Российская революция до сих пор не закончена

Октябрьской революции 1917 года не было. Точнее, это был лишь этап в длинной русской революции, начавшейся с февраля того года и завершившейся лишь много лет спустя. Причём её ход во многом повторяет этапы Великой французской революции конца XVIII века. Так считает наш сегодняшний гость – историк, главный редактор журнала «Демократия и социализм» Павел Кудюкин.

- Нас всегда учили в школе и вузах, что в России в 1917 г. было две революции. Вначале, мол, была февральская, буржуазно-демократическая, а затем началась подготовка к главной, Великой октябрьской социалистической. А на самом деле не так?

- С тем же успехом можно говорить, что во Франции были и июльская революция 1789 г., и августовская 1792 г., и майско-июньская 1793 г. Однако мы уверенно говорим, что всё это - разные этапы одной и той же Великой французской революции. Почему ж у нас якобы по-другому? Ещё в середине 20-го века живший в эмиграции анархист Владимир Волин написал книгу «Неизвестная революция, 1917-1921», где рассматривал русскую революцию как единый процесс. Той же концепции придерживаются и ряд современных историков. Однако сразу же следуют яростные возражения с двух противоположных сторон: «Нет, это попытка принизить Великий Октябрь» и "Нет, это попытка оправдать Октябрь». Крайности смыкаются.

Как писал Карл Маркс, "когда производительные силы вступают в противоречие с производственными отношениями, наступает эпоха социальной революции». Именно эпоха! В этом её отличие от краткосрочной политической революции типа трёхдневных боёв в Париже 1830 года, когда происходят лишь некоторые подвижки в политическом режиме, и сменяется фракция господствующего класса, стоящая у власти. Но есть и промежуточный тип революции – я называю её «социально-политической». На мой взгляд, французская революция задала некую матрицу этого типа революции. Действие идёт по нарастающей, к власти приходят всё более радикальные силы, в какой-то момент революция доходит до предела, пытается разрешить проблемы, средств для решения которых ещё нет, и начинается "термидор" - откат революции и закрепление того, что она могла реально достигнуть в тех исторических условиях. Потом наступает "бонапартизм" - с элементами реставрации монархии, но и с закреплением социально-экономических и правовых последствий революций (для Франции - Гражданский кодекс, крестьянская собственность). Можно предположить, что эти три этапа - нарастание, термидор, бонапартизм - обязательны для любой социально-политической революции, в том числе и той, что началась в России в феврале 1917 г.

- Давайте начнём с самого начала. Движущие силы той русской революции были похожи на французские?

- Во Франции ими были в основном городской плебс, "санкюлоты" - смесь раннего пролетариата, мелкой буржуазии и люмпенизированных элементов. Поскольку в значительной мере Революция делается в Париже, то "санкюлоты" стали центральной фигурой, которую идейно «окормляли» последовательно представители всё более радикальных концепций. В деревне сложнее, потому что, крестьянское движение, начавшись с поджогов замков, что привело к отмене старых феодальных повинностей, потом раскололось. Где-то крестьяне поддержали революционную власть, а где-то выступали за реставрацию под лозунгом "вернём короля и церковь" (Вандея).

В России были две ключевые движущие силы. Первая - сконцентрированный в крупных промышленных центрах пролетариат. Причём, в отличие от "санкюлотов", он был гораздо более самостоятелен и организован - в массовые профсоюзы, фабрично-заводские комитеты и такую своеобразную форму самоорганизации, как Советы. Уже это отличает русскую революцию - она с самого начала несёт в себе сильный пролетарский оттенок с элементами протосоциалистических требований.

Вторая важная движущая сила русской революции - великая крестьянская война. Она была пока предпоследней в мировой истории, последняя прошла в Китае в середине 20-го века. В этом ещё большее отличие России от Франции. У нас крестьянское движение в массе своей не было реставрационным. Оно могло быть антибольшевистским, но не за восстановление монархии, а за Учредительное собрание (УС), то есть вполне революционным. Крестьяне создавали свои Советы, активно делили землю по своим представлениям о справедливости, которые во многом совпадают с неонародническими, то есть по трудовой и потребительской норме. При этом крестьяне часто вполне лояльно относились к своему сельскому священнику. Когда большевики начали активную антицерковную деятельность, это далеко не всегда встречало у крестьян понимание.

