Сборник "И было слово изначально" (К 700-лет. Сер. Радонеж.)
Новый день, как восхождение, По дороге наших лет.
Пора нам видеть поворот,
Когда судьба дает нам знаки.
А мы ж, как гончие собаки,
Несемся бешено вперед.
Когда же нас на пир позвали,
Где жениха венчал отец.
Мы свой приблизили конец
И на охоту ускакали.
Несемся бешеным галопом
За вечной жертвою своей.
И, обогнав чужих коней,
Всей сворой в пропасть
Свет Озарения
Лишь на миг озаряет нас истина.
Но напрасно стремимся понять.
Нам объять это просто немыслимо,
Как руками весь мир не обнять.
Океан чайной ложкой не вычерпать.
Не найти для всего имена.
Полюбить это можно и выстрадать,
И поверить во все времена.
Удивителен Свет Озарения.
Научитесь его принимать.
И тогда на пути откровения
Не придется дорогу искать.
Мы стали другими
Уставши от обыденных признаний,
Мы норовим измученных коней
Сменить на переправе. И скитаний
Уж не страшимся на исходе дней.
За долгие рассветы и закаты
Мы научились узнавать друзей.
И, молча, сносим новые утраты.
По Родине тоскует всё сильней.
Учитесь жить, вершину приближая
Стоим мы у подножия горы
И с грустью вспоминаем о вершинах.
Но, тут же говорим, что мы стары,
Как будто верно в шрамах и морщинах.
Мы лжем себе, и странная тоска
Нам заполняет Душу из глубинки.
И за собою манят облака,
Как детские знакомые картинки.
Как будто камень лег у трех дорог.
И путника Господь привел на место.
Он одного от смерти уберег,
Другому - в кубке яд несет невеста.
И кружит время и плывет назад.
Рожденный - возвращается во чрево.
По нежным лепесткам струится яд,
А конь уж тянет всадника налево.
По горным тропам поднимайтесь ввысь,
На каждый день отметку закрепляя.
И пусть нелегким будет ваш успех.
Учитесь жить, вершину приближая.
Если сердце открыто для боли
Если сердце открыто для боли
И оно беззащитно для зла.
То оно не погибнет в неволе
И его не окутает мгла.
Одели полной мерой несчастных.
Станет больше горячих сердец,
Озарённых и к свету причастных.
Тех, кто носит терновый венец.
Коль зеркало неровное
Коль зеркало неровное, кривое,
Испортит красоту, обманет, исказит,
И все перевернет, и ложно отразит.
И только чистый сердцем и душой
Не ведает греха, а с верою живет.
Не заподозрит зла, во лжи не упрекнет.
Как зеркало не терпит искаженья,
Так светлая душа, источник доброты,
Несет отображенье небесной чистоты.
Храните сердце в наготе
Коль вы несчастливы с того,
Что горе у другого,
И если колет вам глаза
И если больно вам, когда
Вокруг святыни рушат,
И над поверженной страной
Похмелья вихри кружат.
Коль вы не можете, как все,
Не разучились сострадать,
Взирая на распятья,
Коль вы не по уши в дерьме,
Чужую кровь не пьете,
Не научились жить в тюрьме,
Лежачего не бьете.
И не хотите быть, как те,
Что ходят волчьей стаей.
Храните сердце в наготе,
На жестком пьедестале.
Молю, спаси Россию!
О, Боже, дай нам силы
Пройти и не упасть.
И на краю могилы
В безумие не впасть.
Не очерстветь от боли,
О, Боже, дай нам разум
Не сжечь свои мосты.
О, Боже, дай нам веру,
Дай мудрость королю.
Молю, спаси Россию!
О, Боже, дай надежду
Припасть к родным корням.
Не дай погибнуть рощам.
Не дай остаться пням.
Заветные ступени
Прости, прощай! Уже закрыли ставни.
Уже не время что-то изменять.
А из меня послушницы не стало.
Распутницы не вышло из меня.
У каждого своё предназначенье.
Летать и падать, чтобы снова встать.
Кто вместо хлеба шлёт нравоученья,
Тот не сумеет нищего понять.
Довольно вам своей пугаться тени
И взвешивать достойные слова.
По памяти заветные ступени
Считаю. Вот последняя, Пора.
До боли Душу вытрясаю
До боли Душу вытрясаю.
Прочь пустота, ничтожна, зла.
Как сор из дома выметаю,
Чтоб темнота не заползла.
Мне от людей не спрятать сердце.
Я с ними плачу и пою.
Тем больше света получаю,
Чем больше людям раздаю.
Конец разумного начала.
Кто горд, тот одинок и слеп.
Мы отдаем ничтожно мало,
За то вкушая вечный хлеб.
Я ищу печальных Ангелов
Я уже не жду от жизни праздников.
Чаще избегаю суеты.
А ищу глазами добрых странников
Среди шума уличной толпы.
Я ищу земных печальных Ангелов
Под покровом гордой нищеты.
Эти встречи мне как знаки добрые.
Сколько в них тепла и красоты.
Я ищу слепых печальных Ангелов.
Только через них смогу прозреть.
Слишком мало нам осталось времени,
Чтоб спасти оставшихся успеть.
Не беда, что пальцы узловатые
И давно не в моде башмаки,
Что смешны движенья угловатые
И пусты худые кошельки.
Присмотритесь лучше и увидите
Голубые крылья за спиной.
Льют глаза лучистое сияние
И волшебный свет над головой.
Я знаю, сердце не остыло
Трава слезинки промокнула
Лучами утренней зари.
И я в объятьях утонула
Любовь, неси меня на крыльях
И открывай мне Божий свет.
Я знаю, сердце не остыло.
Я знаю мне немало лет.
Не сотвори себе кумира
Мой друг, не сотвори себе кумира.
Ты посмотри, как все вокруг живут.
Мы все грешны и грешен наш приют.
Мы странники отверженного мира.
Мой брат, не верь возвышенным словам.
Уму милей тернистая дорога.
Пойдем по ней, не сетуя на Бога.
И пусть парча достанется не нам.
И пусть нам намекают на юродство.
Мы стерпим, мы же сильные с тобой.
Я верую в вселенскую Любовь.
Придет она, а с ней ее господство.
Мой верный друг, себе не измени.
И чистоты в пути не растеряй.
Мечту по пустякам не разменяй.
И Душу для большого сохрани.
Единожды солгав
Единожды солгав, приходится лукавить.
И истину предав, приходится молчать.
Пишите в чистовик, набело, чтоб не править.
Нет средства, чтобы смыть лукавую печать.
Единожды упав, не падайте вдругорядь.
Лишь стоя на ногах, научитесь летать.
Старайтесь приносить поменьше людям горя.
Не верьте "мудрецам", что нужно все познать.
Единожды прозрев, от трудностей не прячьтесь.
От истины уйдя, увязнете во лжи.
Пишите в чистовик, набело, чтоб не править.
Чтоб не мешать другим, как сорняки во ржи.
Мы люди грешные
Мы люди грешные и над собой не властны.
И часто мы себя не сознаем.
И оттого бываем так несчастны,
Что на земле кумиров создаем.
Наш русский, мудрый, сильный и великий,
Такой родной непонятый народ,
Неузнаваемый, слепой и дикий,
И все в тебе давно наоборот.
Ты шел на смерть за жен и вдов солдатских,
Ты возрождал из пепла города,
Ты заживо зарыт в могилах братских.
И ты стрелял в невинных без суда.
Писал стихи и посылал на плаху,
Так жизнь любил, что смело шел на смерть.
В хмелю дарил последнюю рубаху,
Проспавшись, мог и нищего раздеть.
Да, в подвигах тебе не много равных.
И водку лучше всех умеешь пить.
Народ мой русский, славный и бесславный.
Когда же ты по-русски станешь жить?
Не ходите на врагов своих с мечом
Не ходите на врагов своих с мечом.
Не ходите на врагов своих с бичом.
А идите на врагов своих с лучом надежды.
Это демоны пируют. Им кровь.
Только лучшее оружье - Любовь.
Так поверьте же скорее в нее, невежды.
Может растопить она лед любой.
Может крылья развернуть за спиной.
Может научить летать высоко. Была бы Вера.
Так не следует бояться врагов,
Если лучшая защита - Любовь.
Если строгий приговор: - Возлюби! - высшая мера.
Матушка, прости меня
Матушка, прости меня,
Ты верни мне детство,
Детство на денек.
Не зови по имени.
Не гневись, не кликай:
Солнышко не встало,
Знаю рано встала.
Матушка, прости меня.
Скоро будет дедом
Кем-то зря обиженный
И такой же паинька.
Сел бы к маме на руки,
Если б только смог.
Матушка, прости меня,
Многого не ведал,
Многого не знал.
Ах, была бы матушка,
Приласкала б, родная,
Сердце отогрела бы,
Все б ей рассказал.
Вот уж солнце встало.
Шум на мостовой.
Что ж не разбудила ты?
Твой сыночек маменькин —
Мы поклонились силе зла
Когда же в нас оборвалась земная связь?
Мы поклонились силе зла, ступая в грязь.
Вокруг чумное вороньё, дерьмо и вонь.
И смерть на жизнь из-за куска: «Моё, не тронь!»
Не сберегли росток живой, и он поник.
Не стал великою рекой живой родник.
И охватило землю зло в который раз.
И вот, угас огонь живой, и пробил час
Снимать созревший урожай ночи черней.
Но не для нежных детских ртов, а для червей.
Я с вами перед пропастью стою
Ах, сколько вас утратило надежды,
Красавицы, герои, мудрецы,
Цари, бродяги, гении, невежды,
Великие и малые глупцы.
И сколько вас поддалось искушенью,
Когда стучать учила сердце лесть.
Хотели жить по-щучьему веленью,
Стремясь в ушко игольное пролезть.
И сколько в бездну пало вас несчастных
И более танцует на краю.
Я не рисую вам картин ужасных.
Я с вами перед пропастью стою.
Ты у колодца, а кричишь: "Воды!"
Она кричала, плакала, смеялась
И проклинала горькую судьбу.
Она при всех бесстыдно раздевалась
И всех хороших "видела в гробу".
Завидовала, грязно материлась.
Учила жизни собственную дочь.
Я слушала и про себя молилась:
- Несчастная, но как тебе помочь.
Ты и меня попутно отхлестала:
- Да все вы тут помазаны одним.
- Ты верно одинока и устала.
Давай-ка, мы с тобою посидим.
Давай забудем о врагах и грешных.
Оставим зависть, злобу усмирим.
Доколе можно жить впотьмах кромешных.
Голубушка, давай поговорим.
О бабушке, что всех любить учила,
Что призывала Ангелов хранить
И внученьку ладошками лечила,
А сына отучала водку пить.
О матери, что, полная смиренья,
Несла свой крест, и столько было в ней
Достоинства, приличия, терпенья,
Что не ждала худого от людей.
Припомни детство, словно попрыгунья
Ты целый день скакала во дворе
С мальчишками. И первая бегунья,
И заводила первая в игре.
Любила всех и все тебя любили.
Жила легко, без тяжести греха.
Черствеем мы, не наше окруженье.
Не свет виновен, это ты плоха.
Попробуй пожалеть врагов несчастных.
И не готовь с утра себя к войне.
Заполни день, минут не зная праздных.
Твой добрый труд окупится вдвойне.
