автореферат диссертации по филологии, специальность ВАК РФ 10.01.03 диссертация на тему: Шелли в оценке армянской литературно-общественной мысли
Полный текст автореферата диссертации по теме "Шелли в оценке армянской литературно-общественной мысли"
АКАДШИЯ НАУК РЕСПУБЛИКИ АРМЕНИИ ИНСТИТУТ ЛИТЕРАТУРЫ им. М.АБЕГЯНА
На правах рукописи
АМБАРЦУМЯН ДИАНА ГАЙКОША
ШЕЛЛИ В ОЦЕНКЕ АРМЯНСКОЙ ЛИТЕРАТУРНО-ОБЩЕСТВЕННОЙ МЫСЛИ
Специальность: 10.01.03 -10.01.05 -
Литература народов СССР (армянская литература) Западноевропейская литература
Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук
Работа выполнена в Институте литературы км. Ы.Лбвгяна Академии наук Республики Армении.
Научный руководитель - кандидат филологических наук
Официальные оппоненты: доктор филологических наук
кандидат филологических наук Д.0.Назарян.
Ведущая организация - Ереванский государственный университет.
Зашита диссертации состоится 'У*1/ " 1990 г.
в/^ ¿ЗДас. на заседании специализированЙого совета Д.005.10.01 по присуждению ученой степени доктора филологических наук при Институте литературы им. М.Абегяна АН Республики Армении (адрес: 375015, Ереван-15, ул. Кармир Банаки, 15).
С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института литературы им.М.Абегяна АН Республики Армении.
Автореферат разослан "ТУ " /талг?)Сл> 1990 г.
Ученый секретарь специализированного совета, кандидат филологических .наук
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Цеди и задачи исследования. Основной целью диссертацион-ю& работы является целостное исследование восприятия армянской литературной и общественной мыслыо личности и творчества выдающегося английского поэта-романтика Перси Биши Шелли, включающее е себя анализ и оценку как этого творчества и посвяшенньк ему многочисленных статей и стихотворений, так и переводов его произведений на армянский язык.
В диссертационной работе рассмотрены следующие основные вопросы:
1. Литературяо-обшественнне и историко-политнческие предпосылки восприятия творчества Шелли в армянской действительности.
2. Обобщение, систематизация и анализ многочисленных и разнохарактерных оценок, высказанных армянской критикой на протяжении столетия (от 90-х годов XIX века по наши дни). Этот период можно условно разделить на два этапа: а) 90-е годы XIX века -10-е годы XX века и б) с 20-х годов XX воха по наши дни. Каждый из этих этапов имеет свои характерные особенности: в первый период восприятие творчества Шелли обусловлено прежде всего национально-освободительной борьбой армянского народа, во второй -возрастанием интереса в армянском обществе к общечеловеческим проблемам -'свободы, социальной справедливости, философских, нравственных, эстетических ценностей и т.д.
3. Отношение армян к Шелли, которое проявилось не только в прямых оценках его творчества, но и а многочисленных переводах его произведений.
4..Выявление внутренних и внешних.стимулов, обусловивших выбор переводчиками того или иного произведения Шелли.
5. Научное изучение переводов произведений Шелли на армянский язык (посредством сопоставления с оригиналом, сопровождающегося при необходимости анализом их стилистики, метрики, композиционных особенностей и т.д.). Определение художественной ценности и историко-литературного значеккя переводов, выявление своеобразия творческих принципов переводчиког-
Актуальность исследования обусловлена необходимостью уточнения места Шелли в истории армяно-английских литературных отношений, создания целостного и четкого представления о восприятии его творчества в армянской среде, а также научного анализа и оценки переводов его произведений на армянский язык.
Степень разработанности и научная новизна темы. Оценки, данные Шелли - поэту, философу, эстетику, а также человеку и гразданину,- - весьма многочисленны и, за редким исключением, рассеяны на страницах армянской периодической печати, издававшейся в различных частях света. Эти оценки во многом обусловлены литературными и политическими обстоятельствами и нередко своеобразно перекликаются с актуальными проблемами армянской жизни. Армянская критика неоднократно обращалась к творчеству Шелли, однако (за исключением работы В.Партамяна "Прометей нового времени"), данная проблема в целостности и по существу не изучалась. Научная новизна работы заключается в том, что оценки творчества Шелли армянской литературно-общественной мыслью рассматриваются в ней в тесной связи с литературными и политическими обстоятельствами времени. В работе также впервые дается анализ и оценка армянских переводов Шелли.
Практическое значение работы. Материалы и ныводы, содержащиеся в диссертационной работе, будут представлять интерес для специалистов, работавших в области армяно-английских литературных связей, теоретиков и практиков художественного перевода, ■ могут быть использованы при чтении лекций в высших учебных заведениях, при подготовке специальных курсов и семинаров для студентов филологических факультетов.