Третья составная часть, которой не было во Франции - это солдат, уставший воевать. Русская революция, начавшаяся в 1917 г., во многом была солдатской революцией. В армии началось массовое формирование солдатских комитетов, начиная от ротного уровня и кончая фронтами. Кстати, вопреки широко распространенному представлению, комитеты сдержали развал армии. В условиях недоверия к офицерскому корпусу появился некоторый слой, которому солдатская масса доверяла — они свои, мы их избрали и можем отозвать. Наконец, четвёртой движущей силой русской революции были национальные движения. Российская империя было многонациональной, в отличие от Франции. Очень часто национальные движения обретали социалистическую окраску, особенно у тех народов, которые в основном не имели своей буржуазии. Например, у украинцев, где были говорящие на украинском языке сёла и русско-польско-еврейские города с буржуазией. И всё же, несмотря на все эти отличия, русская революция прошла через те же этапы, что и гораздо раньше французская - нарастающий радикализм революции, доходящий до своего предельного этапа, который уже несёт в себе зародыш контрреволюции, потом "термидор" как откат от революционных перемен.

- И что же было во французской революции аналогом Октября-1917?

- Можно считать таким аналогом приход к власти якобинцев в мае-июне 1793 года. Тогда была установлена диктатура по сути двух комитетов Конвента. Якобинцы восстановили централизм, присущий старому режиму, ограничили низовую демократию. Это - и пик революции, и начало её контрреволюционного свёртывания.

То же мы можем сказать и относительно большевиков. С одной стороны, они выполнили основные задачи буржуазно-демократической революции, прежде всего уничтожение помещичьего землевладения, ликвидацию сословного строя. Вместе с тем в сфере политической они по сути начали процесс инволюции, то есть отката назад, по сравнению с тем, что уже было достигнуто на первом этапе революции. Если по "Положению о выборах" в УС они были всеобщими, равными, прямыми, тайными, то большевики в Конституции РСФСР 1918 г., как и потом в Конституции СССР 1924 г., отменили все эти четыре принципа. Во-первых, выборы перестали быть всеобщими, потому что это право предоставили лишь "трудящимся". Все остальные - представители "эксплуататорских классов" и бывшие деятели старого режима, вплоть до низших чинов, стали "лишенцами". Во-вторых, вместо прямых выборов была введена многоступенчатая система, которая на каждой следующей ступеньке сокращала возможности для представительства меньшинства. Ведь решало большинство. Две ступеньки, и оппозиция отсечена.

В-третьих, выборы стали не равными.

Голос одного промышленного рабочего приравнивался к пяти голосам крестьян. Дескать, таким образом обеспечивалась диктатура пролетариата.

В-четвёртых, выборы перестали быть тайными. Голосование стало открытым. Понятно, что в революционных условиях, когда все голосуют "за", проголосовать "против" трудно. Чем дальше, тем больше это стало подконтрольно ВЧК. Кроме того, очень быстро уже с ноября 1917-го началось ограничение свободы слова, свободы союзов, профсоюзы всё больше ставились под контроль компартии и государства. Последние независимые профсоюзы были разогнаны в 1920 г.

- Такое свёртывание демократии, вероятно, было вызвано ещё и поражением большевиков на выборах в УС. Почему, кстати, оно произошло?

- Выборы шли по пропорциональной системе в региональных многомандатных округах. Партия социалистов-революционеров получила более 40% мандатов, а вместе с союзниками из национальных народнических партий - под 60%. За русских и национальных эсеров проголосовали практически все основные сельские регионы - в частности, Украина, а также Юго-западный, Румынский фронты и Черноморский флот.

Большевики получили большинство в крупных городах, прежде всего в Петрограде и Москве. Также за них был Балтийский флот, Северный фронт, части в Финляндии, Западный фронт. В Грузии выборы выиграли меньшевики. В итоге почти вся фракция меньшевиков в УС представляла Грузию. Кадеты получили голоса в крупных городах, но лишь как меньшинство. Впрочем, вопрос о том, как могли бы формироваться коалиции внутри УС - академический, поскольку работать ему, как известно, довелось лишь один день!