Взгляни вокруг. Покажутся смешными
Твои проблемы средь чужой беды.
Поговори с голодными, больными.
Ты у колодца, а кричишь: "Воды!"
По площади ехала тройка
По площади ехала тройка.
Ямщик невеселый сидел.
Вокруг было шумно и бойко.
А он все куда-то глядел.
Скажи, отчего так тревожен?
Кого ты там ищешь в толпе?
Красив и по-доброму сложен.
Сапожки на ладной стопе.
Скажи, что за боль тебя гложет?
Какая на сердце тоска?
— Никто мне теперь не поможет.
Одна гробовая доска.
Мне путь мой казался невинен.
Я звал одну деву замуж.
Я сам себе нонче противен,
Что предал святую из душ.
Над нею я зло посмеялся.
Два дня как пропала она.
И вот я пред Богом остался.
Сыграл надо мной сатана.
А вечером пью до безумства
И бьюсь головою о стол.
Себя я кляну за распутство,
И прячу у деверя ствол.
Будь прокляты черные кудри
И черные брови мои.
Я боле страшился неволи,
А нонче пропал без любви.
Она мне ни слова упрека,
Она же чиста, как цветок.
Ах, где тут трактирная стойка?
Мне водки, мне водки глоток.
А давесь возил одну пару.
Венчались в Никольском оне.
Как гляну, так вижу Тамару
И все еще будто во сне.
И где не искал, все впустую.
Ушла неодетой в метель.
А я, будь я проклят, тоскую,
Держу не притворенной дверь.
— Эй, Васька, не спи, дай-ка водки!
Со мною ее помяни.
Мне впору бы нонче колодки.
Что? Там ли лошадки? Взгляни.
На площади тройка стояла.
Уж снегом коней занесло.
Нашел ямщика вышибала
Уж утром, когда рассвело.
Впереди еще тысячи лет
Сердце уже не вмещает.
Но, подруга, оставь при себе
Свой ненужный совет.
Словно в прорву бездонную,
Время мое улетает.
Только я не грущу,
Впереди еще тысячи лет.
Только я не грущу,
Быть непонятой - это не диво.
Я немного устала,
Но вовсе на жизнь не ропщу.
Я хочу научитья прощать
И прощаться красиво.
И когда-нибудь птицей
К далеким друзьям улечу.
Только к небу подняться
Мне духу еще не хватает.
Да и я не от мира сего.
Так живу, и душа
Меж землею и небом летает.
Боже, дай мне Пречистого Духу
Платить, господа
Любое насилие — суть беснованье.
Любое безумье — духовная смерть.
Преступное в прошлом, не терпит молчанья.
Платить, господа, ничего не стереть.
Платить, господа, полной мерой по счету.
Платить за убийства, за ложь и за месть,
За темные мысли, за горе, за смуту,
За то, что не смыто, за то, что не счесть.
Платить, господа, старый век на исходе.
Другим поколеньям на сцену входить.
Уже ли оставим детей кредиторам?
Платить, господа, непременно платить!
Взрослые, не учите детей своих подлости
Взрослые, не учите детей своих подлости,
Властные, не учите их злобе и зависти,
Сильные, не учите звериной жестокости,
Мудрые, не толкайте детей к пропасти.
Грешные, научите детей состраданию,
Слабые, научите любви и вниманию,
Старые, научите терпенью и кротости.
Слышите?! Оттащите детей от пропасти!
Сколько в мире великих идей.
Сколько в мире несчастных людей.
Сколько вдов и седых матерей.
И отцов, не любивших детей.
Я верю, что Творец
Я верю, что Творец и Врачеватель,
Хранитель мудрый и Наставник наш,
Ты - разрушитель тьмы и Созидатель
Иного мира, и его же страж.
Учитель строгий, нежный и терпимый,
Нас шаг за шагом за Собой ведешь.
Любой из нас живет Тобой хранимый.
Ты все простишь, но не прощаешь ложь.
Святой родник, живительный и чистый.
Нам глубины Твоей не осознать.
Неугасимый теплый свет лучистый.
Мы дети. Ты - заботливая мать.
Ты учишь нас ходить, молчать и слушать,
И облик человечий принимать.
Ты наша совесть, Ты - глаза и уши.
К Тебе идем мы раны врачевать.
К Тебе несем обиды и печали.
С Тобою у обрыва на краю.
С Тобой по силам все, любые дали.
И я с Тобой, как с равным, говорю.
По что душа земная
О, Господи, по что душа земная
Так тяготится жизнию земной?
Я здесь родилась, я не знала рая.
Приснился ли мне грешнице покой?
И сладостно мне горькое рыданье.
И сердце разрывает от любви.
Я провожу в молитве и молчанье
Последние отпущенные дни.
А дни летят, и вечность на пороге,
И годы растворяются в веках.
И все, кого я встречу на дороге,
Уже отпили чашу и в венках.
И всем, кто мне в любви протянет руку,
Готова я себя взамен отдать.
Готова с ними я идти на муку.
Готова с ними я себя распять.
Я сливаюсь с Богом в творчестве
Ах, сколько чуда в одиночестве!
И сколько правды открывается.
Я не мечтаю о пророчестве.
И мне сто раз еще покаяться.
Но на секунду озарение
Мне в тишине осветит истину.
Я восхищусь до изумления
И возгорю, пока не выстыну.
И сколько муки в одиночестве.
Когда узрев Христа Распятого,
Душа в жестокой ломке корчится,
Вкусив доселе непонятого.
И столько странного, и быстрого.
Как будто время раздвигается.
Придет решенье ярким выстрелом.
Покоем сердце напитается.
Ведь столько веры в одиночестве.
До неба сердце поднимается.
И я сливаюсь с Богом в творчестве.
И сердцу небо открывается.
Я опять говорю о любви
Что любовь — Божий дар,
Знает каждый из нас.
Так храните ее, чтоб огонь не угас.
От морозов и вьюг, от жестоких ветров,
От напрасных обид, необдуманных слов.
Я опять говорю о любви.
Не о той, что мещанской и мелочной
Среди прочего хлама в пыли
Оказалась игрушкой поделочной.
Не о той, что измята, захватана,
Не о той, что в грязи переваляна,
Не о той, что по нови заплатана,
Не о той, что из мрамора ваяна.
Я опять говорю о любви.
Не о той, что окутана тайнами.
Не о страсти губительной, пламенной.
Пусть слова мои кажутся странными.
Я пою о любви мироздания,
Недоступной любви понимания,
Милосердной любви сострадания,
О Божественной тайне познания.
Я вижу гору.
Мы в суете и хаосе движенья.
И от чего-то главного вдали.
И часто принимаем отраженье
За дивный свет Божественной Любви.
Я вижу гору. Длинные террасы.
На них стоят рядами люди, звери.
Вверху — худые странные монахи.
Внизу — запоры, сундуки и двери.
Внизу — парча, крикливые застолья,
Шум, ропот, ветер.
Вверху — цветы, трава, раздолье,
Людей немного, тишина и вечер.
Но снизу вверх не видно ходоков.
Все что-то делают, но топчутся на месте,
Напоминая чем-то стариков,
Или жуков, увязших в тесте.
Им снизу не видна
Вся полнота красы высокогорья.
Подножие — несчастная страна
Хвастливости, чванливости и горя.
Мы, как худая разбитая кружка
Мы, как худая разбитая кружка.
Пусто внутри и утеряны корни.
Или сухая древесная стружка.
Так нас назвал Феофан Затворник.
Живем для себя, собираем ложки.
Мыслим в себе и себя величим.
Мы измельчали, подобно стружке.
Так же постыдно себя безличим.
Добрый Отец! Мы — Твое творенье!
Всяк человек, если лишь он честен,
Жив по размаху, души веленью,
Всем благородством, чем мир известен.
Мы по грехам пустоту стяжали.
Коркой стянули свои глубины.
Может быть, мало за мир страдали,
Пряча себя за чужие спины?
Может быть, жили, заткнувши уши,
Не замечая чужого горя?
Мы у бессмертья украли души.
Мы променяли Христа на зверя.
Верю в спасенье!
Верю в спасенье!
Выдержит Россия.
Выдюжит Рас-сея.
Яко с нами Бог.
Яко с нами Бог.
Яко с нами Бог.
И крестная сила.
По всей России храмы побелили.
Но сквозь побелку вышли крови пятна.
По убиенным бабы голосили,
И звали болтуны на подвиг ратный.
Устала мать-земля от поруганья.
Отчаялись отравленные реки.
Ах, братья, не забудьте наши званья:
Славяне, Христиане, Че-ло-ве-ки!
Нарушили торжественную клятву.
Я призываю: "Миром — к покаянью!"
Пока Господь не выступил на жатву.
Нас предают, не верьте обещанью!
Надену крест
Не идите широким путем.
Этот путь для послушного стада.
Оставляя добро на потом,
Не приблизить Небесного Града.
Надену крест и белую рубаху.
Узнаю вас в толпе и улыбнусь.
И, молча, положу главу на плаху.
Пока я в духе, смерти не боюсь.
Боюсь за вас, оставленные зверю,
Обманутые зверем простаки,
Как путники, замерзшие под дверью.
Стучите! Вам отворят! Чудаки!
Вы в стороне, но вас не осуждаю.
Век короток, придет и ваш черед.
Крута гора и "неприступна" с краю.
Не каждый смертный на нее пойдет.
Но вам, на зов пошедшие за мною,
Оставлю я записку на столе.
Я напишу уверенной рукою:
"Спасайтесь на родимой стороне".
Храни вас Бог от черного безверья.
Я знаю, одиночество — обман.
Придет весна, и закипят деревья.
Поверьте, и рассеется туман.
Поверьте, и душа расправит крылья.
И воссияет сердце, как звезда.
И возродится новая Россия.
И старая проснется навсегда.
У меня есть душа.
Я не просто живу.
Я по жизни иду.
Среди тысяч путей
Я дорогу найду.
Ту, что только моя,
Лишь одну, лишь одну.
И с нее никуда
Не шагну, не шагну.
У меня есть душа, голубая от слез.
И еще Божий дар — понимание слова.
Я люблю эту жизнь без туманов и грез.
И поэтому, кажется, к смерти готова.
А еще есть любовь, что хранится в душе.
У нее за спиною огромные крылья.
Только их на земле не расправлю уже.
Крепко держит она, бесполезны усилья.
А еще есть друзья, что со мной навсегда.
И подставят плечо и из омута вынут.
Все поймут, не осудят меня никогда.
И в часы испытанья меня не покинут.
У меня есть душа.
Приходят в мир поэты и пророки
А где-то оборвали соловья.
И выстрелом калитка чья-то хлопнула.
Затрепетала нежностью душа,
Струною натянулась и. лопнула.
Приходят в мир поэты и пророки,
Вещая миру истину одну.
Живьем глотаю пламенные строки.
И вот уже я слышу тишину.
И хаос превращается в порядок.
И пью, и насыщается душа.
И старый растворяется осадок.
И даже смерть до боли хороша.
И вновь, и вновь для нас Христос родится.
И ты, мой друг, поди, и посмотри.
Живет в веках истории страница
И светится у каждого внутри.
А каждый, он, пожалуй, и не каждый.
Все больше мертвых душ среди живых.
Не каждый, тот, кто встретится, отважный,
Что высвечает темноту других.