Апробация работа. Диссертация обсуждена и одобрена на заседании отдела литературных связей Института литературы им.М.-Абегяна АН Республики Армении, а также на вузовских кафедрах • .армянской литературы и зарубежной литературы и теории Ереванского государственного университета. Основные положения работы отражены в ряде статей и докладов, прочитанных на республиканских научных конференциях молодых ученых и аспирантов (1988, 1989, 1990).
Структура работы. Работа состоит из введения, двух глав и заключения. К работе приложен список использованной литературы.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во "Введении" представлены основные цели и задачи диссертационной работы, бе актуальность и научная новизна, изложена истории вопроса и определено место Шелли в истории армяно-английских литературных связей. Кратко охарактеризован процесс формирования Шелли - человека, гражданина, поэта, особо подчеркивается тот факт, что его творчество было известно армянской
литературно-общественной мысли уже в 30-е годы XIX века. Отмечается, что интерес к творчеству Шелли особенно возрос в последней четверти века, на фоне трагических событий в истории армянского народа, пробудивших новый подъем армянского национально-освободительного движения. В этот период поэзия Шелли -"защитника и певца свободы" - оказалась не только интересной, но и необходимой для армянского читателя. Последующие десятилетия ознаменовались существенными переменами в армянской литературной жизни: творчество таких певцов природы и любви, как Мецаренц, Интра, Туманян, подготовило почву для нового восприятия поэзии Шелли. В диссертационной работе объясняется тот необычайный интерес, который проявлял армянский читатель конца прошлого - начала нынешнего столетия к творчеству английских романтиков (в частности, Шелли). Здесь же дана краткая характеристика армянских переводов Шелли. "
В первой главе - "Армяне о Шелли" - обобщены многочисленные и разнохарактерные оценки личности и творчества Шелли со стороны армянской литературной и общественной мысли на протяжении столетия (начиная с 90-х годов XIX века по наши дни). Этот период можно разделить на два этапа. Анализ' и систематизация оценок жизни и творчества Шелли, содержащихся в статьях и очерках, появившихся на страницах армянской печати в 90-е годы XIX - 10-е годы XX века, позволяют придти к выводу, что их авторов привлекал превде всего Шелли-вольнолгабец и глашатай свободы, что, несомненно, было обусловлено обострением национально-освободительной борьбы.
Материал второго этапа (с 20-х годов по наши дни) - оценки Шелли-философа, пантеиста и певца любви - гораздо более обширен и содержателен, позволяет создать целостную и всестороннюю картину восприятия армянами Шелли - человека и поэта.
Приводимые в диссертационной работе оценки тех или иных произведений Шелли сопровождаются их параллельным анализом, способствующим верному пониманию и осмыслению этих оценок.
Национально-освободительные движения, охватившие в начале XIX века весь европейский континент, вызвали глубокое сочувствие Шелли и побудили его к созданию вдохновенных поэтических строк. Шелли, подобно своему собрату по перу Байрону, считал своим долгом выступить в поддержку освободительной борьбы угнетенных народов. Глубоко сочувствовал поэт борьбе греческого на-
рода, восставшего против турецкой тирании. Под впечатлением от встречи с руководителем национально-освободительной борьбы греческого народа Алексавдросом Маврокордатосом Шелли написал гениальную лирическую драму "Освобожденный Прометей", а драму "Эллада" прямо посвятил Маврокордатосу. В статье "О возрождении литературы" Шелли подчеркивал вековое невежество турок и их варварское отношение к культурным ценностям, созданный человечеством. Свои обвинения он обращает к цивилизованному миру, преступное равнодушие которого, го мнению Шелли, делает его соучастником преступлений против греческого народа. Понятно, что для армян, находившихся в сходном положении, слово Шелли стало новым источником надежды, а его вольнолюбивые, революционные произведения, в частности, "Королева Маб", "Восстание Ислама", "Маскарад анархии", нашли широкий отклик в армянской прессе. К "Королеве Маб" впервые обратился журнал "Мурч" в разделе "Зарубежная хроника". Знаменательна краткая характеристика поэмы: "В своем произведении "Королева Маб" Шелли показывает, до какой степени неограниченной личной свободы он желал бы изменить общественные, голитшескиё и религиозные условия современной жизни"Эта точная оценка, данная анонимным автором произведению английской литературы, безусловно, отражала чаяния армянского народа в конце века. В.Ташчян также относил "Королеву Маб" к числу революционных произведений Шелли, таких, как "Восстание Ислама", "Атласская волшебница", "Маскарад анархии". Эти оценки относятся к концу века, однако "Королева №аб" была популярна в армянской среде и в конце 30-х годов XX века, и в этот период армянские критики отмечали и особо чутко воспринимали обличительный, революционный пафос поэмы^.