В итоге УС поставило своеобразный рекорд в парламентской истории, приняв за такое короткое время своей работы сразу несколько важнейших решений. Это и постановление об утверждении названия страны - Российской Демократической Федеративной Республики, и основные положения Закона о земле и о земельной реформе, и формирование комиссии о ведении мирных переговоров.

- Вернёмся к этапам революции. Вслед за Октябрём-1917 и разгоном УС идёт период гражданской войны и "военного коммунизма". Можно ли провести параллель с Вандейским мятежом во Франции? Он ведь начался как раз в 1793 году.

- Частично. Параллель - в том, что именно благодаря "крестьянской войне" Гражданская приобрела такой значительный размах. Довели до этого к середине 1918 года большевики своей идиотской аграрной политикой раскола крестьянства, создания "комбедов", продовольственной диктатуры. Всю Гражданскую войну идёт соревнование: крестьяне стараются утаить всё, что можно, а большевики - забрать всё, что нашли. Крестьяне ответили на это массовыми крестьянскими восстаниями. В советской историографии они назывались "кулацкими мятежами", хотя на самом деле объединяли и середняков, и даже немалую часть бедняков, потому что большевистская политика в деревне била по всем.

Но, в отличие от французской Вандеи, в российском крестьянском движении, за редким исключением, почти не было идеи реставрации монархии. Ведь даже большинство лидеров "белого" движения - Деникин, Колчак, Врангель и другие - не выступали за неё. Господствующей позицией там была платформа "непредрешенчества", то есть задача - разгромить большевиков, провести новые выборы в Учредительное собрание, а оно уж потом и решит, какому строю быть в России. А крестьянство было и против "белых", и против "красных", отстаивая своё право хозяйничать на наконец-то полученной земле и способно распоряжаться тем, что на ней выращено. И "белые", и "красные" в этом сильно мешали.

- Во Французской революции якобинский этап в 1794 году сменился "термидором" - - резким откатом от радикализма. В России тоже было подобное?

- Да, русский "термидор" произошёл в 1921 году. В 42-43 томах полного собрания сочинений Владимира Ленина идёт постоянным рефреном: "Мы подошли к тому историческому этапу, на котором свернули себе шею якобинцы. Как же нам преодолеть этот рубеж?" К этому времени стало понятно, что политика "военного коммунизма" себя исчерпала. Несмотря на запрет, процветал мощный нелегальный "чёрный рынок", потому что само государство не справлялось с задачей обеспечить потребление горожан. Да и стратегические резервы, за счёт которых большевики вели гражданскую войну, показали донышко. В начале 1920 г. Лев Троцкий, проехав по стране, возвращается в ужасе и говорит: "Полный развал! Надо менять политику, заменить продразвёрстку продналогом". Большинство ЦК РСДРП(б) и Ленин - категорически "против". Тогда Троцкий бросается в другую крайность и предлагает "трудовые армии", т.е. милитаризацию труда. На 8-м съезде Советов в декабре того же года принимается ещё одно фантасмагорическое решение - о создании системы посевкомов в деревне. которые должны были бы указывать крестьянам, сколько нужно пахать и чем засевать поля. Полная утрата представления о реальности!

На том же 8-м съезде лидер меньшевиков Фёдор Дан, а также Владимир Вольский («меньшинство» ПСР) и Исай Штернберг («левый эсер») в один голос говорят: "Нужно отказываться от продразвёрстки, от диктата над деревней, от безумной национализации всего, включая кустарные мастерские. Надо откатить назад - ввести свободу торговли и частичную денационализацию". Ленин в ответ клеймит - мол, "прислужники буржуазии хотят, чтоб мы капитулировали". Однако в феврале 1921-го взгляды Ленина резко меняются. Это произошло после того, как он посетил беспартийную рабочую конференцию в одном из районов Москвы. Там, несмотря на его присутствие и выступление, подавляющим большинством голосов была принята эсеро-меньшевистская резолюция. Это стало для Ленина решающим звонком: мало того, что по всей стране идут крестьянские восстания, так от большевиков уходят и рабочие. Ленин, которому не откажешь в политическом чутье и тактической гибкости, совершает идеологический кульбит на 180 градусов и предлагает НЭП - отказ от "военного коммунизма", всеобщей централизации. Кроме изменений политики по отношению к крестьянству, была разрешена торговля, проведена децентрализация управления промышленностью. С помощью денежной реформы Сокольникова (при активном участии дореволюционных экономистов, включая царского замминистра финансов) была ликвидирована гигантская инфляция. Продразвёрстка в деревнях была заменена продналогом, следствием чего стало резкое угасание крестьянских восстаний. Какой смысл воевать дальше, если экономические требования мятежников были удовлетворены?

