Андрей Курков: "Должны доминировать книги о любви и жизни"
Входят ли русскоязычные украинские писатели в украинскую литературу, чем отличаются украинская и русская литературы, а также в чем литературное значение бычков для Одесской области и электрички для Закарпатья - об этом в интервью ВВС Украина рассказал писатель Андрей Курков, который в этом году вошел в жюри конкурса Книга года ВВС.
BBC Украина: В одном из интервью вы говорили, что хотели бы видеть украинскую культуру all inclusive - которую создают все проживающие в стране граждане независимо от языка. Украинская культура сейчас движется в этом направлении?
Андрей Курков: Я думаю, сейчас она в этом смысле затормозила. Именно потому, что сложилась такая политическая ситуация, возник термин "язык врага". А на "языке врага" - на русском - говорит половина населения.
Русский всегда была раздражителем для патриотически настроенных активистов. Но для них раздражителями не были венгерский, румынский, новогреческий или крымскотатарский. Их просто игнорировали.
В результате, например, в Ужгороде даже писатели не знают, что в Береговском районе уже много лет выходит литературный журнал на венгерском языке и там живут несколько десятков литераторов, которые пишут на венгерском и которых не переводят.
BBC Украина: Почему именно русский язык воспринимался таким образом?
А.К.: Во-первых, русский язык означает, что как будто речь из России. Хотя, язык, я думаю, все равно из Киевской Руси (смеется), потому что он был в Москве и в Петербурге.
Во-вторых, конечно, это - язык Советского Союза. Язык, на котором унифицировались другие культуры. И, в принципе, промоутеры русскоязычной культуры или русского языка действительно пользовались еще старыми принципами имперского подхода - все должны знать язык империи, а знают родной или нет - другой вопрос. Это приводило к тому, что представители других национальных культур переходили на русский даже в своем творчестве, как Чингиз Айтматов.
Головна історія тижня, яку пояснюють наші журналісти
Сейчас надо понять, что имперское время закончилось, хотя Россия еще думает, что может вернуться в прошлое. И надо по-другому относиться к этому вопросу.
Нужен признанный формат украинского русского языка. Нужен маленький институт русского языка, который будет изучать именно территориально ограниченный Украиной русский язык, его изменения, то, чем он отличается от другого - и тем самым может влиять на изменения грамматические, лексические, включение украинских слов.
Люди, которые говорят по-русски, не замечают, сколько украинизмов вставляют, и их все больше и больше.
Это не означает, что русский язык от этого портится, он становится другим, становится украинским русским языком.
Здесь много работы для филологов-ученых.
BBC Украина: Вы имеете в виду, создать какое-то литературное учреждение - Институт русского языка в Украине?
А.К.: Нет, можно при Академии наук, при Институте украинского языка. Можно сделать одну комнату с надписью на дверях - Институт русского языка, посадить трех филологов, чтобы они разрабатывали сугубо научную концепцию украинского русского языка.
Так же, как, скажем, в Квебеке французский язык другой, и там есть государственное учреждение, которое занимается фиксацией этой разницы.
В Украине возник термин "язык врага" - русский - из-за политической ситуации, говорит Андрей Курков
BBC Украина: Русскоязычная современная литература Украины и русскоязычная современная литература России - какие принципиальные различия между ними сразу можно увидеть?
А.К.: Эти различия начались очень давно. В 1991 году в русской литературе ничего не изменилось. Поздняя советская литература со всеми своими новыми лидерами, которые писали о компартии и были идеологически незаангажированными, они перешли автоматически в постсоветскую Россию. Что интересно: писатели, представляющие старую идеологию, - остались в прошлом.
Но постепенно, все равно "поэт в России - больше, чем поэт" - они пошли служить государству. Считали, если хочешь сделать литературную карьеру - и сама система промоций и премий осталась, те, кто хотели быть ближе к хорошей жизни - так же, как когда-то советские писатели, члены Союза (писателей. - Ред.) - начали опять писать о патриотическом воспитании, опять политизированные тексты.
Прошли чеченские войны - появились романы о героях - российских солдатах, воюющих против плохих чеченцев, сейчас появились романы о героическом Донбассе и "украинских фашистах".
У нас, наоборот, литература сначала исчезла. Когда все пропало в 91-м году, возник вакуум, в который хлынула печатная продукция из России. Сначала переводы фантастики на русском языке, детективов, затем массовая литература и так далее.
Мне интересно, что до нас не дошла эта волна патриотической или государственнической русской прозы (иногда очень качественной) - она сюда даже не попадала на полки.
BBC Украина: Почему?
А.К.: Я думаю, те, кто ее издавали, понимали, что она работает только на территории империи.
Нас раздражало количество русскоязычных и русских книг оттуда - то, что они испортили, захватили наш книжный рынок. Теперь, чтобы вытеснить, надо, чтобы общество годами помогало - читатели поддерживали своих писателей.
Украинские писатели того времени, как появились (первая генерация была такая женская - Старостина, Карпа, Поваляева и примкнувший к ним Любко Дереш) были сугубо аполитичными, и следующие поколения тоже.
Только сейчас у нас, по причине этой политической ситуации, возникает политизация литературы и уже такая же, к сожалению, попытка продвинуть мнение, что литература может быть только патриотической, только настроенной на защиту всего украинского.
Это значит, что литература - не везде, слава Богу, может, еще на малом уровне - обретает качество пропаганды. Может, во время войны так и надо? Но я боюсь, чтобы это не осталось.