Армянская литературная и общественная мысль конца XIX -начала XX века воспринимала Шелли как одного из замечательных творцов социальной утопии. Поэма "Восстание Ислама" - интересней ший образец этого жанра, и неслучайно она воспринималась армянами в контексте социального положения армянского народа. Вспомним, что подъем национального салю сознания армян в начале века
1 Мурч (Молот). - Тифлис, 1892, № 10, с. 1521.
2 См.: Петросян Э. Творчество Шелли. - В кн.: Научные труды. -Ереван: Изд-во ЕГУ, 1939, с. 160; П.Б.Шелли. - Пролетари ора-цуйц (Календарь пролетари). - Тифлис, 1937, № 177.
был обусловлен не только борьбой за выживание и сохранение нации, но и ростом социального сознания. Несмотря на то, что социальная утопия Шелли в армянском литературоведении получила всестороннюю и адекватную оценку только в последние десятилетия, тем не менее ее первые оценки были высказаны в конце прошлого века, когда на закате армянского романтизма создавали свои впечатляющие утопии Раффи и Мурацан.
Обращаясь к поэме "Восстание Ислама", О.Чахарбекян приводит в своей статье отрывок из "Предисловия" к поэме, в котором представлены юношеские размышления Шелли. Вначале они рассматриваются лишь как попытка анализа "человеческих целей и заблуждений" , но затем следуют практические выводы. Герои Шелли -Лаон и Цитна - не пассивные созерцатели, они борцы, гибнущие "за идею". Возможно, именно это делало поэму Шелли столь близкой- и понятной армянам.
В начале Еека возрастает интерес к гитанам английской литературы. Автор статьи в "Базмавета" О.Овсепян последовательно представляет краткие биографии великих английских поэтов, которые, как'он считает, "недостаточно знакомы армянскому читателю". Здесь же сжато изложена биография Шелли и приведены лаконичные характеристики его произведений. По-разному оцениваются произведения Шелли, воспевающие свободу. Если "Королева Май", по мнению автора, - "философское стихотворение", "Восстание Ислама" - "шедевр . одно из чистейших творений английской-литературы. ", то "Опровержение деизма".- напоминает бред".."'".
Перо Шелли рисует грозные картины гражданского возмущения ("Ода jc.защитникам свободы" ,"На двух политических деятелей 1819 года", "Мужам Англии", "Лорду-канцлеру" и др.), его - по эти-"" ческое воображение воссоздает ненависть народа к деспотической власти и правителям. В этой связи упомянем справедливое наблюдение Т.Елкенчяна: "Дерзкая и прямолинейная натура Шелли более всего проявляется в искусстве цредце всего в изображении зла,
хотя цель его - высветить,в соотвётствии со своими убеждениями,
достоинства доброго и истинного. .
1 Овсепян 0. Английские писатели (Шелли). - Базмавеп (Полигис-тор), Венеция, 1905, Л II, с. 515.
2 Елкенчян Т. Английская литература.,- Масис, Константинополь, 1905, » 14, с. 218.
Армянские борцы за свободу, безжалостно угнетаемые на своей земле, несомненно, должны были искать единомышленников в других странах и посредством перевода иноязычной свободолюбивой поэзии утолять свои духовные потребности.
В этом значительную роль играли произведения английских авторов - Чосера, Шекспира, Мильтона, Байрона, а также Шелли. Об этом свидетельствует тот же Т.Елкенчян,.который считал, что "Шелли, как и Чосер, но иными средствами, положил начало новому этапу в развитии английской литературы".• Согласно Елкенчяну, произведения Чосера, Байрона и Шелли, оказавшие наибольшее влияние на последующее развитие английской литературы, - "неканоничны", более того, являют собой отклонение от "традиционно благопристойного английского обличья". Если творчество Чосера "неканонично" , так. как переход от Средневековья к Возрождению во многом был обусловлен "земным" характером его гуманистических и свободолюбивых идей, то творчество Байрона и Шелл*. "неканонично", ибо предпосылки "светлого будущего человечества" они искали в современных тревогах и борьбе народа. А подобные поэты принадлежат не только своему народу, но и всему "страждущему человечеству". Таково значение защитника свободы Шелли и для армянской жизни.