Как мне горе развести?
Кто мне это говорил,
Что я рано полюбил
Одиночество и дальнюю дорогу.
Я из дома убежал.
Я страдание стяжал.
Я при звездах по ночам
Молился Богу.
Как мне выплакать любовь?
Как мне горе развести?
Как зимою не мечтать о лете?
Мне обиду не снести, если голову спасти.
Одиноко стало жить на свете.
У родимого крыльца как-то проклял я отца.
И погнал меня по жизни ветер.
Пусть я боли не боюсь.
Пусть я нищих не стыжусь.
Одиноко стало жить на свете.
Голова моя седа.
Да и что там голова.
На душе моей лежат пятна.
То обидные слова.
То постыдная молва.
То моя пред алтарем клятва.
Не откупишься
Ах, что ты, глупый человек,
Сытно ешь, да сладко пьешь,
Ведь судьба тебя найдет
Не слукавишь, не свернешь,
Вся Россия — зал ожидания
Не завидую вашей милости,
Не завидую их величеству.
Ни почету, ни злату-серебру,
Ни наградам, ни их количеству.
Сердце радостью так и полнится
От покоя в душе незримого.
Что задумано, то исполнится,
Составляя поток единого.
Провожаем друзей, прощаемся.
Вся Россия — зал ожидания.
Выпьем чарку, всплакнем, покаемся.
Может, свидимся, до свидания.
Поезд подали, поезд тронулся
И поплыли часы вокзальные.
Уезжают седые мальчики
И веселые, и печальные.
А знаешь, милая
А знаешь, милая, как больно.
Как по живому снова рвут.
Когда по сердцу сапогами,
Когда по совести не чтут.
А знаешь, милая, как зябко,
Как одиноко по ночам.
Что даже молишься украдкой
И все боишься закричать.
Пока живет на свете красота
Пока живет на свете красота,
Расти ее, расти и укрывай
От взгляда вражьего.
Пока еще в ребенке чистота,
Храни ее и душу завещай
Иди по жизни просто и легко.
Не мни ногами нежные цветы.
И помни, что душа твоя — цветок.
И Богу, несомненно, дорог ты.
Никогда не поздно возвращаться
Нет, никогда не поздно возвращаться
С большой дороги на тернистый путь.
Попробуйте прощать, а не прощаться,
Смотрите не на внешнее, на суть.
И не судите с легкостью суровой
Беспомощного брата своего.
Пусть он идет дорогою знакомой,
А вы свой путь пройдете за него.
Как поздно к нам приходит пониманье
И глупости своей и пустоты.
Как были мы жестоки в ожидании
Своей пустой надуманной мечты.
И сколько боли близким приносили.
И слез чужих не слышали капель.
А "проповеди" мы не выносили.
О чем же нам заботиться теперь?
Как жаль нам зря растраченные силы.
И больно за разбитый свой сосуд.
Воспоминанья злы, невыносимы.
И наша совесть — нам жестокий суд.
Незнанье наше нам не оправданье.
Наследники слепых поводырей.
Как поздно к нам приходит пониманье,
Что вот уже расплата у дверей.
Так видно нужно пасть, чтобы подняться,
Испить до дна, чтоб горечь ощутить.
Изляпаться в грязи, чтоб оправдаться,
И душу до прозрачности отмыть.
Простить врагов, себя возненавидеть.
И голову в смирении склонить.
И все вокруг по-новому увидеть.
Остаток дней по-новому прожить.
А вы ищите, люди, хлеба
А вы ищите, люди, хлеба.
Ищите хлеба, своего,
Который ешь и насыщает,
Того, что истина, его.
А вы просите, ради Бога,
Просите хлеба своего.
И лишь попробуйте немного,
Тогда полюбите его.
Ну, вот и дали нам свободу.
Но, как собаки на цепи,
Мы понабегались и снова
К своей блевотине летим.
А если дали бы нам силу,
А если дали бы нам власть,
Вот тут бы мы наколесили
И перелаялись бы всласть.
Теперь мечтайте о свободе,
О чем же вам еще мечтать.
Свободе лгать, свободе ползать,
Свободе истину кромсать.
И мило вам своим же детям
Свободно грязь преподавать.
И что потом еще пожнете,
Их научая убивать.
Когда гремит гроза шальная
Когда гремит гроза шальная,
Когда вокруг одни враги,
Я плачу, к Ангелу взывая.
Приди, заступник, помоги.
Приди, мой Ангел, мой Хранитель,
Утешь меня и успокой.
И отведи все беды сразу
Своей рукой, своей рукой.
Когда проходит искушенье,
На сердце снова благодать
И чистота, и умиленье.
Дай Бог вам это испытать.
Спасибо, Ангел мой Хранитель,
За тишину и за покой.
За то, что ты отвел все беды
Своей рукой, своей рукой.
Как будто крылья за спиною.
Сейчас возьму и полечу.
И сердце теплится любовью.
Я больше плакать не хочу.
Со мною Ангел мой Хранитель.
Со мною радость и покой.
Он нас с тобой соединяет
Своей рукой, своей рукой.
Опомнитесь, люди, довольно
Опомнитесь, люди, довольно
Катиться клубком под откос.
Мне страшно за вас, мне и больно
И к вам мой жестокий вопрос:
— Уже ли хотите проклятья
На внуков своих и детей?
Проснитесь! Опомнитесь, братья!
Откройте глаза поскорей!
Подумайте, какая же мы губка,
И сколько мы в себя впитали зла,
Наполнив душу из трясины топкой,
Под руководством старого козла.
И тянет нас болото, а не небо.
Все больше черных ангелов вокруг.
И быль переворачиваем в небыль,
Перед собою замыкая круг.
И в нашей власти доброту посеять
И на доверье вырастить любовь,
И прошлых поколений зло развеять,
И храмы побелить, смывая кровь.
И в нашей власти воспитать по вере
Детей и своенравных стариков.
Не верите? Попробуйте проверить.
По вере рвутся тысячи оков.
Я верю в доброту
Всей сущностью, всем сердцем.
Есть в странности моей
Разумное зерно.
Юлить и клеветать
Возможно ли под солнцем?
Для глупого царя
Отравлено вино.
Бегите от льстецов.
Рабы не знают дружбы.
От низости до зла
Такой короткий шаг.
Улыбка на устах,
Ведь это только маска.
С ней легче спрятать суть.
Ей вас прельщает враг.
И помните о том,
С какой идете целью.
У вашего креста
Щадящий средний вес.
Не всем дано понять
О том, что там, за дверью,
Сегодня фрак надел
Такой "приятный" бес.
Юлить и клеветать
Возможно ли под солнцем?
С чем к финишу придем?
Ей, ей пойдем на дно.
Мы можем опоздать.
Сейчас душа — оконце.
Ей снова свет зажечь —
Разумное дано.
Душа, гори, пылай.
Ценою дней без света.
Единое моли.
Моли для нас рассвета.
Над Россией встают купола
И все-таки храмы подняться должны,
Чтоб тысячи смертных к бессмертью пришли,
Чтоб выпрямить спины от ноши вины.
Развалины храмов, как поле войны.
И все-таки храмы подняться должны.
Над Россией встают купола.
В новом золоте храмы горят.
Обернется ли солью зола?
Что в народе о том говорят?
Можно ль грязные деньги отмыть,
Замесивши Христа на крови?
Можно ль тысячи русских забыть,
Что погибли за веру любви?
Над Россией встают купола.
Над Россией иконы висят.
Просыпайся, родная земля!
Поминальные свечи горят.
Доставай дорогую парчу.
Умывайся студеной водой.
И встречай Жениха у ворот
Возрожденною и молодой.
Звезда любви
И среди многих – алая звезда.
Она алеет капелькою крови.
Как будто от Куинджи к нам сошла
И замерла, чуть – чуть нахмурив брови.
И ожила таинственная нить.
Звезда любви – веди нас за собою.
И научи нас для других светить.
Звезда любви – гори своей любовью!
Христос родился!
И ожила таинственная нить.
Звезда любви, веди нас за собою.
И научи нас для других светить.
Звезда любви, гори своей любовью.
Когда зажгутся все созвездья,
И светлый праздник Рождества
Наполнит все дома весельем,
То не испортим торжества.
Простим все боли и обиды,
Забудем тягостные дни.
Сегодня в мир Христос родился!
Теперь мы с вами не одни.
И пусть сияют все созвездья.
И станет шире млечный путь.
Христос родился! Свет явился!
Звезда взошла. Скорее в путь!
Ангелы разные…
Милый мой друг, отчего ты невесел?
Или устал, или вдруг занемог?
Или тебя кто обидел напрасно?
Или кого-то простить ты не смог?
Ангел лукавый тебя одурманит.
Ангел коварный друзей оболжет.
Ангел Надежды нам веру подарит.
Ангел Любви нам надежду пошлет.
Славный мой друг, позабудь о печали.
Нынче не время бездельем грешить.
Сколько прекрасного мы не познали.
Сколько еще не успели свершить.
Это все ангел лукавый дурманит.
Он свои сети коварно плетет.
Только свободу нам Ангел подарит.
Ангел Любви нам надежду пошлет.
Приходите меня проводить
А я уже не я.
И мне уже не больно.
И я уже не здесь,
Но все еще не там.
Как тихо на душе.
Ах, суеты довольно!
Зачем же грустно вам?
Зачем же грустно вам?
Вы придете меня проводить
В мой последний нерадостный путь.
Вы придете меня осудить.
Вы придете меня помянуть.
Не нужна мне почетная рать.
Да и вся эта черная знать.
А зову я желанных гостей —
Поминальных горящих свечей.
Приходите меня проводить
В мой последний нерадостный путь.
Приходите меня проводить,
Приходите меня помянуть.
Ты пришел ради грешников в мир
Осанна! Осанна!
Кричали Тебе.
А сами, а сами
Пребыли в злобе.
А сами, а сами
Предали Тебя.
А сами с осанной
Распяли Тебя.
Ты пришел ради грешников в мир.
Ты пришел наше зло искупить.
И затем на Голгофу взошел,
Чтобы нас Своей кровью отмыть.
Чтобы нас возродить для любви,
Чтобы нищим надежду подать.
Из любви Ты умылся в крови,
Чтоб не смели любовь распинать.
Ты послушнее всех сыновей
И исполнил Ты волю Отца.
Шел Ты к людям, а встретил зверей.
И отдали на жертву Агнца.
Так никто не молился, скорбя.
И не слезы катились, а кровь.
Но не минула чаша Тебя
И распяли злодеи любовь.
Кто прошел за Тобою свой путь,
Кто по вере страданье стяжал,
Тот уже не сумеет свернуть,
Если в жизни креста не бежал.
Если чашу кровавую пил,
Если плакал кровавой слезой,
Значит, в вечность он пропуск купил,
Значит, стал виноградной лозой.
Ты воскреснешь опять и опять.
И заплачет Царица Небес.
Будет светлая ночь ликовать
И послышится: "Сыне воскрес!"
Тут же миром наполнится свет.
Разольётся Твоя благодать.
И воскликнем Царице в ответ:
"Да, воистину, Божия Мать!"
День победы
Все меньше Вас приходит, ветераны,
На митинги к могилам дорогим.
Все чаще нам приносят телеграммы:
«Болеем, уж простите, помним, чтим».
И тем с годами горше Ваши слезы.
