинга»? Какого мнения о нем?
О КРАСНОМ и ЗЕЛЁНОМ
У китайского лидера Мао Цзэдуна была маленькая "Красная книга".
У ливийского лидера Муаммара Каддафи была "Зелёная книга" побольше.
Мао (1893-1976), также известный как Великий Кормчий, перевернул жизнь в Китае и умер на девятом десятке от тяжёлых болезней после двух инфарктов.
Каддафи (1940-2011), также известный как Братский Вождь и Лидер Революции, перевернул жизнь в Ливии, а умер семидесятилетним, избитый до полусмерти перед объективами телекамер, от выстрелов в пах и в голову.
Муаммар прожил намного меньше Цзэдуна и кончил намного хуже, зато теперь в придачу к "Зелёной книге" у него будет большая зелёная статуя.
На снимке — дипломная работа выпускника Российской Академии художеств (СПб), проект монумента безвременно ушедшему главе Ливийской Джамахирии.
Русский ратник XIV век (художник Дмитрий Белюкин)
Рождение легенды. Как появился комиссар Мегрэ
Писатель Жорж Сименон вспоминал, как однажды показал свои романы известному издателю Артему Фйару, славившемуся чутьем на коммерчески успешные книги. Тот рукопись вернул с недоумением: «Что вы, собственно говоря, тут настрочили? Ваши романы не похожи на настоящий детектив. Детективный роман развивается, как шахматная партия: читатель должен располагать всеми данными. Ничего похожего у вас нет. Да и комиссар ваш отнюдь не совершенство — не молод, не обаятелен. Жертвы и убийцы не вызывают ни симпатии, ни антипатии. Кончается всё печально. Любви нет, свадеб тоже. Интересно, как вы надеетесь увлечь всем этим публику?» Издатель ошибался. После длительных уговоров, он все же решил опубликовать серию. В итоге комиссар Мегрэ полюбился читателям и стал, пожалуй, самым известным французским детективом. Мегры – вероятно, собирательный образ. Примечательно, что с человеком, считающимся главным прототипом главного героя, писатель познакомился, когда детективные романы об этом сыщике уже были широко известны.
Ж. Сименон с родителями и младшим братом
Жорж Сименон родился в Льеже, небольшом Бельгийском городке, славившимся ремесленниками и оружейниками. Отец был мелким служащим, мать, чтобы пополнить скромный семейный бюджет, устроила в доме пансион и сдавала комнаты студентам. Еще в юности Сименон увлекался детективными романами, и особенно полюбилось ему творчество Гастона Леру. Сейчас Леру известен в первую очередь как автор романа «Призрак оперы», ставшего основой мюзикла. Современникам он был больше известен как журналист и автор детективов. Между прочим, Леру работал и в России, но это уже совсем другая история. Самый известный герой его детективов – репортер по профессии и сыщик по призванию Жозеф Рультабиль. Есть версия, что курить трубку самого писателя, а затем и Мегрэ «научил» именно Рультабиль. Жорж Сименон также пошел по стопам Леру и в 16 лет, еще учась в колледже, стал подрабатывать репортером в «Льежской газете», и вел он в ней, как не трудно догадаться, криминальную хронику. Из-за болезни отца будущий писатель в колледже не доучился, затем был призван в армию, а после решил попытать счастья в Париже. Там он вновь работал репортером, а на досуге по-прежнему с удовольствием читал детективные романы. В 1925 году во время отпуска Жорж Сименон вместе с женой Региной Раншон, которую он предпочитал называть Тижи, отдыхал на арендованной яхте. В итоге они загорелись идеей обзавестись собственной. Примечательно, что Тижи довольно быстро стала успешной художницей и была вначале намного известнее своего супруга. В 1929 году они поднялись на борт построенного по их заказу судна «Остгот» и отправились в путешествие. На зимовку решили остаться в голландском городке Делфзийле. Яхта получила пробоину, и, по воспоминаниям Сименона, пока шел ремонт, он из-за постоянного шума перебрался на пришвартованную рядом заброшенную баржу и оборудовал себе временный кабинет. Именно там по самой распространенной версии всего за 6 дней был написан первый роман, в котором главным героем стал комиссар Мегрэ – «Питер Латыш» («Петерс Латыш), затем в течение месяца еще пять книг. До этого колоритный сыщик был вскользь упомянут в романе «Поезд ночи», также написанном в Делфзийле. Впервые «Питер Латыш» был опубликован в 1930 году в еженедельнике «Файяр», а в 1931 году в виде отдельной книги. Примечательно также, что первый же роман о Мегрэ стал и первым литературным произведением, которое писатель подписал своим настоящим именем, а не псевдонимом. Еще при жизни Сименона в Делфзийле поставили памятник знаменитому сыщику.