Широкий отклик в армянской действительности нашли и философские, пантеистические идеи Шелли, его любовная лирика. Если как философ-идеалист Шелли признает, наличие так называемого Духа Природы, то, обращаясь к природным явлениям в своих поэтических произведениях, он изображает их строго предметно, живо и динамично. Возможно, благодаря этой двойственности его мировоззрение определяется, с одной стороны, как идеалистическое, а с другой - как подчеркнуто "пантеистическое и атеистическое".
"Атеистические" взгляды Шелли, безусловно, привлекали внимание армянской литературной и общественной жизни, однако анализ их не отличался глубиной, зачастую они трактовались односторонне, без учета совершенно противоположных оценок, существовавших в шеллиоведении. Шелли-поэт и Шелли-философ сформировались одновременно и взаимодополняли, обогащали друг друга. Вероятно, Шелли-поэт не приобрел бы столь громкой славы, если бы
философская глубина и общественно-политическое звучание его творчества.' В свою очередь Шелли-философ и общественный деятель не представлял бы большого интереса для последующих поколений, если бы не. его природный поэтический дар. "Необычная философская деятельность" Шелли высоко оценивалась армянскими исследователями. Сомнения Шелли в существовании Бога возникли в результате знакомства с атеистическими идеями Лукреция, Гельвеция, Гольбаха и Дидро, Под их влиянием он создал трактат "Необходимость атеизма", к которому обращались почти все армянские популяризаторы творчества Шелли. За неболилим исключением, трактат этот рассматривался ими как произведение, недостойное пера автора. Доктор О.Гер-Сгепанян, например, своеобразно истолковывая его, как бы пытается оправдать появление "Необходимости атеизма": "Это произведение Шелли - не столько воплощение его собственных убеждений, сколько изложение различных идей и логических тезисов, позволяющих завязать полемику с преподавателями, как это было принято в средневековых школах". Тем не менее О.Тер-Степанян приводит собственную оценку этого труда, считая его "одним из бесплодных мнений" и сожалея, что "умудренные преподаватели университета не предприняли попыток отвратить его от неверного пути. "^.
Результатом философской деятельности Шелли явились его "безрассудное" правдолюбие и гуманизм, которые хотя и осложнили значительно его личную жизнь, однако позволили ему создать оригинальную систему антирелигиозных взглядов, не ограничиваясь лишь повторением чужих мыслей, как это пытался доказать О.Тер-Степанян. В отличие от него О.Чахарбекян ранее справедливо писал
0 сущности мировоззрения и религиозных взглядов Шелли: "Гуманизм - вот религия Шелли"'.
Имея в виду своеобразие философских и эстетических возэре-т ний Шелли, Т.Елкенчян отмечал: "Понимание немногих и непонимание многих - такова судьба тех, кто, подобно Шелли, родился раньте своего времени. "^.
Свои антирелигиозные убеждения Шелли непосредственно высказал в двух произведениях - "Необходимость атеизма" и "Опроверже-
1 Тер-Степанян 0. Основоположники современной английской литературы. - Масис, Константинополь, 1906, № 2, с. 27.
2 Елкенчян Т. Указ.соч., с. 217.
нир'деизма - в то время как во всех других его произведениях' (почти без исключения), хотя проблемы'веры и вероотступничества /н)не ставятся прямо, тем не менее явственно звучат в лирическом или философском контексте.
Особого внимания в армянской Литературной и общественной среде удостоились социально-философские сочинения Шелли. В 20-е годы нашего столетия в армянской общественно-политической жизни царило "относительное" спокойствие. Национально-освободительные идеи утратили свое прежнее звучание, а поиск утраченных ценностей по необходимости был связан с советизацией всех сторон жизни (в том числе и литеррщжой). Таково было положение в восточно-армянской действительности, а в западно-армянской (в армянских колониях) властвовали философские, общечеловеческие вдеи. В этих условиях изменились и армянские критерии оценки Шелли. Его творчество изучалось и оценивалось с иных, чем в годы национально-освободительной борьбы, позиций. Ныне первенство отдавалось социально-философским аспектам творчества ;1'элли, общечеловеческим проблемам и идеям, с наибольшей силой прозвучавшим в драме "Освобожденный Прометей". Перевод этой драмы на армянский язык в 1930 году способствовал ее всестороннему анализу и оценке.
3 представлении армян обработки легенды о Прометее символизируют вехи в развитии мировой цивилизации. Таковыми являются и эсхиловская обработка древнегреческой легенды, и ее романтическая трактовка Шелли. У Эсхила примирение между Прометеем и Юпитером рассматривается как победа Прометея, в то время как для Шелли мевду Свободой и Тиранией компромисс невозможен, и победу Прометей может обрести лишь в борьбе.