- Читайте также: Книга года: Махно, Чапай и другие
BBC Украина: Вы написали о новом издании на русском языке книги Василия Махно, прошлогоднего победителя Книги года ВВС: ". русскоязычные украинцы должны знать, о чем пишут англоязычные украинцы в Нью-Йорке". Такой перевод найдет своего читателя в Украине или за ее пределами?
Победитель конкурса Книга года-2015 - сборник "Дом в Бейтинг Голловей" Василия Махно
А.К.: Найдет - прежде всего, среди патриотически настроенных русскоязычных людей. Те, кто за Путина, вряд ли будут интересоваться, что пишут нью-йоркские американцы.
Но такие книги сплачивают этот круг и увеличивают его. Потому что потом возникает вопрос - а кто там еще есть? Кто в Дубае пишет по-украински? (Я знаю, кто). Там в Испании и т.д.?
BBC Украина: Эта литература украинской эмиграции - она будет иметь место в украинской культуре all inclusive?
А.К.: Будет иметь, но не надо ее путать с литературой диаспоры. Литература всех диаспорских волн связана с эмиграцией и прошлым.
Тарас Ващук пишет в Эмиратах, он сам из Закарпатья. Рано или поздно он напечатается здесь, это будет очень интересно. Потому что он пишет о жизни украинцев и трудовых мигрантов там, написал очень хорошие новеллы об АТО и политической ситуации в Украине, как она видна с той стороны.
Это будет такой же частью украинской литературы, как и тексты Ирыси Ликович и Татьяны Малярчук в Австрии. Так же, как и книги Кати Петровской, которая пишет на немецком в Берлине, а родилась в Киеве.
BBC Украина: Вы были в жюри литературных конкурсов в Закарпатье и Одесской области. Есть ли разница между региональными литературами?
А.К.: Огромная разница - и языковая, и культурная. Но и в Бессарабии, и в Закарпатье региональная литература уходит корнями в ландшафт, землю, способ мышления, способ выражения.
Кроме этого большую роль играют диалекты и восприятие мира. И разные вещи литературно становятся культовыми для разных регионов. Например, культовая рыба бычки для Одесской области играет огромную роль, и можно вставлять ее куда угодно. Культовая штука электричка для Закарпатья - это совсем другое.
Закарпатцы - у них можно по тексту измерить, на каком уровне от моря живет человек. Это не значит, что это в тексте написано - это взгляд на жизнь. Чем выше - тем дальше могут смотреть, видят, что все, что вокруг, - красивое, но там, где они, - самое красивое.
В Украине нет книжного рынка, чтобы были бестселлеры, говорит Андрей Курков
BBC Украина: Такая региональная литература - может быть интересна и выходить на всеукраинский уровень?
А.К.: Она должна выходить.
BBC Украина: Может стать всеукраинским бестселлером?
А.К.: У нас не может быть бестселлеров - нет книжного рынка. У нас - 300 магазинов, из которых 20 или 30 возвращают деньги издателям за проданные книги, и в результате издатели хотят продавать книги только на ярмарках.
Тиражи сейчас опять упали. В Исландии, где живет 250 тысяч населения, книга, которая выходит тиражом 1,5 тысячи, и товары - это бестселлер. У нас 40 с чем-то миллионов - и называют бестселлером такие же книги, которые продались в 1,5 тысячи экземпляров. Это профанация.
. Я добавлю, что настоящие бестселлеры у нас есть - и они именно региональные. Главный, я считаю, бестселлер, который за все годы вышел в Украине, - это "Сладкая Даруся" Марии Матиос - региональная буковинская история, которую прочитали везде в Украине.
BBC Украина: Есть что-то такое, что региональную литературу отличает от русской или других?
А.К.: От русской очень легко отличить. Русская литература последнего времени, кроме того, что она в большинстве своем была ангажированной политически, она очень жесткая. Там очень мало любви, очень много войны, агрессии.
У меня было такое ощущение когда-то, что российские писатели участвуют в конкурсе - чей текст будет более жестоким.
У украинских писателей жестоких текстов почти нет. Если они возникают - то сразу писатель подсознательно начинает добавлять иронию, фантазию - это все делать вкусным, как борщ.
Здесь подойдет пример Олега Шинкаренко с романом "Кагарлык". Если пересказывать сюжет - это жестокая история, а когда читаешь - есть эмоциональный положительный заряд.
BBC Украина: Один из аргументов, который называют относительно украиноязычной культуры, - это защита украинского языка от русского. Это защищает язык или нет?
А.К.: За последние 15 лет количество людей, которые перешли или начали писать на украинском языке, намного увеличилось. Украиноязычная литература заняла ведущую позицию в литературной культуре страны.
Все равно мы говорим теперь о лингвистических меньшинствах. Самое большое - русскоязычное. Но здесь - перекресток многих проблем и мыслей.
Я против того, чтобы так много было русского языка на телевидении - особенно в массовых шоу. Вот это влияет на отношение к родному украинскому языку невежественных людей. Мне хотелось бы, чтобы было гораздо больше газет и журналов на украинском языке, чтобы они были популярны.
И Вакарчук, и Скрипка сделали для продвижения украинского языка намного больше, чем министерство образования или министерство культуры. Поэтому надо поддерживать собственную массовую эстраду, массовую культуру.
Это будет когда-то - зафиксированная и признанная ниша украинской культуры, которая создается на русском языке. Когда ее зафиксируют - она станет легальной. Тогда люди будут чувствовать себя не чужими (потому что им говорят, что они чужие, а они себя таковыми не считают), а своими. Тогда они будут работать на свой процент русскоязычного населения. А лучшие из этих текстов будут переводить на украинский язык, и они станут всеукраинскими. Так в идеале должно произойти.