И Ваша память злее и верней.
Простите, что мы дарим Вам не розы,
А похоронки Ваших сыновей.
Солдаты, старой гвардии солдаты,
Десантники, пехота и стрелки.
Вы помните бои и медсанбаты.
Жестокие бомбежки и штыки.
И маленькую девочку с цветами,
Что пела Вам в окопе о весне.
Солдаты, старой гвардии солдаты,
Рассказывайте людям о войне.
И вот минута скорбная молчанья.
И с нами те, кого давно уж нет.
Минута единенья, пониманья.
Что, кажется, скорбит весь белый свет.
Но в небо сыплет жаворонок трели.
И все сильнее неба синева.
И пусть сейчас все раны заболели.
Давайте жить, на улице весна.
Для чего мы пришли в этот мир?
Для чего мы пришли в этот мир?
Чтобы душу свою загубить?
Чтобы жить для веселых утех?
Чтобы есть, чтобы пить и блудить?
Чтоб закончить свой путь пустотой,
Не свершив по любви добрых дел,
Жизнь прожив за запретной чертой?
Кто нам скажет: "Да как же ты смел?"
Кто нам наши покажет грехи,
Кто откроет душевный наш ад?
Как найти в темноте маяки?
Дальше плыть, или полный назад?
Наша Совесть — вот строгий судья.
Обличает, но руку дает
И в бушующей жизни реке
Нам укажет единственный брод.
Наша Совесть — наш преданный друг,
Тот, кто с нами дойдет до конца,
Не обманет, в беде не предаст,
Кто заменит и мать и отца.
Нам подскажет, как "поле пройти",
Где в смиренье колени склонить,
Где заветное что-то найти,
Где прощенье врагу подарить.
Мы пришли в этот мир для любви,
Чтобы здесь превратиться в людей,
Чтобы вырастить крылья свои,
Чтоб взлететь, а не тешить червей.
Ты с Ангелом бываешь?
Скажи, мой друг, ты с Ангелом бываешь
Наедине, в тиши, в заветный час?
Тогда же откровениям внимаешь
И видишь мир, как будто в первый раз?
И происходит духа обнищанье,
Но обнищанье скверной, злом, враждой.
Великий взлет и миропониманье.
На каверзный вопрос — ответ простой.
Как озаренье, как дитя пред Богом.
Ты с Ангелом беседуешь в тиши?
Как ясно все и, до смешного просто.
А если не запомнишь, запиши.
Беги от суеты, от шумных сборищ.
Тебе твой Ангел — самый верный друг.
А если чем обидишь ненароком,
Беги за ним, верни его, мой друг.
Проси прощенья, горько плачь и кайся,
И наизнанку выверни себя,
И зло свое исправить постарайся.
Живи, мой друг, по-ангельски, любя.
Что такое Православие?
Что такое Православие?
Это слава дела правого.
Это слово правды истиной,
Кто такие люди Божии?
Христиане, что за партия?
Это все Христово воинство,
Где оружие - распятие.
И Россия наша матушка
В ожиданье воскресения,
Как земля обетованная,
Поле брани и спасения.
А Россия наша светлая
Куполами к небу тянется,
Колокольным звоном полнится.
Кто предаст ее, раскается.
А Россия - терпеливица,
Ждет Христова возвращения,
Ждет любви и покаяния,
Ждет смиренья и прощения.
Где же корни наши русские?
Наши корни — в Православии.
В сказах дедов наших, прадедов,
В их духовном понимании.
В наших селах, наших кладбищах,
В наших душах несгибаемых,
В нашей вере, нашей совести,
В наших Храмах возрождаемых.
В наших старцах и юродивых,
И в земле, видавшей кровушки,
В пастушка игре задиристой
И в печальной песне вдовушки.
Это корни наши, русские.
Значит, дело наше — правое.
Крепко держат нас над пропастью
Наши корни — Православие!
Прости врага, и друг тебя простит
Какой же силы нужно покаянье,
Чтоб из души все зло исторгнуть прочь?
Какой молитвой, и каким молчаньем
Душе своей сумеем мы помочь?
Нам жизнь свою годами не оплакать,
Грехи свои постами не отмыть.
Пока мы не научимся по вере
И ближних, и врагов своих любить.
Пока мы не научимся смиренью.
И если зло внутри у нас кипит,
То внешнее - притворство, лицемерье.
Прости врага, и друг тебя простит.
Зови тогда Пречистую на помощь,
Когда с собой сражаться нету сил.
Она укроет нас Своим покровом,
Она поможет, только попроси.
Но если на душе покойно стало,
И в доме воцарилась тишина,
Перед иконой посиди в молчанье.
Она все видит, слышит нас Она.
Ей не нужны ни деньги, ни лампады,
Ни похвалы высокие слова.
Скажите просто: "Матушка, спасибо",—
Как наши дети, встав из-за стола.
Тот, кто прав, молчит
Если рядом кто-то слишком громко
Говорит о разных пустяках,
Значит здесь какая-то неправда,
Значит где-то ложь в его словах.
Тот, кто прав, молчит, ведь он спокоен.
Что ему кричать, когда он прав.
Он великой чести удостоен,
Тих в речах, и прост, и не лукав.
Смертная память
Я знаю, людей иногда посещает
Такое безумье и ужас такой,
Когда им Господь их самих открывает,
Их ад, что создали своею рукой.
Когда пред очами проходят их годы,
И детство, и юность, и время сейчас,
И люди, которых они не простили,
Которых не приняли в радостный час.
Которых отвергли, прогнали, побили,
Которых проклятьем пригнули к земле,
Которых отторгнули, оговорили,
От горя людского пройдя в стороне.
И страшное то откровенье и боле
По силам не каждому это дано.
Иной и в безумье уходит от боли,
Когда опустился на самое дно.
Но смертная память — великое дело.
Ее нам дарует Господь по любви.
И если устало ослабшее тело,
То Высшие Силы на помощь зови.
Стучи и отворят!
Никто никому не поможет насильно,
Ведь только просящим спасенье дано.
А быть гордецом, что свиньей, равносильно.
Остаться в грязи гордецам суждено.
И будет роптать на судьбу, на людскую
Жестокость, на злобу, на время, на век.
Как будто не знают, что в жизни дорогу
Лишь сам выбирает себе человек.
Мы сами судьбу свою строим и рушим
И сами себе выбираем друзей.
Идем неразумно по жизням, по душам,
Вскрываем запоры запретных дверей.
И тащим с собой непосильную ношу
Ненужного хлама, обид и долгов.
Стучим не туда и поэтому чаще
Теряем друзей и заводим врагов.
Неужто забыли: "Зови и услышат!
Стучи и отворят! Проси и дадут!"
Но выбери дом, где действительно люди,
Живые и добрые люди живут.
Великое - в малом
От богатства идет нищета.
Лишь бездомный владеет всем миром.
Непонятна его красота.
Он при жизни не станет кумиром.
Он земное величье отверг,
Он богатство, как тлен презирает.
Он великое в сердце согрел.
Он в лохмотья любовь укрывает.
От назойливых суетных глаз
Он упрятал любовь за юродство.
Не выносят любовь напоказ.
Если налюди, значит притворство.
Он украдкой творит чудеса,
Горько плачет за наше безумство.
Неземная его красота.
Несравнимо его превосходство.
Мы очень часто слышим про любовь
Мы очень часто слышим про любовь.
И о любви мы столько прочитали,
Что, кажется, устали от нее.
Мы это слово слишком затаскали.
Но вот спроси любого наугад:
- Скажи, мой друг, а что любовь такое?
Ответит, только будешь ты не рад.
Вздохнешь тогда, когда он рот закроет.
Любовь, она настолько велика,
Настолько неземно ее обличье,
Что нам, земным, не подобрать слова,
Чтоб стало ясно все ее величье.
Чтоб показать ее со всех сторон.
Настолько многогранна и безмерна.
И с чем бы нам не сравнивать любовь,
Она ни с чем, поверьте, несравненна.
Ее нельзя открыть, нельзя приять,
Нельзя купить и прочь нельзя прогнать.
Любовь - образованье неземное.
Любовью невозможно обладать.
И ей противны плотские влеченья.
Ее носитель - только сильный дух.
Она не может вспыхнуть озареньем.
Любовь рождается не сразу и не вдруг.
И помните, что нужно быть собой,
Чтобы идти по выбранной дороге.
И если говорим мы о любви,
То, значит, мы беседуем о Боге.
Хвалю Тебя, хоть знаю, недостойна.
Молю Тебя о суетном, мирском.
И если я во внешнем и спокойна,
Внутри кипит, грешу я языком.
О, разум мой, ты слишком много знаешь.
Глаза мои, не замечайте ложь.
Умолкни, мой язык, и осужденьем
Ты больше мою душу не тревожь.
Хвалю Тебя, хоть знаю, недостойна.
Молю Тебя, приди и помоги.
Ты мне помог с сильнейшими врагами.
Одолевают слабые враги.
Их тучи. Я их сброшу. Только снова,
Как мошка, налетят со всех сторон.
И нету сил, и нет живого места.
О, Господи, услышь моленья стон!
Хвалю Тебя, хоть знаю, недостойна.
Молю Тебя о суетном, мирском.
Даруй мне, Боже, миропониманье.
И дай мне силы сладить с языком.
Что такое - тело?
Что тело? Всего лишь вместилище духа.
Его упаковка, наш временный дом.
Здесь мы пребываем до часа, до срока.
Тогда, как скорлупку, его разобьем,
Чтоб выйти на волю, чтоб крылья расправить,
Чтоб духу возросшему к небу взлететь.
Придется смириться, не надо лукавить.
Родится душа через плотскую смерть.
Но чтобы душа в чистоте возрастала,
И дом ее должен быть истинно чист.
Давайте же в доме своем приберемся
И душу отбелим, как сотканный лист.
Лик Спасителя смотрит на меня
Я открою книжицу старую свою.
С нею, как с подругой, я заговорю.
И родятся добрые, светлые слова.
Это лик Спасителя смотрит на меня.
Взор незатуманенный в детство обращу.
О добре, утраченном, тихо загрущу.
Попрошу у прадеда вывести коня.
Знаю, лик Спасителя смотрит на меня.
Оживает в сердце сказка-старина.
С бабушкиной прялкой сяду у окна.
Вот у самовара вся моя родня
Тихо и спокойно смотрит на меня.
Темные иконы в уголке стоят,
Теплится лампада, две свечи горят.
И через столетья, как водой кропят,
Души наших предков с нами говорят.
Будто защищая, словно отводя,
Но, не осуждая, разве что любя.
И сказала бабка: "Милое дитя,
Видишь, лик Спасителя посмотрел на тя".
Мы своеволие творим!
Молчат глаза, приучены лукавить.
Молчит язык, у совести спрошу.
Когда же ничего нельзя исправить,
Кипящий гнев смиреньем погашу.
Не в зеркало смотреть нам подобает,
А внутрь души, в глубины, в бездны тьму.
И если страстный гнев не угасает,
Вину свою приписывать кому?
Куда бы ни бежали мы, повсюду
В своем аду мы продолжаем жить.
И близких осуждая за жестокость,
Своим страстям останемся служить.
И никогда от собственного сердца
Не спрятаться за мир и за уют.
И если в сердце холодность и злоба,
То разве ближние виновны тут?