Трактовка Шелли более близка историческому мышлению армянского народа, и поэтому А.Чопанян придавал столь важное значение переводу на армянский язый "Освобожденного Прометея". Воплощая свои теоретические представления в системе философской и социальной утопии, Шелли-поэт прежде всего стремился ознакомить читателя с особенностями своего мировоззрения. Философское восприятие мира, действительности побуждало поэта к поиску неизвестного, к его неопределенно-утопическому образному воплощению. Драма содержит утопические представления Шелли о будущем человечества, социальной справедливости грядущего общества. Эту особенность имел в виду А.Ангонян, когда писал: "В своем
страстном стремлении к преобразованию человеческого общества Шелли шступает как утопист, а в своей стремлении к абсолютной свободе доходит до годного отрицания власти вообще. "1. Горячее желание Шелли переустроить общество подчеркивал и В.Таллин, говоря о "грандиозных представлениях страстного преобразователя. ".
Сильное влияние оказал "Освобоященный Прометей" Шелли на З.Есаян, которая, вдохновленная его оптимизмом, назвала свои путевые очерки "Прометей освобоященный". Но дело не только в заглавии: писательница сравнивает народ, переживший революцию, с Прометеем, "сбросившим цепи и освобожденным".
Одним из первых в советское время обратилась к жизни и творчеству Шелли Э.Петросян. Несмотря на то что в некоторых своих оценках Э.Петросян склонна к преувеличениям, однако она в основном верно оценивает "Освобожденный Прометей", подчеркивая революционный и освободительный пафос драмы. Проблемы, поднятые в драме, - будущее устройство человеческого общества, движущие силы его развития и прогресса, всеобщее стремление к свободе - неизменно волновали и волнуют все цивилизованные народы. Поэтому не случаен тот горячий прием, который нашла драма Шелли в армянской литературной и общественной среде, о котором свидетельствуют не только литературоведческие исследования, но и сам факт двух переводов драмы на армянский язык (1930-1933 гг. и 1968 г.).
Постоянный интерес армянского читателя" привлекала к себе интимная лирика и пантеистические сочинения Шелли. Любовная • лирика Шелли— это не просто воспевание индивидуального-чувства, не только воспоминание о пережитом мгновении: это преклонение перед Красотой, Непорочным и Светлым, перед Идеальным.
"Гимн интеллектуальной красоте" - гимн Любви и Красоте, свидетельствующий о "иллюзорности" любви Шелли, - привлек особое внимание Т.Елкенчяна: "Этот трогательный гимн Иллюзии, воспетой Шеллл, неповторим по своей искренности"2.
Армянская литературная мысль неизменно отмечала лиризм творчества Шелли, свежесть и богатство его фантазии. Все эти
I Антонин А. "Освобожденный Прометей" Шелли. - Анаит, Париж, 1930, * I, с. 24.
* 2 Еякенчян Т. Указ.соч., с. 216.
качества с особой полнотой воплотились в поэме "Эпипсихидион" -вершине любовной лирики Шелли. "Она даже самыми строгими критиками признана "величайшим любовным творением", - писал О.Тер-Степанян. Идея потустороннего (трансцендентального), по мнению Шелли, доступна некногш, и поэма "Эпипсихидион", воссоздающая осязаемую, чувственную картину любви, раскрывает также и ее мистическую сущность. Для подобного восприятия интимной лирики Шелли в западно-армянской литературе начала века благодатную почву подготовила поэзия М.Мецаренца и Т.Чракяна (Интры). Ле-жанпий в основе символизма Мецаренца, импрессионизма Интры и романтизма Шелли "культ грезы и духа" обусловил общность, ту близость, которая обнаруживала себя в творчестве этих исключи-тзльно оригинальных поэтов. Хотя близость истоков их внутренних миров не всегда очевидна (вероятно, и потому, что Шелли - английский поэт начала XIX века, а Мецаренц и Интра - армянские поэты начала XX века), тем не менее в их произведениях можно обнаружить сходные перекивания, размышления и чувства. Более всего это относится к присушему их поэзии пантеизму и сливающемуся с ним культу любви. .
Известно "пейзажное" мышление Мецаренца, в котором любовь и природа предстают в неразрывном единстве. Известно также, что любовная лирика Мецаренца пронизана духом Нарекаци. Но вот какие грани обнаруживает С.Топчян в любовной лирике Т.Чракяна: "Восстав против безобразий среды и времени и стремясь к беско-. нечному, всетворяшему свету, Чракян живет идеалом совершенства, которым.для него является любовь. Только любовь - внеличностная и всепроникающая - достойна преклонения, являет собой истинную красоту. После появления "Внутреннего мира" Чракяна проводились параллели между Нарекаци и Чракяном: оба, прислушиваясь к потаенным голосам своей всеобъемлющей души, устремлялись к абсолютному, оттуда исследуя вселенную, простирающуюся в самом человеке и вне его?* Таким__образом, как бы ни отдаляли различные литературоведческие "измы" друг от друга Мецаренца и Интру,' • все равно Нарекаци сближает их, более того, истоки обоих - в Нарекаци, и, кажется, Шелли здесь не при чем. Но культ любви и природы Шелли обнаруживает себя в сходных интеллектуальных и
I Топчян С. Тиран Чракян. - В кн.: Т.Чракян (Й5тра). Сочинения.-Ереван:4Советакан грох, 1981, с. 26 (на ара.языке).