"Мы сами себя термидоризировали", - скажет Ленин чуть позже в разговоре с французским коммунистом Жаком Садулем. Идя на экономические послабления, партия ещё больше ужесточала политическую диктатуру. Были ликвидированы остававшиеся рудименты многопартийности - сама возможность деятельности других партий, у которых и прежде не было шанса прийти к власти. Как саркастически заметил тогда Ленин, "меньшевиков и эсеров мы бережно будем сохранять в тюрьме".

- А роль Бонапарта в русской революции сыграл Сталин?

- И, наконец, с конца 1920-х, после завершения ожесточённой внутрипартийной борьбы, наступает бонапартистский этап. Партийная олигархия сменяется режимом личной власти, окончательно свёртываются даже жалкие остатки политических свобод, резко ограничиваются права наёмных работников. Ликвидируется система коллективных договоров, вводится фактическое крепостное право - вначале в деревнях, а затем и на предприятиях и в учреждениях, запрещающее "самовольный уход с работы".

В 1940-е реставрация ещё больше усиливается. Возрождается символика царской империи - офицеры в погонах, министерства. Вместо "Интернационала" гимном становится ". сплотила навеки великая Русь. ". Русский народ объявляется "старшим братом", набирает силу государственный антисемитизм. Отменяется принятое после революции семейное законодательство - самое прогрессивное на тот момент в мире, где не было разницы между "законными" и "незаконными" детьми, гражданский брак приравнивался к официальному, была полная свобода разводов и абортов. В пору сталинской реставрации аборты, как и мужской гомосексуализм, были криминализованы, процедура разводов ужесточена. Вновь возрождаются дореволюционное школьное разделение на школы для мальчиков и школы для девочек, частично восстанавливается авторитет церковной вертикали под жёстким контролем государства.

- Франция затем всё же вышла на столбовую дорогу развития демократического общества, пройдя потом ещё через революции 1830, 1848 и 1871 гг. Почему Россия этого не сделала в той же мере?

- Видимо, потому что мы пока не закончили этот цикл. Задачи, стоявшие перед революцией в 1917 году, ещё не решены. Значит, можно предположить, что нас ожидают новые революции - пока непонятно, насколько они будут радикальными, и каковы будут их движущие силы. Можно с некоторой натяжкой сказать, что события 1989-1993 гг. похожи на французскую революцию 1848-49 гг. Сейчас общество - гораздо более городское, образованное, в нём нет того большого количества молодёжи, что было в России сто лет назад. Поэтому нынешнее общество и менее склонно к радикализму.

- Я понимаю, что Россия может идти своим путём, и вовсе не обязательно, что впереди нас ждёт нечто похожее на "Парижскую коммуну" 1871г. Вы - вообще оптимист в историческом смысле?

- На мой взгляд, в последнее десятилетие ощущается, что весь мир движется из нынешнего своего тупика к новому состоянию. Этот путь может оказаться вовсе не тем, как хочется нам. Есть предпосылки, что он идёт, пользуясь выражением Джека Лондона, к "железной пяте" на базе транснациональных корпораций. Но, как говорят альтерглобалисты, "другой мир возможен". Мне нравится выражение, которое использовал, в частности, итальянский коммунист Антонио Грамши: "Пессимизм разума и оптимизм воли". Даже в хреновой ситуации никогда не следует опускать руки.

Потерянная революция

У большевистского правительства осенью 1917 года была реальная альтернатива