Постройка яхты "Остгот"
Сименон на открытии памятника Мегрэ в Делфзийле
От романа к роману складывалась биография персонажа. Жюль Мегрэ родился в 1884 году в вымышленной деревне Сен-Фиакр под Мантиньоном, мать умерла при родах, отец был управляющим поместьем графа Сен-Фиакра. Там же герой и вырос. Изучал медицину, но не доучился и ушел работать в полицию. Встречаются и явные нестыковки. В одной истории упоминается, что жену сыщика зовут Анриетта, в другой – Луиза, а в остальных случаях просто мадам Мегрэ. В одной – что у супругов была дочь, которая умерла, в другой, что мадам Мегрэ страдала бесплодием, в третьей, что пара взяла девочку под опеку.
Поначалу в описаниях работы полиции также встречались ляпы и неточности. Работа репортером не могла заменить знание полицейской «кухни» изнутри. Позже Сименон вспоминал: «Когда после публикации первых трех или четырех романов серии Ксавье Гишар, директор судебной полиции, захотел познакомить меня с некоторыми полицейскими из плоти и крови и в то же время познакомить меня с реальной работой службы, это был старший инспектор Гийом, которому было поручено это задание. Он рассказал мне о методах ведения допроса и в то же время представил меня одному из своих старших коллег, большому специалисту в этой области, старшему инспектору Массу, которого он сменил несколько лет спустя. Эти два человека, одинаково добросовестные и профессиональные, были мне очень дороги. Кто из них двоих оказал большее влияние на уже существующего, но все еще схематичного Мегрэ? Было бы очень трудно сказать, тем более что я знал других сотрудников Судебной полиции, которые, должно быть, также влияли на меня, возможно, неосознанно. Гийом, Массю и я стали хорошими друзьями. Мы часто встречались снова, и я присутствовал на набережной Орфевр в тот день, когда коллеги старшего инспектора Гийома с бокалами шампанского в руках в последний раз окружили своего начальника перед его уходом на пенсию. "Они сумасшедшие", - сказал мне Гийом, тронутый и немного озлобленный. "В пятьдесят пять, когда мы хорошо выучили свою работу, нас вышвыривают. " У него все еще была долгая и активная жизнь в качестве частного детектива, прежде чем он умер в возрасте девяноста двух лет. Для меня он был не только другом, но и старшим братом Мегрэ».
Гийом и его коллеги
Гийом и его команда работали как раз на увековеченной писателем набережной Орфевр и раскрывали самые громкие преступления в Париже 1930-х. Гийом расследовал убийство президента Франции Поля Думера, а также скандальное дело Виолетты Нозьер, ради наследства отравившей родителей, и многое другое. Гийом славился тем, что мог раскрыть преступления, на первый взгляд, не очевидные, прежде всего убийства, замаскированные под самоубийства или несчастные случаи. Так приятель Сименона некий Деблауве в 1931 году застрелил жигало Карлоса де Техады и попытался выдать это за самоубийство, но Гийом и его команда убийцу изобличили, и в 1933 году тот попал под суд. Гийом считался мастером по работе с подозреваемыми, хотя по современным меркам некоторые его методы можно считать неоднозначными. Он проводил долгие допросы, самый длительный – 27 часов подряд. По воспоминаниям дочери, на его рабочем столе стояла миниатюрная копия гильотины, которой комиссар время от времени в присутствии допрашиваемого отрубал кончики сигар. Все это оказывало психологическое давление. В целом же, по воспоминаниям современников, характеры сыщиков вымышленного и настоящего были похожи. После ухода из полиции Гийом открыл свое детективное агентство.
Про частную жизнь Марселя Гийома известно не так много. Родился в 1871 году в Реймсе, родители владели галантерейной лавкой, а сам он подростком трудился в бакалейной. Затем 4 года служил в армии. В 1899 году женился на дочери комиссара полиции, что окончательно определило выбор дальнейшей профессии. Имя самого инспектора Гийома вскользь упомянуто в некоторых романах, Мегрэ несколько раз разговаривал с ним по телефону.
Ж. Сименон с первой женой Региной
В отличие от однолюба Мегрэ, Сименон был неравнодушен к женщинам и верностью не отличался. Писатель утверждал, что имел связь с 10к женщинами. Своей жене-художнице, от которой у него был сын, он изменял с секретаршей Дениз Уиме. В браке с Денез родились 2 сына и дочь. У второй жены были проблемы с алкоголем и по слухам признаки психического расстройства. Развода она не дала, поэтому с третьей спутницей жизни Терезой Сберелен, которая ранее была его домработницей, Сименон до конца жизни прожил без штампа в паспорте. Недовольная законная супруга написала книгу о писателе, в которой весьма нелицеприятно отзывалась о нем. Предположительно, шок от данной книги привел к тому, что их общая дочь покончила жизнь самоубийством. Писатель тяжело переживал утрату. Последний роман он так и не закончил, и последние годы писал мемуары.