духовных структурах roc поэзии. Давно отмеченные в 'ле.гл;:оведении "мечтательность и призрачность" его духовного чувства были широко воспринята армянами наряду с его пантеизмом. Природа у Шелли - это не только романтическое убежище, где осуществляется мечты, видения, но и сама мечта, стремление к чистоте, высшей идее. Таким образом, культ природы у Шелли - это и своеобразный культ идеи, а если вспомнить, что природа под aro пером "трепешет, переживает и любит", то перед нами раскроется истинный смысл философии любви Шелли.
Итак, если колос Нарекаци обращен к Богу, голос Мецаренца и Интры - ко Вселенной, то голос Шелли обрашен к Природе, которая есть одновременно и Бог, и Зселеннач. Поэтому культ любви и природы Шелли был так легко и естественно воспринят в армянской среде.
В трагические дни всеобщего поиска путей сохранения я дальнейшего существования нации армянские интеллигенты шли "вслед за светлой мечтой", пытаясь найти ее "в удаленном от мира уголке" (Туманян, Исаакян, Терьян, Мецаренц, Варужзн, Интра, Теко-ян). Конечно, культ природы в армянской литературе во многом отличен от пантеизма Шелли, тем не менее властвовавший в ней "культ видений" лежал в основа оценок пантеизма английского романтика. Неслучайно Саак-Месроп в 1913 году переводит стихотворения "Облако" и "Жаворонку", характеризуя их как произведения "ясные, прозрачные, возвышенные и щдрыз". Его усилия по "оздоровлению" армянской мысли и духа приобрели наиболее действенный характер в тот момент, когда он сумел донести до армянского читателя, до его души песни Шелли, посвященные природе, раскрыв при этом их высокое философское содержание.
Своеобразие пантеизма Шелли наиболее ярко воплощено в поэме "Аластор, или Дух одиночества". По мнению В.Ташчяна, "это высшее воплощение протеста Шелли. В ней мы видим скитальца, ищущего среди таинственного молчания природы фантастическое существо, способное утолить его тоску по прекрасному"*. Природа здесь - не просто место размышлений поэта, не только источник поэтического вдохновения, но, и прежде всего, - сама Красота, Искусство, которым он восхищается и которому, питается подражать. Ташчян считает, что "поэма эта написана в то время, ког-
I Ташчян В. Шелли. - Кочнак (Колокол), Нью-Йорк, I9II, $52, с. 1252.
да Шелли окончательно -повял, что мир гораздо могущественнее его самого. "Дух одиночества" - это исповедь поэта"1. Инею "Духа одиночества" следует понимать не как осознание "слабости" человека, могущую привести к утверждению бессмысленности его существования и борьбы, что не подтверждается ни единой строкой творчества Шелли, а как гимн природе, органичному слиянию человека с природой - высшей цели жизни.
философские, пантеистические идеи Шелли нашли свое совершенное воплощение и в стихотворениях "Жаворонку", "Облако", "Ода .Западному Ветру". Написанные ясным, проникновенным и в то же время возвышенным языком, они нашли широкий отклик в армянской прессе.
О стихотворении "Жаворонку" восторженно .писали О.Тер-Сте-ианян, В.Ташчян и С.Месроп. О.Тер-Степанян, в частности, отмечал: "Жаворонку" - одно из наиболее любимых и читаемых стихотворений Шелли. И если бы исчезли все остальные его сочинения, этого стихотворения, обращенного к жаворон^, было бы, несомненно, достаточно, чтобы отвести ему место в ряду величайших лириков, творивших на английском языке"2.
Жаворонок поет о любви, и источник его любви - природа, "море и небеса, долы и года". Его радость беспредельна, ибо для него существуют"лишь истина и мудрость мира, в то время как у поэта "смех звучит уныло, болью жизни отягчен'.' Стремление понять эту "боль жизни" двигало и С.Месропом при переводе и оценке стихотворений "Облако" и "Жаворонку".
Описания природы у Шелли насыщены живописными красками, неожиданными сопоставлениями и противопоставлениями. Этими выразительными средствами поэт пользуется мастерски.