И думая, что ищем мы покоя,
Бежим креста и только лишь вредим.
Нам следует искать пути от Бога.
А мы же своеволие творим!
Мы во времени живем
Мы во времени живем, занимаем, тратим.
Мы по времени снуем, мы за время платим.
Уплывая и паря, обретая вечность,
Мы во времени растим нашу человечность.
Унесет за горизонт будничное время.
Это время — быстрый конь, суетное бремя.
Только есть другой воды время неземное.
Как вам это объяснить, что это такое?
Это вечность, это мир в маленькой ладошке.
Это целый океан даже в чайной ложке.
В нем такая глубина, высота такая.
Это можно ощутить, только познавая.
Это время не зажать в формулы земные.
Вся вселенная внутри, если мы живые.
Перед нами в краткий миг жизнь предстанет наша.
И обиженный малыш, и на стуле каша.
Ложь, наветы, клевета, вся неправда ночи.
Что мы сделали во зло, вдруг увидят очи.
Но, когда пройдет беда, минует лихое,
Удивимся, вмиг года убрались с лихвою.
У печи старушка-мать учит нас терпенью,
Дед кадушку мастерит доброму соленью.
Мы на горке черный хлеб с луком уплетаем,
Теплых крохотных щенков в конуре считаем.
Это время нам дано, как прикосновенье,
Как объемное кино или озаренье.
Только, если захотеть, очень постараться,
Можно время разглядеть, по нему подняться.
Нет, не оставлю я мою Россию
Нет, не оставлю я мою Россию
В годину испытания ее.
И братьев православных не покину,
И поле недожатое мое.
И не отдам березовые рощи
На поруганье злому палачу.
Живых ключей целительную силу
Солдатским сапогом не затопчу.
Еще не всех стихов простые строки
Я выплеснула болью из души.
Не дострадалась я до совершенства,
Еще я не наплакалась в тиши.
Нет, не оставлю я мою Россию,
Не променяю память на тоску.
Разбуженную верою, красивую.
Я новое величье ей реку.
Я новое рожденье ожидаю
И новое крещение Руси.
Я с нею, заплутавшею, страдаю.
О, Господи, помилуй и спаси!
Не брошу недостроенные храмы,
Еще не всюду подняты кресты.
Еще глумятся над страною хамы,
Покуда наши души не чисты.
Нет, не оставлю я мою Россию.
Ее ко Граду Горнему причтут.
Поруганную, нищую, красивую,
Не променяю на земной уют.
Пастырство, монашество, любовь
Рождество Твое, Христе Боже наш,
Удостоились нынче видеть мы.
От одной звезды озарился мир.
Воссиял рассвет, не осталось тьмы.
В храме Ангелы службу правили.
Ну, а пастыри паствой правили.
Нас звезда вела светом истины.
А былую жизнь мы оставили.
Добрый кормчий наш у руля всегда.
Как же быть еще, ну конечно да!
Тихо плещется за бортом вода.
И с тобою нам не страшна беда!
Огоньки вокруг, то ученики.
Ты горишь звездой, и не прекословь!
И созвездием воссияют вновь
Пастырство, монашество, любовь.
Что-то со мной происходит
Что-то со мной происходит.
Внутрь не могу заглянуть.
Кто-то ломает и строит
Заново всю мою суть.
Полнится сердце истомой,
Словно набухший бутон.
Я себя слышу "готовой".
Я себя вижу "другой".
Перематываю в клубочки
Возвращаюсь назад и снова
Провожу своей жизни нить.
Обличаю места изломов
И пытаюсь сейчас спрямить.
Разбираю тугие петли
И распутываю узлы.
То ли было мне мало света?
То ль помощники были злы?
Перематываю в клубочки
И хочу поскорее убрать.
Но настойчивый голос дочки:
— Мама, мама, хочу вязать!
Ударюсь лбом
Ударюсь лбом и отойду назад.
— А нужно ли мне это?
Зачем же пробираться наугад.
Передохну и подожду рассвета.
И вот с рассветом вспыхнут маяки.
Попутный ветер паруса наполнит.
И все уступы кажутся легки.
Вот только в стенку
Биться лбом не стоит.
Я уже не прячусь от желаний
Я уже не прячусь от желаний.
Все они покинули меня.
Не хочу ни власти, ни страданий.
Это все мышиная возня.
Я иду по узкому ущелью,
Вслушиваясь в зов проводника.
Обхожу уступы и расщелины
И слежу за светом маяка.
Этот свет то ярче, то слабее.
Этот зов то властен, то затих.
Я иду все тверже, все смелее,
Поднимая по пути других.
Этот зов уже идет от сердца.
Сердце разрывается, болит.
Это значит, что оно не тлеет.
Это значит, что оно горит.
С трудом шепчу слова молитвы
С трудом шепчу слова молитвы.
То в сердце смута, то опять
В молитве к Богу прикасаюсь
И ощущаю благодать.
Чуть поднимусь и снова в бездну,
И снова вечной ночи страх.
Душевной боли безысходность
И всех надежд жестокий крах.
Опять в сетях, опять в ловушке.
Смертельной боли нет конца.
Прошу: « Люби меня потише».
Молю пощады у Творца.
Но вновь в смирении склоняюсь.
Будь воля мудрого Отца.
Я пью до дна из полной чаши
Свои страданья до конца.
Молитвы-посоха держись!
Молитва - камень преткновенья.
Но станет во главу угла.
Не человечьих рук творенье.
На нити жемчуга - слова.
Они сияют откровеньем
И излучают дивный свет.
Они рассеют все сомненья,
Укажут грешникам рассвет.
Молитва - это наши крылья.
Молитвой пламя угасим.
Молитва - лестница на небо,
Себя молитвой укротим.
И устыдим себя словами
Далеких праведных мужей.
Тогда поднимутся над нами
Слова на сотни этажей.
Не вавилонское творенье,
Но башня под Небесный Град.
Худое наше разуменье.
Коснулся миг, и то будь рад.
Не требуй боле благодати,
Что сердце может разорвать.
Довольно нам и той крупицы,
Что можем в сердце удержать.
Молитва - это дар бесценный.
Не можешь плакать - помолись.
Молитва душу очищает.
Смиряйся доле неизбежной
Смиряйся доле неизбежной,
Покорна будь своей судьбе.
И оставайся столь же нежной.
Желаю мудрости тебе.
Терпи, прощай и улыбайся,
И созидай вокруг себя
Любовь. И снова возвращайся Туда, где милуют, любя.
Туда, где солнечные блики.
Туда, где светлые пути.
Лети туда, большая птица!
Лети! Лети! Лети! Лети!
Ты любишь меня, Господи?
Ты слышишь меня, Господи? Мне больно.
Ты видишь меня, Господи? Нет сил.
Ты любишь меня, Господи? Довольно.
Мне тяжкий этот крест невыносим.
Я знаю, Ты всё делаешь во благо.
Я помню, ждут меня на небесах.
И потому, опять беру бумагу,
Чтоб отыскать ответ в Твоих словах.
И всё смывают слёзы умиленья.
Ты любишь меня, Господи? Прости.
Так покажи мне малые знаменья,
И помоги мне крест мой донести.
Только память болит
Отгремели бои, отшумела война.
Только память болит, только память жива.
Нету с нами друзей, далеко острова,
Только память болит, только память жива.
Умолкает салют, затихают слова.
Только память болит, только память жива.
Знала мать, Кого молить за сына.
И пошла тернистою тропой.
И обиды горькие сносила.
И носила свитки за собой.
И почти не плакала, молчала.
И терпела скорби и нужду.
И на небо боль ее кричала,
Но она не сеяла вражду.
Знала мать, о чем спросить у сына.
И нашла заветные слова.
Зазвенели пламенные струны.
И Душа запела, зацвела.
И Душа наполнилась Любовью.
И от сердца ниточка легла.
Стала эта нить дорогой к дому.
И от края сына увела.
Я белой чайкой полечу домой
Я верю в мудрость, верю в откровенья.
Я верю в сказки, верю в чудеса.
И потому живу с открытой дверью.
Я знаю — это путь на небеса.
Я верю в бесконечное движенье
И ощущаю крылья за спиной.
И потому подъемы и паденья
Не разлучат меня с моей мечтой.
Я верю, что когда окрепнут крылья,
Я поднимусь над грешною землей.
И прочь отступят скорби и унынья.
Я белой чайкой полечу домой.
Я не плачу от отчаянья
Я не плачу от отчаянья.
Я с отчаяньем борюсь.
Если сердце опечалится,
Я Всевышнему молюсь.
Я молюсь о ниспослании
Веры, силы и любви.
Замираю в ожидании
Новой утренней зари.
Я не плачу от отчаянья.
Я с отчаяньем борюсь.
Если я паду нечаянно,
И найду дорогу главную,
Угадаю верный шаг.
Отыщу приметы добрые.
Ну, а если что не так?
Не заплачу от отчаянья.
Сердце верой напою.
Подниму глаза и радостно
Встречу новую зарю.
Храни покой
Храни покой, храни крупицы счастья.
И верность, и надежду сохраняй.
И проявляй заботу и участье.
Других своей любовью согревай.
Умей терпеть, умей хранить молчанье,
Когда, казалось, нету сил молчать.
И преврати в моленье ожиданье,
Коль есть тебе кого-то ожидать.
Коль есть в тебе последняя надежда,
Поддерживай заветный огонек.
Храни в Душе ее росточек нежный,
Храни от ветра хрупкий уголек.
Умей прощать и покрывать любовью.
Умей дарить и сохранять тепло.
Умей любить по Божьему закону,
По-детски, тихо, просто и светло.
Несу я свой черед
Смирение и труд. Что выше перед Богом?
Терпенье и любовь — вот, сестры, наш удел.
И если воспевать, то только чистым слогом.
И только чистоту простых Христовых дел.
Смиренье и любовь — старинные подруги.
Что выше на земле, дороже и прочней?
Несу я свой черед, не замыкаясь в круге.
Я чувствую Любовь и покоряюсь ей.
Не узнавай, куда я путь склонила,
В какой предел из мира перешла.
Я все свое земное завершила.
Я на земле любила и жила.
Я чищу перышки с утра
Как дивно воспарить на легких крыльях Духа.
И музыка небес тотчас коснется слуха.
На несколько секунд растаять в облаках
Малюткой в теплых маминых руках.
Как дивно воспарить на прочных крыльях Духа.
И то, что видит глаз, того не внемлет ухо.
Пусть неподвластна разуму игра,
Но я готовлю перышки с утра.
Читайте детям сказки
Читайте на ночь детям сказки,
Будите в детях добрый свет
И не жалейте детям ласки —
Для вас мой дружеский совет.
И будьте с ними откровенны
И так же попросту честны.
Не заносите детям скверны,
Ведь мы плодом своим красны.
Ведь жнем мы то, что сами сеем.
И как нам это не понять.
Иль не хотим, иль не умеем
В своих потомках воссиять.
Заблужденье
Мечтаем Рай построить на земле,
Но эта мысль ущербна, безнадежна.
И это все потворство сатане.
Рай на земле построить невозможно.
Когда же перестанем мы страдать
И возрастать духовно через боли,
Угаснем и не сможем осознать,
Что, сытые, ушли от Божьей воли.
Не будет над Россией тишины,
Благополучья западного мира.