Подлинным карнавалом света, красок и звуков являются "ночные" песни Шелли, открывающие перед читателем новые таинства природы и пробуждающейся жизни. Таково, например, знаменитее стихотворение "Вечер". "В нем, - писал В.Ташчян, - своеобразно проявляется магическая сила искусства Шелли. Обработка материала, чередование гласных, трепетность стиля и оригинальность содержания - все способствует его совершенству. К сожа-
1 Тапчян В. Шелли, с. 1252.
2 Тер^Степанян 0. Указ.соч., с. 28. [
лени», все это невозможно воспроизвести в армянском переводе"1.
Призрачные грезы Шелли несут в себе неизъяснимый смысл, невольно напоминающий ноктюрны великого армянского лирика М.Мецаренца: "Ночь сладостна, ночь знойно-сладостна. .¿"'или "Ночь, для твоих ласк распахнул окно. ". И если об этих песнях Мецаренца верно сказано, что "немногим поэтам дано увидеть отблески белого сна зимней ночи, почувствовать влажное "волшебство росы.то так же верно, что немногим поэтам дано, по-, добно Шелли, увидать "промелькнувшую тень летучей мыши" или "небосклон над величавой пепельной грядой, насквозь пронзенный . вечернею звездой. ".
Для Мецаренца Ночь - это возвышение и облагораживание, ■ • греза, любовь, ожидание, Ночь же Шелли насыщена иными оттенка-. •'•.'■'"" ми, она созвучна Смерти. В этом противопоставлении раскрываются . прежде всего то различие политических и исторических обстоя- . тельств, в которых жили и творили эти поэты, и обусловленные '. этими обстоятельствами побудительные импульсы их поэзии. Ар- / мянский поэт начала нашего столетия искал в ночй успокоение и спасение, она несла ему душевный покой, а английский поэт нача-. ла прошлого века, свидетель несправедливости, царящей в цивили- ' • зованном мире, мог себе позволить сравнивать жизнь с всепоглощающим мраком и ночью.
Своеобразный пантеизм Шелли предопределил глубокую индиви-'. дуализированность творчества поэта, его поэтического, искусства . и в то же время обусловил его связь с пантеистической традицией ■ ■ ■ • в мировой литературе. Эта связь проявляется прежде, всего в вы-- ■ боре пейзажа, его олицетворении, использований элементов живо- • писи в построении аллегорических размышлений и т.д. Те. же каче- • ства присущи и воспевающим природу произведениям В.Блёйка, • В.Вордсворта,. Г.Гейне, А.Пушкина,' М.Дермонтова, в армянской литературе - Ов.Туманяна, М.Мецаренца, В.Терьяна.
Оценки творчества Шелли содержатся не только в литёратуро-. ведческих исследованиях и статьях, но и в стихотворениях, посвященных поэту. Стихи, посвяшенные Шелли, писали В.Аганур, Арсен • Еркат, Х.Даштенц, Минас Нури. Несмотря на различие в оценках, .
всех их объединяет одно - искреннее восхищение и любовь к Шелли. -
1 Ташчян В. Примечание к переводу стихотворения Шелли "К ночи". ,
- Кочнак, 1911, 10, с. 242.
2 Шарурян А. Мисак Мецаденц. - Ереван: Советакан. грох, 1983, ' с." 126 (на арм.языке)-.
Во второй главе - "Шелли на армянском языке" - приводятся полные сведения о переводе произведений Шелли на армянский язык и впервые дается их научная оценка и анализ. Отдельные наблвде-ния по этому вопросу содержатся в работе В.Партамяна "Прометей нового времени". При оценке переводов учитывалось и мастерство переводчика, и их поэтическая фантазия, и творческая инициатива. Параллельно рассмотрены особенности лексики, семантики, стилистики произведений Шелли, возможность их адекватного воссоздания на армянском языке.
Поскольку многие произведения Шелли переводились на армянский язык неоднократно, в разное время, переводчиками, придерживающимися различных принципов перевода и обладающими различным мастерством, то и ценность этих переводов неодинакова. В данной главе сопоставляются различные варианты переводов одного и того же произведения, объясняется интерес, проявленный к творчеству Шелли переводчиками разных поколений. В процессе изложения проводится структурный, стилистический, лексический анализ переводимых произведений. Он позволяет определить, какие из переводов обладают самостоятельной поэтической ценностью, а какие представляют интерес лишь как историко-литературный факт.
Болшая часть армянских переводов - это лирические стихотворения Шелли, разбросанные, как и их оценки, по страницам армянской периодической печати. Часть переводов представлена-в сборнике "Избранные строки". Отдельными книгами изданы драма "Освобожденный Прометей" и трагедия "Ченчи". "Освобожденный Прометей" переводился дважды. Впервые драма была переведена на западно-армянский язык в 1930-1933 годах А.Антоняком и опубликована в журнале "Анаит". На восточно-армянский язык она переведена М.Согикяном в 1968 году.