Не потому ль бежали из страны
Поклонники великого кумира.
Нет, милые, мамоне нам служить
Не подобает. Истина дороже.
Уж лучше голодать, но честно жить,
Чем наши души бросить козьей роже.
Возродись, душа
Можно ползать, можно тихо жить,
Можно и скучать, и увлекаться,
Или просто ближнему служить,
О себе забыв. И подниматься,
Наполняя душу чистотой,
Нежной материнскою заботой,
Возрождая сердце добротой,
Кротостью, любовью и работой.
Подниматься ввысь. И нет конца,
Нет предела таинству познаний.
Так трудись, душа, не смей черстветь,
Камень-сердце брось в огонь страданий.
Умирая, заново родись.
Плачь, душа, распахнутая в клочья.
И пшеничным полем обернись,
Возродись, душа, в колосьях прочных.
Неупиваемая чаша
Упрямо верю, никогда не сможет
Остынуть сердце, истину храня.
И пусть вовек не оскудеет чаша,
Однажды напоившая меня.
Доброта — она светится
Доброта — она светится.
А еще она с крыльями.
И когда с ней встречаемся,
То становимся сильными,
То становимся смелыми,
Молодыми и добрыми.
Растопите зло добром
Зря не прыгайте под солнцем,
А ходите при луне.
Не запнетесь, не убьётесь,
Если будете в уме.
Высоко не забирайтесь,
Чтобы низко не упасть.
А еще не надо злиться,
Чтоб в безумие не впасть.
Чтоб в ответ дурные мысли
От других не получать,
Не ворчите, не шипите,
Чтоб других не огорчать.
Зло ко злу всегда стремится.
Обрастает снежный ком.
Чтобы в пропасть не скатиться,
Растопите зло добром.
Лето Господне
В час предрассветный — покой.
Прячется сон у ресниц.
Солнце встает над землей.
Будит деревья и птиц.
Будит назойливых мух,
Будит росинки в траве.
Так истончается слух,
Чудится, будто во сне
Лето Господне идет.
Солнце над миром встает.
Пахнет медами в лугах.
Лето Господне в цветах.
Не бегите своего креста
Не бегите своего креста.
Слушайте веления Христа.
Чтоб не захлестнула суета,
Помните распятого Христа!
Я помню, в детстве каждый день
Был полон новизны.
Цветы, улыбки, игры, смех
И сказочные сны.
И страхи детские мои,
И детские мечты.
И был мне другом старый лес,
Мы были с ним на ты.
Учил с консервами бульон
Отец меня варить.
Когда-то с ним мечтали клад
В овраге мы отрыть.
Учил меня он вышивать
И говорить не вдруг.
Он был мне добрый врач и мать,
И мудрый верный друг.
Учил меня искать грибы,
Открыл секрет ухи.
И думал прежде, чем сказать,
Учил со мной стихи.
И математику решал,
И на руках носил,
И ноги салом растирал,
Как мало пожил ты, отец.
Хотел до ста дожить.
Ты много делал добрых дел.
И не любил учить.
Убили дерево
Убили дерево, убили.
По шее шаркнули пилой.
Другое - с корнем повалили.
Когда же рухнуло стеной,
То охнул лес. Теснее сбилась
Берёзок робкая чета.
И замерла, и изумилась,
Застыла в страхе красота.
Как прекрасна душа у тебя!
Даже, если отсюда далёко,
Вижу отблески чудо-огня.
Как горит твоё сердце высоко.
Как искрятся на крыльях лучи,
Как тепло от высокого слова.
Можно словом больного лечить
И поднять оступившихся словом.
Можно сотни холодных свечей
Чистым словом зажечь в одночасье.
Можно страсти огонь затушить,
Иль кого-то укрыть от несчастья.
Чудо-слово ведёт за собой.
Если верить, откроются двери!
И тускнеет земная любовь.
И легко в неземную поверить.
Правила игры
Тебе бывает также грустно.
И ты сомнением томим,
Когда вокруг темно и пусто,
Когда ты болен и гоним.
Когда тебя не понимают
И предают твои друзья,
Когда в отечестве не знают
Пророка, гения, царя.
И ты подвержен искушенью.
И лишь молитва – верный щит,
Одна надежда на спасенье,
Страстям бушующим – гранит.
Твоя душа святому внемлет
И знает правила игры.
Мы спим, когда наш враг не дремлет
И, затаившись, ждёт поры.
Помоги нам, Боже
Господи, помилуй. Господи, прости.
Помоги нам, Боже, веру обрести.
Помоги России отыскать свой путь.
Чтобы нам к Христову воинству примкнуть.
Научи нас, Боже, правде и любви.
Пламя созиданья разожги в груди.
Покаянным плачем растопи сердца.
Научи нас верить, верить до конца.
На краю у бездны крылья подари.
И великой правды двери отвори.
И уста отверзи и вложи в уста
Мудрость откровенья. Истина проста.
Господи, помилуй. Господи, прости.
Помоги России крест её нести.
Помоги оттаять, помоги собрать.
Заново родиться и другими стать.
Нам завещал Христос любовь
Не принуждайте малых сих
Поклоны класть пред образами.
Глядите светлыми глазами,
С любовью, на детей своих.
Нам завещал Христос любовь,
Не правду, и не истязанье.
Себе же можем в наказанье
Мы стать кошмаром детских снов.
И изуродовать дитя.
Ведь так оно прозрачно, хрупко.
Нежна душевная скорлупка.
Они потом нам не простят.
Ещё никто насильно мил
Не стал другому под давленьем.
Вы вольны сердцем и стремленьем.
Но нет у вас душевных сил.
И вновь истерика и крик,
И вместо ласки – взгляд жестокий.
Тот встретит старость одинокий,
Кто не любил детей своих.
Не принуждайте чад своих
Расти в миру жестокосердья.
Учите свету милосердья,
Смирив свой гнев, прощая их.
Тогда весною расцветёт
Больная ветвь в саду любимом,
В слезами политом, хранимом.
И плод достойный принесёт.
Мы – соль земли
О, сколько в людях есть от Бога!
Они не ведают того.
Когда опасна их дорога,
То вспоминают про Него.
А, если с Богом, если вместе?
А, если просто и легко?
А, если – Свете душе - невесте
И, с плачем, прочь из горла ком.
Тогда, мы сами – свет и жемчуг.
Мы – правда мира, соль земли,
Окно, распахнутое в вечность,
Мы – царство, полное любви!
Хочу небесной птицей стать
Гляжу восторженно на небо,
Как в синеву бездонных глаз.
Несчастен тот, кто счастлив не был,
Кто не любил хотя бы раз.
Томит предчувствие полёта.
Вселенной сердцем не объять.
И говорит мне тихо кто-то:
- Кто любит, может всех обнять.
Обнять счастливых и несчастных,
Согреть холодных и больных,
Поднять слепых и безучастных
И напоить ещё живых.
Кто любит, может всё осилить
И растопить любые льды,
Расколдовать любые чары
И отыскать живой воды.
Перемешались быль и небыль.
Как сладко с птицами лететь.
Зовёт меня большое небо.
Хочу небесной птицей стать.
Ко мне вернулся добрый Ангел
Ко мне вернулся добрый Ангел,
Принёс с собою два крыла.
Мне дорог этот дар бесценный.
Зажёгся свет, исчезла мгла.
И небо звёздами пробилось
Ко мне навстречу через ночь.
Я, как бы заново, родилась,
И злое всё исчезло прочь.
И мне вселенная открылась
В потоках света и тепла,
Когда я птицей обратилась,
Коль две руки, как два крыла.
О, как я Родину люблю!
О, как я Родину люблю!
Люблю до слёз, люблю до боли!
Люблю Российское раздолье!
Я чистоте хвалу пою.
Я всю вселенную люблю!
Люблю отождествлять с собою
Всё, что Господь творил с любовью.
Его же трепетно молю:
- Спаси, кого я так люблю!
Поднимайте детей к свету
Поднимайте детей к свету
На могучих крыльях любви.
Мы в ответе за всю планету.
Все мы дети одной земли.
Все мы братья семьи единой.
Встанем ближе, к плечу плечо.
И помолимся о спасенье,
С верой, трепетно, горячо.
Мы в ответе за то, что было,
Даже тысячи лет назад.
Скоро финиш. Так что нам выбрать?
Будет мрак, или райский сад?
Поднимайте детей к свету.
И приблизится к ним свет.
Если мы не спасем планету,
Нашим детям держать ответ.
Не оставь меня, Боже
Не оставь меня, Боже,
На распутье дороги,
Не оставь среди моря,
Под накатом волны.
Не оставь меня, Боже,
На опасном обрыве,
Среди хаоса мнений Бесконечной войны.
Помоги мне, о Боже,
Над безумьем подняться,
Утверждая законы Настоящей любви.
Как хочу я, О Боже,
Позови меня, слышишь?
За Собой позови!
Прости за то …
Прости меня, Боже,
За дерзость мою.
За то, что не плачу,
За то, что летаю,
За то, что люблю,
За то, что теряю,
За то, что коплю…
Храни ее, свою голубку
Храни ее, свою голубку
И в будни, и в лихие дни.
Страшна расплата за ошибку.
От вдовьих слез ее храни.
Пусть ваши чувства не иссушит
Не сильный зной, ни суховей.
И верной клятвы не нарушит
Никто из вас к исходу дней.
Идите рядом по дороге,
Несите чистую любовь.
И чаще думайте о Боге.
И удивляйтесь вновь и вновь
Великой силе откровенья,
Когда все беды нипочем.
Любовь не знает отчужденья.
В любви идут к плечу плечом.
Хочу Твоим сосудом быть!
Наполни, Господи, скорей
Пустой сосуд души моей!
И от щедрот Твоих излей
Живой поток любви Своей!
Ты говоришь: «Плохой сосуд!
Какой в нем прок, когда он худ?»
Ты подними меня, отмой.
Я стану цельная с Тобой.
Коль много вмятин, переплавь
И у источника поставь,
Усталым путникам служить.
Хочу Твоим сосудом быть!
Никого не вините в своих неудачах
Никого не вините в своих неудачах,
Исправляйте подъемом паденья свои.
И не думайте жить, лишь печалясь, да плача.
Искупайте проступки делами любви.
И, омывшись слезами, спешите в дорогу.
И найдите попутчиков в трудном пути.
Пусть местами вы с ними шагали не в ногу,
Лишь бы вместе к намеченной цели прийти.
Не берите в дорогу ненужного хлама.
Не тащите с собою обид и тревог.
Нам осталось пройти удивительно мало.
Мы стоим перед выбором горных дорог.
Виноградная лоза
Я стою у начала крутого подъёма.
Серпантины дорог позади и во мгле.
И зовёт на вершину предчувствие дома.
И от этого крепнет решимость во мне.
И от этого чувствую силу и радость.
И к вершине тянусь виноградной лозой.
До неё дотянуться всем сердцем стараюсь –
До желанной, заветной и самой родной.
Мне бы веткой коснуться заветного края.
Мне б листвою прижаться к замшелой щеке.
Чтобы там, наверху, все мечты воплощая,
Их, как кисть винограда, поднять на руке.
Тяжёлые уроки
Мне все трудней усваивать уроки,
Не за свои ошибки отвечать.
Уже подводит память и вниманье.
И все труднее новое начать.