Первый известный нам армянский переводчик Шелли -Г.Фнтглян. Он перевел стихотворение "Облако", которое опубликовано в журнале "Еркрагунт" ("Земной шар"). Мы считаем, что выбор Фнтгляна пап на это стихотворение потому, что оно с первого взгляда производит впечатление чисто "пейзажного" стихс. творения, но по сути наделено глубоким философским содержанием. Облако символизирует идею постоянно меняющегося, обновляющегося мира, вдею по существу революционную, запретную для издававшегося в Константинополе армянского журнала. Описание картин 4 природы символизирует пнриоды спада и возрождения, последоЕа-
тельяо сменявшие друг друга в обив ственной жизни. Этот внутренний смысл "Облака" и предопределил выбор Фнтгляна: с одной стороны, новинное стихотворение, воспевающее природу, с другой -скрытый в нем революционный дух.
"Облако" переводилось на армянский язык пять раз. Это свидетельствует о необычайной жизненности стихотворения. Во всех случаях переводчики акцентировали те слова, оттенки мысли стихотворения Шелли, которые представлялись им актуальными. Фнтглян, например, иногда отказывался от "точного" воссоздания слов, иногда добавлял "новые", а в отдельных случаях, стремясь сохранить метрическую или композиционную целостность стихотворения, попросту игнорировал те или иные слова. Благодаря подобному подходу ему удалось сохранить красоту описаний природы, их аллегорический смысл.
В отличие от Фнтгляна, Т.Елкенчян пытался "буквально" перевести каждое слово Шелли, лишь изредка раздвигая рамки его смысла, дабы сохранить поэтичность образов. В переводе Елкеичя-на сохранено присущее оригиналу богатство эпитетов, сравнений и метафор. Воссоздать их в переводе - нелегкая задача, но богатый и гибкий словарный запас армянского языка (а также древнеармян-ского - грабара) предоставил широкие возможности для сохранения языковых и стилистических особенностей "Облака". Несмотря на стремление к адекватности и эквивалентности каждого слова и сохранению отдельных композиционных элементов, перевод Т.Елкенчя-на не имеет особого художественного значения и не может быть сравним с оригиналом, не передает он и всей глубины содержа- ■ иихся в нем аллегорических размышлений. Местами стих звучит тяжеловесно, с присущей грабару высокопарностью, выспренностью, чуддой легкости, "воздушности" строк Шелли:
inr^nJ к ПОиярЬЦ- Ьи 0ЬLШ<JqЬшg
В этом четверостишии заключена основная идея стихотворе-1 ния Шелли. Переводчик в точности воспроизвел смысл каждого слова, каждой строки и всей строфы (он лишь добавил слово , ¡рьииццЪшз, • и приписал монолог облака всей природе), однако упустил одно важное обстоятельство - смысловую акцентированность четверостишия.
В оригинале оно приходится на начало первой, третьей и четвертой строк и достигается повторением личного местоимения "Ini которое в последней строке особенно подчеркнуто: "I change, but I cannot die". В переводе "я" появляется лишь дважды, да и то с целью сохранения стихотворного размера.
Другим переводчиком "Облака" был Ыелхон Кгрчян, переведший также стихотворения "Жаворонку" и "Ода Западному Ветру". Оценить эти переводы трудно, так как переводчик, по-видимому, должек был продолжить работу над ними.
Перевел "Облако" и С.Месроп. Его перевод в целом передает содержание оригинала, так как переводчик придерживался принципа приблизительности-равноценности, однако изредка, по- необходимости, с чисто художественными целями он отходит от текста оригинала. Смысл целого рада "уточнений и неточностей" один - адекватно передать содержание оригинала, по возможности сохранить его рифму и язык, создать произведение, звучащее на прекрасном армянском языке и в соответствии с канонами армянского стихосложения. Он стремился сохранить структурные элементы стихотворения, мелодичность стиха, используя богатые традиционные средства и возможности армянской поэзии. Приемы олицетворения в переводе столь же разнообразны, как и в оригинале. Сравнительный анализ позволяет придти к выводу, что переводчику удалось передать дух оригинала, а его творческие находки позволили создать самостоятельную поэтическую ценность:
fcu fyp bbqmif ¡nbijuijb rjuimuiplj ztipiffiu иц ijpuib,
ibrwLb* mjpbb ubJpLfcb, IfiubnitftI tqbu uipqwbrjbb, nq(i(i щЬи zfrpttdbb U'bi