Никак не научусь без боли падать,
Чтоб быстро подниматься и идти.
Мне грустно, я друзьям почти не рада.
Сумею ль их предательство простить?
И как потом идти по этой жизни?
Иль вовсе людям доверять нельзя?
Когда меня спасли чужие люди,
А предали старинные друзья.
Виват, король!
Я странная теперь – смеюсь и плачу.
От этого и больно и легко.
Одна я не решу свою задачу,
Когда на поле столько игроков.
Вокруг меня снуют слоны и пешки,
И лошади из свиты короля.
Сдаю назад и уступаю место.
Плывёт ладья без вёсел и руля.
У короля мигрень и паранойя.
Он одинок и так не любит «мат».
И сердце у него такое злое,
Что он давно и сам себе не рад.
А на доске последних съели пешек.
Ну, что, король? Пол-царства за коня?
Виват, король! Коль ты безгрешен.
Ты, наконец, добрался до меня.
Твои слова… На что они похожи?
На тихий снег под Старый Новый год.
Твои слова меня в ночи согреют,
Меня укроют посреди забот.
Когда вокруг стеной сгустились тучи,
Когда в душе покой не сохранить,
Твои слова прощать меня научат,
Научат верить, помнить и любить.
Храни тебя, Господь, от злого слова,
Храни, Господь, от зависти людской.
Пусть клевета, как град, в окно стучится,
По «Слову» мы оправданы с тобой.
Причина – следствие
Белые барашки облаков
Медленно направились к закату.
Ветер пролетел и был таков.
Видно получил свою зарплату.
Всё, что происходит на земле,
В небесах, на суше и на море –
Отраженье хаоса в душе.
Малый грех влечёт большое горе.
Мы кого-то ранили в упор,
И сошла лавина с белых гор.
Нищему не подали руки,
И в земле сокрылись родники.
Всё, что происходит на земле,
Происходит прежде в нашем сердце.
Сумма зла пожарами горит.
Что же наша совесть говорит?
Отогрей меня, Господи
Отогрей меня, Господи.
Только ветер утих.
Приюти меня, Господи,
На задворках Своих.
Сохрани меня, Господи,
Среди диких зверей.
Оправдай меня, Господи,
Так жесток суд людей.
Защити меня, Господи,
От неправды и зла.
Пробуди меня, Господи,
От смертельного сна.
Освяти меня, Господи,
Дивным светом Своим.
Научи меня, Господи,
Божью правду творить.
Пусть сгорит вол мне, Господи,
Отпадёт всё ненужное.
Я хочу быть с Тобой.
Обнови меня, Господи,
Пред Тобою стою.
Слава Господу! Господи!
Каждый из вас – бриллиант!
Делайте дело с любовью.
Делайте дело с душой.
Труд выбирайте по сердцу.
С буквы пишитесь большой
Не разбивайте на крохи
Дара бесценный алмаз.
Ваша забота – огранка.
Даст Бог оправу для вас.
Трите, шлифуйте, растите,
Не зарывайте талант.
Людям сияйте, как солнце.
Каждый из вас – бриллиант!
Теория относительности
Не верит душный зной в приход зимы.
Зимою долгой не дождёшься лета.
Насколько мы с тобой светлее тьмы?
Настолько мы с тобой темнее света…
Люди не слышат
Растёт число обманутых людей –
Овец, ведомых на закланье зверю.
Отец, молю, глаза Ты им открой!
Я им кричу, но говорят: «Не верю».
Не верят в день, предпочитают ночь.
Не верят в мир, предпочитают войны.
Я им пою, но убегают прочь.
На свет зову, предпочитают стойло.
И вновь – удар. Качнулся небосвод.
И все нарывы на земле прорвало.
И зарыдали даже ледники.
Уже ль вам, люди, этого не мало?
Благий Господь, Ты дал мне тишину.
И вот она наполнилась любовью.
Кто хочет пить? Придите – напою.
Как нас учил Христос, своею кровью.
Научи нас друг друга любить
Напитай меня, Господи , силой Своей,
Окружи меня, Господи, Славой Своей.
Освяти меня, Господи, светом любви.
Научи меня, Господи, правду творить.
О, Иисус, на Тебя уповаю.
Ты один не оставил меня.
Я Тобою, Господь, оживаю.
Без Тебя не прожить мне и дня.
О, Господь, как нежна Твоя поступь.
О, Иисус, как тиха Твоя речь.
Только боль удаляться не хочет.
Только тяжесть не падает с плеч.
Ах, Отец! Знаешь, мы ещё дети.
Мы лишь учимся только ходить.
Не припомни падения наши.
Научи нас друг друга любить.
Я – наркоман
Я – наркоман, а значит я – изгой.
Я – наркоман, я никому не нужен.
И даже тело борется со мной,
Уж лучше смерть, чем видеть этот ужас.
Постой, дитя, ведь Я тебя люблю.
Коль есть в тебе последняя надежда.
Тебя Своею кровью окроплю.
Я – твой Отец, Я – доктор самый нежный.
Нет, не хочу, не верю. Я устал.
Моих друзей давно уже не стало.
Я чувствую, и мой черед настал.
Как глупо умирать в грязи подвала.
Постой, дитя, ведь Я тебя люблю.
Коль есть в тебе последняя надежда.
Тебя Своею кровью окроплю.
Я – твой Отец, Я – доктор самый нежный
А, может быть, Ты есть на свете, Бог?
И, может быть, Ты чем-то мне поможешь?
Ведь сатана уж точно в мире есть.
Господь, Ты слышишь? Сделай все, что можешь!
Спаси, Господь, над пропастью стою.
Ведь Ты – моя последняя надежда.
Я все свои паденья искуплю.
Приди, Отец! Ты – доктор самый нежный!
Я не верю в злой рок
А я не верю в злой и подлый рок.
И всё ещё, как в юности, летаю.
У каждого творенья свой порог.
Сейчас шагну и в тишине растаю…
Все мы хвалимся задним умом.
У переднего нет откровений.
Как без веры дорогу найдём?
Сколько встреченных, столько и мнений.
Мне бы только понять и простить.
Научиться угадывать вехи.
Для других этот путь проторить.
И остаться собою навеки.
Я хочу слишком много успеть.
Если можно - ошибки исправить.
Долюбить, доработать, допеть.
И домой телеграмму отправить.
В любой ситуации трудной
В любой ситуации трудной
У Господа силы проси,
Когда не хватает терпенья
Людскую неправду сносить.
Когда вереницею скорби
И, кажется, нет им конца,
На силы свои не надейся,
Защиты проси у Творца.
Когда нападает унынье
И горло сжимает тоска,
Молитву твори, во спасенье,
И рук не спеши опускать.
Протягивай руки навстречу
Живым благодатным лучам.
Они тебя ночью согреют.
И тут же отступит печаль.
Любовью омоется сердце
И крылья расправит душа.
Господь, помоги нам и дальше
Божественным Светом дышать.
Ты – свят и светел
Ты – свят и светел, пока ты в свете,
Пока стремится в полёт душа.
Ведь ты летаешь, пока мечтаешь.
Но, стоит сделать неверный шаг,
Исчезнет радость и свет угаснет,
Тоской объятый, погаснет взор.
И станет больно, ведь понимаешь,
Что вышиваешь не свой узор.
Слушай Господа в сердце своем
Слушай Господа в сердце своем.
Слушай Господа, тихо внимая.
Ведь великая сила живая
Заключается в сердце твоем.
Не спеши осуждать и судить,
Раздавать ярлыки и приказы,
Ведь злословье страшнее проказы.
Словом можешь, не глядя, убить.
Слушай Господа в сердце своем.
Будет сердце звездой путеводной
Или смелой трубою походной.
Слушай Господа в сердце своем.
Ничто не случается с нами случайно
Ничто не случается с нами случайно –
Случайные встречи, случайная боль.
И если тебя посетило отчаянье,
Моли, чтобы в сердце вернулась любовь.
Два взгляда друг друга коснулись нечаянно.
Он встретил «Ее», ты узнала «Его».
Ничто не случается с нами случайно.
Не чудо спасает, а вера в него.
Взывает Господь: «От Меня это было!»
Словами пророков, слетающих с уст.
И мед и горчица тебе пригодится.
Прими со смиреньем и радость и грусть.
Все было для нас уготовано свыше.
И мы не случайно пришли в этот мир.
Печально, когда мы призыва не слышим.
Зовут нас с тобою на праздничный пир.
Голос вечности
Очень важно в тишине
Научиться слушать вечность
На божественной волне,
Отложив свою беспечность.
Отложив свои дела,
Суетливость и поспешность,
Осознав, что жизнь мала,
За неё расплата – вечность.
Очень многое, мой друг,
Открывается в сравненье.
Если думать недосуг,
То не взыщешь откровенье.
Очень многое, мой друг,
В тишине подвластно сердцу.
И Господь откроет вдруг
В светлый мир святую дверцу.
Если можешь, то поверь,
Смерть для жизни – не преграда.
Сам Господь являет дверь
Возвращение домой
Летят самолеты за облака…
Дороги уходят в небо…
А я, наконец-то, вернусь домой,
Туда, где я раньше не был.
Вернусь. Только дом не простит меня.
Не примет и не узнает.
Поскольку вернулся домой не я.
Дорога людей меняет.
Не считано встреч на моем пути
И столько всего не сбылось.
Прости меня боль, и Любовь прости
За все, что со мной случилось.
Снежинки летят, и встает туман.
Кружатся слова и мысли.
И падают листья и все обман.
И все в переносном смысле.
И зелень не та и не тот закат.
И дождь не такой, как прежде.
Напрасно вернуться хотим назад
В наш город былой надежды.
Возвращение к истокам
Холодеет душа от палящего солнца.
Среди шумной толпы одиноко вдвойне.
Только чудится свет дорогого оконца,
Где совет да любовь. Но они не по мне.
Не по мне тишина в тёплом гнёздышке этом,
Где уют и покой по соседству живут.
Я пришла в этот мир на служенье – поэтом.
Те, кто счастлив земным, те меня не поймут.
Не поймут меня мудрые этого мира,
Да и сильные мира сего не поймут.
Я прошла через сети земного кумира.
Я устала от поисков правды и смут.
Больше я не служу мудрецам и пророкам.
Я искала пути, но вернулась назад.
К первозданным, святым и пречистым истокам.
Там, где тело – сосуд, а душа – райский сад.
Преодоление
Злобу, зависть и жестокосердие,
Слабость, стыд и ложное величие.
Поднимаюсь ввысь и снова падаю…
Восходящим вниз смотреть заказано.
Опускаюсь ниже ватерлинии.
Вот и все… Забыто и повязано.
Но зовет меня преодоление.
Этой силой крылья расправляются.
Я парю, планирую и верую,
И мои границы расширяются.
Преодолеваю штампы, правила,
Страхи, угрызения, сомнения.
Трудно на пути «Преодоления».
Но хранит дорогой Божий промысел.
Рядом чудеса и приключения.
Все реально, живо и не вымысел.
Покров Богородицы
Пречистая, как лик Твой светел!
Покорна Богу и скромна.
И нет другой такой на свете.
Для Бога Богом создана.
Объемля мысль, вместила Слово,
И через годы пронесла.
Мы на Тебя взираем снова.
Нас от погибели спасла.
Пречистая, как взгляд Твой ясен, И все пути Твои чисты.
И под покровом мир прекрасен.
Его над нами держишь Ты.
Оставьте прошлое
Дорогу в прошлое забудьте.
Довольно прошлое питать.
Оставьте тщетные усилья
Судьбу из прошлого менять.
Иллюзий зыбкая плеяда,
Как вереница миражей.
Оставьте прошлое, не надо,
Оно не терпит монтажей.
Не ставьте новую заплату,
Иначе старое порвешь.
Движенье лет не остановишь.
Того, что было, не вернешь.
Не переделать, не исправить
Ошибок наших и дорог.
Разумней прошлое оставить
На фоне завтрашних тревог.
Себя за прошлое простите.
Примите прошлое, как факт.
Себе свободу подарите.
Порвите с прошлым злой контракт.
Не спите до обеда
Никогда не спите до обеда.
Скучно в одиночку стартовать.
Только встали, а пора обедать.
И везде успели опоздать.
Опоздали птиц услышать трели,
Опоздали свежести вдохнуть,
Опоздали вместе быть и первым,
Упустили главное и суть.
Чужой душе не навреди
Когда идешь своей дорогой,
Когда горит огонь в груди,
Когда мечтаешь, пишешь, строишь,
Чужой душе не навреди.
Стремясь помочь чужому горю,
Рассеять тучи впереди,
Укрыть любимых от простуды,
Ты их душе не навреди.
Ты мудр и прав, ты прям и честен.
Но слабых строго не суди.
И, оказавшись с ними вместе,
Ты их душе не навреди.
Имеет право на ошибку
Любой из грешных на земле.
Все в этом мире слишком зыбко,
Но все, поверь, в своем уме.
У каждого своя дорога.
Дорога поиска пути.
Смири свой гнев, остынь немного.
Чужой душе не навреди.
Вся жизнь – работа над ошибками
Вся жизнь – работа над ошибками.
Не важно – строишь, или жнёшь.
Важнее думать о последствиях.
Какой пример преподаёшь.
Когда научимся смирению,
Других не будем осуждать.
Тогда настанет время верное
Свои ошибки исправлять.
Вся жизнь – работа над ошибками.
И дело вовсе не в годах.
Мы станем светлыми и гибкими,
Когда исправимся в делах.
Простые правила
Ни к чему не прикипать,
Ни к чему не привыкать.
И не требовать от ближних терпения.
На молву не отвечать,
На злословие молчать.
Не искать себе другого служения.
Не искать себе креста
Или чистого листа.
Не желать познать чудес откровения.
На обидах не сидеть,
Чаще под ноги смотреть,
Просыпаться для труда и горения.
Никогда не унывать,
Вместе с солнышком вставать.
Каждый новый день встречать с умилением.
Возносить хвалу Отцу Совершенному Творцу.
И тогда к тебе – другие «с почтением».
В стране моей огромной
Кого только не есть.
Талантливых и смелых,
И гениев не счесть.
Героев и учёных,
Врачей и поваров,
Студентов и шахтёров,
И разных докторов.
Все сетуют на кризис.
Но это, как сказать.
Работать не престижно,
Чтоб друга не обидеть
И не накликать месть,
Не говорят: «Садитесь».
А говорят: «Присесть».
Чтоб нам не умаляться,
А вместе возрастать,
Давайте перестанем Россию продавать.
Малое прозренье
Благодарю Тебя, Господь,
За все Твои прикосновенья,
За чудеса и откровенья
Благодарю Тебя, Господь.
Ещё за то благодарю,
Что посетил меня, больную,
Простил, порочную и злую.
И я опять Тебя молю:
- Прости, прости меня, Господь
За слепоту и за измену,
За постоянную подмену
Духовной радости на плоть,
За лень, за глупость, за гордыню,
За непринятие даров,
За непрощение врагов
И за духовную пустыню.
За то, что в немощи молю:
- Господь, люби меня потише.
А разве Ты бываешь лишним?
Я всей душой Тебя люблю!
Прости, прости меня теперь.
Мне без Тебя не до порога.
Ведь завтра – дальняя дорога
Живых находок и потерь.
Я знаю, если это – Ты,
Мне тихо, радостно, спокойно,
Вернувшись в детские мечты.
С Тобой мне не бывает больно.
С Тобою мне всегда легко,
Всё ясно. Просто и понятно.
И даже сквозь пласты веков
Я вижу зримо, чётко, внятно.
С Тобой не страшно в дальний путь
Без денег, компаса и карты,
Глаза зажмурить, и шагнуть,
Как тихий школьник из-за парты.
Я голос Твой среди других
Всегда узнаю без сомненья.
С Тобою я не вижу злых.
С Тобой мы - Божии творенья.
Ты - путь, Ты - цель,
Ты – Свет и дверь
В святых обителей чертоги.
Пусть по пятам и рыщет зверь,
Меня зовут Твои дороги.
Взгляд из тишины
Туман на улице опять…
Ночная мгла легла на плечи.
Не нужно никуда бежать.
Остановись, ведь время лечит.
Взгляни на мир из тишины.
От суеты отдёрни руки.
Проникни в мудрость старины.
А мудрецы не знают скуки.
Проникни, и останься в ней.
И, голосу её внимая,
Ты собери своих детей,
На путь единый наставляя.
Пусть этот мир сошёл с ума –
Бежит, толкается, грохочет.
Есть счастья тихая страна.
Но там живёт лишь тот, кто хочет.
Каким бывает утро
Утро бывает добрым,
Утро бывает серым,
Утро бывает белым,
Как молоко из чашки,
Или стакан кефира.
Утро бывает ранним,
Утро бывает милым.
Утро бывает свежим,
Утро бывает нежным,
Тем, кто проснулся рано,
Птицы поют с рассвета,
Мира, добра и света.
Чтоб научить детей дружить
Чтоб научить детей дружить,
Их надо, попросту, любить,
Своим примером вдохновить
И честно, и открыто жить.
Русская женщина моет окно
Русская женщина моет окно.
Как это всё, по-домашнему, мило.
Солнечный зайчик упал на стекло
И поскакал по прохожим унылым.
Всё меньше в России седых матерей
Всё меньше в России седых матерей.
Всё больше спесивых, накрашенных тёток,
К которым ведут одарённых детей,
Чтоб сделать из них дураков, идиоток…
Мы не любили, и нам не понять
Мы не любили, и нам не понять
Страстных натур без опоры и чести.
Трудная жизнь научила прощать
И забывать, без обиды и мести.
К весне все делают ремонты
К весне все делают ремонты.
Меняют окна, двери, пол.
Другие же и «пол» меняют.
Ах, почему в душе раскол?
В жизни не бывает совпадений
В жизни не бывает совпадений.
С нами происходят чудеса.
Глупый уповает на везенье.
Мудрым помогают небеса.
Чужие грабли
Кто-то шёл впереди
И терял свои грабли
Разной формы и цвета,
И зубцов частоты.
Можно пробовать всё,
Забывая о главном,
Разбивая свой лоб,
Пригородное шоссе
Когда навстречу, необычно,
Спешат туманные огни.
Когда всё странно и комично,
И в целом мире мы одни.
Когда, сквозь дымку снегопада,
Мелькнёт через дорогу тень,
Мне так тревожно, но награда,
Что вот, забрезжит новый день.
«Не унывай»,- шепчу уныло.
«За всё Творца благодари».
Но так тревожно, так немило, И так неприбрано внутри.
Деньги – это…
Мне говорили: «Деньги – это всё:
Достаток, власть, здоровье и удача.
Что весь огромный мир стоит на них».
Но я в ответ: «Всё обстоит иначе».
Ведь деньги – просто банковский билет,
Билет на отдых, на обед, на поезд.
Пусть вы живёте даже сотню лет,
Вам дружбу не купить, любовь и совесть.
Вам не купить доверье и покой,
Не продаётся счастье и признанье.
Не выменять на золото, друг мой,
Ни радость, ни взаимопониманье.
Нельзя за деньги душу освятить.
Нельзя купить простой костюм пророка.
Кровь на руках деньгами не отмыть,
Не выкупить назначенного срока.
Остановись, безумный человек.
Довольно набивать свою утробу.
Чему ты посвятил короткий век?
Ты всё своё отдашь земле и гробу.
И ты её с собой не унесёшь,
Той власти, что давала миром править.
Ты, как и все, в беспамятство уйдёшь.
«Там» ничего уже нельзя исправить.
Божий Дух, как Он кроток и тих.
Он не ходит, а нежно струится.
Лишь коснётся ладоней моих
И любовью весь мир озарится.
Преображение
Задай вопрос, по-детски, тихо, просто.
И Он тебе ответит, Сразу, вдруг.
И ты поймёшь, что это Он ответил –
Твой самый верный, самый лучший друг.
Не по тому, что голос тихий, нежный,
Не по тому, что прямо говорит.
А. просто, сомневаться невозможно.
От слов Его душа огнём горит.
И тот огонь, худое попаляя,
Переплавляет в слитки старый лом.
И тот огонь, тебя преображая,
Преображает твой унылый дом.
И вот уже в уютном доме свечи,
Друзей звенят простые голоса.
И хорошо, и муж обнял за плечи,
И, почему-то, слёзы на глазах.
Ложное смиренье
Когда в тебе любовь и тишина,
То всё вокруг напоминает вечность,
Как звёздную ночную бесконечность,
Когда внутри покой и тишина.
И думаешь, что, вот я – хороша.
Я победила страсти и сомненья,
Преодолела злобу и гоненья,
И у меня чистейшая душа.
Но, стоит помешать твоей тиши,
Лишив тебя комфорта и удобства,
То вылезает всё твоё уродство
Наружу. И давай крушить…
Чужое счастье
Я долго стояла у рынка: «Подайте».
Не зная вкуснее чужих пирогов.
Копила, молила, просила: «Продайте
Осколочки счастья за горсть медяков».
Но счастье чужое, чужим остаётся.
И нам, не вкусившим его, не понять,
Что куплено – крошится, колется, бьётся…
А цельное – нужно самим создавать.
Мы - русские и говорим по-русски
Мы - русские и говорим по-русски, Язык наш отражает суть вещей. Он точный, не двусмысленный, не узкий. Хотя порой - не лесный для ушей. Слова, произнесённые по-русски Правдивы, откровенны и честны. В них нет лукавства, плесени и лоска. Они просты, понятны и ясны. Я благодарна всем моим друзьям, И всем врагам за строгие уроки, За их любовь, за правду, за обман, За эти недосказанные строки. Я благодарна всем моим родным, И всем чужим за мир и пониманье, За ложь, за отторженье и признанье. За обученье истинам простым. Я и себя подчас благодарю, За то, что научилась быть терпимой. Не "толерантной", а миролюбивой. Я скользкие словечки не люблю. Как "крестный ход" далёк от "демон-страций", Так русский чай понятней "кофе-брейк". "Рай-исполком" - в плену "ад-министраций". "Хедлайнер" - это тоже человек. Народ, лишённый своего родного, Исконного святого языка, Не сможет больше называться русским. Померкнет слава русская в веках. За что же воевали наши предки? За что сложили головы отцы? Уже ли за обноски и объедки, Которыми торгуют подлецы? Народ мой русский, славный и бесславный, Когда же ты по-русски станешь жить? Когда же,наконец, себя полюбишь? Когда по-русски станешь говорить? 19.09.13